Глава 14

Мир вокруг меня остановил свой бег, и я замерла вместе с ним.

— В смысле? — Я всё ещё надеялась, что мне это послышалось.

— Видела бы ты себя со стороны. — Влад уже не улыбался. — Неужели перспектива стать моей так тебя испугала? А мне казалось, что я тебе нравлюсь.

Мой предательский румянец оказался красноречивее любых слов. Поэтому я попыталась нацепить деловое лицо, после чего спросила, заикнувшись на последнем слове:

— А как же наш с тобой дог-договор? — Я ничего не понимала, и уже не пыталась скрыть этого.

— Остаётся в силе, естественно. А ты на что рассчитывала?

— Но как же тогда…

— Ты как всегда бежишь впереди паровоза. — Влад сделал паузу и продолжил: — Вот к чему приводит долгое воздержание.

Мой невыносимый Хозяин вновь улыбнулся. Вот только его глаза почему-то так и остались холодными и колючими, совсем как осколки искусственного льда.

— Какая же ты сволочь! С тобой нельзя по-хорошему, ты меня постоянно провоцируешь. Ведёшь себя так, словно я недостойна даже дышать с тобой одним воздухом!

Я видела, как ты ведёшь себя с другими. Интересно знать, чем же я хуже тех расфуфыренных особ, перед которыми ты так стелешься? Между прочим, многие из них в лучшем случае содержанки, а в худшем — дорогие проститутки.

— Открыла Америку. Как будто я этого без тебя не знал! И откуда ты взяла, что я к тебе так отношусь? Просто у кого-то больное самолюбие. Я всего лишь предложил купить у тебя скульптуру. Но твоя реакция подтолкнула меня на одну мысль…

— Что тебе от меня нужно?

— Я же тебе уже сказал — ты. То есть неподкупная, неспособная на подлость девушка. Честно говоря, до тебя мне не встречались подобные экземпляры. Из личного опыта у меня сложилось мнение, что любая смазливая дивчина уже по умолчанию эгоистка и высокомерная особа, избалованная мужским вниманием.

— Небогатый же у тебя опыт в общении с нормальными девушками.

— Под словом «нормальная» ты, видимо, подразумеваешь невзрачных сереньких мышек?

— А я что, похожа на такую?

— Вот и я об этом. Ты не такая, и в то же время не охотница за богатыми мужиками, как твоя сестрица, например. Просто удивительно насколько вы разные, хотя внешне очень похожи.

А мне для дела как раз и нужна такая — эффектная, но в то же время неспособная взять меня в оборот в дальнейшем. В общем, ты — лучшая кандидатура на эту роль. А идея превратить это в пари у меня возникла совершенно спонтанно, уж больно мне захотелось твоего Ангела.

Теперь всё по порядку. Короче, мы совсем недавно подписали с итальянцами договор о сотрудничестве. Причём у них далеко идущие планы насчёт нашей фирмы. И мне бы очень не хотелось, чтобы из-за какой-то ерунды это всё сорвалось.

Дело в том, что я — генеральный директор, можно сказать, лицо фирмы. А итальянские мужики, как я понял после двух деловых поездок в Италию, совсем не похожи на нас. Чуть ли не до сорока лет они живут с мамами, потом женятся, после чего носятся со своими семьями как с писанной торбой. Без конца суют тебе под нос фотки своих детей, жён и драгоценных мам.

А я при заключении договора, чтобы не выглядеть бесхребетным мужем, воспитывающим в одиночку дочь, немного приврал. Сказал, что моя жена — модель, которая на несколько дней укатила в другой город на съёмки. Всё произошло очень быстро, и умнее я ничего не придумал. Теперь же мне срочно понадобилась женщина на роль супруги, с которой бы мне не стыдно было появиться на публике. Так сказать, в тесном итальянском кругу. Так что…

И тут я не выдержала, оборвав его на полуслове (хотя он этого органически не выносил):

— А тебе не кажется, что я молода для этой роли? Твоей дочери одиннадцать лет! Получается, я её родила в пятнадцать? Не забывай, что Анжелка старше меня на четыре года!

— Ничего страшного, ты и за тридцатилетнюю вполне сойдёшь, — невинно заявил мне Влад.

— Что?! Ты хочешь сказать, что я на столько выгляжу? — На какой-то миг возмущение захлестнуло меня с головой. Я даже забыла о его странном пари, о котором знала лишь то, что мне придётся изображать его жену.

— А я-то дурак подумал, что ты — особенная, — с сарказмом произнёс Влад.

Естественно, моя реакция его сильно позабавила. А я, как назло, повелась на его провокацию, как последняя дура.

— Хватит скалиться. Я и так уже всё поняла в общих чертах. Только мне не ясно: в чём же заключается пари, что ты на кон поставил такие деньжищи? А ты в курсе, сколько примерно стоит однокомнатная квартира?

— Не беспокойся, в курсе. А также на кону стоит моя мужская честь и партнёрство, которое даже по скромным подсчётам принесёт фирме миллионы.

— Ничего себе! Неужели на какой-то керамической плитке можно столько заработать?

— А почему бы и нет? — улыбнулся Влад. — Так что мы с тобой на время станем как бы партнёрами. Ты спрашиваешь, в чём же заключается пари? А вот в чём…

На какой-то миг его глаза вспыхнули непонятным огнём. Он сделал шаг мне навстречу, и его руки оказались на моей талии. После чего Влад быстро привлёк меня к себе, и его слегка колючая щека дотронулась до моего уха. Он с нежностью потёрся об меня словно мартовский кот, скользнув под конец своей шершавой щекой по моей шее.

Это оказалось настолько для меня неожиданным, что моё бедное сердце едва не выскочило из груди от волнения. Невыносимый жар желания побежал по моим венам, и я тихо ахнула. Вздрогнула всем телом, словно испуганная лошадь, и мои ноги подкосились…

— Я так и думал, — пробасил мне на ухо Влад, удерживая меня в вертикальном положении. Ведь если бы не он, я бы точно соскользнула на пол. — Ты подходишь по всем параметрам, вот только ты никудышная актриса. И это всё усложняет.

— Ты что вытворяешь? К чему эти нежности? — заплетающимся языком возмутилась я.

— Это я наглядно показал тебе, в чём заключается наше с тобой пари. Если ты при любом моём прикосновении будешь бледнеть и падать на пол, то нас тотчас раскусят. Где ты видела, чтобы жена так реагировала на мужа? Причём на своего?

После года совместной жизни страсть навсегда покидает семейное гнездо. У счастливых пар остаётся любовь, взаимоуважение, крепкий секс, но новизна в отношениях уходит безвозвратно. Это я тебе как мужчина говорю.

— Каждый думает в меру своей…

— Ой, вот только не надо мне сейчас читать морали! — с раздражением перебил меня Влад. — Если хочешь получить квартиру, ты должна запрятать свою чувственность так далеко, чтобы её сам Антонио Бандерас у тебя не нашёл. Поняла?

Я стояла ни жива ни мертва, боясь и пошевелиться. Да, теперь я, кажется, всё поняла… Нет, ни черта я ничего не поняла! Неужели я настолько безнадёжна? Действительно, почему я так на него реагирую? Что это, сексуальный голод или же что-то ещё?

— Влад, а тебе не кажется, что ты всё преувеличиваешь? В конце концов, мы же с тобой не шпионы какие-нибудь. Ну… пройдёмся за ручку, возможно, будем вместе танцевать… Твои итальянцы не будут же держать свечку над нашей с тобой «супружеской» кроватью!

— Они-то не будут… Но нам придётся с тобой на пару деньков смотаться в столицу. Мы решили не напрягать итальянцев, всё-таки люди приедут из другой страны. Поэтому остановимся мы с тобой в той же гостинице, что и они. Понятное дело, в одном номере. И нам придётся спать в одной постели… Я тоже, знаешь ли, мужчина. И пускай я веду нормальную половую жизнь, в отличие от некоторых… — Влад грустно усмехнулся, окинув меня сочувственным взглядом. — Но и я не хочу для себя проблем.

Теперь мне действительно стало всё ясно. И от этого осознания мне по-настоящему стало плохо. Ведь мне придётся ложиться с Владом в одну постель! И пускай для меня это уже пройденный этап, но тогда я была в невменяемом состоянии и он для меня ничего не значил.

Ещё я поняла, что Влад боится этого не меньше моего…

— Ася, я придумал это пари, скорее, для твоего стимула. Твой Ангел, конечно, очень хорош, но без него я как-нибудь проживу.

Как ни странно, но я заинтересован в том, чтобы ты это пари выиграла, так как получу от этого не меньше твоего. И я сделаю всё от себя зависящее, чтобы это случилось. Но ты должна мне помочь… А теперь попробуй не волноваться и просто доверься мне.

Я с испугом выставилась на него. Он что, опять решил немного порепетировать? Да я так и до самого пари не доживу!

Одной рукой он обнял меня за талию и с такой силой прижал меня к себе, что я намертво впечаталась ему в пах. Затем другой рукой схватил меня за «хвост» (согласно договору, я всегда убирала волосы перед работой) и медленно, глядя мне в глаза, намотал его на кулак. После чего опустил эту руку вниз, тем самым запрокидывая мне голову назад. А дальше я уже не видела его потемневших глаз, зато с неописуемым восторгом, чередующимся с некоторым ужасом, ощутила на своей шее его губы.

Мой невыносимый работодатель не спешил и, смакуя каждый момент, медленно целовал меня, обдавая мою кожу обжигающим дыханием. И вот уже его губы ласкали мой подбородок, приближаясь к заветной цели. А когда его рот накрыл мои полураскрытые губы, я и вовсе провалилась в бездну чувственного восторга.

— Ну вот, уже лучше. Во всяком случае, ты устояла на ногах, — откуда-то издалека донёсся до меня его хрипловатый голос. — Твою ж… Это будет и для меня непросто. Ты какая-то не такая, отличаешься от других! Одновременно податливая: я могу сделать с тобой все, что угодно, и в то же время, как огонь, совершено непредсказуемая. Я уже жалею, что подписался на это.

А может, ну их к чёрту, этих итальяшек с их семейными ценностями? Что будет, то будет… Если не захотят иметь дело с лжецом, плевать на них. Вот только Славку жалко, он уже размечтался…

— Поступай, как хочешь. Но мне кажется, стоит попробовать, — тихо пролепетала я, сама себе удивляясь.

Какое тут «попробовать»! Да я дышала через раз, когда он ко мне прикасался!

— Ага, всё-таки ты не настолько бескорыстна, — обрадовано отозвался Влад. — А квартирку-то хочется!

Обида тотчас разлилась в моей исстрадавшейся душе словно грязное пятно. Я тотчас грубо отбросила его руку от своей талии (как ни странно, она всё ещё находилась там!) и прошипела ему в лицо:

— Насчёт итальяшек не знаю, а вот ты точно пошёл к чёрту! Не нужно мне твоё пари! Пускай всё остаётся как есть. Лучше синица в руке, чем вонючий журавль в небе!

Что удивительно, Влад совсем не разозлился на меня, а ведь должен был. Вместо этого он опять включил своего ироничного высокомерного мерзавца, который бесил меня больше всего на свете.

— М-да? Ну ладно, давай попробуем… Только пеняй на себя, если ты опять напьёшься на фуршете или же будешь падать в обморок при любом моём прикосновении… Короче, для тебя уже не будет тогда ни вонючего журавля, ни сраной синицы, так и знай. Уж лучше я сразу найму профессионалку. Во всяком случае, мне она по-любому обойдётся дешевле. — Влад сделал театральную паузу и, небрежно заправив мне выбившуюся прядь за ухо, закончил: — И ещё одно: за себя я уверен, а вот насчёт тебя… Да найди же ты себе хоть какого-нибудь мужика! Чтобы он тебя так отымел, что ты и сидеть не смогла бы. Ведь у тебя на лбу написано: «Хочу *рахаться»! А это неприлично и неприемлемо для замужней дамы.