Глава 23

Маша успокоилась, лишь упав в мягкое кресло бизнесс-класса.

— Я не верю, что мы это сделали. Успели вовремя. Все. Сил моих нет.

Фил погладил по растрепанным волосам, и Маша положила голову ему на плечо. Эти несколько часов ее так уморили, что сейчас навалилась усталость

Сначала ей пришлось за полчаса принять душ, одеться, собрать хотя бы необходимое. Дома, конечно, осталась одежда, но хотелось хоть что-нибудь из парижских покупок прихватить — похвастаться перед подружками. Хотя в этом плане Фила ничто не затмит. Девчонки обалдеют. Она сама до сих пор балдеет.

Особенно сегодня утром. Маша аж покраснела от нахлынувших воспоминаний. Что на нее нашло? Действовала на чистом адреналине. Оказывается, власть кружит голову. А власть над таким мужчиной напрочь сносит разум, стыд, совесть. Сколько раз просил освободить его, не смогла. Хотела, но не смогла. Вспоминала, как сама лежала перед ним прикованная, возбужденная, и молила о пощаде. Еще и с легким страхом в душе. Вспоминала свою злость, выплескивала ее, чтобы ничего не осталось в глубине души, очищалась от накопившегося негатива. Именно это и было причиной вчерашней нервозности — ощущение, что за тебя все решили, привязали и не оставили выбора.

И все вырвалось наружу, оставляя лишь любовь в чистом виде, без примеси негатива.

Самолет загудел и начал движение. Маша любила это ощущение. Вообще любила летать. Разгон. Взлет. Набор высоты. Кайф. Даже воздушные ямы.

А потом посадка. Ее любила еще больше. Когда самолет будто падает. Сердце вместе с ним. Выравнивается. Снова падает. Красота.

За два часа полета успела доспать, отобранное ночной бессонницей время.

Не заметила, как уснула на плече у любимого. А он расстегнул ее ремень безопасности, накрыл пледом и опустил кресло. Заботливый.

— Доброе утро, спящая красавица, мы уже на посадку собираемся.

— Я поняла. Прости, что оставила тебя без компании.

Фил помог ей вернуться в нормальное положение и пристегнул ремень.

— Ничего. Я предавался волнующим воспоминаниям, — его глаза хитро блеснули. Маша снова вспыхнула.

— Надеюсь, не ждешь от меня извинений, — буркнула под нос, пряча совсем не виноватый взгляд.

Фил слегка потянул за хвостик на голове, поднимая к себе лицо.

— Не жду… — его глаза чуть помутнели, пробежавшись по лицу и особенно задержавшись на губах. Потом долго не отрывал взгляда от ее серых глаз. Вздохнул. — Потому что я не привык ждать несбыточного.

Но Маша лишь с вызовом вздернула носик.

— Вот и умничка, my honey, ты идеальный мужчина.

И опять борьба взглядов. Кто первый отступит?

Их прервало сообщение о том, что самолет совершил посадку. Ничего так они выпали из реальности. Оба вздрогнули.

— Солнце, я действительно не сержусь, мне все понравилось, — его голос стал ниже и гуще, играя обертонам. — И извинения твои ни к чему.

До дома добрались быстро. Благо такси в городе достаточно. Родители Маши жили в пригороде минутах в двадцати езды. Сам дом был большим, но не огромным, с приличным садом вокруг. Мама уже знала об их прибытии и накрыла на веранде прекрасный стол.

Завидев дочь, Елена Ивановна бросилась к ней, заключая в объятьях.

Наобнимавшись они обе повернулись к Филу.

— Мам, это Филипп, мы познакомились на шоу, и… мы встречаемся. — Ей явно неудобно представлять маме парня. Тем более вот так.

Но Елена Ивановна была довольно демократична в этом плане, поэтому приняла Фила доброжелательно.

— Идемте, вы, наверное, проголодались с дороги. — Когда Фил отвернулся, мама показала большой палец и подмигнула. — Маш, я инициативу проявила — сообщила твоим подружкам, что ты приезжаешь, так что они скоро явятся.

— Ирка и Таня? — мама кивнула, а Маша задумалась, хочется ли видеть девчонок. Скорее да, чем нет. Но с ними бы наедине поболтать, а не в присутствии Фила.

— Филипп, ты кушай, Машка, наверное, не успела тебя побаловать домашней едой.

— Маам, когда бы я успела? Мы приехали вчера, а тут папа позвонил, лети, говорит, срочно домой. Не знаешь, что его так прижало?

Елена Ивановна тем временем накладывала Филу салатик. А тот в свою очередь наливал что-то спиртное из графинчика.

— Я сама ничего не поняла, если честно. Он странно себя ведет последнее время. Как раз с тех пор, как ты уехала. Только не помню, в Москву или на шоу твое.

Они пригубили вишневую настойку, провозгласив тост за знакомство.

— Наверное, он никак не может смириться, что я выросла. Знаешь, он дозвонился до Одинцова на мой день рождения.

Мама была удивлена, Андрей Александрович явно ей не рассказывал.

— Маш, ты же знаешь, папа у нас довольно странная и загадочная личность. За двадцать лет нашей совместной, — последнее слово Елена Ивановна заключила в виртуальные кавычки, — жизни, я так и не смогла его разгадать.

Маша заметила, что Фил внимательно прислушивается к их разговору — его личность папы тоже сильно интриговала.

У ворот послышались дикие вопли, и во двор влетели две девицы, визжа и прыгая.

— Машка! Ну ты даешь! Как ты могла это сделать и нас не предупредить, козочка ты такая! — кричала Ира, веселая брюнетка со светло-голубыми огромными глазищами.

Маша встала им на встречу и ее тут же сгребли в свои объятья.

Вторая подруга, Таня, была не столь эмоциональна. Она спокойно дождалась своей очереди и тоже обняла. Она была полненькой, что нисколько не портило впечатления. Маша любила ее за доброту и всепрощение. С Танечкой они дружили со школы. А с Ириной познакомились на курсах по дайвингу и вместе занимались разными экстремальными экспериментами уже года три. Считай с девятого класса. Ирка младше на год.

— Ир, ты что налетела на нее, как чайка, дай человеку в себя прийти, — вступилась Таня.

Ира чуть отступила, и взгляд упал на Фила. Глаза округлились. А Маша почувствовала, что закипает. Э, нет. Так не пойдет. Она шагнула в сторону мужчины.

— Познакомьтесь, девочки, Филипп, мой парень с недавних пор. Фил, мои подруги Таня и Ира-Белоснежка. Ее все так зовут, можешь не стесняться.

Харпер очаровательно улыбнулся обеим, но при этом обнял Машу за талию.

— Очень приятно.

— А ты тоже участвовал в шоу! — воскликнула неугомонная Ирка. — Точно! Я видела.

— Да, Ир, — попыталась утихомирить Маша, — мы там и познакомились. Фил… продюсер шоу.

Она решила не уточнять должность любимого, чтоб не дразнить и без того впечатленную подругу.

— Супер! Так почему ты нам не сказала? — Белоснежка такой ребенок наивный. Зря она подумала про нее плохо. Слишком наивная. Смотрит на Фила, как на Джонни Дэпа. Звезда в натуральную величину.

Они уселись за стол, а Елена Ивановна принесла приборы для девушек.

— Ой, Ириш, все так внезапно получилось, история длинная. Меня Фил неожиданно пригласил.

К ним присоединилась мама.

— Филипп, а как ты смотришь на то, чтобы сделать шашлыки? С мангалом имел дело в Москве? Я правильно поняла, ты в Москве живешь?

Фил кивнул и попросил Елену Ивановну показать, где что лежит. Подмигнул Маше, понимая, что ей хочется хоть немного с подружками поболтать. Мама, видимо сообразила, увела его подальше.

— Машка, офигеть! — Ира в своем репертуаре. — Ну, подруга! Твой Фил ещё круче, чем Одинцов! Кстати, а чем кончится Холостяк? Кого он выбрал. Я помру от любопытства до следующей серии. У вас там такие страсти кипели. Русские победят или американки?

Маша рассмеялась и налила ей вина, лишь бы она так много не говорила.

— Ириш, я не могу пока рассказать. У меня договор о неразглашении. Могу подтвердить: русские.

— Значит все же Оксана! — девушка хлопнула в ладоши. — Я же тебе говорила! Они созданы друг для друга! — это она Тане доказывала.

— Девочки, давайте другой раз поговорим, когда я смогу вам все рассказать. Сейчас я скованна обязательством. Лучше сама расскажи, какие новости? Ты хоть поступила в универ?

— Что говорить? Поступила. В конце месяца еду в Москву, Алек снимет квартирку. Родители хотели, чтоб я с Юлькой жила, но мы обе такой скандал закатили. Брат все разрешил, сказал, будет следить за мной. Да когда ему — весь в работе. То у него Париж, то Милан. Тяжела доля модели. — Белоснежка оттараторила все на одном дыхании. Алек — ее старший брат Алексей. Он работает моделью в престижном московском агентстве. Сотрудничает с разными домами моды и в России и за рубежом. Чертовски красивый парень. Года три назад он забрал в Москву среднюю сестру Юлю. А сейчас и Иринка поступила в какой-то ВУЗ, надо, кстати, потом спросить, в какой. Она умница, отличница, гений математики. Участвовала в разных всероссийских олимпиадах. Ее любой университет с радостью бы взял. Но при этом такой ребенок! Как бы ее там в Москве какой-нибудь красавчик не соблазнил. Белоснежка верит в любовь, ждет любви. Идеалистка. Надо будет тоже за ней проследить, раз Алек занят.

Успокоить любопытную подругу было крайне тяжело, ей все хотелось знать, да побольше. Пока вдруг та не узрела Филиппа, снявшего футболку. Ему явно было жарко у мангала, наполненного горящими ветками. Погода располагала.

— Снежка, глазки не сломай, — дернув подругу за хвостик прошипела Маша. Та удивленно посмотрела на нее.

— Ооо! Как все запущенно. Ты влюбилась, моя радость! Наконец-то! — сладеньким голоском пропела подруга. Ей везде виделась романтика. Потом серьезно добавила, — Манечка, ты что я… на чужих парней не заглядываюсь, я вообще на них смотреть боюсь… на любых… глянула одним глазком… красивый… тебе хорошо… — грустно вздохнула. В тон ей вздохнула и Таня.

Машка покраснела. Стало стыдно за свое поведение. Вот в чем заподозрила лучшую подружку? Совсем помешалась со своими замашками ведьмовскими.

— Ир, ты потише. — Она настороженно посмотрела в сторону Харпера. Лишь бы не слышал их разговор. Но он был весь занят разведением огня. Какой же он все-таки сексуальный, особенно топлес. Аж пальчики свело от желания прикоснуться к нему. Мужчина почувствовал ее взгляд и повернулся. Поймал, что называется, с поличным. Не растерялся и послал воздушный поцелуй. В ответ Маша махнула ручкой.

— Ээй! Мы однозначно тут лишние, Тань.

Маша сразу пришла в себя и повернулась обратно к подружкам.

— Нет, вы что! Просто… у нас как бы самое такое… кхм время… влюбленное…

— Все с тобой понятно, — даже Таня проявила любопытство, — у вас уже было?

Маша покраснела, как помидорчик на маминой грядке.

— Девочки, почему вы у меня такие ВарвАрки? Где ваш такт, деликатность?

Эти заразы только рассмеялись в ответ. Начали перечислять достоинства стоящего перед ними мужчины. Какая уж деликатность?

— Мы к чему? Если еще не было, то нужно срочно исправлять ситуацию! Кто сможет покорить нашу Машу, если не этот прынц.

— Король, — автоматически поправила девушка, не сразу сообразив, что опять увлеклась, разглядывая своего мужчину. От дикого собственнического инстинкта дурно становилось. Он — ее! Только ее. Весь.

— Похоже, все-таки, мы опоздали с советами, — раздался где-то рядом голос Тани, а потом ее руки легли на плечи, разминая их, — там все точно было и не раз. Снежка, ты посмотри в ее глаза. Она его сейчас съест.

Именно поэтому Маша сомневалась в своем желании видеть сегодня подруг.

— Если вы это не прекратите, я выставлю вас из дому, стервочки мои! Понятно? И жалеть не буду. Хватит меня в краску вгонять. Да, было, и я люблю его!

Получилось как-то слишком громко, Фил повернулся на голос. Девочки обе сжались и, хрюкнув от сдерживаемого смеха, упали лицами на стол, закрываясь руками.

Харпер прищурился. На его губах расцвела сногсшибательная улыбка. Потом покачал головой и погрозил пальчиком. Сразу же приложил палец к губам, намекая не кричать.

Больше Маша не позволяла себе такого. А вскоре были готовы угли, и они все вместе занялись непосредственно шашлыком, помогая Филу.

Надо отдать должное Ирине, она больше не позволяла себе вольности в отношении парня подруги. Но иногда они обе все же подвисали, глядя на него.

— Я всего лишь любуюсь. Вы такие красивые оба, — объясняла слегка захмелевшая подруга. — Фил, у тебя брата нет, такого же симпатичного?

Тот в ответ рассмеялся и отрицательно покачал головой.

— Есть друг, но он теперь занят.

— Одинцов что ли? — насторожилась девушка, чуя поступление свежей информации.

Фил кивнул. Но выдавать секреты естественно не спешил.

— Фу, какие вы не интересные. Пошли домой, Тань, придём, когда они будут готовы поделиться хоть частичкой информации. Ух, редиски.

На самом деле уже довольно поздно. Мама давно ушла в дом. Таня выглядела уставшей, она еще и работала сегодня, оказывается. Перед началом занятий в универе хотела подзаработать. Пела вечерами в кафе на берегу. А днем у своего дяди в риэлтерском агентстве.

В общем, девчонки как-то быстренько собрались и ретировались.

Маша взяла Фила за руку и потащила вглубь сада, где стояли любимые качели. Уселась к нему на колени и прижалась к груди.

— Оказывается, я не готова делиться тобой с другими, — прошептала она ему на ушко, как будто открывая свою самую большую тайну.

Он провел рукой вдоль спины, вызвав стайку мурашек.

— Я тоже, — таким же тоном признался он. — Весь день мечтал, чтоб твои подружки сбежали быстрее. Я жуткий эгоист, да?

Не дожидаясь ответа, он запутался пальцами в ее волосах и притянул к себе, обрушивая на ее губы жадный поцелуй. Сколько он длился, не известно. Но их прервали.

— Кхе-кхе, — кажется мама, — Маш извини, но там папа звонил, с ним что-то странное. Сказал, чтоб ты не уходила, он уже едет. И я ему пока про Филиппа не сказала, так что вы… держите себя в руках. Он такой вспыльчивый.

А дальше произошло нечто очень странное. То, что буквально перевернуло ее жизнь навсегда. Потом она еще узнает причину, но пока что в полнейшем шоке.

Во двор ворвался отец. Увидел их с Филиппом. Глаза округлились, когда понял, что дочь на руках у молодого человека. Он резко замер.

Фил подскочил и таким же диким взглядом уставился на ее родителя.

— Ты?

— Филипп?

Оба стояли, словно пораженные громом. Смотрели друг на друга ошеломленно.

— Папа! — но Машу никто не слышал. Или слышал, но понял не сразу. А когда дошло, Фил стал практически серым. Вся кровь разом схлынула с его лица. Глаза лихорадочно двигались, будто он пытался что-то понять. Запустил пальцы в волосы и запрокинул голову назад, судорожно дыша.

Маша испугалась не на шутку, бросилась к нему, но он отшатнулся, словно от кошмара. Нервно затряс головой.

— Нет, нет, нет, этого не может быть, — его голос, хриплый и пустой до жути. Маша опять рванула к нему, ей было страшно, плохо и начинало трясти. — Нет! Стой! Не подходи! Никогда! 152e1bc

Харпер развернулся, кинул свирепый взгляд на ее отца и выбежал на улицу.

Маша несколько секунд стояла в полном ступоре. И что это было? Что он сказал? Не подходи? Никогда? Ее Фил? Ее король? Внутри все оборвалось. Снова бросилась за ним, но ее поймал отец.

— Стой, Маша, нет! Нельзя!

Она смотрела на него расширенными от ужаса глазами. И не могла сформулировать вопрос. Стало так плохо, что едва не упала. Голова закружилась, вызывая прилив тошноты.

Елена Ивановна и Андрей Александрович подхватили ее под руки и довели до гостиной, усаживая на диван.

— Я ничего не понимаю… папа!

Только сейчас заметила, что он тоже бледный, губы дрожат и руки. Ему самому не лучше.

— Объясню, Машенька, позже. Мне нужно собраться с мыслями. Ты отдыхай. Лена, приводи ее в комнату и спускайся, у нас будет долгий разговор.