Глава 19

Александр Пигалица чуть не вскакивает после моих слов. – Чо-о-о?! Ласстались? Это чо? Как? В смысле? Ма-а-а-м? – хлопает своими глазищами. Похоже, в тот момент, когда мы узнали друг друга в номере, малышка не обратила на это внимания. Или не поняла произошедшего. А вот сейчас… Мне даже жалко Марину. Насколько я успел узнать Василису, она не отстанет, пока ей все не рассказать. Но из-за этого можно не переживать. Марина так и так мне сейчас все расскажет. Я сам от нее не отстану, пока не узнаю правду. – Вы длужили?! Мамочка, ну ласкажи-и?! – мелкая тянется на задний ряд и трясет свою маму за руку, пока та сидит с немного потерянным видом. Осмысливает, что я сказал? Может и при дочке о многом говорить не хочет. Рассматриваю девушку через зеркало заднего вида. Даже настраиваю его получше, чтобы не упускать деталей. Черт! Как же сложно от нее оторваться взглядом! Столько лет ее не видел, а она все такая же притягательная, как магнит. Очень милое лицо, завораживающие глаза, губки, что хочется скушать, аппетитная фигурка… Приходится прилагать усилия, чтобы отвлекаться и следить за дорогой. Но взгляд постоянно возвращается к Марине. Вот и сейчас вижу, как она своей аккуратной попкой сидит прямо на коже обшивки кресла, под которой… Когда распихивал купюры, не рассчитывал, что кто-то на них будет сидеть. Вообще, не собирался везти на этой тачке кого-либо, кроме себя. Говорить девушке, чтобы была аккуратней и не прыгала на сиденье, конечно не буду. Лучше не привлекать лишний раз внимание к обивке. А еще правильно, что мелкая едет на переднем сиденье. Плевать, что нет детского кресла. На крайний случай, куплю, как по дороге увижу. Чувствую, сядь пигалица назад, точно бы расковыряла банкноты. Она же на месте ровно нифига не сидит. И всюду сует свой нос. – Васюш, это взрослый разговор… – Марина пытается как-то угомонить дочку. Но та, естественно, не дает это сделать. – А я чо?! Я тоже взлослая уже! – возмущенно заявляет девчонка. – Вон, как вылосла, выше Димки из третьего подъезда. И я не Васюш! Я Толпеда! Видя, как расширяются глаза Марины и меняется ее лицо, быстро отворачиваюсь и делаю вид, что не замечаю и не слышу их разговора. И, вообще, ни причем тут. – В смысле? Какая торпеда? – в голосе девушки удивление и сильное недовольство. Но мелкой, похоже, на это все равно, потому просто и весело выдает: – Я Василиса Толпеда Плекласная! Вжух и бах! Клуто, да? Прямо-таки чувствую, что Марина сейчас переводит взгляд на меня. А я что? В зеркало заднего вида даже не смотрю. Только на дорогу. Я же водитель. Позволяю себе сокрушенно покачать головой, мол, ну надо же, вот так мелкая придумала себе имечко. – Кто тебе придумал такое название? – тем временем негодует Марина. – Ты моя Васюнечка любимая, а не какая-то там торпеда. – Ну-у, ма-а-а-м! Толпеда – это клуто! И название плидумал… – Так, – обрываю речь с одной стороны маленькой, но, в то же время, очень большой занозы в пятой точке, – не уходим от темы. Марина, рассказывай все. А ты маме не мешай. Некоторое время помявшись, девушка начинает говорить. А малявка со всем вниманием слушать. Марина рассказывает с самого начала, как и просил. Почти. Тему про наши встречи опускает, косясь на Василису. Теперь становится понятным, почему я девушку не нашел. К моменту, когда вернулся на курорт она уехала. А в отелях и гостевых домах нет о ней никакой информации потому, что Марина там и не останавливалась. У нее на побережье есть собственное жилье. – А где-то через три недели подружка посоветовала сделать тест, – девушка продолжает говорить. Но при этом как-то тише. Неуверенно. – Ну, там, из-за задержки. Он оказался положительным. А я не могу пока сообразить, почему успешно сданного теста нужно стесняться? Почему говорит так тихо и неуверенно. Что за предмет в универе такой? Правда, продолжение истории ставит все на свои места. – А в феврале появилась Василиса… Бросаю резкий взгляд в зеркало заднего вида. Марина скромно опустила голову. Но глазками все равно стреляет, следит за моей реакцией. Хлопает своими большими ресницами – хлоп-хлоп. А реакция моя становится бурной, после осознания услышанного. – Что?! – вырывается у меня. Я даже резко торможу, уводя тачку к обочине. Сзади кто-то недовольно сигналит, обгоняя, но мне сейчас на это плевать. Главное совершенно другое. Смотрю на Марину. Перевожу взгляд на Василису, что удивленно на меня пялится. Ну, да. Она же не поняла, о чем сейчас сообщила мне ее мама. А я понял. Но пока не могу поверить. Это как удар обухом по голове в самый неожиданный момент. – Хочешь сказать… – подбираю слова. – Василиса это… Снова перевожу взгляд с мамы на дочку, как бы давая Марине возможность уточнить, правильно ли я понял ее намек. Ответить на невысказанный вопрос.