Эпизод 37

— У меня все нормально, — сообщает мне сестра, когда я до нее дозваниваюсь, лежа в ванной и наблюдая, как расплывается солевая “бомбочка”, которую я заказала вместе с баночками крема, — я только пришла со школы. Тут, кстати, парни адекватнее. Кстати, как там тот парень, который ко мне заходил?

Пфф. Боже, Хазар что, ей действительно так понравился? Я не понимаю, чем. У него же на лице написано, что он тот еще мерзавец, просто эталоннейший.

— Никак. Может быть, его посадят, — сообщаю я, вспомнив разговор Камиля с ним в свадебном салоне, а сестра издает возмущенный звук.

— Что-о?!

— Что слышала, Ляля. Думай лучше об учебе, а не о таких парнях.

— Ты стала такой злюкой, — произносит обиженно сестра, — мне просто не с кем общаться. Я раньше гуляла с друзьями, и ты, хотя бы, по вечерам дома была. А теперь я одна. И скучаю, — она внезапно начинает плакать со всхлипываниями, а я замираю с телефоном.

Конечно же, она скучает. Боже, ей ведь так мало лет! Естественно, она будет скучать без близких, она ребенок, который еще не привык жить один, и которому нужна семья. А что я могу сделать? Если бы отец, хотя бы, не пил, все было бы проще…

— Ляля, — осторожно произношу я, — потерпи пожалуйста, еще немного. Я скоро вернусь и мы…

Я не договариваю, потому что телефон как-то совсем неудачно выскальзывает из моей руки и хлопается в воду.

— О, блин, — выдыхаю я, вылавливаю бедный телефон и тыкаю в экран. Но сенсор сходит с ума — экран меня просто не слушается, открывает кучу приложений, сбрасывает звонок и начинает дозваниваться на хаотичный набор цифр, отчего я просто вырубаю телефон, зажав кнопку.

Шикарно. Моя сестра там плачет, а я утопила телефон. Я сливаю воду, выскакиваю из ванны, надеваю нижнее белье и, быстро обернувшись полотенцем и выбегаю из своей комнаты к Камилю. Там его нет. Где же он? Жрет, наверное. Поэтому я отправляюсь на кухню.

По дороге потрошу свой смартфон, доставая симку и внезапно со всей силы влетаю в кого-то. Я ахаю, отшатываясь назад, но в этот момент мою талию перехватывает рука, возвращая меня обратно.

— Ты! — вырывается у меня, когда я поднимаю взгляд и вижу Хазара, — ты что тут делаешь? Тебя разве не посадили в тюрьму?

Я выпаливаю эту обидную фразу, потому что обозлена. Дьявол, ну впрямь, почему он здесь, когда я шляюсь по дому в таком виде? Я бежала к Камилю, думая, что мы тут абсолютно одни!

Я отталкиваю Хазара от себя, но он стоит, как скала. Его взгляд падает на место, где обычно у девушек ложбинка между грудями… к сожалению, у меня ее нет. Как и груди. Ну, немного груди есть, но сейчас она незаметна, стянутая полотенцем.

— Думала, что так просто избавишься от меня? Рано радуешься. Погоди еще немного, — усмехается Хазар, а я морщусь и снова пихаю его.

— Пусти меня сейчас же. Ты с ума сошел? Камиль тебя точно уроет, если увидит!

— Не успеет. Да и поздно меня урывать, — закатывает глаза этот мерзавец. После он возвращается взглядом к моему возмущенному лицу и неожиданно толкает меня в стену. Я врезаюсь в нее спиной. Хазар порывисто наклоняется ко мне и с хлопком опирается татуированной рукой на темные обои возле моего лица, — бежишь раздвигать ноги перед Камилем?

— Уберись от меня! — вскрикиваю я, а он сжимает другой рукой мое горло, заставляя замолкнуть.

— Он тебе настолько нравится или ты с ним из-за денег? Просто мне нужен твой честный ответ.

— Тебя это не должно колыхать!

— Но меня это колышет, — усмехается быстро Хазар, — если сейчас развернешься и свалишь к себе… просто свалишь на моих глазах, чтобы я хотя бы сегодня подумал, что ты не трахаешься с ним, я дам тебе столько бабла, сколько ты попросишь Ева. Сколько тебе надо? М? Прямо сейчас все сниму и отдам твоей сестре. И потом еще. Еще больше. Хочешь быть со мной? Со мной тебе будет реально проще, чем с ним.

Я в шоке смотрю на него, распахнув глаза. Они все тут что, крышей поехали? Это уже второй мужчина, предлагающий мне кучу денег. Ладно Камиль, но этот…? Какого черта ему надо? Долбануться.

— Зачем мне твои деньги, психованный? — шепчу я, — найди себе какую-нибудь женщину и заваливай ее баблом. Я уже занята. Отпусти меня, еще раз повторяю!

Он резко выдыхает со смешком. Потом смотрит куда-то в сторону и его взгляд мне кажется дико напряженным, что ли. Как у человека перед прыжком с парашютом.

— Даже не знаю, что хуже — если б ты была меркантильной и согласилась бы, или вот это, — произносит Хазар и снова смотрит на меня.

Когда он наклоняется и шепчет мне на ухо следующие слова, то у меня мурашки пробегают по коже от двух вещей: от того, что он задевает меня губами, и от его тона.

— Никогда не думал, что ты станешь такой, Ева. Просто… блядь. Вот такой.

— Какой? — едва выдавливаю я, — подстилкой?! Или как ты там меня называл? Почему ты вечно на меня наезжаешь? Ты даже не знаешь, как я жила до того, как…

— Красивой, — произносит одно-единственное слово Хазар и я замолкаю, оставшись с открытым ртом. Сердце пропускает удар… нет, несколько ударов. В груди на несколько секунд повисает мертвая тишина.

Дьявол, что?!

Он отстраняется, и я чувствую, будто он пронзает меня напоследок своим взглядом. Выругавшись, он бьет со всей силы в стену кулаком, а я вздрагиваю.

— Прощай, наверное, — бросает он, и, резко развернувшись, уходит дальше по коридору.

— Ты чего?.. — глупо выдаю я тонким голосом, — Хазар! Эй! Это что было?!

Мои брови все никак не могут вернуться в обычное состояние. Они ошалело приподнимаются домиком. Блин. Что это было? Я настолько ошарашена, что даже про Лялю на секунду забываю. Зачем Хазар мне это все сказал? Точнее, он сказал почти ничего, но… в последнюю минуту у него был странный тон. Какого дьявола у меня трясутся руки?!

Я, резко выдохнув, захожу на кухню, толкнув дверь.

— Мне нужен телефон, одолжи, пожалуйста, — выпаливаю одним предложением я, и Камиль, который сидит за столом, занеся вилку над тарелкой с чем-то вкусным, поднимает на меня взгляд, — что с Хазаром, кстати? Куда он уходит?

— А что с ним не так? — интересуется Камиль, без споров вытаскивая из кармана и протягивая мне свой телефон. Я отмечаю отдаленно этот акт безграничного доверия ко мне, но поразиться не могу. Все мысли заняты сценой в коридоре.

— Он попрощался, — я решаю не болтать о том, что Хазар мне там наговорил и как вообще вел себя.

— Потому что его могут посадить, — Камиль перекладывает с колен ноутбук на стол, и разминает пальцы, — из-за человека, которого я сегодня убил. Точнее, не могут, а сделают это точно. Сегодня-завтра. Ну, максимум через неделю.

— Ты ему платишь за это? — спрашиваю я, сглотнув ком в горле, а Камиль пожимает плечом неопределенно.

— Он должен был получить деньги за другое, но планы немного изменились.

— И сколько обычно дают денег за подобное?

— Достаточно, чтобы потом пять-десять лет прожить нормально. Зависит от запросов человека. Но я плачу больше. Хазар будет надолго обеспечен, — спокойно отвечает Камиль. Мне удается вставить симку и запустить телефон, а мужчина сверлит меня темным и внимательным взглядом. И внезапно произносит, — он жил недалеко от тебя… и был с тобой знаком. Оказывается. Сколько тебе было, когда ты с ним познакомилась?

Я замираю.

— Нет, — выдыхаю я, — это не так. Я его не видела раньше и мы с ним ни разу не общались. Что за бред?

— Он вот говорил, что частенько тебя видел.

— А что еще он рассказывал? — я мрачно смотрю на Камиля. Сердце стучит, как дурное из-за нервов, а еще от странного поведения Хазара. Насколько часто он меня видел? Может, его фраза “ты стала такой красивой” значила не то, что я превратилась за эти дни из простушки в нормальную девушку, а то, что он видел меня еще раньше?

— Ничего особого, — я вижу, как убийца едва усмехается.

Я поджимаю губы.

— Мне кажется, ты врешь.

— А мне кажется, что кто-то получит по ебалу, — равнодушно отвечает Камиль, заставляя меня вздернуть брови, а потом берет со стола тарелку, поднимается, подходит к мусорке и выкидывает в нее небрежно всю еду, — тут херовая звукоизоляция в доме. Я его купил наугад… первым попался. Вашу болтовню было прекрасно слышно.

Ой… но ведь я ничего особого не говорила Хазару? Наоборот, я изо всех сил отталкивала его, возмущаясь. Надеюсь, Камиль собирается бить не меня, а Хазара.

— Если он сядет, то ни по чему не получит, — бормочу я, набирая номер сестры. Она берет трубку с первого гудка и на фоне я слышу работающий телевизор, — Ляля, прости. Я утопила телефон. Ты в порядке?

— Да, — спокойно отвечает сестра и у меня камень с души падает, — я поплакала и успокоилась.

— Прости. Я обещаю, что скоро все наладится.

— Я верю. Иначе бы не успокаивалась, Ев.

Я еще обмениваюсь парой теплых фраз с сестрой, лишь бы она почувствовала себя нужной и любимой… окончательно успокоилась, после чего сбрасываю вызов. Когда я удовлетворенно выдыхаю, внезапно темная фигура Камиля вырастает передо мной и загораживает свет. Я растерянно поднимаю на него взгляд.

— Позвонила? — интересуется он, глядя на меня сверху вниз, а я осторожно киваю.

— Да. Сестра…

Я не договариваю. Татуированная рука убийцы берет полотенце за узел и жестко дергает его в сторону. Оно в секунду разматывается и слетает с моего тела, оставив меня в одних… трусах. Я даже не успеваю прикрыться руками. Только “ай!” вылетает из моего рта. И мир тут же резко переворачивается — Камиль укладывает меня на стол, раздвинув мои колени и устроившись между ними.

Он ставит руки по бокам от моей головы и медленно наклоняется, глядя на меня так, словно собирается сделать что-то плохое.

— Камиль, ты… нет, не надо, — тихо пищу я, испугавшись и прикрывая грудь ладонями, но в его глазах не замечаю ни тени отклика. Его даже не задевает мой испуг. По крайней мере сейчас.

Он замирает на несколько секунд, медленно скользнув по моему телу взглядом.

— Есть хочешь, Ева? — внезапно тихо спрашивает он.

— В-вопрос с подвохом? — клацнув зубами от напряжения, интересуюсь я. Матерь божья. Нельзя так смотреть на меня. Прекрати, Камиль! Ты похож сейчас на настоящего убийцу.

— Просто ответь.

— Ну… хочу.

Дверь в этот момент открывается. Я подпрыгиваю на столе, а Камиль лениво поднимает взгляд на зашедшего.

Спустя секунду что-то грохает об стол.

— Еда для Евы, — пронзает воздух ледяной голос Хазара, которым можно весь мир заморозить. Я обреченно зажмуриваюсь, успев заметить, как Камиль едва ухмыляется уголком губ.

Настоящий дьявол. Не знаю, собирается ли он бить потом Хазара, но только что он без единого слова его урыл.