Глава 23

Ида

Я постоянно зависаю. Мой помощник что-то говорит, а я только вижу, как шевелятся его губы, но не слышу ни звука. Я все еще в номере отеля. Лежу грудью на столе с задранным платьем. Моя задница саднит, но ее приятно холодит воздух, гуляющий по комнате благодаря открытой двери на балкон. Темного уже давно нет, а я все не нахожу в себе сил подняться. Потому что хочу продлить это невероятное ощущение, когда мной управляют, меня контролируют. В голову тут же просятся картинки из совершенно новых фантазий, которые раньше ни за что не посетили бы мою голову.

— Ида Сергеевна, вы слышите меня?

Я перевожу расфокусированный взгляд на Сергея и медленно навожу резкость.

— Что там, Сереж?

— Мы с Олей можем идти?

Я бросаю взгляд на часы. Половина седьмого. Спохватываюсь с кресла и суетливо собираю папки со стола.

— Конечно. Простите, ребят, задумалась и задержала вас.

Сергей улыбается.

— Не страшно. Давайте я заберу эти дела. Завтра продолжим.

— Да, хорошо.

Передаю ему потрепанные бумажные папки и собираю сумку. Как только я готова к выходу, падаю назад в кресло. Домой жутко не хочется. Надоело одиночество, что ли? Ну же, Савранская, соберись. Разве ты не этого хотела?

Эх, были бы у меня подруги, можно было бы выйти куда-нибудь вместе. Выпить по коктейлю, поболтать на отвлеченные темы. Но у меня только Лена, и ей я никогда не расскажу правду о себе. Марта отпадает, умчала на очередной семинар с какими—то восточными практиками. Ей сейчас звонить себе дороже, завалит ненужной информацией по самые глаза. Как будто услышав мои внутренние стенания, телефон разражается знакомой мелодией. Я улыбаюсь, и мне даже не надо бросать взгляд на экран, чтобы понять, кто звонит. Прикладываю аппарат к уху, предварительно проведя пальцем по экрану, чтобы принять звонок.

— Заблудший брат. Потерянный ребенок. Пропащая душа, — с улыбкой произношу я, и на том конце слышу такой знакомый громкий, красивый смех.

— Привет, сестренка.

— Дениска, ты совсем от рук отбился.

— От семьи, Ида, — поправляет он. – Не начинай, я полночи от мамы выслушивал.

— Когда ты приехал?

— Вчера вечером.

— Как поездка?

— В этот раз невероятная просто. Подписал пару контрактов с мировыми журналами. Фоток наделал – за год не пересмотреть. И такие все… Не знаю, как буду отбирать на продажу. Встретимся?

Меня омывает теплой волной, и улыбка становится шире.

— Давай через час в кафе.

— Сбрось координаты, я буду там, — отвечает он. – До встречи.

Через час я едва могу усидеть на месте. Кручу головой по сторонам и постоянно возвращаюсь взглядом к дверям, чтобы не пропустить появление брата. И в этот момент в зал кафе входят несколько мужчин. Атмосфера тут же меняется, или так кажется только мне, но от них невозможно отвести взгляд. Три красавца. Статные, стильные, как на подбор. Такое ощущение, что понятие «подобное к подобному» списывали с них. Но один из них перетягивает на себя все мое внимание. Его черты резкие, острые, фигура крепкая, но без лишнего объема. Он идеальный. Его взгляд пронизывает до косточек, ведь он скользит им по мне ровно пару секунд. Но, когда мы пересекаемся, воздух вокруг как будто замирает и начинает потрескивать. Не могу объяснить этот феномен. Такое я испытывала только с одним человеком… с Темным. Но ведь это не может быть он. Слишком молод. Мой Темный явно старше меня, иначе откуда у него столько опыта и силы? Столько влияния. Он буквально парит в ауре власти. А этот мужчина… ладно, тоже. Но нет, слишком молод. В этом плане я консервативна. Мужчина должен быть старше меня хотя бы на год. Я практически незаметно трясу головой, с усилием воли отдирая свой взгляд от этого самца.

— А ты так и провожаешь грустным взглядом настоящих мужчин, размениваясь на всякое дерьмо, — констатирует знакомый голос, и я поворачиваю голову.

— Боже мой, ты на анаболиках? – спрашиваю я со смехом и встаю.

Денис заключает меня в медвежьи объятия и сжимает так, что из меня непроизвольно вырывается негромкий писк. Брат смеется, ослабляя объятия. Он держит меня на расстоянии вытянутых рук и рассматривает с головы до ног.

— Выросла, сестричка.

Я шлепаю его по груди.

— Не умничай.

Мы усаживаемся за столик и делаем заказ. Я слушаю Денискины рассказы – мой папа всегда так называет монолог моего брата о его путешествиях, – но пропускаю половину, сосредоточенная на ощущениях. Затылок горит, как будто его припекает солнце. Я пару раз оборачиваюсь, пытаясь понять, откуда взялось это ощущение, но никак не уловлю сути. Каждый раз, когда я пытаюсь изобразить из себя сову, поворачивая голову на сто восемьдесят градусов, взгляд то и дело падает на тех трех красавцев. Я успеваю оценить их стильные деловые костюмы, ровную осанку каждого, непринужденные жесты. Но взгляд как будто примагничивается к тому единственному, который выше их всех. Не знаю… есть в нем нечто… Сила какая—то. Вот прямо с ума сводит и голову кружит. Так сильно, что я на некоторое время даже не думаю о своем Темном. Но он, похоже, думает обо мне.

Телефон пиликает входящим сообщением, и по неистовому грохоту сердца я безошибочно угадываю отправителя. Руки чешутся перевернуть экран к себе и посмотреть, что он мне написал. Но нет, не буду, это же невежливо по отношению к брату. Складываю руки на коленях и сплетаю пальцы в замок, уставившись взглядом в загорелое лицо брата. Я честно пытаюсь слушать Дениса, но телефон пиликает снова и снова. Я становлюсь дерганная, но держусь. Правда, из последних сил. Наконец Денис поднимается и, сообщив, что идет в уборную, удаляется от столика. Не успевает он еще и пары шагов сделать, как я хватаю телефон и проверяю сообщения.

ТЕМНЫЙ: Привет, Кошечка

ТЕМНЫЙ: Чем занята?

ТЕМНЫЙ: Мне нужно уехать будет на несколько дней

ТЕМНЫЙ: Мы в эту пятницу не встретимся

ТЕМНЫЙ: Ты не в обиде?

Я скисаю. Не в обиде, конечно, но… Внезапно мое приподнятое настроение, которое в ожидании пятницы делало кульбиты и готовилось вовсю, выдохлось и упало в кресло—мешок, обняв плюшевого медведя. Потому что грустно.

КОШЕЧКА: Привет. Нет, конечно, поезжай

ТЕМНЫЙ: Ты не сказала, чем занята

КОШЕЧКА: Я с братом в кафе

ТЕМНЫЙ: Много уже выпила?

Я смотрю на свой мохито, а потом перевожу взгляд на экран телефона.

КОШЕЧКА: С чего ты взял, что я выпила?

ТЕМНЫЙ: Не знаю. Просто подумал, что могла бы. Нечто такое девчачье. Расслабляющее, но не крепкое

КОШЕЧКА: Например?

ТЕМНЫЙ: Мохито

Я давлюсь, сделав глоток напитка. Взгляд быстро сканирует пространство кафе, но все присутствующие мужчины заняты разговорами. А затылок снова печет. Делая вид, что поправляю сумку за спиной, я снова поворачиваю голову туда, где сидит компания мужчин. И резко отворачиваюсь, потому что мой взгляд на секунду сталкивается со взглядом того самого красавца из троицы. Сердце сбивается с ритма и нервно грохочет в груди. Неосознанно кладу руку на то место, где оно срывается с катушек, чтобы хоть немного его успокоить. Тщетно, надо заметить. Я беру телефон, пока брат не вернулся, и быстро печатаю Темному ответ.

КОШЕЧКА: Ты угадал. Но как?

ТЕМНЫЙ: Просто угадал

КОШЕЧКА: А ты чем занят?

ТЕМНЫЙ: Тоже вышел в кафе, но с друзьями. Рабочий день окончен, можно расслабиться

КОШЕЧКА: И что ты пьешь?

ТЕМНЫЙ: Кофе. Мне через четыре часа на самолет. Еще нужно вещи собрать

КОШЕЧКА: А ты в кафе

ТЕМНЫЙ: А я в кафе. Расскажи мне новую фантазию, Ида

Я чувствую, как мои щеки начинают гореть. Воровато оглядываюсь и замечаю Дениса, флиртующего у бара с официанткой. Хочется закатить глаза. Он такой всегда: куда бы ни пришел, девицы сами окружают его, как стайка пираний, в надежде откусить лакомый кусочек. Пока он не вернется, мне надо успеть ответить Темному.

КОШЕЧКА: Можно я напишу тебе, как буду дома? Не совсем удобно

ТЕМНЫЙ: Буду ждать, Кошечка

Я улыбаюсь, потому что он присылает мне смайлик с поцелуем. Такая банальность, на первый взгляд, совсем не к лицу взрослому мужчине. Но отчего-то этот невинный и странный для нашего возраста жест пробуждает во мне что-то новое, будоражащее.