Глава 29

Вика. Проснулась я одна, от звуков ремонта, доносящихся снизу. Схватив одежду, разбросанную по полу, прошмыгнула в ванную и оделась. Клим, наверное, уже внизу, разбирается со строителями. Сунув телефон в карман, обнаружила там деньги. – Хм, не помню, чтоб брала их с собой, – промелькнула мысль. Приведя себя в порядок, пошла на поиски своего неандертальца. Каково же было мое удивление, когда Максимова нигде не оказалось. Мужики сказали, что когда пришли, его уже не было. – Вот дура. Неужели надеялась, что будет по-другому. Деньги он, похоже, тебе в карман сунул. Рассчитался за ночь, так сказать. Идиотка, – костерила я себя на все лады, пока вызывала такси. Деньги оставила в шкафу, в той комнате, где мы провели ночь. – Дашка, заплатишь за такси? Я сейчас приеду к тебе, – сдерживая рвущиеся наружу рыдания, спросила сонную подругу. – Не вопрос, жду, – сонно ответила мне она. Пока ехала в машине, поток слез грозил затопить все вокруг. Таксист по дороге поинтересовался что случилось. Я сказала, что это личное. Рыжова ждала меня у подъезда, и едва я вышла, протянула деньги водителю. Обняв меня за плечи, повела к себе домой. Усадив за стол на кухне и щелкнув выключателем электрического чайника, села напротив. – Рассказывай, – тихо попросила она. – Что рассказывать. Дура я. Всегда думала, что мозги есть, а с Климом связалась – последние растеряла, – отвечала ей в перерывах между всхлипываниями. – Ну, не такая уж и дура. Перед таким мужиком мало кто может устоять. Что произошло? Переспала? – Да. – И как? Понравилось? – Понравилось. Было приятно и почти не больно, – поток слез, наконец-то, закончился. Но всхлипы еще присутствовали. – Чего ревешь тогда? – Он меня бросил. Оставил одну, голую на надувном матрасе в строящемся доме. Я проснулась, его нет, внизу мужики уже копошатся, думала, что он с ними вопросы решает, а Клима и след простыл. В кармане деньги нашла. Видимо, рассчитался за ночь и ушел в закат. – Да погоди ты, может он на работу уехал, а тебя будить не хотел? – Серьезно! Ты чья подруга, его или моя?! Неужели нельзя было позвонить или написать хоть короткое смс? – обиженно воскликнула я, – Может, еще эта курица как пророчица накаркала. – Какая курица? Курицы не каркают, а кудахчут. Каркают вороны, – поправила меня эта любительница зверей. – Даш, какая разница, кто из пернатых. Альбина, бывшая спальная подстилка Максимова. Я ее вчера малость приложила, так она своим ядом все балетки заплевала. – Что ты сделала? Ты дралась?! – подруга в шоке округлила глаза. – Нет, защищалась. Мадам меня за волосы схватила, я ей доступно объяснила, что со мной так нельзя, – фыркнула я. – Ну ты Рэмбо! – усмехнулась она, встав и налив чай в кружки, – Давай уже с самого начала, а то я ничего не понимаю, – поставила чай передо мной и, достав из шкафа вазу с конфетами, придвинула ближе ко мне. Я и рассказала. Все, с приезда Альбины и до моего бегства со стройки. – Вот кобель, подготовился. Матрац-то там откуда взялся? – удивленно подняла брови Даша. – Слушай, я даже этому значения не придала. Ведь когда в первый раз там были, его и в помине не было, – задумавшись, ответила ей. – Я тебе так скажу, подруга – забей. Свалил мужик и ладно. Главное, чтоб как Юльке мозг не выносил, а остальное переживем. Вы хоть предохранялись? – Да, он в резине был. – Ну и хорошо. Нет, ты конечно можешь еще раз об утерянной девственности всплакнуть, но думаю она того не стоит. Живи дальше. Нужна будешь, сам явится. Нет, значит и не надо, – выдала умную мысль Рыжова. – Ох, Дашка. Спасибо тебе. Чтоб я без тебя делала? – неуверенно улыбнулась я. – Что, что. Шла бы пешком или воспользовалась деньгами, которые оставил тебе Клим, – улыбнулась она мне. – Родители мои тебе не звонили? – Нет. Ты давай, холодный компресс на лицо, у меня там еще патчи хорошие есть. Приводи себя в порядок, «Плакса Миртл» *, – хохотнула она и увернулась от конфеты, которой я в нее кинула. – Дашка, с тобой даже пореветь нормально нельзя. Все в шутку переведешь. – Чего-сырость-то разводить. Не первый и не последний козел на нашем пути. Прорвемся, подруга! Не дрейфь, – тепло улыбнулась мне она.