глава 63

Сначала у Насти голова шла кругом. И страшно. А потом все так спонтанно решилось. И завертелось дальше, так невероятно, немыслимо. Ничего такого раньше она и не могла представить в своей жизни.

Их с Андреем привезли на дачу. В одной машине ехали они, еще три машины сопровождения. А там на даче их уже ждали работники ЗАГСа. Быстро, без лишнего пафоса, но сердечно провели регистрацию, пожелали счастья и сразу же уехали.

Следом за ними те вежливые люди в костюмах, что привезли их туда, показали где хранятся продукты и разожгли камин. Коротко проинформировали Андрея, что как работает, оставили контакты, и тоже исчезли. Не прошло и получаса, а они были в этом уютном доме посреди леса одни.

Камин потрескивал, ужин на две персоны на столе. Цветы, шампанское, свечи.

И они уже муж и жена.

Уму не постижимо. Страшно было моргнуть, закрыть глаза.

***

Андрей бывал на даче и раньше, потому неплохо ориентировался, что тут и как. Просто они так внезапно остались одни, и весь дом в их распоряжении. И главное, что уже никуда не надо было спешить. Они добрались до некоей отправной точки в своей жизни. Пошел новый отсчет, и…

В общем, обоих слегка штормило.

— Ты как, ужинать или хочешь помыться с дороги? — спросил он у Насти.

Она немного покраснела и повела плечом.

— Помоюсь. Подождешь?

И взгляд из-под бровей. Мол, дай мне время, дай освоиться с мыслью, понять. Теперь, когда она была его, Андрей мог и подождать.

— Беги, — сказал, моргнув ей, чтобы не переживала.

Убежала.

А он переоделся и устроился в одних домашних брюках в кресле у камина. На полу большая мохнатая шкура. Зарылся босыми пальцами в мех и стал смотреть, как языки пламени лижут сухие дрова.

Яркими картинами приходили воспоминания.

Вот девушка у обочины. Дождь. Лес. И она одна. А потом она в его машине. И как его вело в тесном пространстве от ее присутствия рядом.

Их первый секс.

Невольно сглотнул, сами собой закрылись глаза, а рука потянулась размять плечо, как это делала тогда она. И вдруг ощутил на себе ее руки. И замер, чувствуя, как кровь ухает вниз, наполняет его жизнью.

С первого ее осторожного касания крышу снесло. Выдохнул и слегка выгнулся под ее пальцами.

— Больно? — прошептала она.

Как тогда, в их самый первый раз.

Смог только что-то невнятное промычать в ответ и покачал головой. Продолжила, чуть усиливая нажим.

А у него глаза закрываются. Ведеееет. Чуть болезненно от нажатия…

Но это только добавляет остроты. Дико, сладкоооо.

Как на медленном огне горит, плавится. Терпеть, терпеть, спешить нельзя. В крови гудит жар, заставляя открывать рот в немом крике, выгибаться. Ее дыхание, он ощущает его кожей, а тело чувствительно адски. Кажется, еще немного, и он кончит. Прямо так, в штаны. Терпееееть.

Еще немного, еще.

Возбуждение тягучее, от него разрывается налитый кровью член. Кажется, уже не может быть больше. Но оно все растет, растет, его всего поглощает.

Еще немного…

Все!

В следующую секунду он уже обнимал ее, держа на весу, и стаскивал нетерпеливыми руками махровый халат. Увидеть острые вершинки, втянуть их в рот, сильнее. Глубже. Чтобы услышать сквозь рев крови в ушах, как она тонко всхлипнет и застонет.

Уложить ее на большую мохнатую шкуру, накрыть собой, гладить телом, вдыхать запах, сходить с ума, оттягивать момент, когда разрывающийся от желания член наконец войдет в ее тело, а она выгнется дугой под ним и ахнет.

Так четко и хорошо, так правильно. Как в тот их самый первый раз.

Но мыслей надолго не хватит. Не хватит сил долго сдерживаться и медленно скользить, мучая и ее, и себя. Острые коготки. Одно касание сдерет весь его контроль к хренам. И дальше — все, только долбиться как бешеный, держась на остатках сознания, пока она не закричит, впиваясь зубами его в плечо. И тогда его просто сорвет.

***

Иногда не надо бороться со своим счастьем, оно само найдет дорогу.

***

Молодые были дела у молодых.

Для них горел огонь, были постелены поля, для них всю ночь пел соловей…

В буквальном смысле. Соловей тоже входил в программу подготовки, как и многие другие естественные природные эффекты.

Но обо всем надо по порядку.