Глава 23

Милена

Артур уехал ничего не сказав, попрощался через Леву. Их короткое общение подарило сыну массу положительных эмоций. Я наблюдала за ними и понимала, что Леве не хватало все эти годы отца. Мальчику нужно мужское воспитание. Правильный мужской взгляд на вещи. Представив на миг, как мы вместе воспитываем сына, я расплакалась. С Виталием мы никогда не обсуждали темы касающиеся сына. Решения всегда принимала я: в какой садик отвести ребенка, каким спортом ему стоит заниматься, в какую творческую группу записать сына. Когда Лева болел или у него резались зубы, некому было меня подстраховать. Иногда я валилась с ног от усталости и бессонных ночей.

Лева несколько раз пытался удрать во двор, чтобы погонять мяч. После того, как мы переехали к Артуру, он перестал все время крутиться возле меня. Страх потихоньку начал уходить.

Уложила Леву с трудом. Сначала он не хотел выходить из ванной.

— Мама, ну еще минуточку. Ну, еще чуть-чуть. Ну, пожалуйста! — просил он, пока вода совсем не остыла. Затем долго еще не соглашался засыпать. Сказку не слушал, задавал кучу вопросов, из которых самым частым был: «А когда к нам приедет дядя Артур?».

«Дядя…» — конечно, резало слух. А ведь когда он узнает правду, придется переучиваться. Дети быстро принимают перемены, а вот как к этим переменам отнесется Бессонов? В любом случае, я уже решила открыться, назад дороги нет.

Открыв шкаф в спальне Артура, я удивилась беспорядку. Вспомнила, что Лева из моего банного халата и пары кофт соорудил у себя в спальне оборонительные ограждения.

«Надо же было перевернуть весь шкаф вверх дном! Еще и до отсеков Бессонова добрался» — мысленно возмущалась я.

— Проснется утром, в наказание заставлю двор от снега подметать, — бурчать, бурчала, но к утру остыну. Как и любая мама, я тряслась над своим чадом, не хотела, чтобы сын заболел. Поэтому к снегу стоит допускать только под личным присмотром.

Убрав свою часть полок, я принялась складывать вещи в отсеке Артура. Вытащила стопку перерытой одежды, на пол выпал какой-то тяжелый предмет. Запихнув вещи обратно, поспешила посмотреть, что я там разбила.

Увидев лежащий на полу предмет, я присела на корточки, медленно протянула к нему руку. Подняв деревянную резную шкатулку, я неспешно ее открыла. По лицу крупными каплями потекли слезы. Чтобы не зарыдать в голос, я до боли закусила губу. Опустилась полностью на пол, прислонилась спиной к дверце шкафа и прижала к себе драгоценную находку. Я думала, он ее выкинул. Нет, хранил. Хранил все эти годы. В этой шкатулке сокрыт кусочек рая.

Немного успокоилась и принялась перебирать предметы…

*** ***

— Милаха, сразу на пляж? — в глазах Артура я видела желание, сама изнывала от потребности быть с ним, но тут заробела.

— Я пить хочу, — выпалила я и устремилась к графину с водой.

— Милена, я столько ждал, еще подожду. Ты чего так разнервничалась? — положил он мне в успокаивающем жесте руки на плечи.

— Я не хочу на пляж, Артур… — вымолвила и развернулась к нему. Уткнулась лицом в теплую обнаженную грудь.

— Посмотри на меня. — я выполнила приказ, вскинула на него взгляд. — Я остановлюсь в любой момент, как только ты попросишь. — я моргнула, а в следующую секунду он обхватил мое лицо ладонями и поцеловал. Я уже дала себе зарок, что ни за что его не остановлю. Какой нормальный парень в его возрасте будет столько месяцев обходиться без секса? Я благодарить бога должна за такую любовь и верность.

Горячие обжигающие поцелуи заставляли разум плавиться. Я настолько ему доверяла, настолько его желала, что мое тело тут же откликалось на каждое прикосновение. Вначале я стеснялась, тревожилась, что так бурно реагирую на ласки. Даже у девчонок спрашивала, нормально это или нет? Обозвали меня дурочкой и сказали, что завидуют.

Бретельки моей майки тихо сползали вниз, а тронутые загаром плечи Артур покрывал жаркими влажными поцелуями. Не было какой-то неуместной нежности, была безумная страсть и дикое желание перейти уже этот рубеж.

Сильные руки сжали полушария груди, большие пальцы принялись ласкать соски круговыми движениями. Застонав, я откинула голову назад. Острые волны наслаждения прошлись по всем нервным окончаниям, где-то внизу живота и стала закручиваться спираль желания, между складок стало влажно.

Я, словно выброшенная на берег рыба хватала ртом воздух, когда губы заменили руки. Он яростно облизывал, посасывал и тянул ртом соски. Я опустила ладонь на длинный твердый стержень поверх шорт, несильно сжала руку в кулак, провела по всей длине члена. Ужасно мешала ткань…

Рукой нырнула под резинку шорт, нащупала влажную мощную головку, растерла влагу.

— Милаха, не сегодня, — громко застонав, Артур перехватил мою руку. — Я взорвусь, если ты продолжишь. — стянул с меня остатки одежды и отнес на кровать. Прежде чем опустить меня на простынь, успел стянуть покрывало и одеяло…

Откуда у него только бралась выдержка, он не спешил, будто желал, чтобы эту ночь я запомнила на всю жизнь. Взявшись за ступни, он развел мои ноги в стороны. Полностью открыл меня своему взору. Я смущенно прикрыла промежность ладонью. Помотав головой, он кивком приказ убрать руку. Я послушалась. Но когда он опустил лицо между моих ног, я автоматически попыталась закрыться. Накрыв внутреннюю сторону бедер ладонями, он зафиксировал их в нужном положении… Прошелся кончикам языка по всей промежности. Выбил из моих легких весь воздух. Рукой он часто ласкал меня там, но так далеко мы не заходили.

— Милаха, ты как? — в его голосе слышалась улыбка.

— Не знаю, жива я или нет, — выдохнула со стоном.

— Сейчас выясним…

Я изодрала короткими ногтями простыть. Цеплялась за нее, как за спасительный канат. Мне требовалось хоть за что-то держаться, чтобы пережить безумное чувственное удовольствие.

— Пожалуйста, — взмолилась я, не до конца понимая, чего прошу. Артур удерживал меня на грани, подводил к самому краю, но не позволял переступить.

— Милаха, ты даже там такая вкусная, что я оторваться не могу. — он поднялся, скинул с себя шорты. Предстал во всей мужественной красе. Я и так знала, что он там большой. Страха не ощущала. Морально я давно была готова к тому, что мне придется его принять. — Не закрывай глаза, я хочу видеть любые изменения. — я запаниковала, вдруг будет больно и он остановится.

— Я не могу держать их открытыми, когда мне хорошо. Веки, словно наливаются свинцом. — порочно улыбнувшись, он встал на колели между моим бедрами. Большой палец положил на клитор и несильно нажал. Застонав, я закрыла глаза и выгнулась над постелью.

— Милена, хочу без резинки. Я точно чист. Ты же пьешь таблетки?

— Да. — не стала пояснять, что таблетки у гинеколога я взяла, но пить еще не начала. Я тоже хотела, чтобы между нами не было никакого барьера. — горячая головка уперлась в самую сердцевину.

Неспешные толчки…

Хриплые мужские стоны…

Он продолжал большим пальцем стимулировать клитор. Я ощутила, как он проник в меня. Медленно растягивая стенки, он совершал неспешные аккуратные толчки. Это было приятно, но мне хотелось большего.

— Милаха, лежи спокойно, — опустил он мне руку на живот. — Будешь так подмахивать, я сорвусь. Ты не представляешь, насколько я близок к тому, чтобы рехнуться.

— Только не останавливайся.

— Уже не смогу, маленькая. Ты там такая тесная и горячая… Прости.

Резкий толчок. Короткая обжигающая боль.

— Прости, Милена. Обещаю, больно больше не будет. — Артур опустился на меня, и принялся целовать, словно хотел загладить вину.

А потом он стал двигаться. Легкое жжение не могло испортить наслаждение, которое он мне дарил. В едином танце сплелись наши тела. Музыкой страсти звучали громкие стоны. Пальцы на ногах поджались, ногти оставляли царапины на влажных мускулистых плечах. Я дошла до края, стоит только сделать шаг…

— Милена, отпусти себя. Давай! — мягкий приказ и я разлетаюсь на миллиарды частиц. Кружусь во вселенной. Несколько интенсивных мощных толчков и Артур тут же следует за мной.

Какое-то время мы лежим так. Он удерживает вес на своих руках, но его голова прижала к моему лбу.

— Ты как? — я вижу в глазах беспокойство.

— Лучше не бывает. Не пойму, чего мы так долго тянули? — Артур начинает заразительно смеяться.

— Я говорил, что очень сильно тебя люблю?

— А я тебе говорила? — мои губы тут же накрыл его рот.

— Надо немного остыть, — простонал Артур. Не разъединяя наших тел, он поднял меня на руки и понес в ванную комнату.

Мы целовались и мыли друг друга. Оттуда я вышла замотанная в полотенце, а Артур… он не стеснялся наготы.

Увидев пятно крови на простыне, он обнял меня, поцеловал в висок и прошептал:

— Прости.

— Мне не было больно.

— А глядя на это пятно и не скажешь. Голова не кружится, может тебе шоколад принести? — я засмеялась, понимая, что Артур шутит. Хотя пятно действительно было немаленьким.

Мы отправились на пляж. Я нашла там удивительную ракушку и решила забрать ее с собой в Москву. Возвращаясь в отель, мы прошлись по торговым лавкам. Артур купил деревянную резную шкатулку небольшого размера. В нее мы положили найденную ракушку.

— Милена, у тебя есть ножнички?

— Да, возьми в косметичке, — бросила я, сама в это время выбирала, что надеть к ужину. — Артур, ты что делаешь? Это же акт вандализма! — мой мужчина сидел на полу и вырезал из простыни чистый квадрат. Размером приблизительно со спичечную коробку.

— Положим в шкатулку. Я заламинирую этот отрез, никто и не догадается, что на этом лоскутке ты стало полностью моей.

— А я думала, что я стала твоей на вот этой постели, — указала я взглядом на кровать. — Может, от нее что-нибудь отпилим? — веселилась я.

— Будешь так смотреть, я вырежу квадрат с каплями крови. Тогда это точно будет попахивать средневековьем, — и он принялся вырезать ровный коричневый квадрат. — я пыталась бороться…

*** ***

Возле нас проехала машина. Я вернулась из воспоминаний в сегодняшний день. В руке держала заламинированный кусок простыни… коричневый кусок. А я ведь думала, что Артур уступил и выкинул его.

В шкатулке я обнаружила все те вещи, что мы увезли тогда с собой в Москву. Моя ракушка. Булавка, с ее помощью, Артур вытащил занозу у меня из пятки. Осколок тарелки. Он специально ее разбил в ресторане. А этот кожаный браслет я купила ему…

Утирая слезы, я вернула все обратно. Поставила шкатулку на место. Спрятала ее за стопкой ровно сложенной одежды. Почему он до сих пор хранит все эти вещи? Неужели тоже тоскует по тем временам? Когда счастье лилось через край. Когда казалось, нет ничего невозможного.

Переодевшись в тонкую сорочку, я легла в постель. Сон долго не шел. Я не преставала думать, вспоминать прошлое…

Какой-то резкий звук заставил меня открыть глаза. В спальне было темно, я хотела закричать, но узнала Артура еще до того, как он включил свет.

— Что случилось?! — закричала я, увидев залитое кровью лицо. Я подскочила и бросилась к нему на помощь.

— Лучше молчи или я тебя точно убью! — яростно, безумно проговорил он. столько ненависти сквозило в каждом звуке произнесенных им слов, что я невольно отшатнулась. Артур будто вырвался из ада: злой, измазанный грязью, кровью. Кличка, которую ему дали друзья сейчас себя оправдывала.