52

Покерфейс — мое все.

Сегодня я его раздаю всем, особенно Раневскому, которого еще недавно разложила на матах, как одичавшая самка.

И не скажу, что его близость не напоминает мне о содеянном.

Моя ладонь в его, кажется,сейчас загорится…

И я жалею, что так бездарно использовала его футболку, потому что полуобнаженное тело Раневского слишком живо напоминает мне, как все эти мышцы сокращались подо мной. Ах…

Прикусываю уголок губы, чтобы не раскатывалась, и ругаю себя за то, что вообще думаю о повторении!

Это недопустимо! С чего вдруг мысли какие-то крысиные пошли?

«Ну хорошо же было?» — ерничает мое удовлетворенное эго.

«Просто невероятно как!» — вздыхает моя млеющая сердцевина.

«А больно не будет?» — взволнованно екает сердце.

«Будет!» — рычит на всех мозг. И я цепляюсь за единственную свою разумную часть.

Закинув ногу на ногу, Луиза строчит в телефоне вопросы к викторине, задумчиво хмуря брови.

Сусанна Валерьевна расслабленно лежит на плече супруга, который внимательно изучает нас, сидящих напротив.

Но ничего не говорит. Позволяет всем вариться в ожидании, будто ему на самом деле все известно и он нарочно хочет подергать своих внучков за нервы. И ему удается.

Артур недовольно вздыхает, бросаю на него взгляд и вижу, как он достает пачку сигарет, но, поймав строгий прищур деда, цокает и убирает обратно.

Атмосфера с каждой секундой наполняется все большим напряжением и легким волнением. Ну, и раздражением, разумеется, учитывая двух братьев, которые нервничают по очевидным причинам.

А мне хочется сказать: «А вот не будете больше врать близким!»

И между прочим, для особо одаренных я говорила, что не помешало бы сделать домашнюю работу раньше, чем ее попросят сдать.

Ну что ж, психованый мой, пожинай плоды.

— Медам э месьё! Экскюзэ муа! — Идеальный франзузский мелодичным голосом Луизы привлекает всеобщее внимание. Мне кажется, этот язык невозможно перепутать ни с каким другим. — Рада всех приветствовать на нашей увлекательной викторине! — пародирует она настоящего ведущего, держа телефон, как микрофон. — И сегодня мы узнаем, какая пара знает и понимает друг друга лучше! Готовы? Погнали!

Леонид Августович сжимает руку своей супруги и обменивается с нами взглядом, полным решимости победить.

— Итак! Первый вопрос! Без чего не может начинаться утро вашей половинки? Отвечают девочки!

— А ответы восемнадцать плюс принимаются? — хихикает Ксюша и зарабатывает вопросительные взгляды самой опытной среди нас пары.

А я решаю спасти бедную Ксюшу, выпаливая первое, что приходит на ум:

— Без ворчания и кофе.

Леонид Августович прыскает со смеху.

— А она хороша, — тычет он пальцем в Яна.

— Мне придется повторить за Вильгельминой. Один в один, — хихикает Сусанна Валерьевна.

Фух! Ну что ж, начало вроде не самое плохое, Невеличкина. А учитывая, что я азартная, мне даже не требуются угрозы придурка.

Победить я хочу чисто из спортивного интереса, а не ради прикрытия избалованной задницы.

— Так, а теперь вопрос для обоих партнеров. Какое любимое блюдо у вашей половины?

— Ой, ну это ведь элементарно. Конечно же борщ! Его я готовлю всегда сама! — с гордостью подмечает Сусанна Валерьевна.

— Им ты меня и покорила, — хохочет Леонид Августович.

— Потому что готовлю с любовью, — с доброй улыбкой подмечает она.

— Но справедливо было бы вспомнить и про твои великолепные пирожки, моя дорогая. Давненько ты меня ими не баловала, — мечтательно вздыхает дед.

— Я тебя балую по рекомендациям твоего лечащего врача, — подмигивает она своему супругу, а тот отмахивается.

— Опять двадцать пять. Ладно, что там дальше? Моя очередь? — Дед чешет бороду. — Ну, тут тоже проще простого, у моей драгоценной любимое — это вафли, домашние, со сгущенкой. За уши не оттащишь!

Сусанна Валерьевна улыбается, прикладывая ладонь к груди и забвенно прикрывая глаза.

— Ого! Сусанна Валерьевна, жду рецепт вашей идеальной фигуры, — заговорщически шепчет Луиза. — Та-а-ак! Погнали дальше! Ян? Вильгельмина? У вас какие ответы?

Мне хочется ответить «мой мозг», но на одном остроумии мы не выедем, поэтому в помощь призываю полтора года работы на этого цербера. Ему всегда было плевать, что я закажу. Ел все как миленький.

— Мне повезло. Мой всеядный, — выдаю с улыбочкой и бросаю взгляд на Раневского, готовая подыграть ему, потому что здесь он точно попадет в просак.

Но на удивление он расслаблен и даже откидывается на спинку дивана, ни секунды думая над ответом:

— А у Ви слабость — это зажаристые куриные окорочка.

Он подмигивает мне, напоминая наш обмен любезностями, когда я предпочла его сочному окорочку.

А он молодец. Выкрутился, что мне и врать особо не приходится. Развожу руками:

— Каюсь, на жирное и вкусное я падкая.

— Какие у всех разные предпочтения. Артур? Ксюша? Ваша очередь.

— Ну, — с заметным раздражением, — эм… я думаю, Ксю любит суши?

На что она закатывает глаза.

— На самом деле я люблю пиццу, но она не вписывается в мой рацион калорий, поэтому суши принимаются.

Артур поворачивает к ней голову.

— Что? Я думала, ты помнишь, — пытается выкрутиться Ксюша.

Луиза прочищает горло, чтобы отвлечь внимание от небольшой перебранки между Ксюшей и Артуром.

— Неплохое начало! Переходим к следующему вопросу! Когда и при каких обстоятельствах произошел ваш первый поцелуй? Отвечают мальчики!

Я вытягиваю губы в беззвучном свисте. Ну, вперед, ненаглядный. Все же я недооценивала Луизу. Есть в ней некая женская солидарность.

— Первый поцелуй. На дискотеке был. Набросилась на меня как оголодавшая.

Сусанна Валерьевна охает и мягко хлопает его по плечу.

— Не стыдно врать-то при детях?!

— Скажи еще, не так? — самодовольно заявляет Леонид Августович.

— Сусанна Валерьевна, слушаем вашу версию.

— В нашем случае это был нелепый, но самый судьбоносный поцелуй, — со смехом вспоминает Сусанна Валерьевна. — Леонид подошел к моей подруге на дискотеке и сказал, что она похожа на Эдиту Пьеху, и полез к ней целоваться, — хихикает она. — А та совершенно не хотела его целовать и подтолкнула меня. Я тоже не хотела с ним целоваться, на тот момент он мне даже не нравился! — взволнованно всплескивает она руками.

— Что за ересь ты мелешь, — возмущается дед. — Меня хотела каждая девчонка!

И тут мы все ржем в голос, забывая о том, что все это постанова, и я даже ловлю себя на мысли, что мне начинает нравиться эта компания.

— Леня, не бреши! Дай рассказать. — Сусанна Валерьевна вытирает слезы от смеха. — Ну так вот, толкает меня моя подруга к этому мачо, а он-то с закрытыми глазами и так сильно схватил меня, что я и вырваться не смогла, только открыла рот крикнуть, а он мне туда язык запихал. — И снова хохочет, а дед фыркает. — Я не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть, а потом запаниковала и укусила его за язык. И так сильно, что у него хлынула кровь. Даже на платье мое любимое попала, пришлось выкинуть потом, — вздыхает она, отсмеявшись.

— Розовое такое, — задумчиво добавляет дед. — Ты в нем, как свинка, была.

Сусанна Валерьевна снова скатывается в истерический смех.

— Да-да! Тогда я не могла похвастаться фигурой, — надрывисто выдает она, вытирая с глаз новые следы смеха. — Ой, умора.

У меня у самой болят щеки от улыбки. Ну разве они не прелестные?

— Я вас обожаю, — хихикает Луиза. — У меня есть фавориты этого вечера, но хочется услышать ответы всех. Ян?

И тут я давлюсь остатками смеха, переводя взгляд на своего родненького психопата.