Глава 19

«Кай, следуй за Титой. Она найдёт место, где вам будет комфортно».

Обратился я к парню, после чего змейка начала выталкивать его из палаты.

Сержант применил технику, что и во время выяснения наших с Камнем отношений. Поэтому духам было весьма некомфортно здесь находиться. Всем, за исключением Бори, который даже не обратил на эту технику внимания.

Он тупо сидел и пялился на меня в ожидании, когда получит обещанную духовную эссенцию. Но это будет не раньше, чем мы попадём домой. О чём я ему уже неоднократно говорил.

— За время моей службы в корпусе таким образом я потерял уже двух очень перспективных членов команды. Их умения выходили за грань разумного. И как я не старался что-нибудь узнать о них, так ничего у меня и не вышло. А в последний раз и вовсе мне было сказано напрямую не совать нос, куда не нужно. Руководство дало мне понять, что если я не остановлюсь, то сам могу однажды исчезнуть.

— Мы-то понятно, будем молчать. Но помимо нас ещё были люди, что видели способности Умника. В Графине я не сомневаюсь, она ничего не расскажет. А вот её парень? Да и Сым Джиху вместе с курсантками? Уверен, что они даже не подумают молчать. Выдадут всё на первом же допросе.

Слова Камня отчасти имели смысл. Вот только отчасти. Единственным, кто мог выдать меня, был парень из отряда Графини. И то в том случае, если его решать допрашивать без ведома на то Жанны. Что являлось грубейшим нарушением правил корпуса. Человек, допустивший подобное, огребёт по шапке, если информация о самоуправстве дойдёт до Сахарова. А в том, что она до него дойдёт, я был уверен.

— По поводу говорливости девчонок можешь не переживать. Я уверен, что они не будут говорить лишнего. Да и никто не посмеет их допрашивать. По крайней мере, в академии точно нет таких идиотов. Все выжившие курсантки — представительницы очень влиятельных семей. Одна Долгорукова чего стоит.

— Так мне не показалось, что я видел их родовой перстень? — произнёс хмурый Камень. — Здесь ты прав, допрашивать их точно не станут. А вот сами они легко могут всё рассказать своим семьям. И тогда на тебя устроят настоящую охоту после окончания договора с корпусом.

— Охоту за мной устроят по другому поводу. Я очень сильный энергетик. Точно не могу сказать на каком уровне сейчас нахожусь. Но минимум мастер.

Смысла скрывать эту информацию я уже не видел. К тому же Юля обмолвилась об этом сразу после нашей победы. Заявив, что если бы не мой дар энергетика, то победы нам не видать. Но тогда на слова девчонки никто не обратил внимания. Да и способность призывать себе на помощь духов была куда круче. А то, что Сержант и Камень не хотят распространяться о моих умениях за пределами отряда, подтверждало, что им можно доверять. Понять, что из себя представляет человек возможно только в тот момент, когда ваша жизнь висит на волоске.

Можно сказать, что мы прошли крещение смертью. В прошлой жизни я считал таких людей своими братьями. И в этой не собирался поступать иначе. Хотя прекрасно знал, что на Земле совершенно другой менталитет и даже самый верный друг, в котором ты уверен больше чем в себе, может предать.

— Я думал, что девчонка сама не поняла, что сказала. А получается, что она говорила правду, — задумчиво произнёс Сержант. — В этом случае всё становится ещё более паршивым. Дар энергетика крайне редок. И я ни разу не слышал об энергетике выше уровня мага. Таких ребят стараются заполучить в свои ряды самые влиятельные боевые семьи империи. Даже в императорской семье служит всего один энергетик. И то постоянно находится рядом с императором.

А вот это было очень интересно, Сержант сам, не желая того, показал нам свою осведомлённость об императорской семье и людях, работающих на неё. Уверен, что подобной информацией владеет весьма ограниченный круг лиц.

— Точно могу сказать, что пока я нахожусь в Корпусе Последней Стражи, никто не предпримет никаких попыток завербовать меня.

— Правда твоя. Если понадобится, Батя пошлёт на хер даже императора. Поэтому его так не любят аристократы и так уважают стражи, — согласился со мной Сержант. — Но это проблема, которая может возникнуть ещё очень нескоро. Сейчас нам необходимо определиться, как быть с тем, что может ожидать нас в ближайшее время.

— Пока мы в госпитале необходимо переговорить с Графиней. Единственный человек из руководства, которого сюда пускают целители — это Батя. А насколько я знаю, он сейчас находится в шестом Форпосте. Самым проблемным остаётся парень из отряда Графини. Поэтому необходимо как можно скорее переговорить с ней. Уверен, что эту проблему под силу решить только нашей амазонке.

— Но есть и ещё одна проблема, — перебив Камня сказал я, ощущая нечто паршивое. Это ощущение пришло ко мне, вместе с отголоском уже знакомой силы. — Батя в корпусе. Он очень зол и сейчас направляется к нам.

После моих слов в палате наступила гробовая тишина, что позволило нам услышать тяжёлую поступь Василия Ивановича. Именно что услышать. Треск ломающегося дорожного покрытия прекрасно был различим. Особенно в наступившей тишине. Словно весь корпус моментально замолчал, испугавшись гнева своего командира.

Сержант ту же убрал свою технику и сила Бати коснулась нас. Настоящий монстр. Но я не ощущал никакой опасности от этой силы. Сахаров был в ярости, но эта ярость была направлена не на нас.

Тита с Каем тут же оказались в палате и заняли оборонительные позиции.

«Всё нормально. Никто не собирается причинять мне вреда. Сейчас Кай, ты увидишь одного из сильнейших и влиятельнейших людей на планете. И он не имеет никакого отношения к духам. А ты Тита не сбивай парня с толку. Чего прилетела, словно меня тут убивать собрались?».

Змейка ничего не ответила, лишь махнула хвостом и уползла куда-то в коридор. А вот Кай остался. Не знаю почему, но с того момента, как мы оказались на земле, он не произнёс ещё ни слова. Хотя сам меня прекрасно понимал. Но я и его не торопил с этим делом. Кто знает, как у него проходит процесс адаптации к новому миру.

Я вообще толком ничего не знаю о Кае. Возможности изучить переданные Альтином документы, ещё не было. Это была ещё одна причина, почему нужно как можно быстрее покинуть госпиталь.

— В случае чего я смогу сдержать Батю несколько секунд, — для чего-то сказал мне Камень и я благодарно кивнул ему.

Через пару минут послышались голоса целителей, постепенно они перешли на повышенные тона и вскоре уже вовсю орали, совершенно не стесняясь в выражениях. Впрочем, их оппонент также не отличался сдержанностью и костерил целителей в ответ. Местные медики — совершенно безбашенные отморозки. Никогда не думал, что кто-то позволит себе вот так общаться с Василием Ивановичем.

Дверь в палату распахнулась и на нас уставился красный от гнева Сахаров, а за его спиной были видны хмурые лица целителей.

— Вставай. Есть разговор, — обратился ко мне Батя.

— Я его командир и без меня разговора не получится, — с огромным трудом, поднявшись с кровати, произнёс Сержант.

Было видно, что он в любой момент готов броситься в бой. И плевать, что перед ним один из сильнейших одарённых империи.

— И без меня не получится! Парень дважды спас мне жизнь. За такого не грех и умереть, если понадобится.

Камень вскочил со своего места гораздо проворнее Сержанта и сразу же принял защитную стойку, словно мы сейчас были в подземелье, а в руках у него находился щит.

Василий Иванович лишь хмыкнул и обрушил на нас всю свою мощь. Я уже знал, что это такое, поэтому успел принять необходимые меры предосторожности и в тот момент, когда мои защитники уже начали падать, от обрушившегося на них давления, оказался рядом. Пробиться к их энергетическим центрам оказалось очень легко. Словно до этого я уже неоднократно к ним подключался. Ну а дальше я просто принялся вливать в них силу, одновременно поглощая души, которые улетали невероятно быстро.

Моя помощь позволила Камню и Сержанту выдержать атаку Василия Ивановича. Сам же я даже не пошатнулся. Чего нельзя было сказать о вырубившихся целителях.

— Вот теперь, можно и поговорить. Вся аппаратура в этом здании вырублена и не будут надоедать эти эскулапы. Это же надо, запрещать мне встретиться с пациентом! А вы чего горе-защитники повскакивали? Вам ещё лечиться и лечиться. Это вон парень ваш уже полностью здоров. Да не бойтесь, не причиню я ему никакого вреда. Больно-то оно мне надо. Стал бы я его тогда прятать в корпусе?

После этих слов оба защитника вопросительно посмотрели на меня. И мне ничего не оставалось делать кроме как подтвердить слова Сахарова.

— Василий Иванович — один из немногих людей, кому я могу полностью доверять. Всё в порядке, — сказал я мужикам и оборвал их накачку. К этому моменту Батя уже убрал давление.

— На всякий случай позови Борю, он сможет задержать даже доминатора, пока мы не подоспеем на помощь. — хлопнув меня по плечу, сказал Камень, за что получил от Бори полный презрения взгляд. И неважно, что крепыш похвалил его, он решил заставить Борю работать. А в этом плане хомяк был очень предсказуем. Он ненавидел работать.

— Если что кричи, мы поможем. Достаточно и того, что мы потеряли Вепря с Петровичем.

Я лишь кивнул Сержанту и двинулся прочь из палаты. Кай и Тита двигались рядом, а Боря даже не подумал сдвинуться с места. Он лишь повернул голову в нашу сторону, чтобы убедиться в том, что мы ушли.

— Рассказывай, что произошло во время последнего задания? — начал говорить Сахаров, когда мы оказались в каком-то кабинете. — Скрытый босс. Пусть и не самый сильный. Да ещё и подземелье в подземелье. Двойное подземелье — крайне редкое явление. Обычно эти подземелья остаются заброшенными. Очень редко, когда из них кто-нибудь возвращается. Мне можешь не врать. Я прекрасно знаю, что это такое. Два раза заходил в такие подземелья и как видишь, сейчас разговариваю с тобой.

Времени у нас не так много, так что поторопись. Не заставляй вытягивать из тебя каждое слово клещами. Хочу услышать всё как было на самом деле. А уже после услышанного будем решать, что делать дальше. Даже не представляешь парень, сколько головной боли ты мне приносишь. С твоим появлением моя жизнь резко изменилась. И не в лучшую сторону.

А вот теперь мне необходимо было хорошенько всё обдумать и не сболтнуть лишнего. Да и вообще понять, какую информацию можно оставить при себе? Что Сахаров не сможет проверить? Я только открыл рот, чтобы начать рассказ, как вперёд вышел Кай и воплотился, несмотря на все мои попытки помешать ему. На этот раз парень оказался гораздо сильнее меня.

— Йоб... — начал было ругаться Сахаров, но инстинкты бывалого воина оказались гораздо сильнее.

Уже в тот момент, когда начал говорить, рука Бати поднялась и Кая вдавило в стену кабинета. При этом послышался странный треск. То ли стена оказалась из дерьмово материала, то ли это затрещал Кай. Но вроде я не почувствовал, что парню прилетело. Значит, всё-таки стена.

В этот момент Тита попыталась материализоваться, чтобы помочь Каю. Но её мне удалось удержать. Всё же мы гораздо дольше находимся вместе и я прекрасно знаю все уловки змейки.

А вот кто меня действительно удивил, так это Боря. Бешеный хомяк выскочил из стены, в беззвучном боевом кличе раззявил свою пасть и бросился на Сахарова. Плевать, что он был в нематериальном воплощении. Плевать, что ничем не мог ему навредить. Но сам факт того, что он вступился за Кая, уже говорил о многом.

— Василий Иванович остановитесь! Я умею призывать себе на помощь духов. Этот парень — один из них.

Кай, тоже попытался что-то сказать, впервые с того момента, как оказался на Земле. Но он не знал местного языка и выдал несвязный набор звуков. Вот и ещё одна проблема на мою голову. Необходимо позаботиться о языковом барьере и призвать парню духа-учителя.

— Вот об этом я бы тоже хотел узнать более подробно. Дар призывать себе помощников в подземелье считается одним из сильнейших среди пробуждённых. На моей памяти было всего два человека с подобным даром. Одного уже нет с нами, а второй сейчас возглавляет Ассоциацию и считается сильнейшим ранкером человечества. Несмотря на то что он уже очень стар, способен в одиночку закрыть подземелье четвёртого уровня. А сейчас подойди ко мне.

Василий Иванович указал на место, где я должен встать, всё ещё продолжая удерживать Кая. Боря бесновался вокруг Бати, а Тита ждала момента, когда я позволю ей воплотиться, прекратив попытки сделать это самостоятельно.

— Отпустите Кая, мы очень тесно связаны с ним. Навредите ему, навредите мне.

— Да ничего не будет с твоим... духом. Я его только обездвижил и даже не атаковал всерьёз. Иначе будь он хоть духом, хоть демоном был бы уже мёртв. Говорю, подойди ко мне и давай сюда левую руку. Или куда тебе там поставили печать, во время появления в корпусе?

Спорить я не стал и сделал, как сказал Сахаров. Василий Иванович взял мою руку, и через мгновение я ощутил резкую боль, которая тут же прошла, сменившись довольно странными ощущениями. Больше всего это было похоже на то, что Василий Иванович предлагает мне заключить с ним контракт. Причём в качестве базы была взята кровавая печать.

Сама печать сильно изменилась, полностью утратив свои основные функции. Теперь никто не сможет надавать на меня через неё. Даже сам Батя не сможет этого сделать.

— Никогда мне не нравилась эта дрянь, но без неё просто нельзя обойтись. Слишком много отпетых ублюдков решают поступить в корпус, чтобы спасти свою шкуру. Это единственный действенный метод, чтобы не позволить им творить всё что вздумается. Ты теперь можешь не переживать. Контролировать тебя при помощи печати никто не сможет. Даже я. Контролировать не сможет, а вот кое-какие ограничения имеются. Ты не сможешь рассказать никому информацию, которую я посчитаю секретной. В остальном больше нет никаких ограничений.

Василий Иванович говорил правду. Я прекрасно ощущал, что эта печать стала стерильной. В том плане, что она уже не сможет причинить мне никакого вреда. Запрет, на разглашение определённой информации точно нельзя к этому отнести. Как я понял, этот запрет будет завязан только на информацию, полученную мной от Сахарова. Очень сложная техника, которую могут наложить только сильнейшие одарённые.

Я знал способы, как справиться с изначальной кровавой печатью, а вот от этой уже точно не смогу самостоятельно избавиться. Здесь было всего два варианта. Либо Сахаров сам её снимет, либо она исчезнет после его смерти.

— Вот теперь я могу разговаривать с тобой на любые темы. Ещё один маленький штрих, — Василий Иванович применил такую же технику, что и Сержант. Кай тут же начал что-то говорить, крутить и дёргать головой, явно испытывая боль. Тита резко дёрнулась и начала ещё сильнее просить у меня энергию на воплощение. Хоть ей и было дико дискомфортно, но она терпела, определённо не хотела показывать слабость перед Борей. Которого на этот раз тоже проняло. Всё же хомяк ни такой не пробиваемы, каким хочет казаться.

— Отпустите Кая, ваша техника сокрытия причиняет ему боль.

— Пускай, ещё немного повисит, — ответил мне Сахаров и через мгновенье Кай перестал кривляться. — Сократил радиус действия техники. — пояснил Батя.

«Уходите, мне здесь точно не грозит опасность. Рядом с Сахаровым для меня сейчас самое безопасное место».

Тита нехотя поплелась на выход из палаты, но ей пришлось немного задержаться, чтобы вытолкать Борю. Хомяк упёрся и ни в какую не соглашался оставлять меня наедине с Василием Ивановичем. Хотя, скорее всего, он переживал не за меня, а за Кая. Какая-то у него нездоровая любовь к парню. Которая появилась ещё в ледяных пустошах, после их знакомства.

— Информацию, которую ты сейчас услышишь, знают не больше сорока человек на планете. Поэтому отнесись к ней как можно серьёзнее. На данный момент для тебя это просто информация. Но думаю, что ты сможешь сделать правильные выводы уже сейчас, — Василий Иванович внимательно посмотрел на меня и дождавшись, когда я кивну, продолжил. — Я не так просто упомянул тебе о нынешнем главе ассоциации охотников. На самом деле главой является не Вольфганг Штраубэ. Это всего лишь ширма, за которой очень удобно скрываться настоящему руководителю ассоциации. Его имя практически никто не знает. Как и не знает, что делает этот охотник для человечества.