Глава 7

Богдан крутил головой, осматривая помещение, а я сверлила его спину. Мысленно. Взглядом. Сквозную дыру размером два на два.

Жаль, что Матвей только завтра вернется…

Хотя, нет. Не жаль.

— Не чувствуйте себя как дома, — бросила, подходя к шкафу с кружками.

С осмотром кухни закончил, и переключился на меня? Прямо-таки чувствую пристальный взгляд.

— Со спонсором я в точку попал, — протянул за спиной. — Странно.

Бросила пакетик самого обычного чая в кружку.

Вести диалог желания нет, а молчание будет слишком демонстративным: "идите уже, Богдан Маркович, куда глаза глядят!".

— Что именно? — глухо спросила, заливая пакетик кипятком.

Себе тоже плеснула.

Вздохнула, беря обе кружки.

Мужчина вольготно расселся на стуле. На стуле! Это либо талант, либо этому где-то учат. На курсах молодых и перспективных предпринимателей. Наверняка.

Он следил за моим приближением со странным выражением. Без ухмылок, улыбок и прочего раздражения. Изучал, что ли. Присматривался. Не знаю, как охарактеризовать, но мне не понравилось.

— Прежде такие, как ты, его не привлекали.

— Какие?

Едва удержалась, чтобы случайно не опрокинуть чай на его брюки. Пожалела. Не босса. Чай. Чего добру пропадать? Ну ладно, Богдана тоже пожалела, кипяток все-таки.

Припечатала кружку к столу, чудом не расплескав содержимое.

— Простые, — он словно подбирал подходящее слово, что само по себе странно. — Обыкновенные.

Хорошо выразился. И не оскорбление, и не комплимент.

Вам бы в депутаты, Богдан Маркович. В политике таких любят.

Если планировал задеть, вывести на эмоции, то явно просчитался.

Села с другой стороны стола, развалилась на стуле, как леди обычно не сидят. Я устала, я хочу раздеться, помыться и утонуть в одеяле. Все. Никакой Богдан в мой супер-план не впишется. Не всунется, даже с мылом.

Мы не на работе, не на светском рауте, и мне плевать, что он подумает. Мой внутренний гопник почти ликует, почуяв вкус свободы.

— Может в этом суть и кроется? В простоте.

Отхлебнула чай, наблюдая за тем, как наблюдают за мной.

— Я сегодня имела счастье видеть тошнотворное представление с бесталанными актерами. Все это высокомерие с псевдо-элитарностью наблюдать не просто скучно — невероятно, до тошноты тоскливо. Ужин так вообще "обнять и плакать".

Уголок губ Богдана дернулся наверх. Сдержанно, но показательно.

— И вот глядя на это все я стопроцентно осознала, что такое общество — не для меня. Я не понимаю размазни по тарелке, я лучше съем хот-дог. Рестораны — круто, классно, но лучшее свидание у меня было на крыше девятиэтажки. И там не было ни шеф-поваров, ни элитных шл… компаньонок. И слонов… господи, я даже этого не понимаю! Зачем тратить на… статуэтку сумму с шестью нулями?

Спокойная, даже ленивая местами речь закончилась экспрессивно. Моя внутренняя жаба, сдохшая еще во время аукциона, дернула лапой. Вроде как подала сигнал с того света, что сдохла не напрасно.

Вообще-то я зря все это вывалила на босса. Он философию на ночь не заказывал. Мои выводы ему до лампочки на Эйфелевой башне.

И что теперь, извиняться за свой поток сознания?

Правду не заткнешь! А я как правда. Гордая и даром никому ненужная.

Спряталась за кружкой, смотря поверх плеча Богдана. Вроде и не в угол взгляд прячу, и лица не вижу. Выгодная позиция.

— Это нефритовый слон из коллекции Императора…

С каждым словом отражение скептицизма на моем лице становилось все более явным.

— Возможно, ты не так и неправа, — хмыкнул Богдан, поднимаясь.

Застегивая единственную пуговицу на пиджаке.

— Завтра без опозданий, — предупредил непреклонно. — Провожать не надо.

Не стала говорить, что я могу только "выпроводить". Достаточно уже сказано того, чего своим боссам не говорят.

Хорошо, не уволил. Что-то подсказывает, я вполне могу начать об этом мечтать.

* * *

Арина-умный-дом оказалась полезнее меня. Вечером набрала ванну, пока я до нее ползла. Утром разбудила. Пока умывалась, приводила себя в более-менее презентабельный вид, кофе уже было готово. Допила бодрящий напиток и вуаля — такси ждет под окнами.

Время на сборы разительно сокращается. Даже почти смирилась, что она Арина.

В этот раз я поступила умнее: такси подъехало сразу к кофейне. Зачем бегать два раза, когда можно пробежаться всего один и точно не опоздать. Моя гениальность предусмотрела очередное отсутствие обеда, так что я затарилась круассаном с сыром, парой сэндвичей с беконом, не удержалась от сосиски в тесте, и таки взяла тот самый круассан с фисташковым кремом и базиликом. На десерт. Вкусный, зараза.

Отложится мне на боках, буду сама похожа на круассан.

В приемную вошла ровно в девять. Минута в минуту.

В две минуты — постучалась к боссу.

Интересно, какое у него сегодня настроение? Кусаться сразу начнет или подождет полчаса? Кого бы ему скормить, чтобы на мне не отрывался? Я тут еще не всех сотрудников знаю, половину не жалко.

— Зайдите.

Скупо, как обычно.

Обычно! Я тут всего-то третий день. А ощущение, что вечность на него работаю.

— Доброе утро, Богдан Маркович.

Было до того, как вас увидела.

Во-первых, кресло начальника ему идет. Вот бывает же такое: человеку идет вещь, и человек этой вещи подходит. А бывает человек — подходит, а вещь не идет. Так вот с Богданом идеальное совпадение: ему идет этот кабинет, это кресло, костюм, наверняка как три мои зарплаты, которые пока мне только снятся. Часы на руке. Странные, необычные. Иногда кажется, что вместо циферблата что-то оранжевое горит, как символ какой-то.

Ему, черт возьми, все идет! И даже этот картонный стаканчик с латте.

Вот что за человек? Хочется найти изъян. И не один. И тут джекпот! У него их — хоть отбавляй. Взять хотя бы характер…

— У меня сегодня встреча с партнером. Подготовьте конференц-зал, инструкции у вас на почте вместе с задачами на день. Вечером выездная встреча, вы едете со мной.

— Вечером? Во внерабочее время?

Я планировала сдохнуть дома, а не в неизвестном месте при свидетелях. Моя пятая интуитивная точка предчувствует бешеный день. Мне после него только встречу добавить и все, выносите труп, слез не надо.

— Во внерабочее время рабочая встреча, что непонятного? — вроде и говорит спокойно, обычным тоном, а звучит как "тупое ничтожество, я только что все сказал".

Или у меня в голове трансляция автоматически не в пользу босса, даже если он ничего подобного не подумал.

— Вариантов, что у меня могут быть дела, не предусмотрено. Я правильно понимаю?

Уточнить не помешает. Вдруг появится шанс свалить?

Я требую возможности дать мне спокойно стонать от гудения в ногах после рабочего дня! Это мое законное право, в конце концов. Я не смогу этого делать при других. Я привыкла умирать от страданий в одиночестве.

— Перечитайте инструкцию, Арина Витальевна. Я говорю — вы исполняете, я пишу — вы делаете, я звоню — и ничего не меняется, вы — делаете. Идите работать.

"Вы мой раб!", — забыл добавить, но ничего, я это расслышала.

Легкий мандраж привычно обосновался в пальцах, когда открывала почту. Нервно болтала туфлей, открывая письмо от босса.

Я знала — ничего хорошего там не будет. Ничего. За два прошедших дня не было, а тут, похоже, по нарастающей идет.

Задачи для подготовки встречи и всего, что с ней связано, вынесены в отдельный список. Основные задачи в количестве двадцати штук. Ну, хоть это не меняется. Только легче не стало! В итоге их получилось двадцать семь.

Спасибо вам, Богдан Маркович, что Арина Светлова закончит свою жизнь в бизнес-центре.

Это японцы рады на работе умереть, а я — нет.

Почта с самого утра оказалась завалена письмами из отделов. Опять. Похоже, с этого теперь будет начинаться каждый мой день. Если я доживу до завтра.

Привычно раскидала окна по рабочему столу, разгребая: "Важно!", "Срочно!", "Арина Витальевна, я могу на вас положиться?". Вот так, сходу, в теме письма. Заинтриговали!

Я бы не стала на себя полагаться, честно.

Открыла, вчиталась, потягивая некрепкий латте.

Допускаю, что могу чего-то не понимать. Определенно. Но, по-моему, когда выделенные под конкретные цели средства уходят… Просто уходят — в неизвестном направлении, это, вроде, кража? Или я чего-то не понимаю?

Мне тут маленький человек решил душу излить… на свою начальницу. И почему мне? Я тут третий день работаю!

В общем, рядовой бухгалтер заметила расхождения в цифрах. Случайно. Один раз заметила, решила перепроверить, а все в порядке. Ну, показалось, с кем не бывает?

Через какое-то время — то же самое. Расхождение, и ничего.

И вот третий раз история почти повторилась. Почти — потому что девушка зафиксировала цифры, начала копаться втайне от руководителя, и докопалась.

Будь я на месте главбуха, я бы за такие деньги наняла профессионального тихого убийцу и убрала свидетеля. И продолжала себе дальше собирать на маленький райский остров в каком-нибудь чудесном месте.

Логичный вопрос: при чем тут я? Какую роль в этом театре на меня хотят навесить?

Об этом в поэме тоже написано. От меня хотят совет, как поступить дальше: подготовить доклад и преподнести его генеральному, или оставить все как есть? Если первое, то как лучше к нему подойти и станет ли он вообще слушать рядового сотрудника? А если второе, то хитроумная главбух продолжит свои грязные делишки.

Я бы просила процент за молчание. Наверно.

Моя совесть совершенно нечиста, а жаба огромна. За ночь она реанимировалась и теперь вовсю квакала.

С другой стороны, воры никогда не вызывали у меня уважения. Хочешь денег — заработай. Но она ведь заработала! Схемы мудреные придумала, явно долго прорабатывала. А скрывать столько времени? Тоже уметь надо! И не побоялась же.

Я, честно, из офиса Богдана Марковича даже ручку брать не стану. Превращусь потом в козу, и все. Прощай-прощай, Арина, сиськи тебе больше не понадобятся в принципе.

Откусила сосиску в тесте, запивая латте.

На меня навесили сложное решение. Почему я должна что-то советовать? Брать ответственность. Я не…

Из кабинета вышел босс. Как почувствовал, что тут нехорошие дела обдумываются.

Шел не смотря по сторонам, напротив стола остановился в полушаге. Обернулся на меня, жующую.

— Почему вы едите на рабочем месте?

Нет, это уже наглость.

— Потому что у меня нет времени на завтрак и обед. Вы каждый день нормально питаетесь, а я, пока ем, работаю.

— У вас есть время обеда.

— Время обеда — есть, обеда нет. Богдан Маркович, вы требуете выполнения задач, я их выполняю. Мне этот час не лишний. У вас, кстати, главбух миллионы ворует. Возможно как раз во время обеда.

Не надо было на меня полагаться. Я не умею раздавать советы, а серьезные вопросы меня угнетают. Генеральный точно разберется лучше кого бы то ни было.

Он, похоже, и уходить передумал.

Я показала сосиской на экран.

Богдан Маркович, крайне недовольно-удивленный, подошел. Развернул к себе монитор.

Взгляд забегал по строчкам, а выражение лица постепенно приобрело хмуро-убийственный оттенок.

Спасибо, что не мне он адресован.

Я спокойно жевала свой завтрак, наблюдая за боссом. Темные брови съехались к переносице.

Взял со стола клавиатуру и быстро, одной рукой, начал что-то набирать. А мне не видно! Но интересно.

Предвосхищаю кучу проблем, которые потянутся рекой в мою приемную.

Недовольный взгляд босса метнулся на меня. Аж поперхнулась от неожиданности.

— Арина Витальевна, когда вы успели заработать уровень доверия "выше среднего"?

Претензия непостижимая, подвид поражающий.

— Хорошего человека видно сразу, Богдан Маркович.

Меня за глаза Люцифером не называют.

— Я вам такую проблему вскрыла! Благодарности, заметьте, не жду.

Мне протянули клавиатуру обратно. Забрала ее, как родную.

Хмурый вид босса не изменился. Вернулся к себе, даже распоряжений новых не оставил.

Тем лучше! Займусь своей работой. Мне ее на сегодня щедро отсыпали.

Я предвидела большой поток людей в кабинет генерального, но черт возьми! Когда мне работать? Когда?! Они же все — все! — заходят, стучат зубами со страху, просят попить воды, а я не кулер. У меня воды нет! Потом начинаются расспросы о настроении босса, почему он вызывал лично, а не через меня, и протяжное, завывающее: "За что?"

Я не выдержала. В конференц-зале есть компьютер, туда и пошла. Синхронизировала со своим рабочим и продолжила заниматься делами в тишине и покое.

Какой же кайф! Никаких трясущихся начальников, заикающихся бухгалтеров.

Никого!

От одного человека абстрагироваться, увы, не в моей власти.

Генеральный:

Почему вы не на рабочем месте?

Арина Светлова:

Я на рабочем, Богдан Маркович. Временно переехала. Не могу работать в условиях проходного двора.

Генеральный:

Я вас по всему офису искать должен?

Вопрос с подвохом. Лютует, видимо.

Арина Светлова:

Не надо меня искать, я работаю. Вы что-то хотели?

Генеральный:

Да. Уволить вас. Одна минута, чтобы явиться в мой кабинет.

Да чтоб тебя!

Схватила смарт и вылетела из зала, на бегу натягивая туфли. А что? Там пушистый ковер, а у меня ноги от узких лодочек устали, можно и разуться, когда никто не видит.

Не знаю сколько секунд осталось до окончания отведенной минуты, но перед глазами резво мелькали темные пятна.

Уперлась ладонью в косяк приемной, хватаясь за колющий бок.

— Спортом надо заниматься, — высказала самой себе, дыша как паровоз.

Сейчас ведь увидит, как я неслась по первому зову.

Позор мне, Валера не переживет.

Костяшки пальцев ударили по матовому стеклу двери.

— Зайди.

Уже не нравится. Границы формальности обычно размываются в гневе, если иного подтекста нет.

Еще раз выдохнула и дернула дверь.

Взгляд направлен в монитор, вид — суровый. Оценку обстановки считаю завершенной.

— Сделай кофе. Двойной. Без сахара.

Даже не посмотрел. Выдал указания, не отрываясь от тихого щелканья мышкой.

То есть я неслась, чуть легкие не выплюнула, ради, мать его, двойного кофе?!

Стиснула челюсть, заталкивая Валеру поглубже, стараясь процедить максимально спокойно.

— Что-нибудь еще?

— Конференц-зал подготовь для встречи к двум часам, задачи у тебя на почте, Арина… Витальевна.

Лучше бы и дальше в монитор смотрел. Глаза — жуть просто. Злые, как у маньяка на охоте.

Улыбнулась, понимая, что выглядим эпично: он с видом маньяка, я с оскалом крокодила. Шоу "В мире животных" заиграло бы новыми красками.

В приемной натурально зарычала. У меня дел… а ему кофе! А самому сделать?

Ну, хорошо. Генеральный, все такое. Моя работа, да. Не отрекаюсь. Но кнопку на кофеварке может нажать сам?! Будто я сижу ногами кверху, плюю в потолок и наблюдаю, куда плевок приземлится.

Плюнула бы ему в кружку, но я пусть и плохо, но воспитана.

Внесла кружку как корону на коронацию. Благодарности не дождалась. Кто бы сомневался!

Мое гнездо рабочего изврата пришлось освободить и перебазировать обратно в приемную. Основная беготня мимо меня закончилась. Периодически пробегала какая-нибудь взъерошенная женщина из бухгалтерии, с ошалелыми глазами. На ходу то ли молясь, то ли рассылая проклятья. Главное — мне не мешали работать. Иначе я бы точно кого-нибудь убила.

Конференц-зал был готов ровно к обозначенному времени. В инструкции было указано "деловой обед". Все, как просили. Едва не захлебнулась слюной. Вовремя вспомнила, что белка я запасливая и меня ждут сэндвичи, можно не захлебываться.

С нескрываемым наслаждением развернула первый, еще похрустывающий. Облизнулась довольно. Все-таки молодец я. Не стала себя голодом морить.

Жуя, параллельно отвечала на письма из отделов, перекидывалась с Димой из отдела разработок короткими сообщениями. Написал, что кто-то из непосредственно его руководства был в сговоре с главбухом.

Банда орудует. Прямо ОПГ в Мэджик корп, а название банды "миллионеры-неудачники". Ну кто так попадается? Раз взялись воровать, делайте это красиво. Право слово, натворила не я, а стыдно, что попались, мне.

Да, я не совсем хороший человек. А кто из нас святой? Правильно, нет таких! Мы все запятнаны… кто-то грехами, кто-то кетчупом.

Самозабвенно жуя, проследила за открывающейся дверью. Босс на ходу одергивал рукав пиджака, привлекая внимание к своим необычным часам. Они снова мигнули непонятным символом и оп! Обычный циферблат.

Занятная вещица.

Богдан Маркович на меня внимания не обратил. Я без стеснения наблюдала за его проходкой через приемную, жуя свой обеденный сэндвич.

Хорош чертяка! И как ему не повезло с такой природной привлекательностью, сшибающей энергетикой, обзавестись настолько гадским характером?

Бывают же в жизни огорчения…

Остановился почти у выхода, обернулся, будто что-то забыл.

Что? Не надо так на меня смотреть. Идите, Богдан Маркович.

Проходили мимо — проходите дальше. Мне без новых поручений дел хватает.

— Не ешьте на рабочем месте.

Нафиг вы идете с такими заявлениями, потому что я работаю беспрерывно!

Хотела заявить, вовремя поперхнулась. Закашлялась, рассыпая вокруг крошки и сея внутри проклятья.

Вот кто под руку говорит? Богдан, чтоб его, Маркович!

Покачал головой с исключительным недовольством, и вышел.

Запила чаем, чувствуя, как горит лицо и шея. Точно так помру на работе. Вытащит меня за ноги, в коридор положит, отчетами сверху накроет, вот и все отпевание.

Ни поесть, ни… вообще ничего.

Ни благодарности, ни фразы: "Спасибо, Арина Витальевна! Какая же вы молодец, Арина Витальевна! Золото, а не сотрудник!".