глава 29

За столом шел общий разговор, шутки, а у Андрея было такое чувство, что слова как крючки, цепляют нервы. Диссонанс. Настя сидела рядом, молчаливая, какая-то подозрительно задумчивая. Андрей видел, что до того они довольно долго общалась с женой Олега Серова. Хотелось бы знать, что она наговорила, и что наговорили ей. Почему она похожа на затаившуюся мышь.

И без того не было настроения кому-то улыбаться, а теперь раздражало все. Он ощущал ее тело рядом, и ее напряжение только раскачивало его собственный диссонанс. Но он кое-как поддерживал разговор и даже в нужных местах смеялся. И вдруг Лиза сказала:

— Мама с папой приедут через три недели. Получается, как раз к вашей свадьбе.

Все эти улыбки, которыми стали обмениваться драгоценные родственники.

Ему как будто корку с гнойника сорвало.

***

Пикник на террасе своего пентхауса, улыбающиеся люди, довольные жизнью. Тот случай, когда знаешь, что тебе не выпадет этот счастливый билет.

Сказанное женой Олега Серова Татьяной тяжело легло Насте на душу. Она уже поняла, что обе эти женщины, и Таня, и Лиза, никакие не небожительницы. Несмотря на то, что у них такие мужья, путь к счастью не был усыпан розами. А возможно, именно поэтому, как знать.

Но у них это счастье было!

А у нее просто нет шансов. Единственное, что ей дано, это проскользнуть случайной тенью где-то с краю и исчезнуть. И все же немного отвлечься от той тягостной атмоферы, что царила у Андрея дома, просто посидеть за чужим столом, не думать о плохом. Было хорошо.

И вдруг этот разговор о свадьбе.

Да еще и оказалось, сам Феликс Серов приедет. Насте стало страшно. Сразу вспомнились, как ее ненавистный дядька говорил, что мечтает до него добраться. Угрозы эти… Так страшно, как будто она снова оказалась в раздевалке «Босса», а ее сторожили те ублюдки в погонах. И так тоскливо.

Надеть свадебное платье, зная, что все это фальшивка, фарс? Устроить полномасштабный маразм, улыбаться в камеру, а гости им будут кричать:

— Горько! Горько!

Это было слишком. Перебор. К такому Настя оказалась не готова. Одно дело просто подписать пару бумажек. Но это…

Да, она совершила глупость в своей жизни, умудрилась оказаться не в то время и не в том месте. Но у нее, как и у каждой девушки, где-то в глубине души была глупая мечта, что когда-нибудь она наденет свадебное платье для себя. И пусть это будет не платье даже, а просто стираные-перестираные джинсы, но это будет по-настоящему. С человеком, который будет ей дорог и будет любить ее. А не пользовать цинично по ночам, презирая днем и ненавидя.

Самое неприятное, что теперь у нее и практически голоса своего не было. Все решалось без нее, потому что она кругом обязана этим людям. Еще и чувство вины.

Просто это было слишком тяжело, выполнить, то, чего они от нее хотели. Как будто убивало что-то внутри.

— А можно обойтись без свадьбы? — спросила она твердо.

Все на нее уставились. Лиза только открыла рот, что-то сказать, и вдруг вмешался Андрей. Он до того даже не смотрел в ее сторону, а тут как будто хлыстом ударил.

— Нет нельзя! Об этом не может быть и речи.

Настя невольно сжалась и вздрогнула. И кажется, этим еще больше вывела его из себя. Потому что Андрей резко встал, кивнув всем разом:

— Марк, Лиза. Ребята, был рад всех вас видеть. Спасибо.

А ей бросил сквозь зубы:

— Мы уходим!

И не дожидаясь, пока она встанет, пошел к выходу.

За столом воцарилось недоуменное молчание.

— Подожди! — из-за стола поднялся Марк и быстро пошел вслед за братом.

— Извините. Всего доброго. Очень приятно, — пробормотала Настя, чувствуя себя, как пришибленная, и постаралась поскорее исчезнуть.

Когда она добралась до дверей, оба стояли в холле и о чем-то разговаривали. Увидев ее, тут же замолчали. Марк Савельев смерил Настю странным тяжелым взглядом и кивнул на прощание. Потом положил Андрею руку на плечо.

— Позвонишь.

И ей:

— До свидания, девушка.

— До свидания, — тихо проговорила Настя, не зная, куда деваться от неловкости.

Андрей как будто только этого и ждал, немедленно пошел к выходу, так, что ей пришлось чуть ли бежать за ним.

***

Назад ехали в полном молчании.

Она как мышь забилась на сидение и уткнулась в стекло. А он еле сдерживался, его распирало просто. Сначала накрыло, когда заговорили о свадьбе, а потом, когда она заявила, что не хочет. Бешенство. Неконтролируемое, иррациональное, темное.

И сейчас он хотел только одного, добраться до дома и выяснить, ПОЧЕМУ?