Глава 35. Кошмар

Амалия

Мужчины общались между собой, обсуждая и предполагая, что же я могу попросить у эльфа в качестве компенсации. Предлагались суммы деньгами, драгоценностями, домами и даже дворцами, наделами земель на разных планетах или же сами небольшие планетоиды и астероиды, несущие ценности в своих недрах.

Но что бы они ни предлагали, как бы ни злился ледышка на варианты, мне было весело за всем этим наблюдать. Ощущалась странная, словно семейная идиллия. Она грела душу, наполняла тело, подобно прае, согревающей как нежное одеяло. Тепло распределялось по телу равномерно, оно ощущалось энергией, идущей изнутри и покрывающей всю меня. Я словно наэлектризовалась, чувствовала это кожей.

Приятно, да. Не нравится? Тоже да. А ещё благодаря этому больше выбивается ледяная словно сталь заноза, сидящая в голове. Она свербит, болит, трещит от этого тепла. Ноет как рана, от чего перед глазами встаёт пелена из боли.

Стараясь её сморгнуть, я быстро моргала, будто белена на глаза попала. Дёргала головой, ведь пелена переходила и в голову. При очередной встряске, когда открыла глаза, то не увидела палаты, своих мужчин. По крайней мере живыми. Они лежали у моих ног, побитые, истерзанные, истекающие кровью, смотрящие в никуда стеклянными глазами.

Но хуже всего – в моих руках оружие. Холодная сталь без рукояти, покрытая их кровью, запачкавшей не только мои руки, но и одежду. И пустоту огромной мраморной залы наполняет мой безумный смех. Отвернувшись от тел, я смотрю в окно, за которой лишь космос и одинокая планета. Зелёно-синяя, так похожая на Землю, только материки другие. Кажется, это столица эльфийского королевства.

- К залпу готовы, моя королева, - раздаётся от дверей залы.

Даже не оборачиваюсь, зная, что это эльфийский генерал, павший одни из первых от моей силы. Сейчас он лишь кукла в моих руках, как и многие другие. Эльфы, дракона, наги, рагоши, сурвы, аманы, пиросы, линдалы – все они мои, в моих руках, под моей силой. Я уничтожила их лидеров, а теперь перешла на основные планеты, чтобы подавить своим террором любое иное сопротивление.

Вокруг планеты начали собираться огромные линкоры, их самые грозные орудия направлены в её сторону. Он тотальной гибели население отделяет лишь один залп. Нет, лишь взмах моей руки.

Столицы нагов и драконов уже в руинах. Рагоши лишились всех трёх столиц, у линдалов её не было, но главный центр их торговли и политического влияния стёрт с лица их планеты. Иными словами, оружие действенное.

Сейчас умрут эльфы, тогда остаточное сопротивление, состоящее из аманов и пиросов с сурвами, просто сложит оружие. Они ничто без этих хитрых остроухих, из-за которых всё и пошло наперекосяк. Они сами виновники своей незавидной судьбы, как бы ни старались всё исправить. Их король давно пал, ещё до моего крестового похода. Его наследник – главная причина всему.

Это его хотели убить. Это его хотели положить к ногам той, что желала стать императрицей нескольких рас сразу. Её голова просто лопнула, не выдержав моего гнева, когда она решила взять то, что принадлежит мне.

- Огонь, - прорычало не моим голосом тело. Точнее моим, но изменённым, наполненным силой и яростью, всё не утихающей, жаждущей крови и страданий.

Но это не я должна была стать тираном. Он должен был просто стать марионеткой в её руках. Я всего лишь выпила то, что предназначалось ему.

- Не-е-е-ет, - тихо прохрипел виновник, ещё цепляющийся за жизнь и смотрящий, как эта самая жизнь сгорает в огне моей ярости. Некогда процветающая Аварса больше не существует. Планета опустошена. И мне не нужно больше смотреть на неё, интерес пропадает, охота завершена. Зато мне интересна агония на некогда прекрасном лице наследника.

Его белые волосы испачканы в крови его побратимов, его сосупругов. Моих мужей! Я подхожу ближе к старающемуся хотя бы двинутся эльфу. Но он парализован, ведь мой клинок был отравлен. На него не действует моя сила. Какая жалость. Те, кто больше всего мне подходят, имеют иммунитет. Получили его, потому что были со мной, спали со мной, целовались со мной, пили мою кровь, полную яда. И это яд не нагов. Это яд людей.

Они даже не подозревали, насколько людской организм коварен, насколько ядовит. Да, наш яд медленный, ему нужно время, но он копится, проникает в каждую клеточку и меняет её, вызывая цепные реакции.

И раз яд давался малыми дозами, то он не убивает, делает сильнее. Но это в сравнении с другими, против меня же отравленный пойти не сможет. А всё это аж прая, пробудившаяся во мне. Будь я менее осторожной, они бы погибли раньше, а мне этого не хотелось. Они сами заставили убить их, чтобы больше не смотреть на рок своей цивилизации, на её падение и запустение.

- Разве ты не рад, муж мой, - я остановилась рядом с ним, наклонилась и приставила острие лезвия клинка к его горлу, заставив посмотреть на себя. Но не видела злости или ненависти, так мне желанной. Даже боли не было. Лишь сожаление. – Мой король. Ты сожалеешь? Это и правда твоих рук дело. Твоя вина. И я расскажу нашему сыну или дочери, кто к этому привёл ваш мир, - положила я вторую руку на ещё маленький, но уже видимый животик. – И наш ребёнок встанет на эти руины, как тот, кто будет править всеми, кто поставит каждого на колени. И они склонятся, примут его помощь, его тиранию. А всё потому, что ты оплошал, ты виноват, ты лжец и подлец… мой король, мой муж, моя любовь… мой брат.

Глаза Дариса закрылись, движение – и он сам насадился на клинок, лишая жизни и себя. И пока жизнь утекала из его тела, он тихо прошептал:

- Не допусти этого, Ами.

- Что? – переспросила я, а потом заглянула в одно из зеркал, висящих на стене напротив иллюминаторов. Я видела себя с безумной улыбкой, диким блеском в глазах. – Ну здравствуй я! Снова заглядываешь за грань будущего? Нравится? Наслаждайся! Теперь мы есть закон! Мы есть власть!

И безумный смех наполнил собой пустую залу с одиноким троном. Дарис испустил последний дух под этот мерзкий звук, пока в моей голове трещала по швам клятва, что я дала в прошлом, ещё в лабораториях дяди, – не причинять вреда никому. Она рвалась на части, звенела, дрожала.

«Цзынь» - так обрывается жизнь, так заканчивается боль. И этот звук в моей голове вырывает меня из кошмара.

Я осознаю себя лежащей на руках испуганного дракона, вокруг меня толпятся мои женихи. Они зовут медика. Моё тело безвольно. Всё, что я могу, - это вращать глазами и поверхностно дышать.

Оруэн поднимает меня и встаёт сам, чтобы положить моё тело на своё место в капсуле. Врач уже во всю делает осмотр, в полной тишине. Все ждут результатов. А я ищу глазами его. Я ищу глазами того, с чего начался этот кошмар, бывший точно не сном.

Брат стоял дальше всех. Тоже беспокойный, тоже ждущий ответа медика, но больше смотрящих на меня, чем другие. Он смотрел и видел все мои эмоции. Видел страх, видел неверие, видел обиду и понимание. И что-то ещё, оно заставило его отступить назад.

- Что с ней? – не выдержал тишины Норан, заставляя меня поджать губы. Наследник? Интересная разыгровка, постановка, игра владыки эльфов, чтобы защитить своего истинного наследника. Своего сына.

- Всплеск праи. Точнее её собственная вошла в резонанс с другой, отреагировав агрессивно, - было им ответом.

- Отравление праей? – уточнил Раэнор, хмурясь.

- Не сказал бы, что отравление. В ней была чужая прая, она атаковала её изнутри, и её собственная постаралась её выжечь, - медик и сам был удивлён тому, что говорит. – Боюсь, это прая отложенного действия, наложившего её не найти и не опознать сейчас. Могу лишь сказать, что это было долгое воздействие, длительное, спящее до сих пор. Ему явно несколько лет.

И чем больше он говорил, тем бледнее становился Дарис. Он всё понял. Только делится ни с кем не спешил. Как и уходить. Это привлекло бы слишком много внимания, и ему пришлось бы объяснять то, чего он пока не может. Как и ледышка-наблюдатель. Теперь мне было понятно, почему он так отреагировал на появление брата здесь, почему не давал нам побыть наедине, почему мешал. Почему сам брат на него так реагировал… Нет, он не брат мне. Он не часть семьи Зеос. Они для него лишь прикрытие. Всё в угоду будущему и власти.

Я не могу сердится, как бы этот обман не был мне противен. Я его пониманию. И от этого только сильнее становится тошно. Поэтому я собираюсь с силами и говорю:

- Дарис, передай дяде о случившемся, - тем самым даю ему повод уйти.

Но истинный наследный принц лишь поджимает упрямо губы, оставаясь стоять на месте. Зато его верный пёс начинает что-то подозревать. Сам подходит к нему и шепчет что-то на ухо. Дарис – а вообще это ли его настоящее имя – ему отвечает так же тихо, и ледяной смиряется, слушаясь хозяина.

- Госпоже лучше сейчас поспать и отдохнуть, чтобы поток праи в теле нормализовался в кратчайшие сроки, - дал рекомендацию медик.

- Мы останемся здесь, - заявил явно общее решение Шайшер.

- Как вам будет угодно, - поклонился ему врач и что-то нажал на своём информационном планшете. Крышка капсулы начала закрываться, а меня – смаривать сон, что я упорно не давала с собой сделать, сопротивляясь изо всех сил. – Расслабьтесь, моя госпожа. Вы должны отдохнуть.

Не знаю, что он увидел в моих глазах, но вздрогнул, а потом добавил ещё напора усыпляющего действия. И я всё же отключилась. Без сновидений. Без напряжения. Просто отдых, после которого я просыпалась отдохнувшей и полной сил. А заодно одна в комнате. Точнее нет, тут был один остроухий принц, явно выждавший идеальный момент, чтобы побыть со мной наедине.

Он встал, подошёл ближе, заметив, что я проснулась. Наклонился над крышкой капсулы. Его лицо было бесстрастным, взгляд внимательным. А ещё от него исходила сила, очень похожая на ту, что излучал сам король. Она проникала в меня, окутывала собой, прощупывала.

- Прости меня, - тихо проговорил он. – Так было нужно.

- Знаю. И это приведёт этот мир к краху, - усмехнулась я в ответ, вызывая непонимание. – Ты ведь почувствовал свою силу, когда печать повиновения рухнула?

- Да. И не пониманию, как такое возможно, - его идеальные брови сошлись на переносице.

- Если бы я сама знала, - слукавила, а чтобы это было не так заметно, тихо добавила: - Ваше высочество.

Но вместо злобы, удивления или неодобрения, я получила лишь тяжелый вздох и взгляд, просящий прощения. А стоило крышке открыться, меня подхватили под талию, чтобы усадить не просто на кровать, а на свои колени и прижать к себе.

- Прости, Ами, - прошептал принц. – Я хотел рассказать тебе, но ещё было не время. Всё стало выходить из-под контроля, план пришлось сдвинуть из-за покушений на Норана.

- И каков был твой план? – решилась уточнить. – Уводить глаза от настоящего наследника, потом сесть на трон, получить власть и силу – это мне понятно. Но чтобы… что? Причём здесь я? Почему ты просишь прощения? Почему ты вообще здесь?

«Дарис» вздохнул и прижался своим лбом к моему. А затем дал увиденному кошмару нотку реальности:

- Потому что… моей королевой можешь быть только ты.