Глава 9

1700 год, октябрь, 7. Москва

Алексей завтракал.

У него на столе был один из стандартных, утвержденных царевичем вариантов. Сначала немного овсянки. Этакое первое блюдо. Потом яичница легкой прожарки, чтобы желтки оставались жидкими. Сосиска. Несколько ломтиков бекона. Чуть-чуть запеченных бобов. Хлеб с маслом. И кофе.

Были и другие варианты, загнанные в сетку двухнедельного меню, но сегодня так сложилось, что подавили именно такой. Вариант английского завтрака. Хотя, если говорить точнее, островного. Так как что-то в этом духе практиковалось у более-менее состоятельных людей во всем британским островам.

— Слушаю, — медленного вкушая овсянку, произнес Алексей, обращаясь к вошедшему к нему дежурному по дворцу.

Тот знал свое дело. Кивнул. И начал доклад.

— За ночь никаких происшествий. Писем или иного не доставляли. В малую приемную никто не приходил. Но посетитель есть. Прибыл только что. Некий Джон Ло. Он предъявил письмо от тебя с приглашением.

— Ло? — Алексей оживившись. — Не ожидал что он так легко и быстро согласится приехать. Впрочем, не важно. Пригласи его ко мне и вели накрыть тут же и для него. Позавтракаем.

— Но… безопасно ли?

— Он не из тех людей, кто кидается с вилками на людей. — усмехнулся царевич. — Приглашай.

Минуты через три гость зашел в помещение.

Ему уже успели накрыть и принести завтрак.

— Я рад видеть ваше высочество… — начал было Джон, но Алексей остановил его.

— Доброе утро. Прошу. — сделал он приглашающий жест к столу. — Не люблю все эти пустые шарканья. Время деньги.

Пара секунд смущения и замешательства.

Ло взял себя в руки. Улыбнулся. И сел на указанное место.

— Не думал, что ваше высочество столь рано встает. — произнес Джон на французском.

— Кто рано встает, тот всех достает. — усмехнулся царевич, отвечая на английском, который неплохо знал еще с прошлой жизни. Хотя и говорил с совершенно незнакомым для местных акцентом. — Я бы и рад поспать подольше, но дела… их, знаете ли, слишком много для столь юного создания.

— Учеба? — несколько опешил шотландец.

— Не только. Разные дела. Хотя… все в нашей жизни это, пожалуй, учеба. Это ведь опыт. Бесценный опыт. Впрочем, это слишком позитивная оценка. Если говорить грубее, то у моего царственного отца даже солдатские блохи трудятся. Кто белье стирает, кто чулки штопает.

— Оу… — недоверчиво произнес Ло.

— Образно выражаясь. Он не любит бездельников. Впрочем, перейдем сразу к делу. Вы кушайте, кушайте. Вас, наверное, интересует, чем вы могли бы быть полезны мне?

— Да. Меня пригласили без какой-либо конкретики.

— Я слышал вы очень успешны в картах.

— Мне везет. — уклончиво ответил Джон.

— Проанализировав часть ваших партий я пришел к выводу, что это не совсем так. Удача вам благоволит без всякого сомнения. Но… мне показалось что ваш секрет не в этом. Вы словно бы описали математически игру. Составили комбинации. И запомнили их. Оттого, когда что-то шло неудачно, пасовали, а когда удачно — повышали ставки. Я прав?

Джон промолчал.

Опытный игрок в карточные игры не выдавать себя лицом, но молчание…

Алексей усмехнулся.

Он точно знал, что Джон Ло именно это и сделал. Когда в прошлом изучал историю финансовых афер — познакомился с этими деталями его биографии. Он сам признался. Сильно позже. Сейчас же этого не знал никто. И, вероятно, его собеседник был немало потрясен тем, что его тайна вскрыта.

— Не переживайте так, — примиряюще произнес царевич, отхлебнув кофе. — Я не считаю это шулерством. Просто одним из способов относительно честного отъема денег. В конце концов что мешало другим поступить также, как вы?

— Если на этот вопрос смотреть так…

— Способность математически описать игру в карты и составить все комбинации — очень похвальна. Это не каждый ученый муж сможет сделать. Даже математик. У вас хорошие аналитические способности. Качественные. Во всяком случае ваш устойчивый успех в картах это подтверждает.

— Благодарю. Если позволите ваше высочество, то… я поражен. Услышать такие рассуждения от столь юного создания… — покачал он головой.

— Юность — это тот недуг, который с годами проходит сам собой. Отрастить пузо и обрюзгнуть лицом я всегда успею. — безразлично произнес Алексей.

— Пожалуй, — улыбнулся Джон.

— Я хочу создать в России банк. Большой крупный банк, который бы в дальнейшем занялся решением сложных хозяйственных задач. С перспективами в будущем превратить его в государственный банк России. И вы, со своими талантами к практическому анализу и комбинаторике отлично подходите на роль его руководителя.

— Оу…

— Неожиданное предложение?

— Весьма.

— Для того, чтобы учредить банк нужен начальный капитал. Не так ли?

— Без всякого сомнения.

— Поэтому нам с вами предстоит его добыть. Относительно честным путем, разумеется.

— Нам?

— Нам. Потому что вы самостоятельно не сможете выйти из схемы без критически неприятных последствий. А я вряд ли смогу выехать «в поля» для ее реализации.

— И что за схема?

— Для начала мне нужно ваше согласие.

Он задумался.

Алексей его не подгонял, молча кушая хлеб с маслом и запивая его кофе.

— А если я не справлюсь?

— Учитывая ваш карточный опыт и склонность к масштабным, авантюрным действиям? Не думаю. Вероятность, конечно, есть. Но можно и в лесу умереть, от свалившегося на голову кирпича.

— В лесу⁈

— Всякое бывает, — пожал плечами Алексей. — Проезжала телега. Уронила один из перевозимых кирпичей в кусты. Дерево, что росло, подняло его вверх, вместе со своим стволом. Удар молнии ослабил этот ствол. Порыв ветра качнул. Кирпич и вывалился. Невероятная история. Редчайшая. Но что мешает ей приключиться? Особенно если кирпич будет не целый, а обломком. Отчего его и бросили, не став поднимать.

— Хм… вы так во мне уверены?

Царевич внимательно посмотрел ему в глаза своим фирменным немигающим взглядом. Несколько секунд он боролся с желанием рассказать ему, что он и так в будущем чем-то подобным будет вполне успешно заниматься. Но сдержался. И ограничился лаконичным ответом:

— Да.

— Тогда я согласен.

— Брать кредиты для создания банка я не хочу. Это влечет за собой определенные нехорошие последствия. Да и не даст мне никто много. А мало… этого не хватит для задуманных мною целей. Я собираюсь играть по-крупному. Раз денег никто не даст, то их нужно взять. Отняв относительно честным способом. Для чего вам нужно будет выехать в Голландию.

— Потому что там много денег?

— Да, но не только. Вы, верно, слышали о том, что грядет большая война в Европе?

— О ней не слышал только совсем уж глухой.

— На текущий момент все складывается таким образом, что Швеция примет сторону Франции. И удар ей будет наносится по Голландии.

— Вы в этом уверены?

— Как можно быть уверенным в будущем? Нет, конечно. Карл может внезапно скончаться, погибнув при своем очередном выходе на медведя. И тогда Швеция вообще никуда вступать не будет. Но, если судить по всем известным мне раскладам, Карл сейчас склонен поступать именно так. Он жаждет воинской славы, поэтому рвется в бой. В какой угодно. А для войны ему нужны деньги, в то время как у него в казне пусто. Если выступит за Габсбургов, то Англия и Голландия будут ему платить. Но сколько? Если же он выступит за Францию, то сможет, нанеся поражения Англо-Голландским войскам, войти в Голландию и взять столько, сколько унесет. Мы же… — усмехнулся Алексей, — делаем все, чтобы он не отвлекался.

— А он разобьет Голландию?

— Карл гениальный тактик, одержимый войной. В итоге, как и Густав II Адольф он, вероятно, погибнет и все потеряет. Но поначалу будет творить чудеса. Поэтому, если он вступит в войну, то сделает это на стороне Франции. А вступив — атакует Голландию и с большой вероятностью сможет ее разбить, а потом и разорить.

— Но… как мы тогда выудим деньги из Голландии?

— Мы должны спешить. — улыбнулся Алексей.

После чего поведал ему классической финансовой пирамиды. Вроде «МММ», только адаптированную под местные реалии.

— Как ты понимаешь, у такой пирамиды есть слабое место. Она живет и приносит прибыль вкладчикам до тех пор, пока в нее приходят новые. Если приток новых вкладчиков истекает или замедляется — начинается крах. Причем крах безусловный. Его никак нельзя остановить или предотвратить. И в таких пирамидах самое важное — вовремя выйти из игры. Для чего нам Карл и нужен.

— Разоряя Голландию он заметет следы?

— Да. Можно будет развести руками и указать на него, как на виновника разорения компании. Ведь компания выполняла свои финансовые обязательства, пока не пришел Карл.

— Занятно… — загадочно улыбнулся Ло.

— Нас с вами в этой истории интересует два момента. Первый заключается в том, что обманутые вкладчики не любят себя таковыми считать. И винить будут не нас, а того, кто не дал им получить сверхприбыль. Такова природа человека. — развел руками Алексей. — А второй — это легализация денег. Если ты останешься сам по себе, то рано или поздно к тебе придут. Это вкладчики будут винить шведов. А королевские судьи — нет. Рано или поздно они разберутся что к чему и конфискуют все твое имущество для погашения долгов. Дабы погасить раздражение вкладчиков. Хотя бы частично. Поэтому важно будет не просто вовремя выйти из игры, вывозя деньги, но и оказаться там, где до тебя не доберутся. Именно по этой причине тебе нужна Россия.

— А в России не достанут? У вас большая торговля с Голландией. Меня могут отдать на растерзание, если купцы надавят.

— Крах компании произойдет не естественным путем, а из-за вмешательства форс-мажоров. Войны. Да и законов это никаких не нарушает. Так что потребовать твоей выдачи они не смогут. На основании чего? Им там что-то показалось? Пускай крестятся.

— Но деньги то я вывез в Россию. Скажут, что украл.

— Для этого незадолго до выхода из игры наши подставные вкладчики скинут свои акции. И вывезут деньги домой для участия в учреждении банка. Сколько там чего конкретно приехало — не проверишь. Миллион талеров или десять? Иди — посчитай. Особенно если они уже будут вложены в банк. Ты для них останешься чистым. К тому же они будут вынуждены, скорее всего, привлекать Россию на свою стороны в этой войне. И ругаться по таким пустякам не станут. И это не говоря о том, что если ты привезешь в Россию обозначенные деньги и создашь банк, то мой отец им не отдаст. Даже под угрозой войны.

— Даже так? — усмехнулся Ло.

— Даже так…

Еще немного поговорили. Обсудили дела и участие русских представителей в запуске местного филиала «МММ». Что, дескать, вложатся одними из первых. Чем и спровоцируют взрывной рост схемы. Еще какие-то детали. После чего Алексей уехал в Преображенское — к отцу, на совещание, а Джон Ло остался в Воробьевском дворце прикидывать математическую модель пирамиды. Ну и варианты маскировки ее деятельности…

Совещание, на которое спешил царевич, было не пустой забавой.

Алексей отчитывался за порученное ему дело. Об итогах первого сезона работы опытных сельских хозяйств. Этаких импровизированных колхозов. Маленьких. По сути мало отличающихся от предприятий, созданных в 1930-е года в Союзе. Таких же крошечных. Так же использующих преимущественно ручной труд. И с такими же неопытными председателями. Ну… точнее опыт то у них имелся, но не тот. Ведь частый сельский труд и руководство сельскохозяйственным предприятием вещи весьма и весьма отличные.

Царевич отчитывался перед царем.

Впрочем, послушать явилось человек пятьдесят. И ближайшее окружение Петра, и просто любопытствующие из числа людей влиятельных, которых объединяло общее свойство — владение большими площадями земли. Здесь даже церковные иерархи сидели. Ведь церковь являлась вторым после царя землевладельцем.

Доклад Алексей строил просто.

Сначала рассказывал о том, что было сделано. Указывая на плюсы и минусы. Потом сравнивал результаты с помещичьим хозяйством. Как мелким, так и крупным. Чем явно показывал критическую отсталость последнего. Ну и дальше рассказывал о том, что сделать не удалось пока, а также о планах.

Например, южные хозяйства пока развернуть не получилось. И, как следствие, ряд культур проверить не удалось. А земляную грушу, которую можно было бы высаживать в средней полосе, просто пока не привезли…

Результаты доклада выглядели крайне обнадеживающие.

Хотя Петр хмурился.

Алексей в очередной раз боднул крепостничество как метод хозяйствования. И Петр начал потихоньку уступать. Тут и логика, вполне стройная, и примеры опытов с интересными результатами. Но главное — реакция крупных землевладельцев, которые явно заинтересовались перспективой заметно больших урожаев…

— Косилку? — спросил патриарх Адриан, когда царевич коснулся вопроса развития конных станций. — А чем косари хуже?

— Косят медленно. Если сделать небольшую повозку-двуколку с опускающейся косой, то можно будет лошадью косить. Быстро и много. И не только по росе. Одна такая косилка сможет за день скосить травы больше, чем сотня косарей.

— Просто повозка с косой?

— С механической косой. Словно две пилы. С приводом от колеса. Повозка то едет вперед. Колеса вращаются. Оттого через шестеренку можно и шевелить механизм. Но ее еще только предстоит сделать. Пока это только наброски. Мысли вслух.

— А плуг, сеялка и жатка? Они тоже покамест выдумка?

— Жатку применяли еще галлы во времена Римской империи. Я о том, вычитал. Но конструкция примитивная. Нужно думать. Опыты проводить. Плуг тоже известен, но на нем пашут, идя рядом. Это плохо. Медленно. Если доработать его и оснастить сиденьем, то применив сильных лошадей, можно многократно ускорить вспашку. Едешь себе и пашешь. Сеялку же…

— А готовых механизмов совсем нет?

— Увы. Во всяком случае у меня. Но никакой великой сложности в них нет. Нужно только время. Там вообще много всего можно придумать, чтобы улучшить рутинный и однообразный труд, требующий большого количества ручного труда. Ту же молотилку передвижную сделать с конным приводом. Или еще чего. Иными словами — мы можем очень многие ручные дела сельские механизированными. Что даст возможность осваивать южные пустующие земли малыми силами. Да и на старых закрыть нехватку рабочих рук. В первую очередь в крупных землевладениях.

— И как быстро ты сможешь сделать эти сеялки с косилками? — поинтересовался Петр.

— Как я уже говорил — мне нужно время. И подходящие инженеры. Прямо сейчас заняться этим я не смогу. Времени и сил нет. Как завершатся работы по монетной машине попробую заняться. Но мне будет нужно помощь Якова Вилимовича. — кивнул он на Брюса. — Ну или найдите мне толковых механиков. Рукастых.

— Найдем, — решительно произнес патриарх.

— Только держите в уме — людей для такой техники нужно учить. У них должен быть хотя бы минимальный уровень грамотности. Для чего потребуется создавать в хоть каком-то объеме начальные школы простолюдинам.

— Зачем им грамотность? — удивился Меншиков. — Разве чтение или счет требуются для управления таким плугом или косилкой?

— На прямую — нет. Учеба нужна для другого. Чтобы их дремучий разум немного оживить и привести в чувства. Ведь учеба, это, среди прочего, и упражнение для ума. Укрепление его. Что нам и нужно. Иначе, посадив дремучего балбеса за косилку, мы просто ее угробим. А она денег стоит. И хорошо, если просто косилку…