глава 47

Примерно в это же время достаточно далеко оттуда происходили другие события, и касались они бывшей жены Феликса Ларисы.

После развода Лариса Серова рассорилась с обоими сыновьями. Точнее, рассорился с ней Роман, а вот с Олегом она была в состоянии лютой вражды. Во-первых, потому что в момент развода он перешел на сторону Феликса, а во-вторых, потому что ему Феликс отписал вести семейный бизнес. И неизвестно, куда бы завела ее эта вражда, если бы Феликс не устроил бывшей жене встречу с маленьким внуком, сыном Татьяны и Олега.

Это произвело на женщину неизгладимое впечатление, в результате, она отказалась от навязчивого желания уничтожить старшего сына. продала тот баснословно дорогой и несчастливый особняк, в котором столько лет прожила в ненависти, и уехала на Лазурный берег. В конце концов, Феликс был прав, чем тратить силы на ненависть и месть, лучше было потратить их на себя и устроить личную жизнь. Сменить климат, обстановку, отдохнуть и развеяться.

А там она совершенно неожиданно встретилась со своей давней знакомой Ириной Дягилевой. Ирина когда-то была любовницей Марка Савельева и потом еше короткое время ее сына, Романа, к слову сказать. Тесен мир. Она тоже отдыхала с мужем в Каннах. Все прежние обиды и разногласия забылись, и они с Ларисой стали дружить снова.

И как это часто бывает в таких случаях, у Ларисы Серовой, богатой, свободной и все еще красивой женщины, сложился интересный круг общения, жизнь заиграла новыми красками.

В тот вечер Лариса была на одной закрытой вечеринке в загородном имении, куда гости допускались только по особым приглашениям, лично выписанным хозяином. Пикантная атмосфера, ощущение эксклюзивности, она чувствовала себя легко и расковано и уже собиралась взять себе что-нибудь выпить с подноса, как ее окликнули.

— Лариса?

Она повернулась и обомлела.

За ее спиной стоял высокий импозантный мужчина. Время сильно изменило его, но все же, Лариса узнала в нем парня, с которым у нее когда-то в молодости был роман. Они плохо расстались. Но в этим скорее была ее вина, если быть точнее, идиотские обстоятельства.

Видеть его здесь было сюрпризом.

— Потоцкий… Алексей? — смешалась она, но все же выдала улыбку.

И тут же почувствовала, как улыбка сползает с ее лица. Из-за спины Алекса, прямо как черт из табакерки, неожиданно вырулил Феликс. Бокал в руке, всегдашняя ехидная улыбочка. Старый черт! Едва удержалась, чтобы не сплюнуть. Так и хотелось спросить, что он здесь делает, почему не со своей раковой больной?

Однако Лариса тоже была той еще прожженой стервой. Улыбнулась бывшему мужу и проговорила, кивая обоим:

— Очень приятно.

Феликс вдруг усмехнулся:

— Вот видишь, а ты еще сомневался, узнает ли она тебя, — и отсалютовал ей бокалом и промолвил с улыбкой очередную завуалированную гадость: — У женщин прекрасная память.

Прибить его хотелось ей в тот момент. Просто удивительно, с какой легкостью бывший муж умел выводить ее на эмоции! Однако тон его вдруг неуловимо изменился, и Феликс проговорил:

— Лариса, прошу тебя на два слова. А потом я оставлю вас. Позволишь, Леша?

И не дожидаясь ответа, подхватил ее под руку и отвел в сторону.

— Что ты себе позволяешь, какого черта ты вообще сюда явился?! — прошипела Лариса, продолжая улыбаться.

— Тише, тише, дорогая, я тебя не задержу. И потом, посмотри, кого я тебе привел? М?

— Пошшшел ты…!!!

— Лариса, — вдруг сказал он совершенно серьезно, а желтоватые глаза, похожие на глаза тигра, вдруг ярко засветились. — Роман сейчас в Москве. И ему потребуется твоя помощь. Понимаешь, о чем я?

Нет! Не понимала Лариса хитросплетений его извращенного интеллекта. Но сейчас этот посыл в голосе… Она сразу ощутила тревогу за сына и уставилась на бывшего мужа. Немой разговор, все-таки когда столько лет супружества за плечами, некоторые вещи уже понятны без слов.

— Лучше будет, если ты вылетишь как можно скорее, — сказал Феликс и оглянулся на стоявшего в стороне Алексея Потоцкого. — А сегодня… Я бы советовал тебе к нему присмотреться.

И раньше, чем Лариса успела послать его лесом, поцеловал ей руку и ушел.

Много разного думала она о бывшем муже в тот момент, однако старый черт был прав. Ей стоило присмотреться к этому мужчине, хотя бы потому что он вызывал у нее определенный интерес.

Был приятно проведенный вечер. И следующий день. А еще через день Лариса Серова вылетела в Москву.

***

А у Насти дни пошли странные.

И чувство такое, как будто вокруг заквашивается что-то, а она в шорах, в изоляции. Но интуицию-то не обманешь.

Андрей по-прежнему отвозил ее днем к Лизе, а сам пропадал где-то. Потом к вечеру появлялся. Какой-то напряженный, закрытый, они сидели еще какое-то время, как будто выдерживали протокол, а потом отправлялись домой.

Все это укладывалось в первоначальную легенду, которую они поддерживали, чтобы у ее дядьки сложилось правильное впечатление. Если бы не одно но. Их отношения с Андреем неуловимо изменились.

Они по-прежнему молчали вместе, но Настя больше не чувствовала в его молчании отторжения или презрения. Наверное. С ее стороны было глупо выращивать робкие ростки доверия. И все же.

Теперь они как две планеты вращались вокруг друг друга. А ночь была отдельным временем, ночью они были по-настоящему вместе. Но секс это всего лишь секс. Днем Андрей был закрыт, и она часто замечала, что он хмурится, а лицо приобретает такое выражение, словно он постоянно прокручивает в голове какие-то неприятные мысли.

Естественно, она проецировала это все на себя. И хотелось разгладить хмурые складки на его лбу, разделить с ним то, что его тревожит, однако слишком свежи были в памяти его недоверие и презрение к ней. Насте трудно решиться подойти.

Но иногда его словно прорывало.

Безудержной исступленной нежностью. Страстью. Каким-то отчаянием и одновременно стоическим спокойствием.

И были еще постоянные звонки. Роман Серов звонил ей теперь ежедневно.

Звонил Фомин. И каждый разговор с этим старым гнусным циником через дикое отвращение и стыд. Но это была ее роль, и Настя знала, что ей выдержать игру до конца. А тот уже успел напроситься на свадьбу, и с молчаливого согласия Андрея она обещала ему пригласительный.

Потом у нее было непредолимое желание проплакаться и помыться.

***

Наконец, когда до свадьбы оставалась всего неделя, и настало время перебираться в пентхаус к Марку и Лизе, объявились неожиданные гости.