Глава 24

Первая неделя во дворце тянулась бесконечно. Я приспосабливалась и молилась только об одном: чтобы больше никаких сюрпризов. Чтобы дни были такими же размеренными. И предсказуемыми.

Конечно нет.

— Переоденься. Надень свою земную одежду.

Я чуть не поперхнулась. Хозяин в принципе не баловал меня общением и по пальцам можно пересчитать, когда он обращался ко мне. А тут вообще невозможное требование… А главное — с чего вдруг?

Но я переоделась. Допила свой напиток и потом сразу же. Старалась побыстрее: хозяин ждать не любит. Да и мне лишний раз вспоминать о том, как со мной обошлись, не слишком хотелось. А одежда напоминала. Еще как.

На дворе нас уже ожидали оседланные лошади и свора — огромные, серые, почти прозрачные, будто сотканные из тумана и лунного света, псы. Глаза их горели холодным белым огнём, из пастей вырывался пар. Этого вполне хватало, чтобы нагнать жути, но не это меня пугало. А то, что они не лаяли, не скулили, не рычали. И от пронизывающего взгляда призраков по коже бежали мурашки.

Мне очень хотелось узнать, куда же мы едем. Но эльф выглядел несколько недовольным и мрачным, и спросить я не решилась.

Мы миновали ворота, мост — на этот раз статуи не обратили на меня внимания, а может, покидающие замок их не интересовали, — и двинулись к лесу. Псы неслись впереди нас, и Тирн даже не пытался сдержать их или нагнать.

Лес был странным. Редкие, странно изогнутые деревья вскоре закончились, уступив место плотному ельнику. Моя лошадка едва поспевала за конем эльфа, и среди деревьев, по снегу, пробиралась с трудом. Дорог мой хозяин, видимо, не признавал. Несколько часов мы ехали по одному ему ведомому маршруту, а потом я почувствовала нечто странное. Будто воздух вокруг сгустился донельзя, уплотнился так, что не проходил в легкие. По счастью, длилось это недолго, и я списала все на усталость и холод: мы уже часа три как находились в седлах, и на передышку рассчитывать не приходилось. К тому же, моя земная одежда хоть и была предназначена для туризма, но не сильно рассчитана на зиму.

Наконец мы выбрались на утоптанную тропу, которая вела с холма в долину. Далеко внизу притулился небольшой городок. Я задохнулась от понимания — все, мы больше не в мире фэйри, мы на земле, и городок — вон как в зимней ночи светят электрические огни! — людской. Мы…

— Останься здесь, Гвен, — сказал вдруг мой спутник. — Не нужно тебе на это смотреть.

Я замотала головой:

— Нет. Пожалуйста! Можно мне с вами, господин? Вы думаете, я сбегу, чтобы дома остаться?

— А ты уверена, что получится? — усмехнулся эльф.

— Я одна боюсь. И холодно. Нет, я в лесу не останусь! Пожалуйста!

Он о чем-то думал. Свора нетерпеливо кружила вокруг лошадей, ожидая приказа.

Эльф склонился к вожаку, сказал что-то тихо и поднял руку. Псы замерли в стойке и резко рванули вниз, в долину.

— Не отставай, — он натянул поводья, отдавая приказ своему коню, и неспешно двинулся по следам своры. И я старалась держаться рядом.

Псы окружили нас, когда мы почти подъехали к окраине города.

В ту свою первую охоту я не видела, как псы загоняют души и пожирают их. Король отпускал призрачную свору резвиться в деревушки и города, решая, сколько человек им можно забрать сейчас. И ни разу мы не приблизились к людским поселениям. Только с каждым новым местом мой господин становился все бледнее. И это было заметно. Даже мне, смертной.

— Господин, — тихо окликнула я, когда мы возвращались через лес. Мне совсем не нравилось, как устало он клонился вперед. И до дворца было еще далеко. И он не поднял голову.

— Господин, вам нехорошо?

Ответа я не ждала, но направила свою лошадку так, чтобы ехать совсем рядом.

— Охота, — вдруг ответил он тихо. — Охота забирает силы. Всегда. Плата.

«Зачем?» — хотела спросить я. Но не спросила. Какой смысл, раз даже Король должен платить…

Потом я ездила с хозяином на каждую охоту, и постепенно привыкала и смирялась со своим участием в этом ритуале. А он ни разу не позволил дождаться его во дворце и ни разу не пояснил, почему. Броуни рассказал. Только его версия была столь неправдоподобной, что я и не поверила поначалу. А зря.