глава 45

Несколько дней прошло.

Тяжелых. Зыбких. Нервных.

Как назло, активизировался Николай Фомин, и только и делал, что названивал Насте постоянно и висел на трубке, выматывая ее вязкими разговорами, как будто ловил на вранье. Но с этим она как-то справлялась, потому что уже привыкла. Да и объяснили ей, что есть такая методика, и надо четко отслеживать, чтобы ответы были хоть и разные, но совпадали в мелочах полностью.

Гораздо хуже было, что ей теперь каждый день звонил или слал сообщения Роман Серов. Андрей когда видел это, просто зверел. Молча уходил в другую комнату, а Насте казалось, что она даже оттуда кожей ощущает его гнев.

Она могла бы пресечь. Отказаться от разговоров с ним, сказать, чтобы не беспокоил ее больше, потому что этим он вносит раздрай в ее жизнь с Андреем. Все это было бы так, если бы они по-настоящему были вместе. Но они не были вместе. Это всего лишь договоренность, контракт, который они подписали оба, зная заранее, что расстанутся.

Так зачем ей терять человека, который говорит, что хочет ей помочь?

Да, Настя невольно задумывалась о своем будущем. О том, что она будет делать, когда настанет это самое «после». И помощь, которую ей предлагал Роман, была бы очень кстати.

А Андрей… Она уже не знала, чего он от нее хочет. Не понимала, что за странные отношения их связывают. Чувства — как на утлой лодке в шторм. Сейчас хорошо, а через минуту лодка перевернется, и тогда…

Об этом лучше было не думать.

Но ведь они не в вакууме жили. Надо было еще постоянно общаться с Лизой. Это входило в «легенду», которую они для Фомина состряпали. И просто по жизни.

Но именно эта часть ситуации как раз и была не понарошку.

Потому что Лиза так основательно на нее насела и так готовилась к этой свадьбе, как будто Настя была настоящей невестой ее деверя и любовью всей его жизни. И не одна Лиза, точно так же себя вела и Таня, жена Олега Серова, и сам Олег.

В общем, все это постепенно превращалось в кошмар. А день свадьбы приближался.

И однажды на семейном ужине, который теперь происходил чуть ли не каждый день, Лиза подняла вопрос:

— А мы откуда невесту забирать будем?

Настя так и замерла, не донеся вилку до рта.

— Кхмммм… В каком смысле? — прокашлялся Андрей.

— В самом прямом.

Лиза уставилась на него немигающим взглядом серых глаз, да еще и руки над столом характерным жестом в замок сцепила. Ни дать ни взять следователь на допросе. Марк почесал правую бровь, а Олег сдавленно хмыкнул.

— Платье скоро будет готово. На днях привезут, — на полном серьезе проговорила она непререкаемым тоном. — Жениху нельзя видеть платье. Это плохая примета.

Это был какой-то абсурд. Андрей так и застыл, приоткрыв рот.

Настя, отложила вилку в сторону, оглядела всех и тихо сказала:

— Наверное, из моего дома. Откуда же еще?

— Не пойдет, — сразу отрезал Марк.

— Почему? — Настя вдруг сжалась и похолодела.

— Потому что там мы не сможем полноценно обеспечить безопасность.

Вид у него был суровый и грозный, Настя не решилась спорить, но все же спросила

— Но откуда тогда?

— От нас, — проговорила Лиза.

Повисла тишина за столом, слышно было только шумное дыхание Андрея. Настя просто кожей чувствовала, как от него расходятся волны холода. А Лиза, между тем, добавила:

— И будет во всех отношениях лучше, если она поживет у нас последнюю неделю перед свадьбой.

Обернулась к мужу:

— Марк?

Честно говоря, Настя здорово надеялась, что господин Марк Савельев откажется. Придумает предлог, да просто пошлет в грубой форме, она же знала, что не нравится ему.

— Угу, — сказал тот. — Поживет в Андрюхиной комнате.

И принялся за еду.

Они с Андреем молчали оба, а их и не спрашивали. Ей было так дико, что за них все решили и поставили перед фактом.

***

Андрей понимал умом, что все правильно. Но это ему было как серпом по яйцам. НЕ ВОВРЕМЯ!

Когда Марк пояснил:

— Ты уж прости брат, что вмешиваюсь в твою жизнь, но сам понимаешь, нам надо форсировать кое-что. — Андрей почувствовал себя идиотом.

И не просто идиотом, а идиотом, на которого все смотрят. Он тут же взял себя в руки и проговорил с улыбкой:

— Да, конечно, о чем речь, — и вскинул ладони.

А потом стал уписывать за обе щеки тушеное мясо с гарниром. Ел и не чувствоваал вкуса, а в груди досадно саднило. Он просто не мог представить. Как это, ее не будет рядом? Это ведь были его дни!

Разговор за столом пошел о разных других вещах. А Андрей все не мог отделаться от мысли, что это уже через три дня. Так скоро. Щемящее чувство, как будто его лишили чего-то важного.

Он оказался не готов сейчас.

***

Они уже собрались уходить, когда Марк зазвал его к себе в кабинет. А перед остальными извинился:

— Мы ненадолго.

Андрей невольно напрягся. Шел за ним следом и гадал, что такого хотел сказать ему брат? Почему именно сейчас? Он же мог сказать это в любое другое время, например, когда он был у него в офисе.

Дверь за ними закрылась, Марк указал ему рукой на кресло, а сам сел напротив.

— Ну, во-первых, прости. Надо было развязать тебе руки.

— Все правильно, — сказал Андрей.

Брат кивнул, а потом вытащил из ящика файл и перебросил ему:

— Смотри.