Глава 21
Я закипал. Медленно, но уверено гнев нарастал внутри, желая вырваться наружу. Долгие годы безразличия и одиночества, а тут за пять минут — взрыв адреналина. Такой сильный, что еле сдерживал порыв кого-то разорвать.
Я понимал, что девочка не захочет меня еще раз увидеть. Даже просто поговорить. А мне это край необходимо — разобраться, наконец-то, в том, что же произошло на самом деле.
Чувство вины все еще давило на оголенные нервы. Подсознательно я понимал, что сделал ей больно, но должен был при этом ее найти. И все объяснить.
— Мудак! — фыркнул, не обращая внимания на водителя.
Некого винить, только себя. Именно я несу всю ответственность и за Алису, и за то, что произошло между нами. Глупо оправдываться и переводить стрелки на других. Раз накосячил, будь добр ответь.
Да я и не против, только как заставить ее выслушать мои аргументы? И склеить заново разбитую вазу. Хотя бы попытаться.
Так хреново на душе не было никогда. В груди сдавило, и стало тяжело дышать. Как представлю, с чем моей малышке пришлось столкнуться, хочется рвать и метать. Молодая, неопытная, в другом городе, без поддержки — я никогда в жизни себе не прощу, если с ней что-то случилось за это время.
Хотя, глядя сегодня на повзрослевшую Алису, и не скажешь, что жилось ей хреново. Это я, идиот, страдал, пытаясь ее отыскать, а она цветет и пахнет. Даже не побоялась мне бросить в лицо “пошел вон”.
Неужели не пробила всю мою подноготную? И до сих пор не знает, с кем связалась?
— Смелая девочка, — произнес себе под нос, усмехаясь, когда шел по коридору десятого этажа. Проигнорировал секретаря, которая пыталась что-то вставить, направляясь к себе в кабинет.
— Игнат… — начал Ярослав, наблюдая за моей перекошенной физиономией, но я проигнорировал его призыв:
— Давай вопросы на потом, — подошел к окну, засунул руки в карманы и уставился в даль. Не хочу сейчас смотреть другу в глаза. Я в принципе не хочу сейчас никого видеть, но слишком долго ждал нашей с Алисой встречи.
И не соврал по телефону — хочу знать о моей девочке все! Вплоть до цвета ее нижнего белья!
— Все четыре года она жила в Нижнем, — начал Ярослав, а я повернулся к нему лицом.
— Это я уже понял, — кивнул в подтверждении своих слов. — Лучше скажи, как ты и твои оболтусы, которым я плачу дохрена бабла, не узнали об этом раньше?
— Нижний — это не деревня Кукуевка, Игнат, — как настоящий начальник, мой друг встал на защиту своих подчиненных. — Кто ж знал, что у твоей крошки железная хватка, и она станет базнес-леди. У меня и в мыслях не было делать запрос в регистрационную палату, тем более у нас. К тому же, — он сделал паузу, наблюдая, как я кривлюсь, — ты сам остановил поиски.
— То есть, кафе в центре города ее? — приподнял одну бровь, на что получил улыбку в ответ.
Удивила, ничего не скажешь. Я-то думал, она просто бухгалтером там трудится, ну или на крайняк управляющей, но владелица… Да уж, как мало я о ней знаю.
Точнее, вообще нихрена не знаю, и от этого становится тошно. Глава крупной инвестиционной корпорации, от которого сбежала малолетка! Еще и законная жена. Конкуренты разорвут меня на части, когда узнают всю правду.
— Это и еще два в спальном районе, — Ярослав выдержал паузу, все это время наблюдая за эмоциями на моей физиономии. — Владельцы — твоя Алиса и некая Сафонова Екатерина Васильевна. Сейчас живут вместе на съемной квартире, но скоро, если я правильно понял, разъедутся. У Алисы однушка в ипотеке, у Сафоновой с мужем двушка в том же районе. Девочки делают ремонт, поэтому временно снимают жилье.
— Пробей все по этой ипотеке, — выдал, не задумываясь, на что Ярослав кивнул. Понимает без слов, за это и ценю. Где ж еще такого понятливого найду-то? — А до этого где жила и чем занималась?
— Дай пару дней, и я все узнаю, — спокойно произнес, глядя мне в глаза. — Но думаю, что с этими девчонками и жила твоя Алиса. У Екатерины Сафоновой есть старшая сестра, сейчас в Питере, а до недавнего времени проживала в Нижнем. Вышла замуж за бизнесмена и умотала к мужу в северную столицу.
— Охренеть! — снова вырвалось на эмоциях, и я провел рукой по лицу, закрывая глаза.
Какие-то девицы всё это время были рядом с моей малышкой! Слава Богу, что они попались, а то неизвестно в какие приключения могла бы вляпаться. А надо было лишь дождаться утра, и мы бы все решили. Я бы объяснил.
Так, стоп — это бег по кругу. Столько времени одно и то же, может, хватит уже думать об этом? Прошлого не вернуть, пора переключаться на настоящее.
— Я только не пойму, как вы пересеклись-то? — Ярослав снова прервал затянувшуюся молчаливую паузу, а я снова посмотрел ему в глаза. — Случайность?
— Сто процентная, — оперся пятой точкой о подоконник и сложил руки на груди. — Заехал к Вите Кораблеву по делам, он предложил кофе выпить. Расхваливал новых арендаторов, пришлось согласиться. Как видишь, не зря соглашался, — усмехнулся, так как до сих пор перед лицом стоял образ Алисы. Ее злобный взгляд, поджатые губы и ноздри, раздувающиеся, как у дракона.
— Ты думаешь, если бы я раньше знал, что она там, так долго тянул? Только вот одна фраза меня зацепила, — вздохнул, вспоминая ее пламенную речь. — Выдала мне прямо в лицо, что я ей не муж. Понятно, что формально она права, но ведь развода официального не было? А значит…
— Хрень какая-то, — закончил вместо меня Ярослав. — Я еще раз пробью, но повестка в суд однозначно бы пришла тебе, Игнат. Тем более в Нижнем, где каждая собака знает твою персону. Что-то здесь не чисто.
— Попробую с ней встретиться и поговорить спокойно, — закончил разговор, сильно сомневаясь в своих последних словах.
И не зря, как оказалось, потому что на следующий же день меня в кафе не пропустил охранник. Чуть дар речи не потерял от подобной наглости. Оперативно же она сработала, ничего не скажешь.
Но сам факт этой наглости взбесил — меня не пропускают в мой же торговый центр! Да они совсем страх потеряли и берега попутали?!
Но я так же прекрасно понимал, что устрой сейчас скандал, сделаю только хуже.
Разнес свой кабинет, выпуская пар. Да кем она, черт бы ее побрал, себя возомнила? Думает, я буду сидеть под окнами, как пацан малолетний, и ждать, когда же королева обратит на меня свой взор?
К вечеру остыл окончательно, а на следующий день… в общем, ближе к закрытию кафе сидел в машине недалеко от входа, ожидая появление Алисы. Попросил Ярослава (его-то рожу никто не знает), чтобы зашел выпить кофе и пробил, на месте ли моя красавица.
На месте. Жива и здорова. Цветет и пахнет, а так же улыбается посетителям.
Злость взяла, я чувствовал, что снова закипаю. Пытался держать себя в руках, но получалось с трудом. Сейчас она выйдет, схвачу в охапку, и, пока не выслушает меня, не отпущу.
Синий Мерседес припарковался прямо возле входа. Черт меня дернул обратить на него внимание. Вроде ничего необычного, но в голове что-то щелкнуло. Особенно, когда довольно высокий паренек вылез из салона, зашел в кафе, а спустя пару минут вышел оттуда под ручку с Алисой.
Твою мать! Я сейчас точно кого-то разорву!
Не выдержал — открыл дверь, выскочил на улицу и сделал пару шагов в направлении парочки.
— Алиса! — громко позвал, обращая на себя внимание, но его не последовало. Точнее, последовало, но совершенно не то, на что я рассчитывал.
Посмотрела на меня, метнула глазами молнии, а после быстренько скрылась в салоне Мерседеса. Как и паренек, кстати, тоже, обежав автомобиль спереди. А мне только и осталось, что проводить его взглядом.
Зря, милая моя, ты затеяла со мной игру в кошки-мышки. Все равно ведь догоню. И обязательно поймаю.
Не хочешь встретиться по-хорошему, будет по-плохому.
Тогда кровь кипела, а разум заглушили эмоции. Нельзя в таком состоянии принимать важные решения, но кто ж тогда думал об этом. Жажда обладать девочкой захлестнула волной. И не отпускала.
Кто-то имеет мою законную супругу, а я лишь провожаю габаритные огни взглядом.
Ну нет, милая, так дело не пойдет. Придется исполнить свой супружеский долг.
А потом, если уж моя рожа так сильно тебе противна, поговорим о разводе.
Направился к машине, доставая на ходу мобильный и набирая номер управляющего торгового центра.
— Виктор Сергеевич, помощь твоя нужна, — произнес на одном дыхании после испуганного “Слушаю”. — Завтра жду у себя в кабинете, там все подробненько объясню.
Вот и всё — клетка захлопнулась.
А строптивая мышка, наконец-то, попалась.