Глава 8

Когда Ляля вышла из подъезда, я не знала, на кого мне смотреть. И Аслан, и девушка застыли в донельзя напряжённых позах. Подруга замерла, вжалась в подъездную дверь, будто готовилась броситься обратно домой. Но девушка всё же сделала пару шагов вперёд, не сводя затравленного и испуганного взгляда с Аслана. Я подошла к девушке со спины и крепко обняла.

— Лялька, — громко чмокнула девушку в щёку, — привет, моя хорошая, — подтолкнула девушку в спину в сторону напряжённого Аслана. М-да, ситуация забавная. У обоих всё на лицах написано, а они продолжают разыгрывать спектакль друг перед другом. — Знакомься, Ляль, это Аслан, — махнула рукой в сторону парня. — Впрочем, ты и так знаешь, — добавила ехидно себе под нос.

Но Ляля явно не услышала меня. Она смотрела распахнутыми глазами на Аслана. Смотрела так, будто он для Бог, вся Вселенная. Подозреваю, что именно так я смотрю на Герасима. Боже, я не знаю, насколько нужно быть слепой, чтобы не заметить того, КАК смотрят эти двое друг на друга. Аслан недалеко от Ляли ушёл. Его пронзительные чёрные глаза с жадностью шарили по лицу девушки. На миг даже стало завидно. Хочу, чтобы и на меня Герасим смотрел ТАК! Жадно, жарко, с нежностью и какой-то лёгкой насмешливостью.

— Ну, здравствуй, Ляля, — это что у него с голосом? Простыл? Я посмотрела на Аслана, который крепко обхватил руку девушки и потянул на себя. Чёрт. Он же сейчас провалит весь наш план! У него такой вид, будто он вот-вот набросится на Лялю. — Вот мы и встретились.

А Ляля вся мигом побледнела. Стала настолько белой, что я даже испугалась, что девушка упадёт в обморок. Ляля губы приоткрыла, глотнула жадно воздух и судорожно выдохнула. Глазами захлопала быстро и дрожащим голосом спросила:

— Что?

— Рад встрече, Ляля, — на лице Аслана появляется кривая ухмылка. — Лиля мне много успела про тебя рассказать.

Я чуть не рассмеялась, когда заикаясь, Ляля выдавила:

— И мне-е-е п-п-приятно.

Аслан вдруг поднёс руку Ляли к самому лицу и с неприкрытой заботой спросил:

— Болит?

Девушка, будто заворожённая, закивала головой, не сводя распахнутых глаз с лица Аслана. Боже, это не могло возникнуть вчера или позавчера. Ляля по уши влюблена в Беркутова. А я даже не заметила. Аслан ушёл к багажнику за аптечкой, а я подошла к дезориентированной Ляле.

— Лялька, что с рукой? — аккуратно перехватила руку девушки и чуть не вскрикнула, увидев волдыри на коже. — Ты почему не обработала? Писец, Ляля! Тебе с таким ожогом в больницу нужно!

— Больно, — всё же поморщилась Ляля, хоть я и пыталась быть предельно осторожной.

— Где ты так умудрилась?

— Кофе варила, случайно плеснула на руку. Чуть обработала мать, но потом разговор пошёл не в том направлении… — снова мать. Боже, почему ей так не повезло с родителями? — В общем, я как-то забыла про ожог…

Отвела глаза, а мне безумно сильно захотелось врезать её матери.

— Теперь он дольше сходить будет, раз ты вовремя не обработала. Аслан принесёт мазь. У него есть младший брат, поэтому аптечка всегда с собой.

Ляля дёрнулась будто от боли, поэтому я, стараясь не делать резких движений, отпустила руку девушки. Но я успела поймать её загнанный взгляд. И вдруг меня чётко прошибло мыслью — она просто ревнует. Ревнует из-за того, что я знаю об Аслане больше, чем она. Прикрыла глаза и набрала в грудь побольше воздуха, чтобы уже всё выяснить и поставить точку в этом театре абсурда. Но вернулся Аслан с с аэрозолем и бинтом в руках.

— Садись на переднее сиденье, — велел он Ляле.

В кармане завибрировал телефон, поэтому я отошла от машины.

— Привет, Андрей, — в груди всё ещё тлеет обида на брата.

— Привет. Во сколько сегодня освобождаешься?

— В четыре. А что? — подняла с земли обёртку от конфеты и отправила в мусорный бак.

— С собакой Гера сможешь погулять? — моё сердце провалилось в пятку.

— Он попросил?

— Да.

— Во-первых, если Герасиму что-то нужно, то он может сам мне позвонить и попросить, Андрей. Во-вторых, я сегодня занята вечером.

— Чем? — последовал закономерный вопрос.

— Иду в клуб.

— С кем? — недовольный голос брата вызвал новую волну негодования.

— А это, Андрюш, тебя уже не касается.

— Лиля, — протянул сурово, — ты можешь вообще никуда не пойти.

— Андрей, — подражая его тону, ответила я, — я отчитываться перед тобой не обязана. Я уже взрослая девочка. Я ответила на твой вопрос — погулять с собакой я не смогу.

— Я понял тебя. Хорошего дня, цветочек.

Я не успела даже ничего ответить, как парень сбросил вызов. Обиделся. Знаю, что ему неприятно, что я ему не доверяю все секреты. Но у меня возникает чувство, что старшие братья задумали меня свести с Герасимом. Вот только… Какой смысл? Из-за этого я буду выглядеть ещё большей дурой. Влюблённой идиоткой, которая навязывается. С меня довольно.

Прежде чем сесть в машину, перевела сбившееся дыхание и подождала, пока руки перестанут дрожать. Чёрт. Даже когда я пытаюсь забыть об этом мужчине, все напоминают мне о нём. Будто кто-то свыше не позволяет мне забыть о Герасиме. Начать жить без мыслей о нём. Нацепив на губы улыбку, села на переднее сиденье машины Аслана. Некоторое время молчала, пытаясь привести чувства в норму. В груди бушевал целый ураган чувств. Вновь сжирающих, вновь причиняющих тупую боль.

Кинул взгляд на Аслана. Парень до побеления костяшек сжимал руль. Это у меня вызвало глухое чувство раздражения. Вся эта ситуация уже начала порядком подбешивать. Детский сад.

Парень завёл машину и плавно тронулся с места. А я кинула взгляд через плечо на Лялю. Девушка делала вид, что ничего не происходит. С безучастным видом смотрела в окно.

— Лялька, ты платье моё не забыла? Мы сегодня с милым идём в клуб, — чуть не перекосило, когда произносила. — И, к слову говоря, ты обещала прийти с Артуром. Хочу познакомиться с тем парнем, который смог тебя обаять.

Будем считать, что я не знаю, что он сидит на водительском месте и внимательно вслушивается в нас разговор. Будем считать, что я не знаю о том, что лучшая подруга продолжает лгать мне в лицо.

— Да, конечно, — Ляля быстро отвела взгляд и полезла в рюкзачок за пакетом. Достала и протянула мне. Дёрнулась нервно, когда я пакет стала открывать и вскрикнула: — Не надо.

Дрожащей рукой девушка схватила меня за запястье. Боится, что Аслан увидит платье и обо всём догадается. По глазам вижу, что боится. Но в их самое глубине, на самом дне, плещется надежда, что это случится.

— Чего это? — испытывающим взглядом впилась в лицо Ляли, зная прекрасно, что она пойдёт на попятную.

— Ничего, — улыбнулась натянуто. — Прости.

В глазах девушки страх и паника, но она быстро отворачивается к окну, пряча взгляд. Несколько минут пристально смотрю на Лялю. Смотрю на то, как она заламывает пальцы и кусает губы почти до крови. Глупышка. Какая же ты глупышка, моя хорошая! Что тебе стоит мне сказать, что Аслан тебе нравится? Ты же знаешь, что я люблю Герасима. Знаешь, что за несколько дней любовь никуда не исчезнет. Должна прекрасно понимать, что в Аслана я не влюблена. Что ради тебя отступила бы, если бы даже он нравился. Глупая, неуверенная в себе Лялечка. Зашуганная своей ненормальной матерью.

Достала из пакета платье. Расправила. Увидела, как затрепетали ноздри Аслана. Как сжались сильнее руки на руле. Как тёмный взгляд прилип к зеркалу, где отражалась бледная и сжавшаяся подруга. У меня у самой всё в груди, под сердцем заныло от этого взгляда. Это… так интимно, но так красиво. Так трепетно и нежно. Это не просто похоть, что я часто видела на лицах дружков братьев. Это что-то столь глубокое, что простым человеческим языком не описать. Это чувство, что у Аслана и Ляли одно на двоих прослеживается в каждом жесте, в каждой мимической морщинке, в блеске глаз.

— Как думаешь, милый, это платье хорошо на мне сидеть будет? — я смотрела в тот момент на Лялю и тут же почувствовала себя последней сволочью, когда она вздрогнула, будто я её ударила, и сжалась ещё сильнее.

— Конечно, — сипло ответил Аслан, продолжая прожигать девушку взглядом сквозь зеркало.

Я мало что знала о страсти и желании, но этот взгляд… Порой такой взгляд я видела у Вити, когда он смотрел на свою жену. Жадный, пожирающий. У родителей своих, которые редко свои чувства показывали при детях. Но взгляды не скроешь ведь. Вот и сейчас я видела этот взгляд. И искренне радовалась за Лялю в глубине души. Этот парень научит Лялечку любить себя и своё тело. Этот парень сделает её счастливой.

Ляля уткнулась лбом в стекло и зажмурилась, будто сдерживая поток слёз.

— Чёрт, Аслан, это слишком сложно, — выпалила я, почти сдаваясь.

— Знаю. И не понимаю, к чему эта ложь, — мягко ответил Аслан, смотря на Лялю.

Но девушка будто отключилась. Будто не слышала вовсе нашего разговора. Сжимала и разжимала кулак на здоровой руке и кусала покрасневшие губы.

— Подождём до вечера? — с сомнением спросила у Аса, который, наконец, сосредоточился на дороге.

— Да, — коротко бросил парень. Он злился.

С силой сжала его предплечье и, склонившись, зашипела на ухо:

— Держи себя в руках.

Аслан бросил на меня уничтожающий взгляд. Полный ярости и злобы. И я больше к нему решила не лезть до конца поездки.

Едва машина остановилась на парковке у университета, Ляля схватила рюкзак и прошептала:

— Спасибо. Приятно было познакомиться.

Выскочила из машины и побежала в университет, то и дело спотыкаясь. Аслан не сводил с неё взгляда, пока девушка не скрылась в здании. После чего несколько раз с силой ударил руками по рулю.

— Ей больно! Ей бл*ть больно, Лиля! Нах*й мне это нужно? Я всё ей скажу, — отстегнул ремень безопасности, но я с силой схватила его за ворот пальто.

— А мне, думаешь, приятно, да? — повысила голос. — Мне приятно, что моя лучшая подруга лжёт? И лжёт она не только мне, но и тебе!

— Это ты лезешь в наши с ней отношения, заметь. Я в ваши не лезу, — холодно обрубил парень.

— Ты меня сам в это втянул, — процедила сквозь зубы. — Ты перепутал, не я. Из-за тебя сегодня… — осеклась и прикусила губу.

Аслан устало выдохнул и потёр рукой лицо.

— Проехали. Действуем и дальше по плану. Иди, догоняй её, — снова рычание в голосе. — Успокой, прошу.

— Аслан, давай договоримся, — всё же виновато выдохнула я, пытаясь без претензий и повышения голоса объяснить свою позицию, — что дадим ей неделю. Неделю на то, чтобы Ляля призналась. Если она ничего не сделает и не скажет, то мы признаемся, что ничего нас не связывает. Для меня это важно, пойми. Она моя лучшая подруга. И я её очень сильно люблю. И мне важно, чтобы между нами было доверие. Я просто хочу, чтобы она сказала правду.

— Хорошо, — согласился, даже улыбнувшись уголком губ. — Иди и успокой её, пожалуйста.

Взялась за ручку двери, собираясь покинуть машину, но вопрос, вертящийся на языке, не давал покоя. Обернулась и тихо, без напора, спросила:

— Ты влюбился в неё?

Парень вздрогнул. Увидела, как сначала он закрылся. Собрался отрицать. Нахмурился, явно считая, что это не моё дело. Но всё же твёрдо, глядя мне в глаза, ответил:

— Как мальчишка.

И он действительно сейчас похож на хмурого и насупленного мальчишку.

— Я рада, — от уха до уха улыбнулась я, а в груди будто солнце вдруг расцвело. Впервые за этот безумный день стало легко и хорошо. — Она заслуживает, чтобы её любили.

Аслан кивнул и улыбнулся уголком губ, а я поспешила за Ласточкиной. Нагнать её смогла в коридоре университета. Схватила осторожно за локоть. Услышала жалобный всхлип.

— Ляль, ты чего?

Девушка отворачивается, не даёт возможности заглянуть ей в лицо.

— Лялечка, чего ты убежала? Ляль, — обхватила ладонями лицо подруги и заглянула в покрасневшие и полные слёз глаза. — Расскажи, что случилось? Расскажи мне! Я всегда помогу тебе. Я всегда рядом. Я всегда поддержу, — глажу с нежностью её скулы.

— Аслан… он… Лиль… — слёзы крупными каплями скатываются по её щекам. Ляля вся такая растерянная, что сердце сжимается от боли. Глупышка моя. Скажи. Скажи мне правду.

— Что? Что с ним? — поторапливаю, улыбаясь и с замиранием сердца ожидая её следующую фразу.

— Ничего. Я не хотела вам мешать. Он ведь тебе понравился. Ты так на него смотришь.

У меня кроме нецензурных слов в голове больше ничего нет. Трусиха! Лгунья!

Раздражённо цокнула языком и на эмоциях, зло выпалила, сложив руки на груди:

— Да, Аслан мне нравится. Очень. Знаешь, мы с ним поговорили с утра, и я поняла, что он очень умный. А ты знаешь, что от умных парней я без ума. К тому же фигура у него шикарная. И спортом занимается. Я даже не знала, что он в сборной университета по баскетболу.

— Как здорово, — улыбнулась Ляля натянуто, пряча влажные глаза. — Пойду к медсестре схожу, рука болит.

Чёрт. А я даже и забыла. У неё рука болит, а я тут к ней с вопросами лезу.

— Я с тобой схожу.

Вижу, как по лицу Ляли пробежала рябь недовольства. Но девушка ничего не сказала. Между нами повисла напряжённая тишина, которую я поспешила сгладить:

— Ты Артура уже пригласила в клуб?

— Да. Он сказал, что с другом придёт, — глухой ответ.

— Блин, круто. Оторвёмся сегодня. Не помню даже, когда мы с тобой куда-то вот так выбирались.

— У нас ещё три года впереди, — наконец-то одарила меня улыбкой девушка.

— Хочется верить, что гораздо больше, — обняла Ласточкину за плечи и лбом прижалась к виску. Обожаю её так сильно, что хочется затискать.

— Лиль, а что ты решила с Гером? — вопрос подобен удару хлыстом. По самом больному месту.

— Ничего. Я поняла, что это просто глупая детская влюблённость. Я просто решила, что он принц из моей сказки, а он обычный парень. Не мой парень. Мы с ним совершенно не подходим друг другу. Мы из разных миров, — говорю ровно, будто робот.

— У него есть девушка?

— У него их море, — устала считать, сколько я их видела уже, покидающих его квартиру. — Впрочем, какая мне разница? Я уже всё решила.

— Врёшь ведь, — Ляля смотрит мне в глаза. А я молча лишь добавляю:

«Вру, как и ты мне».

Медпункт закрыт, поэтому нам приходится возвращаться. Уже возле аудитории меня окликает Аслан.

— Что?

— Ты телефон забыла у меня в машине. Тебе кто-то звонил, — забрала из его рук телефон, провела пальцем по экрану и увидела три пропущенных вызова.

— Спасибо. Блин, мама звонила три раза. Я сейчас, Ляль, иди в аудиторию без меня, — оставила этих двоих наедине, надеясь, что Аслан не наделает глупостей.

Набрала мамин номер, и она тут же ответила, будто ждала.

— Лиля, почему трубку не берёшь?

— Забыла телефон у Аслана в машине, — ответила спокойно, не обращая внимания на недовольный тон мамы.

— Кто такой Аслан? — судя по тону, она уже знает о том, что у меня появился «ухажёр».

— Хороший друг, мамуль. Ты что-то хотела? Звонила зачем?

— Вечером мы с папой в кино идём, а с собакой Герочки не с кем погулять.

— И ты туда же? — рявкнула на маму. — Я сегодня занята вечером. Я иду гулять с Лялей и Асланом.

— Чего хамим? — строго спросила мама.

— Прости, — выдохнула устало. — У меня с собакой погулять не выйдет. Я не хочу. Пусть сам гуляет. Или просит своих проституток.

— Лиля! — воскликнула возмущённо мама.

— Мне пора на пару, мамуль. Прости. Люблю. Пока.

Сбросила вызов. Надоело. Чертовски надоело! Они там все сговорились? Решили всей семьёй сводить меня с тем, кто на меня внимания не обращает. Мир просто сошёл с ума. А моя семья подавно. То твердили, что это детская влюблённость, а теперь…