Глава 10

Эмоции били через край. Папа, ну как же так? Как ты мог меня предать — продать свою дочь первому встречному? Любимую принцессу, как ты обычно меня ласково называл. Единственный близкий человек, который остался в моей жизни.

И тот бросил — растоптал, как сломанную куклу, убив все живое. Выкинул в мусорку, как ненужную вещь. Мне всего восемнадцать, а душа уже мертва. Такое чувство, что и не оживет никогда.

Слезы злости душили, и я размазывала их по лицу, уверенно двигаясь вперед. Куда шла, и сама не знаю, но носилась, как угорелая, по незнакомым улицам.

Сколько моталась в таком состоянии, сложно сказать, пока не заскрипели тормоза, а яркий свет фар ударил в лицо.

— Ненормальная, куда прешь? — мужской голос как будто вывел из состояния аффекта. Очнулась, лежа на капоте внедорожника. Закрыла глаза, глубоко вдыхая воздух.

Грудь сдавило в очередной раз — еще аварии мне не хватало для полного счастья. Дернулась, когда мужская рука схватила за локоть.

— Отпустите, — прошипела, глядя в лицо незнакомцу. Наверное, я была безумной, потому что вырывалась, орала, но в результате сдалась.

— Тише, малышка, — он прижал меня к груди и гладил по голове, произнося какие-то ласковые слова. И я расслабилась, дав волю эмоциям, перед этим заметив на безымянном пальце мужчины обручальное кольцо.

Мужчина располагал к себе, поэтому больше не сопротивлялась. Рыдала, как ненормальная, уткнувшись лицом в грудь постороннего человека. Реально было пофиг, что он со мной сделает — хотелось просто сдохнуть от безысходности.

— Давай домой тебя отвезу, — произнес мягко, когда моя истерика пошла на спад. Хлюпнула носом и позволила усадить себя на переднее пассажирское сиденье внедорожника.

Пока незнакомец обходил автомобиль, оглянулась назад — детское кресло. Плюс обручальное кольцо — можно расслабиться и больше не думать о плохом. Хотя сейчас вообще думать не получалось, резко напала какая-то дикая апатия. Безразличие ко всему.

— Спасибо, — шмыгнула носом, вытирая остатки слез с лица, когда мужчина уселся за руль и тронулся с места.

— Тебе куда? — на пару секунд повернул голову в мою сторону, а я откинулась на спинке сиденья и тихо произнесла:

— Вишневая, девятнадцать.

И больше ни слова — мужчина не лез в душу со своими вопросами, а я молча разглядывала пролетающий за окном пейзаж. Голова гудела, мысли роились, а боль внутри лишь усиливалась. Плевать на боль физическую, в груди разгоралось пламя ненависти.

Прожигало душу насквозь.

— Приехали, красавица, — мужской голос снова вывел меня из раздумий. Посмотрела в окно — мой родной дом. Жаль, что теперь это останется в прошлом.

Восемнадцать лет я была здесь счастлива, а теперь…

— Сколько я вам должна? — повернула голову влево, встречаясь взглядом с незнакомцем.

— Под колеса больше не бросайся, — усмехнулся, показывая ряд белоснежных зубов. — И рыдать завязывай, а то в психушку могут сдать.

— Не буду, — попыталась улыбнуться в ответ, но вышло криво. Еще раз поблагодарила и покинула внедорожник.

Отца снова нашла в кабинете — он стоял спиной ко входу, уткнувшись в окно. Даже не знала, с чего начать наш разговор. Да и стоило ли его начинать в принципе?

— Ненавижу! — зашипела, и мой когда-то самый любимый мужчина в мире резко повернулся, услышав мой голос. — Никогда не думала, что однажды это скажу тебе прямо в лицо!

— Дочка, — он сделал шаг вперед, а я выставила руку.

— Не подходи! — чувствовала, что снова срываюсь. Еще немного, и накатит очередная истерика. Не хотелось давать слабину, поэтому пыталась держаться. Хотя бы недолго, а потом я просто уйду.

Внезапный порыв сбежать на край географии пришел внезапно — все равно ведь не смогу здесь дальше оставаться. И жить под одной крышей с человеком, который меня практически уничтожил, тоже не смогу.

— Он обещал тебя не трогать, — отец осунулся, но я ему не верила. Потому что знала — он лжет.

— Как ты мог! — продолжила гнуть свою линию, не обращая внимания на его слова. — Продал собственную дочь за долги!

— Это неправда! — он сделал еще одни рывок вперед, но я громко заорала:

— Заткнись! И не подходи ко мне!

Наверное, это безумие, а я сумасшедшая. Боюсь даже представить, как выгляжу со стороны, но мне плевать. Именно сейчас все перестало иметь значение, потому что ненависть вкупе с болью уничтожило все живое.

Резко развернулась и выбежала из кабинета, направляясь к лестнице, а после перепрыгивая через ступеньку.

Двери комнаты, шкаф, спортивная сумка и хаотично заброшенные туда вещи — да пофиг, если что-то забуду. Хорошо, что я отложила себе на “черный день” приличную сумму, на первое время должно хватить. Видимо, экономист у меня в крови, раз постоянно думала о будущем. Раньше-то просто подстраховывалась, видя, что дела у отца идут хреново, и даже не предполагала, что деньги понадобятся для побега из родного дома.

Единственная проблема — паспорт. Уже три дня не могла его найти. Зачем-то требовали оригинал в деканат, и я перерыла всю комнату вдоль и поперек. Как будто сквозь землю провалился.

— Да где же ты, — выдергивала ящики стола, выбрасывала оттуда бумаги, но документа нигде не было.

Фигня какая-то, честное слово. Как такое в принципе могло случиться? Прекрасно помню, что не теряла, но от этого все равно не легче.

Плюхнулась на кровать, кусая губы. Без паспорта мое дело труба — дальше родного города не выбраться. А мне надо бежать, желательно подальше отсюда.

Может, отец в курсе, иначе внезапная пропажа паспорта выглядит слишком уж подозрительной — резко сорвалась, подхватила сумку с вещами и направилась на первый этаж.

— Ты бы не горячилась, — отец пристально смотрел на меня, когда снова вошла в кабинет. Вроде и пил, и выглядел, кстати, еще хуже, чем несколько часов назад, но взгляд трезвый.

Печальный, какой-то побитый, но не замутненный. Я даже усмехнулась, глядя на его плачевный внешний вид.

— Мой паспорт у тебя? — догадка слишком быстро пришла мне в голову.

А опущенные вниз глаза стоящего напротив мужчины ответили вместо него. Как бы проблем мне сейчас не создал, забрав документ. А ведь он у него, только зачем?

— Давай я тебе все объясню, — поднял глаза, встречаясь со мной взглядом.

— Паспорт отдай, — внутри начиналась паника, так как отец не шевелился. Я хоть и была настроена решительно, но слегка растерялась. Что делать, если не отдаст? А еще и Игнату позвонит, сдав меня с потрохами.

Мне почему-то кажется, от этого психа так просто не отделаться. Пусть лучше спит. Может даже не просыпаться, печалиться не буду.

Но вот взгляд отца мне не нравился, хоть ты тресни. Как бы очередная подлянка с его стороны не вылезла наружу.

И вот сдается мне — именно так и будет.

Отец медленно открыл верхний ящик стола, достал оттуда мой паспорт и кинул его на стол. Засунул руки в карманы, снова опустив глаза в пол.

У меня задрожали руки. Я переводила взгляд со стола на своего родителя и обратно, а внутри нарастала самая настоящая паника. Чувствовала, что-то здесь нечисто. Бросила сумку на пол, сделала два шага вперед и дрожащими пальцами взяла документ.

Первая страница, вторая… Я перелистывала одну за другой, но паника только усиливалась. Пока не наткнулась на…

— Не-ет! — заорала, подняв взгляд. — Этого не может быть!