25 Глава

Денис.

Дни пролетали с какой-то устрашающей скоростью. Две недели я уже не видел Марину, она на больничном оказывается. Трубку не брала, дверь не открывала, а пасти её сутками у меня не было времени и желания. В любом случае ей придется когда-то прийти на работу, тогда-то и поговорим.

Друг послал меня на хер, неприятно, конечно. Надеялся, что он мне поможет, поговорит с Мариной сам, или пришлет Машу поговорить по-дружески, объяснить уже этой твердолобой, что свадьба ничего не поменяет в наших отношениях. Все идет не по плану раздражая меня не на шутку.

Я заколебался, у меня нет ни минуты свободного времени, я либо на совещаниях, или каких то переговорах, то в самолете между Ростовом и Тюменью. В один из совсем хреновых дней даже решил возобновить присмотр за ней, но передумал, и не пожалел об этом. Никуда не денется.

Я понимал, что поступил, по-свински не сказав ей о женитьбе, но я надеялся, что успею прилететь и все правильно преподнести, но увы журналисты работают быстро, хотя думается мне, что им кто-то помог все узнать, слишком быстро новость попала в интернет.

Моя упрямая репортёрша сменила номер, я, конечно, его знал, но звонить не стал, дал ей время успокоится. Я пару раз приезжал к ней домой, но она мне, конечно, не открыла, ну не ломать же дверь ради того, чтобы поговорить? Но не скрою я был на грани такого решения. Цветы мои она отправляла мне обратно на рабочий адрес, весь кабинет был заставлен моими же букетами для неё.

Радовало то, все приготовления к свадьбе взяла на себя сторона невесты, это было как никогда кстати. Меня не трогают, Настя иногда присылает конечно фотографии, то меню пришлет на выбор, или недавно прислала фото отеля куда мы летим в Медовый месяц, ей оказывается интересно моё мнение.

Невеста у меня красивая, молчаливая, и от того какая-то пресная что ли. Ведём с ней полноценную светскую жизнь, то на день Рождение идём, то в театр на премьеру, а мне вот после перелёта поесть да поспать охота, но тесть будущий прозрачно намекнул, что не потерпит если в прессе, узнают правду о нашей свадьбе, всё должно быть как по-настоящему. Вот мы по-настоящему и ходим, улыбаемся, иногда даже целуемся, а мне вот хочется поцелуя одной стервы, которая не хочет меня видеть, не то, что целовать. Вот так и живём.

Еще проблемы с объектом, не успеваем сдать в срок, а это штраф, а этого нам не надо. Так я ещё на телефоне постоянно с Верой, срываюсь на неё иногда, потом извиняюсь, но она молодец, давно перестала обижаться на такого кретина. Олег же совсем не собирался мне помогать, раздражая еще больше. Он все же до сих пор работает на меня, о чем я ему напомнил, но опять был послан на хер. За что мне это все?!

Гостиничные номера и пустая квартира раздражали. Но мысль о том, что в моей квартире скоро будет хозяйничать моя жена, женщина, которую я почти не знаю, отзывалась мигренью по всей голове или даже телу, не понятно, что где болит, не сдохнуть бы раньше положенного.

Иногда меня посещают мысли, что я продажная проститутка, особенно когда мне приходится целоваться с невестой. Это противно, потому что у меня нет выбора, так нужно, только я все чаще задаю себе вопрос, а так ли мне нужен этот завод.

Настя уже неоднократно намекала, чтобы я не в гостинице оставался, а у нее дома, пока я, конечно, отказываюсь, но долго это не сможет продолжаться. Намеки у нее все прозрачнее, а наряды откровеннее. А батя её внуков уже ждет, и сказал же это в самый неподходящий момент, когда у меня во рту был кусок мяса, подавился так, еле откашлялся.

— Вера, соедини меня с отцом, — пора и своих на свадьбу пригласить, тянуть нет смысла.

— Пап, привет, как дела?

— Отлично сын, мы с мамой улетаем завтра отдыхать на острова, а то сезон простуд начался, — все прививки делают, а мои на острова поедут, не плохо.

— Пап, тут такое дело, я женюсь скоро, Детали по смс пришлю, — чего тянуть, сказал, как есть.

— В смысле женишься? А нас с невестой не хочешь до свадьбы познакомить? Как это понимать? Тамара, — заорал в трубку так, что я, кажется, оглох на минуту, — твой сын женится на непонятно ком, и знакомить нас не собирается до свадьбы с избранницей.

— Пап, все не так, это дочь моего партнера, можно сказать это фиктивный брак, — начал оправдываться, я вроде как взрослый парень, уж сам могу решать на ком женится.

— А невеста в курсе? — зрит в корень батя.

— Пока нет, но я скажу, и мы подпишем брачный договор и, — дальше мне сказать не позволила мама.

— Мы чему тебя учили? — голос уже был не мамы, а директора моей жизни, — женится надо по любви, а не из-за денег, которых у тебя и так хватает.

Они не понимают, что, если этот завод достанется не мне, у меня будут проблемы, это же конкурент сильнейший в правильных руках.

— Мам, это бизнес, здесь иногда нужно принципам уступать, — кому я это все объясняю, они меня никогда не поймут, — я все при встрече объясню.

— Так вот приезжай к ужину и все объясни, — и они туда же, я скоро сдохну от перелетов и переездов, еще и к ним смотайся.

Мало кто может, но она и отец очень даже могут наплевать что я взрослый мужик, и надавать тумаков… Слава Богу не прилюдно хоть.

— Я не могу приехать сегодня, у меня завтра утром важное совещание, — я был не готов к разговору с ними, это еще хуже, чем разговор с Мариной.

— Мам, пап, — обратился к ним двоим, я уверен, что слышат они меня оба, — вы приедете и я все объясню вам, честное слово. А сейчас мне пора, до встречи, — и не дав им опять что-то сказать, я отключился.

— Денис Игоревич, — сказала Вера по внутренней связи пока я отходил от разговора с родителями, — к вам пришла Дмитриева.

— Пусть заходит, — подобрался я на своем кресле, я так скучал, что готов был бежать к ней на встречу, какая-то невидимая сила меня остановила.

— Добрый день Денис, — сухо поприветствовала меня, подошла к столу и положила на него какие-то бумаги.

Опускаю глаза на листы, опять смотрю на нее. Ишь чего захотела.

— Заявление значит принесла, — усмехнувшись, смотрю сначала на неё потом на бумаги.

— Да, заявление, — садится на стул и молчит.

— Я не подпишу его пока мы не поговорим, — сразу выдвигаю свои требования.

— Нам не о чем говорить, — легко произносит она.

— Мне так не кажется, — давлю на нее взглядом, — давай поужинаем?

— Мы не будем ужинать, хотелось бы, чтобы эта встреча была последней для нас, — она говорит это, а меня начинает трясти от злости, все совсем не так как я планировал. Все мои планы летят к черту.

— Если ты не хочешь платить неустойку, — иду на крайние меры, самому не хочется это говорить, но она вынуждает, — тебе придётся уступить, мы всего лишь поговорим.

— Ты не понял, я не хочу с тобой разговаривать, избавь меня от этой участи, — её глаза метают молнии, она держится отлично, и если бы я не знал ее подумал бы что совершенно безразлична ко мне. Но я её знаю, очень хорошо.

Выглядит она так же я как и я, хреново. Похудела, платье висит на ней мешком, глаза стали еще больше за счет того, что исчезли щёчки.

— Ты все неправильно поняла, — предпринимаю попытку с ней заговорить, — свадьба не настоящая. Марин нам обоим хреново, так к чему мучится, давай я заеду за тобой вечером, и мы все обсудим! Пожалуйста, — тихо молю её.

— Мне не интересно это, — встает со стула, — подписывай, давай не будем ворошить прошлое и каждый пойдет своей дорогой, — я злюсь на неё, на себя, на эту гребанную ситуацию.

— Какой нахер дорогой? — не выдержав подскакиваю с места, — ты что не понимаешь, что я все равно тебя не отпущу, ни с работы, ни из своей жизни, — с ней невозможно по-хорошему.

Мне было бы куда проще, если бы она орала, или кинулась на меня с кулаками, но что делать с ее тихой ненавистью в глазах. Там нет былой нежности, обожания. Я не отступлю, да будет немного сложнее чем я надеялся.

— Ну хорошо, хочешь уйти, плати неустойку, — улыбнулся, усаживаясь обратно в кресло.

— Хорошо, — легко соглашается с условием.

— Я позабочусь чтобы тебе ни один банк не дал кредит, — я вообще не знаю возможно ли такое, но надеюсь она поверит в мой блеф.

— Какой же ты кретин Кастров, — разворачивается и покидает мой кабинет, оставляя после себя аромат духов и огромное чувство вины.