Глава 43. Рик

Мариса

Промакнув тело полотенцем, отбросила его в сторону и вошла в спальню. По мысленному приказу двери гардеробной раскрылись. Зашла подобрать соблазнительный наряд. Выбрала чёрные ремешки, сегодня я буду вся в коже. Тонкие полоски крепились на серебряных кольцах. Посмотрела на себя в зеркало. Очень сексуальная конфетка.

Пока я была в душе, ко мне в комнату доставили подарок от императора.

Открыв красную коробку, увидела подарки. Вагинальные жемчужные шарики и анальная пробочка, на конце которой был пушистый заячий хвостик. Скривилась от такой заботы. Но деваться некуда, хочешь стать императрицей — стань ею. Удовлетворить монстра — та ещё радость. Но чего уж скрывать, когда я была с Патриком у меня напрочь сносило крышу. Смывались все границы и была лишь только животная, всепоглощающая страсть. Да я сама готова была сделать всё, что угодно для того, чтобы он меня хорошенько отодрал.

И всё это было тогда, когда он находился рядом со мной. Император мог заставить на краткий миг забыть обо всём и всех. А моя ненависть к нему его лишь только подогревала. Похоть, страх и сладкие минуты оргазма. Даже сейчас, представив те ощущения, которые испытывала с ним раз за разом, неимоверно возбуждалась. К промежности приливала кровь и становилось жарко. Размазав пальцами свою жидкость, раздвинула ноги, вставила в лоно жемчужные шарики. И охнула, когда они завибрировали. Пока не сильно, лишь слабый отзыв. Но я знала, что как только я сделаю шаг вибрация, усилится. Так же будет и с пробочкой. В общем по дороге к императору я испытаю весь спектр мини оргазмов. И когда войду в комнату, где меня будет ждать Патрик, то сама накинусь на него как голодная волчица. Лишь бы только заглушить звериный голод и вой потери.

Короткий сарафан ладно сел по фигуре, спереди он был со шнуровкой, юбочка чуть прикрывала попу. Надела косуху, натянула ботфорты на высоком каблуке. Пока одевалась — взмокла, шарики вибрировали, всё больше, раздражая стенки лона. Капли жидкости обильно стекали по внутренней стороне бедра. Не стала их вытирать, Патрика всегда сводил с ума мой запах. Он, когда был занят на совещаниях, присылал посыльных за моими трусиками. У него уже собралась целая коллекция моего грязного белья.

Пошленько хихикнула, представляя его величество в женских трусиках. Перед камерами, где папарацци просили его попозировать. Придёт же такое в голову! Новостные каналы сейчас вовсю трубят о прерванном роде серебряных волков, которые так и не смогли после себя оставить потомство.

Губы искривились в рыданиях, глаза увлажнились, опять накатили воспоминания о гибели братьев. Пару раз вздохнула, приводя мысли в порядок. Это уже в прошлом, пора брать себя за шкирку и идти по той дороге, которую назначили. Посидела пару минут, приводя дыхание и мысли в порядок. Нужно идти. Раньше начнём, раньше закончим.

Пройдя несколько точек проверки, наконец-таки вошла в имперские покои. Оружия при мне не было, да и быть не могло. Всё тщательно досматривают, даже одежду на частички токсинов проверяют. Обдало облаком стерильности. Странно, раньше такой тщательной проверки не было. Интересно, что изменилось теперь?

Открылись двери, запуская меня в спальню. Полумрак и голос Патрика:

— Надень повязку, Мариса.

В мою сторону полетела лента, которой я должна была закрыть глаза. Пришлось подчиниться, другого выхода не было. Ко мне подошёл Патрик и, взяв за ладонь, шепнул на ухо:

— Доверься, любовь моя, тебя ждёт сюрприз, — голос бархатный, шелковистый, закрадывается в душу и нежно её гладит. Странное чувство на уровне восприятия тонких материй.

Мне показалось, что мы уже не в комнате. Нас перенесло в другое помещение. Игра мне не нравилась, я любила всё контролировать, я должна была видеть, что происходит. А неизвестность пугала. Щупальца липкого страха сковывали голос, ноги подгибались. Да ещё это чёртово сексуальное барахло внутри меня, про которое всё время помнишь.

— Тебе понравился мой подарочек? — голос прошёлся по оголённым нервам, отчего по телу поползли мурашки.

— Предсказуемо, — повела чуть плечами.

— Вот как? — голос Патрика, но какой-то более жёсткий и с другой стороны. — Думаю это не будет предсказуемым.

На мои руки опустились браслеты и меня вздёрнуло вверх. Не сильно, но ощутимо натянулись сухожилия. Пришлось стать на пальчики.

— Так более неожиданно, сладкая? — промурлыкал незнакомый мне Патрик.

— Кто ты? — осевшим голосом спросила у мужчины.

— Любовь всей нашей жизни, разве ты меня не узнала?

— Ты не Патрик, где император? — потребовала объяснений у незнакомца с голосом владыки. Голос был такой же, но всё равно другой. Более жёсткий, властный, подавляющий. И тёмная аура, которую ощутила моя звериная сущность. Волчица заскулила и поджала хвост. Вот теперь мне окончательно стало страшно. И всё же продолжила разговор: — У него что, раздвоение личности случилось?

Наградой мне был смех, раздавшийся с разных сторон комнаты. Ужас послал разум в нокаут, я не понимала, что происходит. Капли липкого пота сбежали по спине.

— Считай, что я его брат-близнец, сладкая моя, — влажный язык прошёлся по моей щеке.

Чужие жёсткие пальцы проникли под юбку и, ухватив за ниточку, медленно потянули её вниз. Я взвизгнула и от остроты ощущений, и от неизвестности. Я ничего не понимала. Патрик впервые допустил незнакомца в наши интимные игры.

— Запах страха и неизвестности так бодрит. Ты согласен со мной, Патрик?

— Рик ей неудобно, она еле стоит на пальцах. Ослаблю оковы.

— Как хочешь, Патрик, ты лучше знаешь нашу малышку. Но я наверстаю упущенное.

Мое бедро опалило прикосновение, показалось, что тьма, которую вызывал Патрик, прошлась по обнажённой коже. Меня била мелкая дрожь. Раньше монстр, живущий внутри императора, никогда не говорил. А сейчас он словно обрёл плоть.

Кандалы перестали тянуть вверх и я с облегчением встала на полную стопу. Пока дрожа от напряжения гадала, чем меня ещё собирается удивить император, игра началась. И мышкой тут была я.

Меня медленно начали освобождать от одежды. Одна снятая вещица — одна жемчужина обретала свободу. В итоге, я осталась стоять с завязанными глазами, с кандалами на руках и одетая в кожаные тесёмки с хвостиком, торчащим из попы.