Глава 13

Дженни одним глотком осушила бокал. – Почему вы решили, что мертвый муж желает вам зла? – Я призналась на его могиле, что завела любовника. И тут же в меня выстрелили. – Полагаете, туман умеет стрелять? – в голосе секретаря слышалось сомнение. Она смотрела на меня с жалостью. Так смотрят на душевнобольных, а моя теория была как раз из их арсенала. Паранойя, необоснованные подозрения, беседы с невидимыми духами. В общем, полный бред. Дженни вздохнула и вновь наполнила наши бокалы. Отпив вина, я задала вопрос, который меня мучил: – А вдруг привидения вижу не только я? Вдруг Генри нашел себе подельника и мстит мне и графу за нашу любовь? – Наверняка его сообщник тоже сумасшедший. Иначе с чего бы ему убивать ни в чем неповинных людей? Или у вашего мужа спрятаны большие деньги, на которые можно нанять убийцу? Я не стала обижаться на секретаршу за слова «тоже сумасшедший», приняв их на свой счет, но поспешила опровергнуть идею, что у Генри могли водиться деньги. – Я целый год выплачивала за него долги. Спасибо Бенджамину, без него я осталась бы на улице. – Ну и зачем выдумывать страшилки? – успокоила меня Дженни. Удивительно, но нас сильно развезло. То ли не было опыта пить, то ли вино оказалось слишком крепким, но мы разбрелись по комнатам чуть ли не ползком. А выпило–то всего одну бутылку и ту не до конца! Всю ночь меня преследовали кошмары. Я видела, как в меня стрелял Мистер Хэй. Его пистолет оказался таким же призрачным, как и он сам, но напугал знатно. Туман плакал на могиле и просил у меня прощение. Родственницы пра–пра рвали из моих ушей подаренные Бенджамином серьги, а сам вампир цокал языком и говорил, что пить вредно. Во сне я рыдала и клялась графу, что больше ни глотка не сделаю. Пусть бы он только вернулся. А если не вернется, то я еще и курить научусь. Или пойду на свидание с Сайманом. Наверняка он тоже в постели всякие горячие штучки выделывает. Бенджамин смеялся и целовал мое заплаканное лицо. Когда я проснулась, подушка была мокра от слез. Расстроившись, что Бенджамин приснился, я скинула ее на пол, и обнаружила кошелек, плотно набитый фунтами. – Дженни, он жив! – крикнула я на весь дом и опять залилась слезами. На этот раз от счастья. Она прибежала ко мне как была – в ночной сорочке и с папильотками в волосах. Услышав, что я нашла под подушкой кошелек, который до того там не лежал, она начала прыгать от радости вместе со мной. Ее, как и меня, напугали претензии родственников вампира. Мы боялись остаться без средств к существованию, но Бенджи доказал, что знает о наших бедах. Мне теперь ничего не было страшно. Ближе к вечеру объявились привидения. Я не знала, как себя вести, ведь подозрения, что в моих бедах даже после смерти виноват Генри, никуда не делись. Но я решила затаиться. Поломать хорошие отношения никогда не поздно. – Куда вы вчера запропастились? – спросила я строго. – Нагадали толстяку смерть от отравления и смылись, а мне одной пришлось держать нападки королевского следователя. Между прочим, в том, что меня подозревают в смерти клиентов, есть и ваша вина. Мистер Хэй выглядел расстроенным. Туман прятался за его спиной. – Сегодня следователь заявился на кладбище и до смерти напугал нас, – жалобным голоском сообщил мальчишка. – Мы вчера сбежали тоже из–за него… – И чем же следователь так страшен мертвым? – я хмыкнула, сочтя бредовым утверждение, что можно до смерти напугать мертвецов. – Как?! Вы не знаете? – мальчишка вытаращил глаза. – Это же Пожиратель! – Что значит «пожиратель»? – я нахмурилась. – Ну, может, он зовется как–то иначе. Всасыватель, например. Или Глотатель. Но мне Пожиратель нравится больше. Туман предупредил меня, что королевский следователь опасен. Я наблюдал за ним и лично убедился, что он по щелчку пальцев может уничтожить любое привидение! Я села. Выходило, что Саймон тоже видит потусторонние объекты? Я не одна такая?! – Спроси, следователь опасен только приведениям или вампирам тоже? Вполне возможно, что королева прислала человека, которому не потребуется осиновый кол, чтобы расправиться с вампиром. Мальчишка сунул голову в туман. – Вампирам тоже! – отчитался он через мгновение, чиркнув себя по шее ребром ладони. Дженни опустилась на диван рядом со мной. Толкнула меня плечом, чтобы я объяснила. – Выходит, Саймон – что–то вроде палача для обитателей потустороннего мира? – услышав ответ Хэя, Дженни сделала большие глаза. – А как же искупление? – забеспокоилась я. Мне не хотелось, чтобы Пожиратель «съел» милого мальчика. О Генри я совсем не переживала. – Все знают, что души умерших задерживаются среди живых не по доброй воле. Их не отпускают невыполненные дела. Получается, что мистер Кавендиш пренебрегает их миссией? Туман пошел рябью, будто соглашался с моими словами. Его трепыхание навело меня на интересную мысль – у Генри тоже есть невыполненное дело. – Кстати, спроси, что в мире живых держит твоего друга? Мальчишка пожал плечами. – Он не знает. Я уже спрашивал. Тогда у меня появился новый вопрос. – Мистер Хэй, а каким светом горит королевский следователь? – мне не хотелось называть Саймона страшным словом «Пожиратель». – Красным или белым? – Никаким. В нем нет света. – Как в вампире? Он, что, неживой? Но я вчера ощутила, как горяча была его рука. – Нет, живой. Просто в нем столько тьмы, что она не пропускает свет. Ответ Хэя заинтриговал меня. Люди, которых трудно раскусить, всегда привлекают своей загадочностью. Но от Саймона однозначно следовало держаться подальше. – Откуда в нем тьма? – От неупокоенных душ, наверное. Среди них мало добрых. Я видел, как он поймал призрака в склепе. Тот верещал и бился, но следователь просто глубоко вдохнул, и от фантома ничего не осталось. Поэтому я и назвал его Пожирателем. Мы кинулись прочь, лишь бы не попасться ему на глаза. А можно, мой друг немножко поживет у вас? – Хэй сделала просящие глаза. Тут до меня дошло, почему они заявились поздно вечером. Рассчитывали, что я пожалею несчастного мужа и позволю остаться. Мол, ему возвращаться страшно, поскольку у могилы его подкарауливает Пожиратель. Еще чего не хватало! Я до сих пор не выяснила, защищает меня Генри или, наоборот, строит козни. – Нет, – категорически отказала я. – Мистер Кавендиш не будет вечно болтаться на кладбище. Ночью он оттуда уйдет, и вы спокойно сможете вернуться. Как ни странно, выпроводить навязчивых призраков помог сам Саймон. Он постучался в мой дом, чем заставил привидения в панике убраться. Открыв дверь, я невольно улыбнулась в ответ на его широкую улыбку. Несмотря на все страсти, которые рассказал о нем Хэй, мистер Кавендиш выглядел как обыкновенный человек, у которого очень хорошее настроение. – Вы оказались правы! Мы нашли пулю! – с порога сообщил он. Улыбка ему шла. И я опять отметила, как Саймон хорош собой. – Простая пуля вызвала в вас такой восторг? – спросила я, отходя в сторону, чтобы пропустить нежданного гостя. Когда Дженни принимала верхнюю одежду следователя, с нее ручьем стекала вода. За окном с утра шел заунывный дождь, а Саймону пришлось весь день провести под открытым небом. Он скинул на пол перчатки, испорченные влагой и землей. Мистер Кавендиш приехал ко мне прямиком с кладбища. Не терпелось доложить о находке? – Нет, вы не понимаете! Не в пуле дело. Меня радует то, что кое–кто из разряда преступниц перешел в жертвы. Я переживал за вас. Честно. – Мне не нравятся оба слова, – я протянула руку, чтобы показать в какой стороне находится гостиная, – но жертва звучит гораздо лучше, чем преступница. Поделитесь подробностями следствия? – Не могу. Вас шокирует мой способ добывания сведений. – Вы пытаете людей? Вставляете им под ногти иголки? Мы вошли в гостиную, где мистер Кавендиш тут же занял кресло Бенджамина. И точно так же протянул ноги к огню, уложив их на скамеечку. – Нет, у меня другой способ. Не скажу какой, чтобы не пугать. – Меня трудно напугать, – я открыла новую бутылку из запасов Бенджамина и налила в принесенный Дженни фужер. Вино согреет гостя и развяжет ему язык. У меня свои хитрости. Мистер Кавендиш с удовольствием отпил. Посмотрел на огонь через фужер. – Хорошее вино. Готовите по собственному рецепту? – Нет, оно с итальянских виноградников графа Винтерширского. – М, вампиры знают толк в красных напитках, – Саймон одобрительно качнул головой. Заметив, что Дженни еще не ушла, обратился к ней: – Принесите еще один бокал. Я не привык пить в одиночестве. Помня о вчерашнем, я сделала глоток только для приличия. – На чем мы остановились? – Саймон повернулся ко мне. В его глазах прыгали отсветы каминного огня. За окном смеркалось, но я не стала включать свет. Пропадет волшебство, а мне многое нужно вытянуть из господина Пожирателя. – Вы сказали, что меня трудно шокировать вашими методами раскрытия преступлений. Но вы неправы. Я знаю главную вашу тайну. А уж она может напугать кого угодно, но только не меня. Я полюбовалась, как взметнулись брови следователя. – И что же вам известно обо мне, леди Грей? – Называйте меня Чарли, – я улыбнулась и опять опустила нос в бокал. Глотнув терпкого вина, облизала губы. – Мы ровесники, принадлежим одному социальному слою, почему бы нам не стать приятелями? Вы знаете мои тайны, я знаю ваши. – Так что тебе известно обо мне, Чарли? – вкрадчиво спросил Саймон. Он принял правила игры и тут же перешел на «ты». – Что ты видишь привидения. Последовала минута молчания. – Откуда тебе это известно? Здесь был вампир? – Саймон приподнялся и повел носом, будто охотничий пес. – Нет, мне рассказали сами привидения. Они видели, как ты уничтожил в склепе их собрата. Они испугались и кинулись ко мне. – Так вот откуда предсказания! Тебе помогает мир мертвых, – догадался Саймон. – Ты тоже видишь привидения. – Да, но я их не уничтожаю. Я их жалею. Каждая душа задерживается в нашем мире не просто так. А ты не оставляешь им шанса завершить дела. – Я и есть их шанс, – Саймон поднялся и, взяв бутылку, долил в наши фужеры. – Проведя …эм… определенную процедуру, я знаю все, что задержало душу в мире живых. Так или иначе, я завершаю ее дела. – Как называется твоя способность? – я и вправду готовилась услышать неприятное слово «Пожиратель» – Я – Черный судья. – Почему черный? – Потому что светлым является наш бог. А я лишь подчищаю то, что осталось на земле. – Ты человек? – А ты? – Я не знаю. Я стала видеть привидения после выстрела на кладбище. Пока не узнала, что есть еще кто–то, кто видит их, подозревала, что тихо схожу с ума. И все мои видения – плод больного сознания. Моя мама умерла в Бедламе. Пусть он лучше узнает скандальные факты от меня, чем услышит от людей, равнодушных к моим бедам. – Уверен, твоя мама была Провидицей. Жаль, что я не знал ее, иначе защитил бы. Провидицы очень редки. – Как и Черные судьи? – Я один такой на все королевство. Я ценен, – он заглянул в опустевший бокал. – Однако, какое забористое у вампира вино. Я посмотрела в свой и с удивлением обнаружила, что фужер пуст. – Дженни, принеси еще, – попросила я. Секретарша подслушивала, поэтому выросла на пороге тут же. – Поздно уже. Мистеру Кавендишу пора домой. – Сгинь! – Саймон небрежно махнул на нее рукой. Дженни молча поставила перед нами еще одну бутылку. Ее губы были обиженно сжаты. Я попыталась поймать ее взгляд, чтобы объяснить «Так надо!», но секретарша вышла и захлопнула за собой дверь. После того, как Саймон разлил вино и вновь похвалил вкус, его взгляд сделался рассеянным. Он грел в руках бокал. – Как же хорошо провести спокойный вечер рядом с красивой женщиной. Камин, вино и расслабленная беседа. Меня мутит от мертвецов. Их души больны и действуют на меня, как отрава. – Вы узнали что–то важное от призрака из склепа? – я не забывала о своей цели, хотя в голове и перед глазами все плыло. – Он видел, как в тебя стреляли. Убийца сидел на его надгробии, когда ты появилась на кладбище. – И это не был вампир? – я уже знала ответ. Бенджамин не мог в меня стрелять. – Нет. Это был молодой мужчина с огромными усами. – Вот! – я даже вскочила от возбуждения. – Мужчину с огромными усами видел и Хэй! Он терся под окнами салона в день смерти Беатрис Шелди. Я не могла усидеть на месте и принялась расхаживать перед камином туда–сюда. – Кто такой Хэй? – Саймон следил за мной. – Мальчишка–привидение. Это он помогает мне, подсказывая, какая беда ждет клиента. Он, правда, не всегда правильно интерпретирует видения. Можно сказать, я получаю сведения из вторых рук, поэтому смысл сильно искажается. Я, например, видела автомобильные очки на шее клиентки, поэтому решила, что ее зять устыдится и продаст машину, чтобы вернуть долг. А оказалось, что ее ждала смерть под колесами. Все это я выпалила разом. Меня неудержимо несло говорить и говорить. – Мы нашли зятя по твоей подсказке. Он как раз пытался исправить погнутое крыло мобиля. После недолгой беседы, – Саймон выразительно сжал кулак, – мистер Брук признался, что избавился от тетушки, оставив умирать ее на пустыре. Ему проще оказалось пойти на убийство, чем расстаться с подержанной вещью. Я опять испытала угрызения совести. Ведь это я обнадежила несчастную женщину, что деньги к ней вернутся. Но хорошо, что убийца не ушел от возмездия. Жаль только его жену. Она осталась с двумя малолетними детьми. – Спасибо, Саймон. Ты поверил мне, – я повертела пустой фужер в пальцах. Его грани красиво блестели, отражая огонь. – Я всегда внимательно слушаю, – откликнулся королевский дознаватель, скользя по мне рассеянным взглядом. Я как раз стояла напротив него. Спину грело каминное пламя. – Могу назвать другие случаи, когда я предупреждала клиентов о нависшей беде. Если ты вычеркнешь их имена из дела об убийстве Беатрис Шелди, то останутся только те, что на совести усатого убийцы. Ну или его сообщника. – Ты мне сильно этим поможешь, но займемся делами с утра. – Зачем тянуть? – горячо возразила я. – Я готова выложить все факты прямо сейчас! Пусть только Дженни принесет бумагу. Я наклонилась, чтобы поставить фужер на столик, стоящий между креслами. Я была возбуждена тем, что сняла подозрение с вампира сразу в двух случаях. Мне не терпелось рассортировать имена из блокнота, чтобы понять принцип, по которому действовал убийца. – Нет, не сегодня, – Саймон поймал меня за руку и потянул к себе. – Сейчас я хочу тебя поцеловать. Я пыталась возразить, что все мои действия только кажутся попыткой соблазнения государственного лица, но… не успела. Поцелуй ошеломил меня. Он был горячим, очень горячим, а я уже забыла, какими горячими бывают люди. Кавендиш не отпустил меня. Крутанул так, что я упала к нему на колени. Последовал новый поцелуй, еще более глубокий. Жаркие объятия, ладонь, скользящая по спине. Одежда вдруг сделалась тесной. Где–то там, глубоко в подсознании, стучала мысль, что я поступаю неправильно, но острое желание скручивало и не отпускало. Я не знала, что так слаба. В одночасье я забыла стыд и страх. Я хотела этого мужчину, горела им и ничего не могла с собой поделать. – Где твоя спальня? – выдохнул Саймон, оторвавшись от моих губ. Я сидела на его коленях голая по пояс. Комната кружилась вместе с головой. – Второй этаж, – я собрала в кучу остатки платья, чтобы хоть как–то прикрыть грудь. Оказавшись на руках Саймона, я вновь приникла к его губам в поцелуе. Мне было мало. Я не хотела терять ни минуты. Он ногой открыл дверь. Ойкнула и запричитала Дженни, но даже это не остановило меня.