Глава 7

В отель возвращались в тишине. Сказать, в общем-то, нечего. Маша корила себя за несдержанность и, судя по мрачному виду Филипа, он тоже. Скорее всего, ему неприятно ее навязчивое внимание. Поэтому, как бы ни хотелось чего-то большего, нужно отпустить ситуацию, чтоб не стало хуже. Не хватало уподобиться тем девушкам, что всю жизнь его преследуют. Нет! Он должен сам все решить.

В отеле они расстались, так и не сказав друг другу ни слова. Она грустно взглянула в его напряженное лицо и отвернулась, не заметив острого взгляда напоследок.

Вечером Одинцов увел пять девушек в казино, а небольшая компания в составе самой Маши, Оксаны, Мишель и Кати собралась в их номере. Было внесено рациональное предложение прогуляться, и совершенно глупое позвать с собой Филипа. Маша психовала. И почему он такой? Не поймешь, нравится она ему или нет. То взгляды бросает заинтересованные и отвечает на поцелуй, да так, что душа переворачивается, то избегает даже разговаривать. Как его понимать? Что там Кирилл говорил? Упрямый? Наверное. А может она слишком размечталась? И не быть ей королевой для своего короля. Ну нет! Такое предположение вызвало резкий протест. Мы еще поборемся. Сдаваться не в ее духе, только тогда, когда совсем не останется надежды.

— Вот еще, можно и без него пойти, — вставила она свое мнение, но все покосились в ее сторону, решила больше сегодня не светиться — а то заподозрят неладное. Ей Одинцова хватило, спасибо.

Пошли уговаривать Харпера на прогулку к площади у казино. Он не сопротивлялся, лишь попросил приодеться.

Вечер прошел более менее приятно, учитывая упавшее настроение. Раздражало буквально все. И девочки, вьющиеся вокруг, и флиртующий Фил, и сказочная атмосфера ночного Монте-Карло, и даже Оксана, витающая в облаках. После посещения Кафе де Пари девушки совсем расслабились и некоторые начали поглядывать в сторону Харпера заинтересованными взглядами. Чем он хуже Одинцова? Маша этого вытерпеть уже не могла, поэтому по хозяйски сунула Оксану ему под правую руку, а сама уцепилась за левую. По какой-то причине Фил не возражал, наверное, и сам не хотел стать объектом домогательств со стороны потенциальных невест Кира. Однако недооценила силу своей ревности — Оксана стала раздражать еще больше. Хотя, уж лучше она, чем та же Сара или Джанетт. Как раз вовремя появился Кирилл со своими спутницами.

Рассказ о казино вызвал новую волну раздражения, а то, как девочки напросились на приглашение завтра вечером туда же, возмутило.

Кирилл поглядывал странными сверкающими взглядами то на Фила, то на Оксану. Маша тоже посмотрела на подругу и вздрогнула — та буквально впечаталась в ее короля, головку положила на плечо, а его рука прижимает ее крепко к себе. Нахмурилась, но промолчала — не скандал же устраивать.

Когда Кирилл в числе приглашенных девушек не назвал подругу, почти испытала удовлетворение. И одновременно жгучее любопытство. А что, интересно, между этими двумя происходит? Убийственные взгляды Кира, игнор, можно сказать, преднамеренный. Между ними точно что-то сегодня случилось, что обострило и без того сложные отношения. Забавно. Может и зря она ревнует?

Вернувшись в номер, Маша попыталась хоть что-нибудь выяснить, но Оксана была непреклонна.

— Если ты мне скажешь, что у тебя с Харпером, я скажу, что у меня с Одинцовым, — последовал ответ, который сразу охладил любопытство. Кажется, где-то прокололась.

— Говорю же, поганка! — обиженно выкрикнула она и пошла ждать свою очередь в душ.

Потом, лежа в кровати вспоминала события дня, особенно самое важное — поцелуй. Потрогала свои губы. Это было так… страстно. Даже не думала, что способна на те ощущения, которые охватили, когда его язык коснулся губ. Словно пожар вспыхнул в теле, охватывая все большую территорию. Потом он проник глубже, взрывая все вокруг прекрасным фейерверком. Свершилось! Первый по-настоящему взрослый поцелуй, о котором мечталось.

И что? Куда все делось? Ничего не изменилось и не сдвинулось с мертвой точки. Маша ударила по подушке. Терпение, терпение! Где его взять-то? С ее неуемным желанием жить. В ее натуре стремление получать все и сразу. Поэтому смиряться и ждать очень тяжело. Хочется броситься к нему в номер голышом, чтобы он не посмел отказаться. Останавливает одно: Фил не тот, кого этим возьмешь, он или сбежит сам или спрячется за своей непробиваемой стеной отрешения.

А в обед ее пригласили на свидание. Одинцов. В самый крутой ресторан Монако — Луи XV. Форма одежды — вечернее платье.

У нее готово платье для казино, пришлось взять его, а на вечер просить привезти с яхты другое. На обеде планировалось провести съемку. Прическа, макияж, стилисты работали быстро и профессионально. Прямое синее платье до середины икры и глубоким вырезом. Кирилл восхищен. Короля вообще не видно.

Отель де Пари, в котором, собственно, и располагался нужный ресторан, находился не очень далеко от их собственного, поэтому решили пройтись пешком.

— Чем обязана?

— Маша, ты всегда так прямолинейна?

Она пожала плечиками — скорее да, чем нет.

— Ты бы хотел, чтобы я очень долго подбиралась к интересующей нас обоих теме? Кир, не смеши меня. Зачем пригласил? Есть план? Или позлить Оксану?

Одинцов приостановился, но ненадолго.

— Думаешь, возможно? Боюсь, я ей совершенно безразличен.

Машка рассмеялась.

— Неужели я слышу это от тебя? Ты же покоритель женских сердец. В твоем арсенале есть романы даже со знаменитостями, как с нашими, так и с иностранками. И ты боишься?

Кир нахмурился, запустив руку в волосы.

— Маш, а давай без этого, мне итак не очень хорошо. Ты можешь хотя бы не издеваться?

— Не обижайся, я сама в таком же положении. Что там с Филом? Вы не говорили обо мне? Посоветуй что-нибудь, я даже не представляю, что у него в голове.

— Маш, ты понимаешь, я не могу тебе рассказывать о своем друге такие подробности, как-то это не правильно. Если он что и говорил, то оно для моих ушей предназначено, не для твоих. Но думаю, наше свидания будет полезно и тебе и мне. Нас начинают снимать, давай без щекотливых тем.

Ресторан Louis XV поразил обоих особой атмосферой, вызванной внутренним убранством обеденного зала. На полах — необычайно мягкие ковры, изысканная мебель и люстры из хрусталя сложных форм, белоснежные скатерти, гобелены в позолоченных рамах — все выполнено в стиле ХVIII века.

Огромные оконные витражи обеспечивали естественное освещение, поэтому зал казался большим и очень светлым. Ламбрекены, зеркала на стенах и потолке, ручная лепнина — все эти детали зрительно увеличивали пространство.

Маша ещё ни разу не посещала в столь пафосное заведение. Но оно не вызывало дискомфорта. Их проводили за столик.

Кирилл сделал заказ, не отклоняясь от традиции и воспользовавшись рекомендациями официанта — заказать коренные блюда знаменитого на весь мир шеф-повара и основателя ресторана Алена Дюкаса. Себе он выбрал морского судака с оливками нисуаз и листочками базелика, которого подали с классическим итальянским супом — минестроне. А для Маши, которая недавно уже опробовала рыбное меню, филе ягненка с перцем и потрохами по-римски и воздушное ризотто с сырной корочкой и спаржей под кислым соусом.

— Очень вкусно, — кивнула девушка, распробовав еду. — Хочешь попробовать? А я бы твое попробовала. Интересно же, что там за шедевр.

— Фил меня убьет, когда увидит съемку.

Маша насадила на вилку кусочек мяса и гарнира, не забыв макнуть в соус.

— Не преувеличивай. Филу глубоко безразлично.

Кирилл снял угощение с вилки губами, бросив на нее театральный взгляд из-под ресниц.

Потом сам удостоил ложечки супа с кусочком рыбы. Маша съела и, не отрывая от него взгляда, облизнулась.

— Обалденно.

Мужчина в ответ подмигнул. Со стороны, видимо, смотрелось очень интимно.

И лишь когда все лишние представители телекомпании удалились, Кир объяснил свое предположение на счет друга.

— Думаю, Фил будет вечером очень зол. И не спорь, просто поверь мне. И я сделал это намеренно. Ему будет полезна очередная доза ревности. Возможно, излечит непрошибаемое упрямство.

— Кирилл, неужели ты серьезно?

— Заметь, я сказал «возможно». А возможно, станет хуже. В принципе не известно, как он отреагирует. Потому что я впервые вижу Харпера ревнующим.

— Да брось ты, когда он ревновал? — Маша серьезно не могла припомнить ничего подобного. — Кир, расскажи мне о нем. Почему у тебя очень большой послужной список в плане женщин, а у Филипа крайне ограниченный?

Кирилл изумленно приподнял бровь.

— А ты ответишь мне, откуда такая осведомленность? — мужчина настороженно прищурился, но Маша успокаивающе положила руку на его напрягшуюся ладонь.

— Не думай ничего плохого, я не охотница за миллионерами, правда. Случайно попалась информация на глаза, и я… запала, понимаешь?

Повисла напряженная пауза. Потом Кир откашлялся.

— А давай закажем десерт. Что предпочитаешь?

— Мороженое.

— Хорошо, а я попробую ягодное сорбе. — Когда десерт закончился, а это произошло слишком быстро, Кир серьезно сказал, — все связанно с его матерью. Элеонора… она своеобразная женщина. Такая ЛинаЭнжелаПэм в одном лице при этом богатая и очень эксцентричная. Эндрю Харпер женился, когда ей исполнилось семнадцать, а ему двадцать, брак по расчету и залету два в одном. Ни одного дня она не посвятила сыну по-настоящему. Поглаживание по головке — максимум, который она смогла из себя выжать. Эндрю тоже довольно жесткий человек. Единственная женщина в детстве Фила — бабушка, мать Эндрю. Ее тоже трудно назвать ангелом, но она много времени посвятила внуку, они очень дружны. На смену матери пришли такие же девушки, жаждущие получить наследника. Но у него природный иммунитет к таким особам, сама понимаешь. Женщины были, конечно, но любви… Фил трудоголик, ко всему прочему. Работа — его любовница, говорят в таких случаях. А на работе где взять нормальную девушку? На его-то работе. Здесь ЛинаЭнжелаПэмы поголовно.

— А ты сам, как к ним относишься? Нравятся?

— А смотря для чего, Машунь. И смотря когда. Наступает такой момент в жизни, когда настолько надоедает, что прям хоть собирайся и в деревню за барышней-крестьянкой. Одна беда, в нашей российской деревне и барышень-то не осталось.

— Одинцов, да ты романтик.

— Все мы, Машенька, романтики в душе, проблема в том, что при нынешнем темпе жизни душу некогда слушать, слишком хорошо запрятана.

Да, философом Одинцов ей ни разу не казался, а тут вон оно как.

Кир встрепенулся и предложил вернуться в отель.

— У нас еще сегодня поход в казино, если помнишь. Как там, кстати Оксана? Сильно переживает?

Маша чуть не поперхнулась. И что ответить? Что подруга чуть не от счастья прыгала, так не хотела идти с ними?

— Нет, Кир, Оксана вообще по этому поводу спокойна. Думаю, уже вернулась с экскурсии, которую ты ей подарил. Это ведь ты?

Кир улыбнулся с облегчением.

— Да, я вчера слегка погорячился — пытался таким образом извиниться. Как думаешь, она простила? — взгляд Кирилла стал другим — слегка помутнел.

Ой, да тут ни одна она, кажется, мучается чувствами. Неужели он серьезно заинтересовался подругой? Маша не могла однозначно это утверждать и не такой она опытный психолог, чтобы читать по глазам и лицам, но явно Кир что-то испытывает, да и Оксана тоже. Но кто она такая, чтобы лезть в их запутанные отношения?

В отеле Маша решила отдохнуть перед ночной вылазкой по злачным местам Монте-Карло. Успела принять душ и завалиться на один из диванчиков в гостиной, как появилась Оксана, счастливая и довольная.

— Ты вообще выходила сегодня из отеля? — поинтересовалась подруга, скидывая обувь, падая на соседний диван и забрасывая ноги на спинку, — Так ноги гудят. Не привыкла столько бегать по городу. Работала — нормально, а здесь тяжело. Так что?

Маше почему-то стало не по себе. А если у них с Киром и правда что-то намечается, а тут она? Сама-то она вон как ревнует короля.

— Ходила на свидание. — Маша решила понаблюдать, — обед в ресторане Луи XV. Недавно вернулись.

Оксана лежала, закрыв глаза и по ее лицу ничего нельзя было понять.

— И как?

— Вкусно.

Подруга нервно хохотнула.

— И это все, что ты можешь сказать, сходив на свидание с красавчиком-миллионером? Знаешь что, ты, прости за грубость, зажралась.

— Ох, кто бы говорил, а? Оксанка, я еще раз повторяю, ты — поганка! Рассказала бы мне хоть, что у вас там с ним. Любовь? Морковь? Или что? Я б хоть знала, как себя вести.

— Да ничего у нас нет, — Оксана отвернулась. — Что у нас может быть общего, Маш? Я уборщица! Понимаешь? Ни образования, ни работы нормальной. А он — золотой мальчик. Всю жизнь привык получать то, что хочет. Даже если захочет сейчас меня, то все равно это рано или поздно бросит, а я… что будет со мной? Ладно, Манюнчик, не парься, тебе еще не пора собираться?

Маша оставила эту тему до поры до времени. Не любит она лезть с советами.

— Пора. Только что-то стало лень. Да и лучше бы с тобой посидела. Но долг зовет!

Маша поднялась и направилась к журнальному столику, где бросила косметичку. Надо подправить макияж.

— Ты уже не дуешься на Одинцова за эту выходку с казино?

— Я, в общем-то, и не дулась. И идти туда совсем не хотела, так чего обижаться.

— Значит, я ему так и передам? — теперь Оксану не видно с ее места, голос показательно равнодушный.

— И зачем? Больше говорить не о чем, кроме как о моей скромной персоне?

Знала бы подруга, о чем они говорят.

— Я почти наверняка уверена, что он обязательно затронет эту тему. Надо же что-то отвечать.

— Скажи, что он прощен. Экскурсия мне больше интересна, чем обзор местных миллионеров, и не местных, впрочем, тоже. От одного не знаю, куда деться, то есть двух — Фил же тоже один из них.

Маша вспыхнула при упоминании короля. Ее опять царапнула легкая ревность.

Взяла платье и натянула плотно облегающую черную ткань, глядя в зеркало. Подобрала выбившиеся пряди и заколола.

— Ты красавица, Одинцов будет доволен. — Маша скривилась. Кирилл волновал меньше всего. Фил вот в отеле остается и Оксана тоже. Нет, не думать всякие гадости. Позитив и только позитив!