ГЛАВА 11

ГЛАВА 11

Вэйланд

Еще недавно казалось, что все в его жизни идет по намеченному плану. Но теперь, когда в план вмешались личные отношения, создавалось устойчивое ощущение попадалова.

Но этого мало. Раньше Вэйланд был уверен, что исконными жителями Датериона являлись ланты. Но чем больше узнавал о планете, тем больше видел нестыковок. А последние сеансы психометрии с Эйрин подтвердили догадку.

Он пока не понимал, как верно интерпретировать факты. Ничего не сходилось. Но знал наверняка, что когда-то на Датерионе жили люди — земляне, если уж точнее.

Откуда в прошлом Датериона взялись земляне? Большинство прошедших во Врата были светлокожими. Хотя встречались представители разных рас. Те люди, которых Вэйланд видел во время перемещения вместе с Эйрин в прошлое, имели смуглый или черный цвета кожи. Но это, конечно, не показатель.

Лишь при последнем погружении он услышал о лантах, морк бы их побрал, этих метаморфов!

Если здесь и были земляне, то что с ними стало? В видениях присутствовала какая-то катастрофа. Но Эйрин не задерживалась в том временном срезе, словно чего-то боялась. И Вэйланд не мог убрать из нее этот страх.

Завтра они отправятся к месту, где когда-то открылись Врата. Нужно все выяснить, пока не поздно! Что-то здесь нечисто! Планета была населена гораздо больше, чем казалось Вэйланду в начале его карьеры. И последний контакт с Эйрин это подтвердил.

В груди паром из горячего гейзера поднималось чувство неотвратимого, словно надувался пузырь и вот-вот лопнет — как взрыв бомбы, как точка невозврата.

Эйрин…

Девчонка сидела и смотрела на небо, сжимая кулачки. Смешная, заводная. Как думалось поначалу, хрупкая. Но, как выяснилось, сильная внутри. Чем больше Вэйланд с ней общался, тем больше она ему нравилась. Мысли то и дело сводились к их отношениям, при воспоминаниях о сексе закипала кровь.

Он не готов расстаться с ней. Не сейчас, когда все только началось! Нужно разобраться, что на самом деле он чувствует к юной землянке. Эйрин будет лишь его. В ближайшее время точно. А там как получится. Потому что жизнь без нее уже не такая радужная. Кажется, все эти годы он лишал себя главного — удовольствия от общения с женщиной, удовлетворял потребности физические, которые даже рядом не стояли с ее смехом, с ее улыбкой и робкими ответами на его интерес. Ему нравилось проявлять заботу, хоть девчонка упорно не принимала ухаживаний.

Верно, она ему интересна, не более. Точка. Не стоит утрировать. Дизарги никогда не отдаются на волю эмоций, они для них — раздражающий фактор, что мешает действовать разумно. Эйрин нравится ему как женщина, как его личная пара. И на этом все. Но вчера ради своей Рин он был готов убить даже Ройса, который когда-то спас ему жизнь. Начальник АИД еще не придумал, какая кара ждет тренера, но и оставлять безнаказанным не собирался. Ройс посягнул на ту, кого никто, кроме самого Вэйла, не смел трогать. И это уже не шутки.

Вэйланд поднялся, заметив в небе приближающийся гравиплан. В тот же момент послышались грубые лающие голоса и шорох в кустах.

— Эйрин, посиди здесь, — дотронулся он до ее плеча, затем взял лучевик и шагнул в направлении звука. Похоже, он плохо изучил планету, хотя и потратил на это несколько лет.

Стрелял почти наугад. Но попал, кажется. Он слышал, как упало, ломая ветви, чье-то тело. Площадка с камнями и заросли осветились фарами его грава, что завис в ожидании следующей команды. Одновременно в небе появился аппарат Гая Крауфорта.

Он почувствовал девчонку за спиной. Повернулся, заметив встревоженный взгляд Эйрин.

— Кто там был? — испуганно спросила она, всматриваясь в темноту.

— Не знаю. Сейчас дождемся наших и посмотрим. — Он прикрепил пистолет на пояс и отправил на компьютер грава команду снижения.

Следом сел и второй гравиплан, откуда показались Крауфорт и еще два дизарга.

— Парни, обыщите кусты. Здесь кто-то есть, — приказал Вэйланд.

— Когда мы летели, то видели в этом квадрате нечто вроде хижин. Похоже, на Датерионе все же есть местные жители, — сообщил Гай.

— Дикари большого роста? Возможно. Мы тоже нашли труп в пещере. Но раз аборигенов до сих пор никто не видел, их совсем мало. И проживают они лишь на этом материке. Придется переночевать здесь. Разобьем лагерь, поставим охрану.

Он повернулся к Эйрин, заметив, что та едва держится на ногах. Конечно, он забыл о том, что она — лишь слабая землянка. Но так хотелось проявить заботу, сделать ее жизнь комфортнее. Показать себя сильным.

Такое сравнение пришло в голову Вэйланда впервые. Оно озадачило. Сбило прочие ориентиры. Им обоим досталось при падении в пещеру, хотя он сам особо и не пострадал. Так, пару ушибов и ссадин — неприятные мелочи. Но она — женщина, которая нуждается в его опеке, как бы странно ни звучало.

Эйрин

От всего происходящего голова шла кругом. А еще нога разнылась, и наступать на нее было все больнее. Я отошла к гравиплану, прислонилась к прохладной обшивке и молилась, чтобы этот день быстрее закончился. Я слишком устала от контакта, от постоянных мыслей о Вэйле, от жары. Хотелось спать. Но сегодня мы даже не попадем на СЗП, чтобы принять душ и отключиться на удобной кровати.

— Рин, тебе плохо? — поинтересовался Вэйл, пока его агенты ринулись обследовать ближайшие заросли.

Я подняла ногу, обескураженным взглядом указывая на ступню.

— Повредила. Но, кажется, это просто ушиб, не перелом.

Вэйланд нахмурился, присел на корточки, поглаживая мою чуть распухшую ногу.

— Идем в грав. Посмотрим, что там.

Он посмотрел на меня и понял, что это почти невозможно. Подхватил на руки. Я обняла шею дизарга, уткнувшись в грудь. Казалось, у Вэйла какой-то особенный запах — запах любимого мужчины. Мне просто хотелось дышать им. Как удивительно.

Вэйл включил свет, опустил сиденье, положив меня на него, достал из багажного отсека контейнер с аптечкой и откинул крышку, взглядом изучая содержимое. Что-то хмыкнул себе под нос, затем стащил с меня обувь и прошелся пальцами по опухшей ступне.

— Сейчас приведем тебя в порядок. Утром будешь как новая, — шутливым тоном произнес он, втирая обезболивающий крем в кожу.

Я откинулась на спинку и закрыла глаза. Прикосновение вызывало совсем другое чувство. Пока шершавая ладонь ловко двигалась по коже, растирая лекарство, у меня по телу пробегали наглые мурашки, заставляя хотеть Вэйла. Как назло, пальцы второй, свободной руки дизарга периодически поднимались выше, на нежную кожу внутренней стороны бедра, дразнили. Но потом снова ускользали вниз. В тишине раздался шумный выдох. Вэйл взял эластичный бинт и зафиксировал мою ногу у себя на коленях, чтобы наложить повязку.

— Интересно, почему не бросила меня в пещере? — вдруг спросил он, уже заканчивая манипуляции. — Ты ведь могла от меня избавиться навсегда.

— Признаю, сглупила, — резко ответила я, словно очнувшись.

— Тем не менее, спасибо. Надеюсь, не пожалеешь о своем решении, — едва заметно улыбнулся Вэйл. — А у тебя удивительные способности, даже не думал.

— Наверное, это заразно, передается половым путем, — ухмыльнулась я.

— Точно? Стоит проверить твою теорию, — отозвался дизарг и навис сверху, вжимая меня в сиденье грава.

Его губы почти касались моих, серые глаза излучали энергию, дыхание согревало. Ладони Вэйла плавно легли мне на скулы, не позволяя отвернуться. Он еще пару секунд смотрел, не отрываясь, а потом поцеловал. Я обняла дизарга за шею, отвечая на поцелуй. Обхватила ногами его бедра. По телу прокатилась волна жара, я чувствовала возбужденное естество мужчины через ткань, и сама тоже хотела его.

Но Вэйла позвал Крауфорт. Шеф оторвался от меня, посмотрел внимательно, словно хотел что-то сказать. Поправил брюки. И выскочил из грава, как ошпаренный.

Я поднялась, облизала губы, на которых оставалось ощущение поцелуя. Обулась и выглянула наружу, чтобы выяснить, что происходит.

— Морк, ну и уродец. Он еще жив? — прокомментировал Вэйланд находку агентов.

Из-за их спин я не могла толком ничего рассмотреть, но лучи фонариков периодически высвечивали детали. Вэйл ранил одного из аборигенов Датериона, и его притащили сюда.

Получается, планета не такая уж дикая. Местные жители больше походили на неандертальцев. Издалека я видела темное лицо с узкими глазами, лысую вытянутую голову, лишенную растительности. Дикарь мычал что-то нечленораздельное, в дизарги громко спорили, стоит ли оказывать раненому помощь и нужно ли забирать его в Истейн, чтобы изучить получше. В конечном счете, наложили тому повязку от последствий лучевого ожога, усыпили на время и отправили на СЗП. Похоже, остальные дикари испугались пришельцев на летающих машинах и скрылись, бросив своего товарища.

Вэйланд разговаривал с кем-то по комму. Он не собирался останавливаться в этом месте, спешил к Вратам.

Через час дизарги организовали походный ужин на площадке между гравами. Я выползла из салона и перекусила. Бутерброды из тонких пластин, вроде чипсов, и белковой пасты со вкусом бекона оказались весьма недурны. Чай дизаргов напоминал терпкую смесь трав. Голод я утолила быстро. Сидела и смотрела на костер, что развели мужчины.

В свете языков огня Вэйланд не сводил с меня взгляда — пристального, настораживающего. Непонятного.

Мне стало не по себе, и я поспешила ретироваться в гравиплан. В заднем отсеке Вэйл надул большой матрас. Я заползла на него, устраиваясь поудобнее. Нога почти перестала ныть, хотя наступать было все еще больновато.

Постепенно охватывала дрема, она, будто течение бурной реки, уносила на неизвестный берег, где вокруг меня ходили люди. Казалось, я стою у того самого канала, что видела при погружении в прошлое… Все так размыто, непонятно… Но отгадка где-то рядом…

— Рин! — раздался хриплый голос Вэйла. Я почувствовала, как проминается матрас и резко очнулась ото сна. — Моя Эйрин… — Сухие горячие губы коснулись виска.

— Вэйл, с тобой все нормально? — испуганно зашептала я. — Ты что, напился?

От него на самом деле чувствовался запах пряного напитка дизаргов, но незначительный. А голос звучал отчетливо. Но шеф все равно казался невменяемым. Еще пару часов назад он был другим, и перемена пугала до колик. До липкого ужаса, который обволакивал мое сознание. Наша связь тут же напомнила о себе. И я совершенно растерялась от того, что между нами снова устанавливается контакт.

— Со мной уже давно ничего не нормально! — Он перехватил мои руки, прижав к изголовью ложа, и рвано задышал в губы. — Что ты делаешь со мной? Мне плохо и постоянно хочется тебя видеть. И я не желаю противиться этому притяжению. Да, мне хотелось напиться, чтобы не думать. Но я понял, что будет лишь хуже.

— Вэйл… — испуганно пискнула я.

— Тш-ш! Не надо ничего говорить. Я просто идиот. Но мне так хорошо с тобой, — выдохнул он и впился в мои губы, терзая их до боли, словно хотел что-то доказать. А потом поцелуй перешел из властного в нежный, мучительно сладкий.

Усилием воли Вэйл заставил себя оторваться. Приподнялся. Но лишь для того, чтобы стащить с меня футболку, а потом и все остальное. Шумно дыша, разделся сам и снова прильнул ко мне, прижимаясь к обнаженному телу.

Его руки скользили по коже, гладили каждый бугорок, каждый изгиб, каждую точку, желающую чувствительных прикосновений. Губы касались нежно, дразнили, покрывали сериями быстрых поцелуев, от которых плавилась кожа. Язык оставлял пылающие полосы. И я отвечала дизаргу. Казалось, наша страсть материальна. Я боялась кричать, опасаясь, что нас услышат. Но иногда забывалась и издавала глухие стоны, которые Вэйл тут же заглушал новыми поцелуями.

— Я никому тебя не отдам. Поняла, Рин? — со злостью процедил он, заполняя меня без остатка. Я вскрикнула, но не от боли, а от долгожданного удовольствия, вцепилась в плечи, обвила ногами, чтобы лучше чувствовать проникновение.

Я боялась разозлить дизарга. Но еще больше боялась, что он уйдет. Даже не знаю, какое из чувств преобладало. И Вэйл это тоже знал: слышал мои мысли о нем, и они заводили его все больше. Казалось, мы находимся на вершине вулкана и смотрим в жерло, откуда поднимается лава. И она вот-вот снесет нас огненной рекой, обжигая и убивая. Каждый толчок — новый взрыв. Каждое движение — волна, расплавляющая мысли и растворяющая их в ощущении единения.

Пламя в его ауре достигло пика и рвалось наружу, тянулось ко мне. Вэйл был таким разным, как огонь и лед. Я отчетливо ощущала его ярость, непонимание. И желание сбросить оковы, что душили его, делая существование невыносимым…

Платформа продолжала путь по морю — бывшему каналу, который я видела в загадочном прошлом.

После той ночи в граве Вэйл почти не разговаривал со мной. И я так и не поняла, что с ним было. Хотелось крикнуть, позвать его. Но дизарг старательно держал дистанцию, ночевал в своей каюте, а то и вовсе в рубке управления, не отправил ни одного сообщения. Игнорировал. А я не знала, что думать.

Но в остальном все происходило по распорядку.

Пару раз я встречалась в коридоре с Морганом, но спрашивать о Вэйле не стала.

Неизвестно, что от шефа ожидать. Я не понимала его ко мне отношение, и это сильно злило, заставляло страдать от неразделенного чувства. Казалось, в нашу последнюю ночь он растревожил, нагло вскрыл рану, что продолжала болеть, в отличие от ран физических, которые меня уже не беспокоили.

То и дело на горизонте мелькал берег; где-то севернее находились незнакомые острова. Но Вэйл даже не планировал заходить на них, его целью был тот остров, где когда-то открылись Врата. А он, как я знала, гораздо севернее. На другой стороне Датериона, если уж точнее.

Эшли немного скрашивала мое одиночество. Иногда мы вместе прогуливались по палубе, наблюдая алые закаты или рассматривая звездное небо, гадали, где какие звезды. Раньше люди давали звездам имена, изучали космос. В нынешней обстановке такие вещи знали лишь избранные. А в приюте нам астрономию и вовсе не преподавали. Но теперь, когда я понимала, что там, среди бескрайнего космоса, живут другие расы, все представлялось особенно странным и совершенно непонятным.

Кажется, у Эшли и Ингрэйма намечался роман, несмотря на старания Кейси. Эшли была влюблена и счастлива, чего я не могла сказать о себе. Вэйланд лишь строил в моей душе замки из песка, которые тут же сносило очередным ледяным приливом, оставляя иллюзию того, что когда-то все может измениться. И мне не хотелось тешить себя несбыточными надеждами.

После того, как мы вырвались в открытый океан, платформа пошла быстрее. Включились все двигатели, толкающие ее вперед с головокружительной скоростью. Я вновь поразилась технологиям дизаргов, которыми они делились с землянами лишь частично. Их раса представляла загадку, и я пока не могла ее разгадать.

В этой части Датериона было довольно тепло, но уже не жарко. А вечером, чтобы выйти наружу и развеяться, приходилось надевать куртку. Но прогулки нам ограничили. Да и шум, создаваемый лопастями и рассекаемой водой, мешал сполна насладиться бескрайней бирюзовой гладью, так напоминающей небо.

Остров появился на горизонте чуть раньше запланированного времени. Я как раз возвращалась в каюту, когда увидела вдали темнеющее пятно. Я уже знала, что это суша, но до нее было еще далеко. А вот погода совсем не радовала. По воде пошла тяжелая рябь. И платформу стало раскачивать из стороны в сторону. Сначала почти неощутимо, потом сильнее и сильнее. И вот налетел первый шквал.

О борт платформы бились огромные волны. Они поднимались все выше, заливали пеной нижние площадки, перекрывали своими гребнями ограждения, захлестывали палубы. Ветер усиливался, а вместе с ним выросли и волны. Небо затянуло темно-серыми тучами цвета глаз Вэйла.

Из передатчиков слышался голос Вэйланда. Он приказывал поднять осадку, перераспределить нагрузку двигателей, сбавить обороты винтов. Раздалась команда всем посторонним покинуть палубы и закрыться в жилых блоках.

Я стояла на верхней площадке неподалеку от входа в сектор А. Ноги словно налились свинцом и не желали сдвигаться с места, мне нужно было слышать Вэйла и дальше. После нескольких дней разлуки я впервые ощутила, как не хватало его сарказма, его признаний, его в целом, как моего мужчины.

Я не уходила, хотя понимала, что могу схлопотать за это штраф. Смотрела, как океан катит на исследовательскую платформу седые валы волн. Горизонт растворился в темной дымке. Ветер усилился, и я уже почти не слышала Вэйла. Держалась за поручень у входа и боялась усиливающегося шторма.

Поскольку в блоке жило лишь четверо, никто не видел меня. Все руководство СЗП в этот момент находилось в рубке управления. Из рассказов очевидцев я знала, что платформа может выдержать почти любой шторм, но погода все равно причиняла неприятности. И мне было боязно за всех, кто находился на борту этой махины.

Я все же вошла в блок, с трудом удерживаясь на ногах от качки. Сбросила куртку, схватилась за браслет и дрожащими пальцами ввела сообщение для Вэйла: «Как ты?». Сделала глубокий вдох и на выдохе отправила его шефу.

Положив браслет на кровать, пошла в уборную. А через минут пять, когда возвращалась в спальню, услышала ответ. Схватилась за комм. Руки колотились. Перед глазами встал сиреневый туман. Я едва смогла снять блокировку отпечатком пальца. Но увидела, что это вовсе не от Вэйла. Эшли спрашивала, как у меня дела и успела ли я вернуться к себе до начала ливня. От разочарования появилась какая-то горечь. Он не ответил! Не считал нужным. Ему на меня плевать.

Я подошла к иллюминатору, уперлась лбом в прохладный пластик, с другой стороны которого стекали потоки дождя и периодически мелькал свет сигнального фонаря. Где-то за этой непроглядной стеной находился дизарг, и к нему сводились все мои мысли, как бы ни неприятно было это осознавать.

Звук сообщения заставил дернуться. Да ну, это наверняка снова Эшли, которой я так и не ответила — не нашла в себе сил. Я решила не подходить. Но через несколько минут совесть заела. Возможно, блондинка переживала за меня больше, чем казалось, ведь шторм лишь набирал обороты. Я все-таки взяла гаджет. И вдруг увидела, что послание от Вэйланда.

«Все в порядке. Как только закончится шторм, вылетаем на остров. Будь готова».

Ответил. Сухо, без эмоций. А чего я ожидала? Отозвался — и на том спасибо.

Я все же отправила Эшли сообщение, а потом прилегла на кровать. Но сон не шел. Мне снова и снова мерещился Вэйл. А еще всплывали забытые картины из сеансов апперцепции, но я не могла отличить их от фантазий, что перед тем додумал мой мозг. Даже не знаю, как мне вообще удалось уснуть. Наверное, сработала установка, что скоро придется подниматься.

Приснилась Эрика. Все те же коридоры космического корабля. Во сне я знала, что это обман… Везде сплошной обман… И я не знаю, как ему противостоять, ведь я бессильна… Я даже Рики не могу спасти…

Проснулась в холодном поту. И поняла: мне нужно увидеть Вэйла во что бы то ни стало. Я больше не могла ждать. Оделась и побежала к рубке управления внутренними коридорами. Качка немного уменьшилась. Или компьютер СЗП компенсировал ее настройками оборудования.

Я почти домчалась до капитанского мостика, встретив по пути лишь пару измученных штормом дизаргов, когда врезалась в грудь спешащего навстречу Вэйла. Мы оба остановились, глядя друг на друга странно, как никогда раньше. Я заметила, что волосы Вэйла блестят от влаги, да и рубашка частично промокла. Значит, он сам находился на палубе во время шторма…

— Куда собралась? Разрешения покидать каюты не было, — процедил он после паузы.

— Поговорить хотела, — выпалила я, подпирая руками талию. — Ты пропал без объяснения причин, — добавила уже тише.

— Кажется, ты просила избавить от моего общества. Ты противоречишь сама себе, Рин! — Его руки уперлись в стену по обе стороны от моей головы. — Я дал тебе немного свободы. Так о чем хотела поговорить?

С его волос на мой лоб упала капля. И в этот момент я словно отрезвела. Поняла, что ни в чем не буду признаваться, как бы не хотелось выплеснуть ему в лицо все, что я о нем думаю.

— Ты сказал, что нам рано вылетать, — произнесла тихо. Но он прекрасно все услышал.

— Идем со мной в рубку. Осталось немного — и можно собираться.

— Но… ты даже спать не будешь? — изумленно спросила я. — Ты ведь всю ночь провел в рубке?

— Потом. Все потом, Рин, — усмехнулся он и потянул меня за руку в сторону капитанского мостика.

В большой каюте с компьютерами и прочей техникой находились Морган Райс, Игрэйм, помощник Вэйла по части исследований, Гай Крауфорт, который жил с нами в блоке, и женщина-дизарг — командир технического сектора. Я чувствовала на себе их холодные взгляды, но в присутствии Вэйла никто не стал комментировать мое нахождение в запрещенной для людей части судна. Грант указал мне на кресло, куда я послушно опустилась, посматривая на экран. За прошедшее время никто ни разу не упрекнул меня в связи с шефом. Видно, считали его личной игрушкой. Да и знали, что дальше секса не зайдет.

Они все это знали. И только я, идиотка, пыталась понять, что за чувство никак не может вырваться из ауры дизарга, и надеялась на чудо.

Шторм заканчивался. Небо на востоке забрезжило разноцветным рассветом. Тучи отходили, образуя желтые, малиновые и лиловые полосы, тянущиеся к горизонту рваными лоскутами, а из темно-фиолетовой дымки над видимым краем океана показался большой красноватый диск Ренкора.

За ночь шторма мы оказались ближе к острову. На панорамном мониторе я видела землю. Мы шли к ней на максимальной скорости. Неужели это тот самый остров, на который когда-то ступили первые земляне? Мне даже не верилось, что фантастическое место на самом деле существует.

— Прикажи укомплектовать мой грав, следите за радарами, ланты могут объявиться, — скомандовал Вэйл брюнетке из управляющей верхушки СЗП.

— Вы отправитесь один, ар Грант? — приподняла она брови.

— Ну, конечно, не один. — Он покосился на меня. — Ладно, пусть три грава летят за нами. Гай, ты будешь ими руководить. Ингрэйм, ты тоже летишь. Разделим сектор поисков, как в прошлый раз. Эйрин, пойдем, — с прохладой в голосе сказал он.

— Хо-хорошо. — Я не стала спорить. Поспешность Вэйла пугала. Он и раньше-то не казался мне нормальным. А сейчас и вовсе выглядел каким-то одержимым. — Я забегу, переоденусь.

— Идем вместе, — порешил он.

Я подумала, что он все же хочет объясниться. Но как только мы добрались до блока, то разошлись по своим каютам. Вэйл обещал прислать сообщение. А я уже никуда не хотела. Мне не нужны были ни таинственные Врата, ни остров. Хотелось свалить из адского агентства куда глаза глядят, лишь бы не видеть этого сноба-дизарга.

Мы вылетели через час. Покинули платформу в сопровождении эскорта. Но как только Вэйлу доложили, что территория чиста, гравипланы устремились в разные стороны.

Вэйланд знал, куда лететь. Координаты имелись у него в браслете, и он перекинул их на бортовой компьютер, хотя при всех упорно молчал, что владеет информацией. Не хотел ни с кем делиться своими находками. Всегда и во всем желал быть первым. Эгоист чертов.

Я демонстративно отвернулась к окну, ни о чем его не спрашивая. Смотрела на каменистый ландшафт. Дальше на карте были показаны горы, а неподалеку от этого острова имелась огромная их гряда, что возвышалась из океана.

Я ждала, что мы увидим какую-то грандиозную конструкцию. Но Вэйл спикировал к холму, где я даже не сразу заметила что-то особенное. Конечно, восемь поколений прошло с тех пор. Время стирает цивилизации, прячет под своим весом целые пласты истории. Смогли бы мы узнать правду, если бы не возникшие у людей способности? Или через миллионы лет новые существа гадали бы о том, что случилось с Датерионом? Кто знает…

— Идем, кажется, это где-то там, — хрипло произнес Вэйл, сверкнув глазами.

Дизарг выглядел помятым, но в зрачках светилась одержимость. Казалось, это вовсе не тот Вэйланд, которого я знала, будто его подменили. Таким я знала его поначалу. Но не думала, что время повернется вспять.

— Подожди, я не успеваю, — отозвалась, догоняя его по поросшему желтоватой травой склону.

— Нет времени! Включай свое чутье, думай, куда нам идти дальше, — недовольно отозвался он, покрутив головой. Но меня все же дождался.

— Мне почем знать? Ты здесь главный, ты и командуй, — огрызнулась я, окончательно разозлившись.

Вэйл фыркнул, затем сверился с браслетом, выбросив перед собой голограммную карту. Подхватил рюкзак с оборудованием и рванул дальше. Я за ним, желая поскорее покончить с неопределенностью. Так мы добрались почти до вершины холма. А там свернули влево по каменистому выступу. И в конечном счете вышли на пологую площадку размером с футбольное поле.

Вдали я увидела выстроенные аркой темно-серые камни. Конечно, это те самые Врата!

Забыв об усталости, я помчалась к камням, с удивлением обнаружив, что они гораздо больше вблизи, чем казалось. Приложила руки к гладкой поверхности, которую не выветрило время. От ладоней заструились потоки энергии, охватывая все мое существо.

Что скрывает это место, раз оно так важно для Вэйла?!

Я почувствовала на талии руки Вэйла. Он обнял меня, прижимая к нагретой утренними лучами поверхности материала, который не был камнем, как не был и металлом. Я оказалась в тисках. Но не противилась — напротив, хотела поскорее провалиться в прошлое этого места. Закрыла глаза. Наши с Вэйлом ауры схлестнулись. В нем по-прежнему полыхал огонь. Я чувствовала страсть, заботу. Его настоящую натуру, отличную от той, которую видели окружающие. Да, я любила Вэйла таким, какой он есть, манипулятора и сноба. Потому что он сам не знал, кто он. И лишь со мной становился настоящим.

— Это правда?! Рин! — удивленно прошептал он.

— Прости, Вэйл. Я такая дура. Я знаю, что ты ко мне ничего не чувствуешь, — с хрипом вырвалось из меня. — Давай займемся делом…

Я отчаянно сжала зубы, отключила лишние мысли и эмоции, погружаясь в глубину временного потока…

Я видела людей. Похожих на меня. На мою маму. На моих знакомых.

Они выходили из Врат, удивленно оглядывались в новом для них мире.

Их было слишком много. Сознания перемешивались, мысли звучали хором, превращаясь в какофонию. Я по привычке пыталась нащупать точку, где случилась беда, но ее словно не существовало. В момент катастрофы здесь не было никого, кто наполнил бы это место воспоминаниями о смерти…

Нужно узнать, что было в тот период, до которого я добиралась в прошлые разы.

Опять люди. Кажется, я только что перешагнула огромный временной промежуток. Но казалось, стою на месте. Я чувствовала удивление Вэйланда, будто он не ожидал такого увидеть. Конечно, дизарг со своими способностями распознавал больше меня. Я же знала, что ничего толком не вспомню, как только вернусь в свое тело.

Люди входили во Врата. Один за другим, в порядке живой очереди. Заполняли весь холм.

Этого не может быть! Люди не могли в них входить. Это невозможно!

«Не может быть!» — раздалась отдаленная мысль Вэйланда, который поймал поток сознания какого-то конкретного человека».

«Вэйл, я ничего не понимаю! Я запуталась! Где мы находимся?!» — мысленно крикнула я ему, пытаясь сосредоточиться, но не выходило.

«Эйрин! Ищи город под куполом…»

«Какой еще город под куполом?» — спросила я, окончательно запутавшись.

Я включила свой дар на полную. Сама уже ничего не понимала. Меня вновь затягивало все дальше в прошлое. Но именно там Вэйл искал ответ на то, что происходит сейчас. Картины расплывались мутными пятнами, голоса стали оркестром. А дальше я и вовсе ничего не запомнила. Все потемнело, закружилось. И мой разум отключился от реальности, оставаясь лишь инструментом для дизарга, который что-то искал в запечатленных в этом месте воспоминаниях и эмоциях.

Вэйланд

Люди входили и… выходили спустя миллионы лет. Одиннадцать с половиной, если уж точнее.

А Вэйланд Грант не мог поверить в то, что видит, хоть и не своими глазами, а с помощью дара Эйрин, в двух разных временных срезах.

Нет! Это какой-то бред. Так не должно быть. Это ошибка! Плод воображения девчонки.

Он выбрал подходящего объекта — высокого мужчину средних лет — и сосредоточился на мыслях, которые содержали Врата как Хранилище информации…

Когда Земле грозила катастрофа, человечество разделилось на два лагеря.

Незадолго до того ученые нашли совершенное оружие лантов — источник бесконечной чистой энергии, — заодно отыскали то, что долгое время не могли найти — технологии и следы пропавшей цивилизации лантов.

Атлантов, как они называли этих метаморфов, драхт бы их побрал!..

Носитель не знал, что случилось на самом деле, да и мысли людей в тот момент были только о спасении. Но Вэйланд все же выяснил, что те, кто не ушел в портал, занимались созданием особых защищенных городов. Из которых можно будет никогда не выходить, долгое время находясь в замкнутой системе на самообеспечении. Поколение за поколением. Столько, сколько потребуется для того, чтобы переждать последствия катастрофы и выйти наружу…

Три города на всей Земле — именно на столько хватало ресурсов планеты…

Морк! Невозможно!

Это обман! Нужно попасть в конец временной воронки и узнать, что там, на дне.

Промежуток до следующих воспоминаний оказался внушительным. Но совпадающий с тем, который Вэйл запомнил во время прошлого сеанса…

Вэйланд уже забыл о девчонке, которую держал в руках. И лишь через несколько минут сообразил, что она ослабела и обмякла. Его Рин вот-вот потеряет сознание. Нужно выбираться, пока не поздно, вытащить землянку.

Он по-настоящему испугался, что может ее потерять. Информации достаточно, он уже знает, где находились города. Все координаты записались на подкорку мозга. А еще надо срочно пообщаться с Та У-Гааном, чтобы выяснить, где же правда. Командор леру должен знать, что на самом деле представляет собой Датерион. Иначе Вэйл просто сломает голову, ведь факты, которые он выяснил, не совпадали с тем, что было известно раньше. Да и не только ему — всей его расе, которая уже двести лет как живет на этой планете, еще до появления землян.

На той ли планете, какой они ее успели узнать?!

Он открыл глаза и обнаружил, что сидит на камнях, сжимая Эйрин, как безвольную куклу. Она еще не отошла от контакта. В ней не чувствовалось привычной энергии, силы девушки были на исходе. Он слишком заигрался и едва не потерял ее. Нужно срочно вернуться на платформу и оказать ей помощь, Эйрин еще понадобится ему для последнего рывка.

Но сможет ли он подвергнуть ее такому риску?!

Вэйл поднялся, пошатнулся. Затем нашел в себе силы, чтобы взять Эйрин на руки, прижал обессиленную девушку к груди. Она дышала, но в себя так и не пришла. А Вэйлу было очень плохо. Он пока не хотел думать ни о чем, кроме того, чтобы поскорее добраться до гравиплана. Ноги подкашивались, руки дрожали, но драгоценную ношу он уронить не мог никак. Хорошо, что дорога вела вниз, с холма.

Он почти не помнил, как добрался до гравиплана, как включил автопилот, чтобы бортовой компьютер сам доставил их на платформу. Как отправлял сообщение о сборе тем, кто находился на острове. Конечно, информацию о местонахождении Врат он заполучил давно. Да и в центральном хранилище Истейна можно было найти архивы того периода, когда землян только перевезли на континент.

Вэйл вспомнил, в чем заключалась главная нестыковка карт Датериона прошлого и нынешнего времени. На старой, добытой им карте, не имелось даже следа того материка, где сейчас проживала подавляющая часть населения. Его просто не было миллионы лет назад, в то время, когда планета — а он, все еще противясь новым фактам, никак не мог назвать ее Землей — была населена людьми.

Автопилот послушно отчитался, что полет проходит успешно. Под ними показалось побережье. Аппарат пронесся над шельфом и устремился туда, где их ждала исследовательская платформа — одна их трех, что имелись на всей планете в его подчинении. Но самая мощная и маневренная.

К гравиплану подбежали сотрудники. Вэйл вышел из салона, пошатываясь от усталости. Ночь оказалась слишком сложной — борьба со штормом не пошла ему на пользу. Но мало кто знал, что предыдущие ночи были не легче, вот только проходили они для Вэйланда в борьбе с самим собой, в борьбе со своими идеалами и желанием ворваться в каюту к Эйрин.

— В медблок ее! Срочно! — крикнул он, прошел следом, контролируя действия подчиненных.

— Ар Грант, вы бы с ней поосторожнее. Все же землянки — существа достаточно хрупкие. Контакт при неправильном его использовании отнимает слишком много энергии, это опасно, — посетовал судовой доктор.

— Знаю! Занимайся делом! — рявкнул Вэйланд.

Он выскочил на палубу, схватился за ограждение с такой силой, что суставы захрустели, а на прочном пластике появилась вмятина. Казалось, он сходит с ума. Но ему просто необходимо выяснить все до конца. Теперь он точно не остановится, пока не разберется, что происходит на самом деле, не выяснит, как связаны земляне, леру, ланты и дизарги.

Командор У-Гаан должен знать правду. Леру живут дольше лантов и дизаргов. На их станции есть выход в Сеть Союза рас. Нужно попасть к нему, попробовать договориться. А если не выйдет по-хорошему…

Дальше мозг Вэйланда отказывался думать. Мысли настойчиво возвращались к Эйрин. Но из медблока приходили сообщения, что девчонку погрузили в глубокий сон, чтобы восстановить силы.

Когда Вэйланд разобрался с командой и направлением движения платформы, он на время удалился в свою каюту, чтобы хоть недолго поспать.

Но как только вошел, загорелся монитор. Правительственный звонок. Этого еще не хватало сейчас! Как все не вовремя происходит.

Лампочка моргала назойливо, и Вэйл знал, что от него не отстанут. Опустился в кресло, активировал канал связи, и перед ним появилось озадаченное лицо мигора Тракиура.

— Ар Грант, вы, кажется, занялись самоуправством? — язвительно выпалил Трейс вместо традиционного приветствия.

— Я выполняю свою работу, как обычно, — заставил Вэйланд себя улыбнуться, скрывая усталость. Глаза так и слипались, но мигору не стоило знать о его состоянии.

— Ладно. Давай начистоту, — перешел дизарг на неуставное общение. — Твой отец серьезно обеспокоен. Он говорил со мной пару дней назад. Предоставил доказательства того, что ты решил отойти от наших традиций. Не буду все повторять, сам знаешь. Мне не нужны твои оправдания. Ты самовольничаешь. Мы рискуем командами, деньгами и репутацией.

— Репутацией в глазах леру?

— Да, в их глазах. Как твой непосредственный руководитель, приказываю сворачиваться. Отправить платформу в порт назначения. А тебе вернуться в Истейн. Почему ты умолчал об уникальной совместимости с землянкой? Ты должен был привести ее к нам.

— Я ничего не нарушил, и не должен был никуда ее приводить. Хватит выдумывать законы на ходу так, как удобно вам! Я сделал ее своей напарницей, выполняя Устав агентства, — процедил Вэйл, понимая, к чему ведет мигор Тракиур.

— Приказываю вернуться. Прибудешь с девушкой в здание Правления сразу же по возвращению. И не вздумай ослушаться! Я всегда относился к тебе, как к другу, но твои последние действия не укладываются ни в какие рамки!..

Вэйланд прищурился, слушая продолжение тирады. А потом вдруг сделал то, чего от себя и вовсе не ожидал. Протянул руку к панели управления и прервал звонок одного из самых могущественных дизаргов Датериона просто потому, что знал: он никому не отдаст его Эйрин и не станет сворачивать операцию, когда до победы осталось совсем немного: три города, в одном из которых находится если не само оружие лантов, то информация о его местоположении.

Несколько последовательных действий — и Вэйланд отключил возможность входящих из Истейна звонков. Оставил связь только внутреннюю, в пределах СЗП и его штатных единиц. Использовал пароль, который знал лишь он, но никогда не думал, что придется прибегнуть к крайним мерам.

Сегодня он плевал на законы и условности. В голове перещелкнулся какой-то тумблер, запустив совсем другой процесс. И сам Грант еще не осознавал последствий. Но знал, что не остановится, пока не разберется с тайной планеты. И со странными чувствами к Эйрин, которые беспокоили его не меньше.

А пока так хотелось спать… Хотя бы на часа три-четыре отключиться, чтобы восстановиться. Такую усталость он испытывал впервые в жизни. А последние события вымотали не только морально, но и физически. Пока еще есть возможность расслабиться. К моменту пробуждения проснется и Эйрин. И сам он попробует сложить неожиданно возникшую в голове историческую мозаику…