ГЛАВА 2

Лариса Эйфория от предстоящих перемен, позволила вернуться домой без привычного страха остаться один на один со своими мыслями. По сложившейся годами традиции тяну время и, зайдя по дороге в один из супермаркетов, долго брожу вдоль витрин и стеллажей с полупустой тележкой. Придирчиво выбираю вино, сыр, нарезку, фрукты и десерт. Готовить я разлюбила с тех пор, как стало не для кого, а себя я предпочитала баловать вкусностями без лишних заморочек. Благо фигура от этого не страдает. Не зря же я дважды в неделю посещаю йогу и бассейн, тоже кстати, рекомендованные психологом и подругами. Подруг у меня мало и с тех пор, как почти четыре года назад Маринка уехала, я в основном общаюсь лишь с коллегами или переписываюсь в соцсетях с людьми, которых не волнует мой внутренний мир и проблемы. Всего лишь общение, позволяющее не замыкаться в узком мирке сомнений и страхов, что я никому не нужна. Есть ещё мама и братья, но их я неизменно навещаю в образе роковой красотки, добившейся успехов во всём, о чём мечтала. Я же мечтала выучиться и получить работу мечты, жить в городе, не в чём себе не отказывая. Уезжая из посёлка совсем юной восемнадцатилетней девчонкой, я не хотела любви, семью и детей. Получается, что хотела, то и получила, но никто не догадывается, что, встретив Никиту, я начала мечтать совсем о другом. Чему, впрочем, не суждено было сбыться. А рассказать маме обо всём, что произошло, так и не решилась. Ведь, по сути, она оказалась права, а слышать её пресловутое «я же говорила», нет – увольте. Совершаю покупки и, не спеша прогуливаясь в сторону дома, наслаждаюсь лёгким морозным воздухом и невесомо падающими крупинками снега. Остаётся чуть больше месяца до Нового года, хотя для меня с некоторых пор понятие праздника существовать перестало. Просто ещё один день, просто смена дат, просто очередной этап в жизни. За прошедшие четыре года я сильно изменилась. Стала уверенной, шикарной, неприступной, немного стервозной, независимой. Но это внешне… Внутри я всё та же Лариса, неуверенная в себе, осторожная, недоверчивая, сломленная девочка из маленького посёлка. Отдушиной стали успехи в работе и продвижение по карьерной лестнице. Уже давно, напрочь отметя вероятность наладить личную жизнь, я стремилась лишь стать востребованным профессионалом в своей области. А чувства и отношения?.. Не могу, не хочу и не готова. Мужчины пытаются. Меня часто замечают и выделяют из общей массы, провожают сальными взглядами, просят номер телефона, зовут на свидания. А я?.. Знаю, что за глаза меня зовут снежной королевой, вот только моя корона давно возложена к ногам одного мужчины, которого в моей жизни нет и уже не будет. Квартира встречает привычной тишиной и мягким светом декоративной подсветки. Это моё гнёздышко, и неважно, что куплена она на деньги, перечисленные мне отцом Никиты. Компенсация… Моих чувств, моей любви, моих разбитых надежд и моего нерожденного ребёнка. Финансирование моей новой жизни, которая за внешним блеском и благополучием напоминает серые странички старой школьной тетрадки с выцветшими строчками о глупых мечтах и нелепыми сердечками на полях. Скидываю верхнюю одежду и обувь и, пройдя на кухню, убираю купленные продукты в холодильник. Есть совсем не хочется, поэтому привычным маршрутом сразу же направляюсь в ванную. Сняв с себя всю одежду, наполняю ванну, щедро добавив в воду морскую соль и ароматную пену. Пока жду, когда ванна наполнится, встаю перед зеркалом, придирчиво себя осматривая. Красивая, и это без ложной скромности. Холеная, ухоженная, шикарная. Ничья… Подмигнув своему отражению, оставляю лишь подсветку над зеркалом и, шагнув в ванну, опускаюсь в пушистое облако ароматной пенки. Такой вид расслабления мне никогда не надоедает. Завязываю волосы в пучок и, подложив под шею свёрнутое валиком полотенце, закрываю глаза. «Ты всё сможешь, Лара». – в который раз твержу уверенно и, расслабившись, начинаю мечтать о будущем. Скоро ежегодный Новогодний корпоратив, а я пообещала сама себе обязательно с кем-нибудь познакомиться и завести более близкие отношения. Потому что так дальше жить нельзя. Мысленно даю себе задание подготовиться максимально тщательно и встретить следующий год не одной. Хотя бы завести пару подруг, с кем можно будет делиться своими радостями и бедами. С обычными девушками, как и я, а не только с психологом… Чтобы закрепить результат и точно не передумать, тянусь за телефоном, оставленным на полочке рядом с умывальником и, набрав нужный номер, снова отклоняюсь головой на бортик ванны. – Лиза, привет, – выпаливаю, едва девушка берёт трубку. – Давно не виделись, – хихикнув, откликается она. – Ты с кем на корпоратив идёшь? – сразу перехожу к делу. – Кхм, – мнётся девушка и, тяжко вздохнув, отвечает: – Я не пойду, наверное. – С чего это? – фыркаю и, пытаясь прощупать её мотивацию, рассуждаю: – Чем не повод сблизиться с Павлом, а? – А смысл? – гундосит Лиза. – Он меня совсем не замечает. – Ну и правильно делает, – придаю голосу скептицизма. – Лиз, он тебя видит только в офисе, а общаетесь вы только по работе. Разве нет? – Ну как бы да, – настороженно отзывается она. – А работаешь ты сколько? – развиваю тему. – Почти два года, – вздыхает и, помолчав, выпаливает: – Зря всё это. Не нравлюсь я ему. – Ты пришла в компанию вчерашней студенткой, – поцокав языком, возражаю я. – Когда ему было к тебе присматриваться. Пора что-то менять. – Например? – интересуется уже более воодушевлённо. – Пообщаться в неформальной обстановке, – начинаю перечислять, сочиняя буквально на ходу. – Приоденем тебя в красивое платье, плюс маски наденем, каблуки, макияж. – Думаешь, поможет? – уточняет с нескрываемой надеждой. – Надо возбудить его интерес, – продолжаю задумчиво. – Это как? – растерянно блеет Лиза. – Надо, чтобы он тебя приревновал. – Для ревности должны быть чувства, или хотя бы симпатия, – ворчит девушка. – Ты же не знаешь, почему он дистанцируется, – пытаюсь рассуждать. – Может, он принципиально против отношений на работе. – И-и? – А на праздновании увидит тебя с другими мужчинами и поймёт, – выдвигаю главный козырь. – Что поймёт? – бурчит скептически. – Что, либо надо успевать… – Либо я ему не нравлюсь, – перебив, завершает мою теорию. – В таком случае переключишь своё внимание на других мужчин, – подхватываю её мысль. – Лиз, ну правда. Чего ты зациклилась? Ты такая хорошенькая. Уверена, многие захотели бы с тобой серьёзных отношений. – А с тобой? – совершенно непреднамеренно подлавливает меня Лиза. – Кхм… ну… – от растерянности чуть не ухожу под воду вместе с телефоном, но, взяв себя в руки, уверенно заявляю: – Вот и будем вместе налаживать новые знакомства. – Хорошо, – с нескрываемым сомнением откликается она и, нервно хихикнув, предлагает: – Надо ещё кого-нибудь позвать. – Ольгу позовём, – помычав в трубку, предполагаю я. – Она у нас тоже красота неписаная и не пристроенная. – Круто! – верещит Лиза. – Вместе веселей и не так страшно заводить кхм… – Близкие знакомства, – подсказываю решительно и, усмехнувшись, прощаюсь: – Давай, пока. На работе обсудим. Откладываю телефон и невольно улыбаюсь. Лиза младше меня всего на год с небольшим, но порою кажется, что между нами разница в несколько лет. Впервые мы познакомились не где-нибудь, а в женском туалете. Девушка самозабвенно рыдала, запершись в кабинке, а я просто не смогла сделать вид, что мне всё равно. О её влюблённости в нашего босса знал весь коллектив, пожалуй, кроме самого виновника. Ну, либо он умело притворялся, либо включал привычный образ киборга, который приемлет лишь отлаженный рабочий процесс и вышколенные годами принципы не заводить интрижки на работе. Лизу я не жалела. С её внешностью и миловидностью она, не прилагая особых усилий, могла рассчитывать на пресловутые штабеля поклонников. Но природная скромность и явно запоздалый юношеский максимализм мешал ей замечать других мужчин. В этом я и планировала ей помочь. А ещё я почему-то боялась, что она обожжётся, как я. Глядя на любую знакомую девушку, состоящую в отношениях, я впадала в некую панику, ощущая страх за её судьбу. Выбираюсь из порядком остывшей воды и, завернувшись в полотенце, шлёпаю босиком в свою спальню. Раздвигаю дверцы огромного шкафа-купе и, пройдясь рукой по веренице красивых и дорогих шмоток, на большей части которых всё ещё болтаются бирки, выдвигаю полку с бельём. Мой психолог, давая мне советы отвлечься шопингом, понятия не имел, в какие масштабы выльется моя шмотко-терапия. Вещи скупались не глядя и годами висели ни разу не надетые. Платья, костюмы, жакеты, много блузок, юбок и аксессуаров, но особой страстью было кружевное и неприлично откровенное и дорогое бельё. Приобретая очередную ажурную красоту, я неизменно фантазировала, как воспринял бы это на мне Никита. Выуживаю невесомую белую ночную рубашку на тонких лямочках и красивым кружевным лифом. Любуюсь и, откинув полотенце на стул, ныряю с головой в это великолепие. Ткань скользит по телу нежно, своей прохладой рождая рой мурашек. Оглаживаю бёдра и, любуясь на своё отражение, расплываюсь в улыбке. Хочется, чтобы он знал и видел, кого он потерял. Счастлив ли он? Наверное, уже имеет сына или дочку. Мысленно отвешиваю себе оплеуху, что в очередной раз вспомнила об этом предателе, жестоко растоптавшем мои чувства. – Ненавижу, – шиплю в равнодушную пустоту и, подойдя к кровати, небрежно сдёргиваю и откидываю покрывало на кресло. Распускаю волосы и, упав на кровать, подгребаю подушку ближе. – Я не буду больше плакать, – приказываю сама себе и, несколько раз ударив подушку кулаком, повторяю: – Не буду, слышишь? Я забуду! Я буду счастлива и любима, вот увидишь!