Глава 9

— Закрой глаза. Закрыла?

— Да.

— Не подглядывай. Представляй и делай все, что я тебе говорю. Это основное правило нашей игры, и я жду, что ты будешь ему следовать. Отвечай, Кошка.

— Хорошо, — на выдохе.

— Я хочу понять, что тебе нравится. Не то, о чем ты фантазируешь, а то, от чего ты действительно получаешь удовольствие. Заодно изучим твои пределы.

— Пределы?

— Да, их. Хочу понимать, как далеко мы с тобой можем зайти. Поможешь мне в этом?

— Да.

— Прикоснись к своим губам. Проведи по ним пальцами. Нежные?

— Да.

— Веди ниже к шее. Коснись сбоку, где бьется пульс. Частый?

— Частый, — подтверждает она, и я улыбаюсь, представляя себе то, как она делает все то, что я говорю.

Образ еще размытый, потому что я никогда не видел свою Кошечку. Но представшая перед глазами картинка все равно не оставляет меня равнодушным. Я обхватываю член ладонью и медленно вожу вверх-вниз, наслаждаясь неспешной лаской. Представляю себе, как Кошка лежит на кровати и ласкает себя по моей команде, а я любуюсь на нее. Горячо.

— Теперь обхвати свою шею ладонью и сожми, как сжал бы я. Приятно?

— Да, — громче выдыхает она.

— А теперь представь себе, что я сожму еще сильнее. Не делай этого, не получится. Просто представь, что я давлю так, что тебе не хватает кислорода, и к коже головы приливает кровь. Тебе нравится?

— Да, — сипло подтверждает она. Хорошо, первый этап пройден.

— Спустись немного ниже и пройдись кончиками пальцев по яремной впадине, погладь ключицы. Что ты чувствуешь?

— Кожа покрывается мурашками.

— Где?

— На груди. И еще соски. Мне кажется, я могу чувствовать, как они сжимаются.

Ох, черт, да, в эту игру определенно могут играть двое.

— Хорошо, — хриплю я в трубку. – Обведи одну грудь по кругу. Задержись немного под ней. Здесь приятно?

— Очень приятно. Даже удивительно.

Я улыбаюсь. Мне нравится, что Кошечка такая отзывчивая.

— Сожми сосок. Слегка. Потом обхвати грудь, насколько хватает ладони, и сожми так, как сжал бы я. Сильнее, Кошка. Не нежничай. Какие ощущения?

— Мне больно.

— В груди?

— Нет, внизу живота. Между… ног. Там как будто плавится все и горит. И ноет.

Я сильнее сжимаю стояк. Она не просто отзывчивая. Она из той категории женщин, у которых чувствительность зашкаливает. И это дает такой простор для маневра…

— Тогда давай утихомирим эту боль. Спускайся пальцами ниже. Проведи по животу. Вздрагивает?

Она негромко смеется.

— Да. Ты как будто видишь все, что происходит.

— Я вижу.

Она замолкает, а потом абсолютно серьезно спрашивает:

— В каком смысле?

— Успокойся, — говорю с улыбкой. – Я не слежу за тобой. Я тоже лежу с закрытыми глазами и смотрю кино в своей голове.

Она облегченно выдыхает.

— Давай продолжим, — просит. Мне это нравится. Потому что она открыто выражает свои желания, что уже большое достижение для нас – совершенно незнакомых людей.

— Коснись нижних губок. Просто проведи по ним пальцами и почувствуй нежность кожи. А теперь разведи их в стороны и коснись клитора.

— О-ох…

— Рано, Кошка. Терпение. Не вздумай надавливать на свою чувствительную кнопку и выводить на ней круги, иначе игра слишком быстро закончится. Ну же. Просто прикоснись. Что чувствуешь?

— Мне приятно, — дрожащим голосом отвечает она.

— А теперь еще ниже. Введи в себя один палец. Всего один и не двигай им. И сосредоточься на том, о чем я тебя прошу. Что чувствует твой палец?

— Мне… горячо и… мокро.

— А что чувствует твое лоно?

— Хочется подвигать пальцем и сжать его.

— Подвигай.

Она начинает издавать какие-то звуки, которые я могу сравнить только с кошачьим мяуканьем. Но мне этого недостаточно.

— Вернись к клитору и сделай то, что тебе хочется больше всего. Озвучивай каждое свое движение, Кошка.

И для меня наступает мои личный Ад, потому что она озвучивает. Хриплым, низким голосом, который постоянно прерывается стонами и всхлипами. Ее голос дрожит. Я сильнее сжимаю член и ускоренно двигаю рукой в попытке угнаться за Кошечкой.

— Я кружу пальцами по… по… боже… по клитору. Быстро. Потому что хочу… чтобы это наконец закончилось.

— Тебе неприятно?

— Мне слишком приятно, и, кажется, что я сейчас просто отключусь.

— Говори, Кошка. Ты замолчала, — рычу.

— И я иногда… ну… ныряю пальцами внутрь. Там так все сжимается… немного больно… и приятно. И я… я вся вспотела. Мне очень жарко.

И мне жарко. Так жарко, как будто я лежу на раскаленной сковороде, а персональные черти моей Кошечки подбрасывают дровишки в огонь. Я так быстро дергаю рукой, что даже не успеваю уловить никаких ощущений, кроме основных. Мне чертовски хорошо. И удовольствие сейчас доставляю не я сам себе, а она – мне. Своими словами, тяжелым дыханием, стонами.

— Мне надо… Слышишь? Мне надо… я должна… я…

Ее речь становится бессвязной, а потом я слышу шорох и отдаленно – громкий, протяжный, хриплый стон, который действует на меня особым образом. В глазах темнеет, а подбирающийся к пояснице пожар не оставляет шансов. Моя спина слегка выгибается над кроватью, и я лечу вслед за Кошкой, заливая живот спермой. Дрожа, выжимаю последние капли, и моя рука обессиленно падает на бедро. Я слышу у уха треск корпуса телефона, который я сжимаю так, что он краями впивается мне в ладонь.

— Кошка? – выдыхаю тихо.

Снова слышу какое-то шуршание, а потом тяжелый вздох в трубку.

— Ты – змей-искуситель, — я слышу в ее голосе улыбку, которая зеркально отражает мою.

— А ты соблазнительница.

— Я тебя не соблазняла.

— Еще как соблазняла. Мне нравятся звуки, которые ты издаешь, когда кончаешь. Я сейчас кое—что скажу, только не пугайся, ладно?

— Мгм, — неуверенно.

— Я очень хочу посмотреть на то, как ты все это проделываешь. Не услышать, не прочитать, не посмотреть на видео. Хочу видеть тебя вживую. Только не спорь сейчас. Я всего лишь озвучиваю свою фантазию. Может быть, мы никогда не встретимся, но это не повод не помечтать об этой встрече, Кошка.

Она молчит. И я молчу. Слушаю ее дыхание. Наслаждаюсь тем, что она просто на связи.

— Я бы тоже хотела увидеть тебя, Темный, — наконец произносит она негромко. – Но мне пока страшно. Давай мы пока не будем торопиться.

— Не будем, конечно,— отвечаю я не без некоторого разочарования. Приподнимаю бедра и, вытащив из-под задницы полотенце, вытираю руку и живот, сбрасываю полотенце на пол, а сам забираюсь под одеяло. – Расскажи, как прошел твой день.