Глава 21. Цвет рода

Амалия

Приземление прошло именно так, как я и думала. А именно, меня стало плохо при спуске от принимающей станции к поверхности. Гравитация Мараша была чуть жёстче, чем на любой из планет эльфов. И не удивительно, что тела нагов такие крепкие и выносливые! А первые минуты чувствовала лишь напряжение, а как начался спуск, меня замутило и в голове стало нехорошо.

Благо с нами спускался один из медперсонала, поставленный в сопровождение. Наверняка я не первая из новых жителей или гостей этой планеты, за кем нужен был глаз да глаз в первые часы «приземления».

Именно, что часы. Час ушёл на полный вход в атмосферу и состыковку в доках станции, потом час на оформление и проверку на посторонние микроорганизмы, с последующим очищением, принятием полезных коктейлей для благополучия принятия новых «домашних» микро-жителей в себя. Ну и конечно же документация и оформление – бюрократия существует не только на Земле!

Почти всё общение с персоналом братья Карфэш взяли на себя, ко мне подпуская только медиков с проверяющими на лишнее и спрятанное, и то под их личным присмотром.

А вот то, что я буду на грани обморока медик предвидел первым, подхватил под руки быстрее братьев, аккуратно опустил на пол лифта – у них не было специальных адаптивных сидений, как у эльфов, – влил в вену какой-то коктейль для поддержки, а к носу и рту приложил маску, через которую поступал обогащённый витаминами и дополнительным кислородом воздух.

Когда сознание начало просветляться, я поняла, что полулежу на груди одного из своих женихов верхней частью тела, а второй придерживает ноги в горизонтальном положении, стопами выше колен. И она какие-то бледные и хмурые.

- Вам лучше? – спросил меня медик, прикладывая какие-то плоские пластинки к груди на уровне сердца, к шее на пульсирующие артерии справа и слева, на запястья и под колени, извинившись, что лезет туда вот так бескомпромиссно и быстро.

- Гораздо, - немного вяленько ответила, получив кивок, что меня поняли.

- Мои рекомендации: как только прибудете в новый дом, пусть вас под свой присмотр возьмут личный медперсонал семьи и неуёмно присматривают до полной стабилизации состояния, - строго проговорил наг, скорее обращаясь к мужчинам, но всё же смотря на меня. – Так же я пропишу ряд препаратов для смягчения ускоренной адаптации, но более точные дозировки личный врач пусть высчитывает сам.

Больше ничего говорить не стал, начав заполнять какие-то документы на галапланешете. Закончив с ними, он передал их на ипо братьев, и продолжил просматривать показатели с пластин на мне до самого приземления. Когда двери лифта открылись и нас обдуло свежим ветерком с запахами леса и травы, медик ещё с пару минут наблюдал за показателями и, только убедившись в чём-то, снял с меня пластины и выпустил нас наружу.

- Такая нежная, - тихо шепнул Аран, думая, что я не слышу, когда его брат полностью взял меня себя на руки и вышел из кабины.

- Она – женщина, они все хрупкие, каким бы сильными ни хотели казаться, - ответил ему так же тихо врач. – Ваша задача, как мужчин, быть этой самой силой, что им так не хватает.

- Сейчас я осознаю это как никогда раньше, - ответил ему старший из близнецов и пошёл следом за нами.

Мараш встретил нас тишиной раннего утра. Местная звезда ещё только готовилась показаться из-за горизонта, но уже было очень светло. Бледно-сиреневое недо наполнялось бледностью, поглощая звёзды, лёгкая пелена серый облаков предвещали мелкие дожди, как и влажный, но прохладный ветер. Вдали от площадки для приземлений высился тёмный лес, от него сильнее всего тянуло холодом, хотя площадка уже начала прогреваться.

- Сегодня будет жаркий день, - заметил догнавший нас Аран, осматриваясь по сторонам.

Мы двигались к противоположному от леса краю, где стояли самые разные аппараты для внутрипланетарного перемещения. Они были похожи на те капсулы, в которой я покидала свой дом, но только рассчитаны были на несколько пассажиров. От четверых, до более, чем двадцати.

Мы выбрали самую маленькую, как раз для четверых. Аран снова был за рулём, а Алеш устроился со мной на коленях на заднее слитое воедино сидение. Младший близнец устроил мою голову у себя на плече, а тело почти полностью уместил себе на грудь. Старший осмотрел нашу комбинацию, усмехнулся, и только потом принялся за пилотированние.

Летели мы со средней скоростью. Братья словно никуда не спешили или просто не хотели, чтобы мне стало плохо ещё и от скорости.

Почти весь путь мы летели среди простой природы. Не было ни домов, ни хоть какого-то намёка на цивилизацию. Выходило, что станция для прилёта на планету, находилась максимально далеко от городов. С одной стороны хорошо – ничего не мешало своим шумом от прилёта, а с другой, приходилось вот так вот долго добиться от площадки приземления до дома.

- Потерпи, - осторожно погладил меня по спине Алеш, - мы скоро будем дома. Мараш не имеет плотной городской структуры. Тут больше живут свободно, отдельно друг от друга, предпочитая большое личное пространство. На этой части материка уж точно. Города и развлекательные центры расположены на соседнем, но даже там пространство для одинокого отдыха цениться превыше всего. Семейные центры или женские тоже располагаются обособленно. Вся планета живёт вот так вот – личностно, - поведал он мне местные устои.

- Нас встретит один из докторов нашей семьи. Часть прислуги уже обустраивает наш временный дом, выбранный для адаптации. К нашему прилёту будет готово больше половины. Но не переживай, лишнего шума или присутствия ты не заметишь, - серьёзным голосом дополнил Аран.

Веселье вообще покинуло братьев, едва я не угодила в обморок при приземлении. Их так напугало моё плохое самочувствие, что мне было даже немного совестно. А ещё приятно, что обо мне так открыто и серьёзно заботились. Даже стало немного легче.

Летели мы ещё около получаса, когда впереди показались первые дома. Они и правда находились на приличных расстояниях друг от друга. И были довольно крупными сами по себе. В них явно жили большими семьями, да и наги были не маленькие в своей настоящей ипостаси. Это пока что братья при мне старались быть двуногими, но даже эта капсула рассчитана на них немалый размер. Я могла разлечься на заднем сдвоенном сидении почти как на полуторной кровати.

Ещё несколько минут – и мы стали приближаться к одному из поместий. Дом был высоких, но лишь трехэтажным. У него были высокие потолки, и широкие окна с дверьми. Всё в стиле… я не могла определить его точнее направление, но это словно смесь высоких технологий и сказок ближнего востока, индии и Европы времён ренессанса одновременно.

И пусть снаружи оно придерживалось светлых песочных цветов, но крыша была огненно-красной, выделяясь среди синеватой растительности ярким пятном. Как и большинство мелкий построек рядом с главным домом.

- Крыша красного цвета, она что-то обозначает? – спросила у братьев, ведь остальные у других домов были либо приглушёнными, либо сливающимися с природой вокруг, а то и вовсе белые или песчаные.

- Это знак, что дом принадлежит нашей семье, нашему роду, - ответил Алеш. – Как и вся близлежащая к нему земля. Постройки с более мягкими цветами красного или приглушёнными – это дома подчиняющихся нашему роду семей, имеющими или нет кровную связь с нами. А это один из главных домов, поэтому и крыша такая яркая, чтобы все знали, кому он принадлежит ещё издалека.

- Как только мы заселимся, над центральной частью крыши будут гореть специальные знаки, что дом занят и не стоит лишний раз беспокоить владельцев, если это не что-то срочное, - хмыкнул Аран, направляя капсулу точно к главной дорожке перед центральным входом.

Будь мы на земле, то вместо площадки для приземления капсул, тут была бы круговая дорожка для машин и фонтан в центре. А так, остальное было вполне мне знакомо. И высокие двустворчатые двери главного входа и широкая, но пологая лестница ведущая к нему.

У дверей нас уже ждал, судя по серой форме, медик, обещанный мне братьями. В руках у него была коробочка с разными аппаратами для проверки состояния. Он стоял гордо, а ещё был в двуного форме. Это так… обычно, что даже привлекло внимание. Алеш усмехнулся моей озадаченности, но ответил:

- Тебе могут быть непривычны и пугающи наши настоящие формы.

- Но вам же неудобно всё время быть с ногами, - вспомнила я описание в брошюрах и книгах о нагах, где чётко говорилось, что они очень ценят свободу в пространстве, потому что сами очень огромные и любят быть именно в своей настоящей, полузмеиной форме.

- Мы потерпим, - отмахнулся было старший.

- Не хочу, чтобы вы были скованы из-за того, что я не привыкла к вам. Лучше я сразу начну привыкать к вашему истинному виду, - но я с ним не согласилась.

- Балуешь нас, малышка, - рассмеялся он, - но всё же не сегодня.

И мы молча покинули капсулу.