Глава 9

Вечер, однако, удался.

Я узнала, как целуется босс. Вполне недурно. Убедилась, что он человек, — были сомнения. Не безосновательные! Заработала на месяц безбедной жизни. И все это за каких-то два часа.

За окном дорогого авто мелькали дома вперемешку с сотнями проносящихся огней.

После фееричного фиаско я предпочитала молчать. Богдана Марковича это более чем устроило. Пока он признавал свое поражение перед Гарри, я спокойно доедала свой ужин, запивала его шампанским, и вообще чувствовала себя прекрасно.

Мне печалиться не о чем. Моя жаба задорно квакала от восторга, предвкушая страдания на почве неизбежных трат. Валера из заката не вернулся. Потеря печальная, но не смертельная.

Где там мой дом? Когда мы уже приедем?

Тишина стала зловеще-угнетающей. Мне не нравится.

Хочу скорее домой, в горячую ванну. Или под горячий бок Матвея. А можно и то, и другое, и даже одновременно.

Из приятных раздумий меня нагло, совершенно бесчеловечно выдернули.

— Наша договоренность аннулируется.

Я натурально крякнула, жаба ах…нула.

Секундочку. Я, кажется, ослышалась.

— Что значит "аннулируется"? — сгребла все свои хорошие манеры, чтобы при случае забросить их подальше. — Вы ведь заключили контракт.

Богдан Маркович невозмутимо кивнул.

— Не благодаря вам.

Так, Валера вернулся. Во мне работает Дагестан.

— Не моя вина, что вам не удалось обмануть Гарри. Свою часть сделки я выполнила на "отлично".

— Вы ставите много условий для сотрудника на испытательном сроке.

— Имею полное моральное право. Мне пришлось с вами целоваться. Может, у меня психологическая травма теперь, полученная на рабочем месте? Мне полагается моральная компенсация и штатный психолог.

Машина остановилась. Богдан Маркович не пошевелился. Голова только лицом ко мне повернулась.

В кошмарах скоро сниться будет, дьявол.

— У психолога рабочий день как у всех, я сообщу ей, что вы придете. С психологической травмой.

Он кивком указал на дверь с моей стороны.

Класс! Я что это, бесплатно из себя невесту изображала?

Я же вам в кофе плюну. Сдерживалась столько времени, но ведь настаиваете!

Хлопнула дверью авто напоследок. Задрала голову, глядя в темное звездное небо.

Машина уехала, моя персональная жопа в небесах по-прежнему сверкает целлюлитом, и выползшее из-под авторитета Валеры воспитание подсказывает, что в кофе я плевать, конечно же, не стану.

Вот и кому оно нужно, это воспитание? Богдан Маркович как-то без совести живет, а я что, вымирающий вид?

Будь моя воля, сняла бы туфли еще у подъезда. Жаба в очередной раз сдохла, прихватив с собой мое настроение. Отсутствие честно заработанных денег путем обмана честных людей меня угнетает.

Скинула туфли в холле и босиком поплелась на свет — в гостиную.

Матвей, развалившись на диване, увлеченно зависал в смарте. По телевизору, — черт знает, как он по-местному называется, — шло нечто мне незнакомое.

— Ужин удался?

Я плюхнулась в мягкое кресло у панорамного окна, без стеснения закинула ноги на стеклянный столик.

— Сарказм неуместен.

— Почему нет? Я жажду подробностей.

Усмехается он! Ну, хоть кому-то весело.

— Твой брат кинул меня на деньги. В этом доме предусмотрена помощь пострадавшим от рук узурпатора?

На кресло напротив приземлился Матвей. Подхватил мои щиколотки и переложил к себе на колени.

Неужели мне перепадет массаж ступней?

Мягкие массирующие движения это подтвердили. Ради такого я готова еще немного "пострадать".

— Как тебе такая помощь?

Кайф…

Можно понаглеть хотя бы раз. Когда мне еще массаж сделают по собственному желанию?

— Мне нравится. Ты, главное, не останавливайся. И расскажи, что вы с братом не поделили?

Пальцы замерли, выдавая мелькнувшее напряжение. Приоткрыла закрывшиеся от удовольствия глаза.

Руки Матвея вновь пришли в движение, а сам он смотрел в окно. Такой загадочный, задумчивый на фоне огней большого города…

— Невесту.

Это я удачно поболтать решила… Ну, прямо-таки интрига года. Я просто обязана узнать подробности. Учитывая, что оба брата неженаты… Вечер перестает быть томным.

Сложно представить Богдана, сражающегося за сердце девушки. Или она сражалась сразу за сердца двоих? Или… Я долго могу гадать, но зачем?

— А можно чуть-чуть деталей добавить?

Похлопала глазками. Мысленно. На самом деле легко закрыла, с трудом открыла, и так несколько раз подряд.

Матвей усмехнулся, окончательно расслабляя меня умелым массированием ступней. Захотелось растечься по креслу и не открывать глаза до утра. Потому что утром я заступаю на службу дьявола.

— Рассказ не на пять минут, а ты уже засыпаешь.

Я все же сползла на кресле, устраивая голову на спинке поудобнее.

— С чего ты взял? — приоткрыла правый глаз. — Я бодра как никогда в жизни!

Игра не достойна даже приза зрительских симпатий. И Матвей не поверил. Отпустил мои ноги с милейшей улыбкой.

— Завтра расскажу.

Завтра? А как я доживу, и не помру от любопытства? До завтрашнего вечера ждать?

— Нет, я так не согласна.

Аж проснулась от негодования. То есть мне сначала показали конфетку, а потом заявили, что я не настолько плохо себя вела и "сладкое" мне не положено.

— Я умру в муках и приду призраком к тебе во сне, буду тебя душить и кричать: "Молился ли ты на ночь, бессовестный?".

Матвей засмеялся, но не остановился, продолжая удалять от меня себя вместе с душещипательной историей "невесты на двоих".

Подскочила с кресла насколько смогла бодро. Фактически сползла, но главное результат — я на ногах и почти догнала интригана.

— У меня для тебя плохие новости, — Матвей и не думал тормозить. — Ты не можешь умереть, ты работаешь в Мэджик Корп.

Засопела, заходя следом на кухню.

Смерть для сотрудников Богдана — привилегия. Не каждый ее достоин. Согласна. Но к рассказу это не имеет отношения.

— Я получу разрешение и заверю у нотариуса. Матвей, так нечестно.

Аргумент не засчитан. Чайник щелкнул, выпуская пар из носика. Матвей кинул в кружку чайный пакетик.

— Не требую деталей, просто в общих чертах скажи кто прав, кто виноват?

Кипяток окрасился в желто-коричневый цвет.

— Мы три года не разговариваем, считаешь я знаю, кто прав? — хмыкнул мужчина и подул на воду. — Виноваты оба. Наверно.

Я оседлала стул, упираясь руками о спинку.

В любой ситуации мне хочется знать, что виноват Богдан. Только он и никто больше. Во всех бедах, какие существуют в этой части вселенной, виновен он.

Да-да, это не так, но у меня профдеформация. Деформируется все связанное с боссом.

— А невеста?

Это не праздное любопытство, а стратегически необходимая информация. Вдруг это поможет понять, как лучше выстроить линию поведения с Богданом Марковичем. Может он униженный и оскорбленный, обманутый или преданный? В общем глубоко-травмированный и на весь женский род обозленный.

— Мне так, — я неопределенно махнула рукой, — для общего развития.

Матвей неторопливо потягивал чай. Смотря на меня поверх кружки.

Прямо-таки великая тайна!

Согласна, лезть в чужое прошлое как минимум неприлично, но извините. Извините! Тут дело касается моего непосредственного начальника, а он, мягко выражаясь, человек с невыносимым характером. А я человек без жилья, мне надо себя обеспечивать. Из второго вытекает необходимость первого. Стратегия!

— Не сошлись характером, — выдал Матвей, закинув пустую кружку в посудомойку. — Арина, выключи свет и помой посуду.

Дернулась, но быстро себя осадила.

— Хорошо, — мягко и услужливо ответила домоправительница с искусственным интеллектом, и оставила меня сидеть в темноте.

Спина Матвея мелькнула в свете холла.

Охотно верю в не сочетаемость, и все же остались вопросики: они планировали "союз трех", двое не сошлись с третьей, или она не сочеталась с двумя? Прямо-таки сюжет фильма для взрослых. Едва ли имеет нечто общее с реальностью, но фантазию не заткнешь. Раз утаили информацию, я могу ее домыслить.

* * *

Еще одно утро невыспавшегося работника встретило солнцем. Одно радует — завтра суббота, наконец-то выходной.

Последний день испытательного срока. Всего неделя, а ощущение будто отпахала месяц без выходных.

Задача номер один — отработать на "отлично". Чтобы Богдан Маркович взвыл, не найдя причин придраться.

Маршрут до офиса лежал через кофейню. Снова запаслась калорийным обедом и перекусом, взяла кофе себе и боссу.

Задача номер два — выбить двойную премию. Я честно ее вчера отработала. Буду методично капать на мозг начальника, чтоб он накапал в мой кошелек. Желательно хрустящих купюр, а не слез.

Охранник в холле первого этажа пожелал удачного дня. Я достаточно примелькалась для подобных обращений, и, что важно, они всегда искренние.

Это удивительно, но злопыхателей, брызжущих завистливой желчью, не встретилось. Ни одного. Настолько "желанное" место, что никто не стремится его занять.

Просто они в моем мире не жили и не знают, что "деньги не пахнут". Всему есть разумный предел, разумеется.

В приемную зашла минута в минуту. Несколько шагов до стола, затем до двери в кабинет. Постучала, терпеливо ожидая приглашения войти.

— Доброе утро, Богдан Маркович.

Улыбка в пакет "Вежливость" не входит, базовая комплектация ограничена определенным набором слов.

Босс чуть качнулся на кресле, сразу взявшись за кофе.

Выглядит слегка помятым, и речь не о стакане.

Богдан Маркович всегда одет с иголочки. Костюм без единой лишней ворсинки. И это не изменилось. Рубашку легче погладить, чем лицо. Хотя ему утюг явно не помешает.

Викторина "Что? В чем? Куда?" начинается.

Что произошло за ночь?

В чем проблема?

Куда и кого пошлют?

В последнем, чую, буду замешана я.

Да, не лучшее время для разговоров о премии. Подожду до обеда. После еды люди добреют.

Вот именно, люди! Богдан Маркович навевает массу заговорщицких теорий на тему его происхождения.

— Задачи на почте, — скупо бросил босс, завуалированно послав меня… работать.

А я не обиделась. Я не против! Будь возможность никогда не пересекаться с Богданом Марковичем лично, я бы ей непременно воспользовалась.

Открыла письмо, оперативно бегая взглядом по пунктам.

Рядом с латте значится "круассан с фисташковым кремом и базиликом".

Вот ведь… Я его для себя брала, а теперь минус один перекус.

Остальное более-менее знакомо. С виду страшно, но выполнимо.

Что тут за нестандартный пункт?

— Посещение психолога? — зачитала вслух.

И время указано.

Он мое вчерашнее заявление воспринял всерьез или это изощренная форма насмешки? Впрочем… Не такая плохая идея. Даже полезная. Вдруг я работаю последний день? Надо ведь узнать, что тут за "великолепный штатный психолог". Прямо-таки интрига! Я обошла уже, кажется, весь Мэджик корп, осталось одно место, куда не ступала моя туфля.

К кабинету подошла ровно за минуту до указанного времени. Приглашение последовало после первого стука.

Уютное помещение в теплых тонах понравилось сразу. Взгляд с порога приковал к себе широкий диван посреди кабинета.

Я видела в фильмах, на приеме у психолога всегда лежат на диванах. Готова лечь сразу, можно не уговаривать. Однако! Увидела диван и забыла, что у этого места есть хозяин. Вернее, хозяйка.

— Арина Витальевна? — приятная, открытая улыбка темноволосой женщины мягко засияла. — Проходите.

Она указала на диван и вышла из-за стола с толстой записной книжкой в руках.

— Добрый день, — я с нескрываемым удовольствием приземлилась на диван.

Мягко. Гладкая кожа. Приятно, черт возьми.

— С чем вы ко мне пришли? — психолог заняла кресло напротив.

Хороший вопрос. Моральная травма на почве поцелуя с боссом даже в мыслях звучит смешно.

Я никогда не была у психолога. Мои представления заканчиваются на стадии дивана и всего, что показывали за этим на больших экранах.

Закинула ноги диван, устраивая голову на подлокотнике.

— Всегда хотела узнать, как это работает.

— Занимайте комфортное для вас положение, — доброжелательно и успокаивающе произнесла Светлана Александровна, если не ошибаюсь.

С комфортом порядок. Можно начинать.

— Каждую ночь мне снится один и тот же сон, — произнесла спокойно, смотря в белый потолок.

— Хорошо, опишите его.

— Я красивый цветок с большими сиськами, расту на солнечной полянке. Радуюсь теплым лучам, никого не трогаю. Я же цветок. А потом появляется огромная гусеница и начинает меня жрать.

— Как эта гусеница выглядит?

— Она ездит на дорогом авто и носит странные часы.

Пауза затянулась.

Сместила взгляд с потолка на психолога. Женщина с налетом недоверия улыбалась. Точно так, когда вроде и сомневаться повода нет, а поверить в услышанное сложно.

И правильно. Мне нельзя верить. Ну, вернее можно, но лучше десять раз подумать перед этим.

Села, упираясь ладонями в бархатистую поверхность.

— Шутка. Мне снится ровным счетом ничего. Сил моего мозга не хватает еще и на то, чтобы крутить всю ночь картинки перед глазами.

Психолог наблюдала за мной с легким наклоном головы. Явно обдумывает как бы получше задать вопрос с прямым посылом.

Не стану ждать, когда фраза созреет.

— Я имела неосторожность высказаться перед Богданом Марковичем о психологической травме, которой не существует. Он воспринял слишком серьезно в силу своего характера… Момент! Все, я говорю, останется в этом кабинете?

А то ведь риск. Мало ли что из меня вылетит.

— Не беспокойтесь, выражайтесь свободно.

Я бы выразилась… Но лучше не давать мне такой возможности.

— Богдан Маркович, естественно, не знает, что никакой психотравмы не существует. Хотя… Может и догадался. Потому и отправил к вам. Не подумайте, я уважаю психологов. Очень нужная специальность в современном обществе. Но пока мне помощь не требуется. Пока — это я имею в виду сию минуту. Через полчаса я могу изменить свое мнение.

Пожалуй, можно вернуться к своим прямым обязанностям. И даже нужно! Время идет, а там еще список из пятнадцати дел висит. Ждет исполнения. А конец рабочего дня меня ждать не будет, наступит на горло и отсрочки не даст.

— На случай, если генеральный решит проверить, вы скажите ему, что я адекватный, здоровый человек, ладно?

Сомнения, конечно, имеются. Но, с другой стороны, у кого сейчас нервные клетки радостно танцуют? Только у алкоголиков и наркоманов, но и там "не все дома".

Светлана Александровна наблюдала за моим бегством все с тем же наблюдательным скептицизмом. Мой личный термин.

Принесу ей потом бутылку хорошего вина. В знак благодарности за понимание. Она ведь знает, на кого я работаю. Должна понять, что нет у меня времени лежать на диване задрав ноги.

Я себе это могу позволить только ночью.