ЭПИЛОГ

Ник Вейс

Замок Аттеус находился чуть в стороне от тракта, ведущего к южной границе, но, во-первых, нам нужна была передышка, а во-вторых, я предпочел рассказать другу о событиях в Литонии лично. Зная Эрвинга, стоило опасаться, что он сам приедет в Самарин, если не получит от меня вестей. Бранда нервничала. Еще бы! Когда-то их с Эри связывали далеко не дружеские отношения. Ревновал ли я? Немного, но был увререн, что Бранда любит меня. А Эрвинг, в свою очередь, обожал супругу. Мы были в дороге почти месяц, когда впереди показались знакомые башенки. Здесь, в Изельгарде, уже была весна и тепло, в то время как в Литонии, уверен, все еще властвовала зима.

Наш экипаж проехал по подъемному мосту, и первыми, кто вылетел навстречу, были Эдгар и Тиана.

— Дядя Ник! — завопили они слаженно и повисли у меня на шее.

— Здравствуйте, родные, — обнял обоих. — Как вы тут?

Зря я задал этот вопрос, потому что дети затарахтели каждый о своем, пытаясь рассказать, как жили эту зиму, не видя меня. А ко мне уже спешил Эрвинг.

— Ник? Вот так сюрприз! — радостно протянул мне руку, и, хотя я ответил на руковожатие правой, сразу нахмурился. То ли заметил новые шрамы, то ли, что рука слушалась пусть лучше, но все еще не так, как раньше.

— Здравствуй, Эрвинг.

Брат повернул голову и замер на миг, а затем улыбнулся:

— Здравствуй, Бранда. Рад, что слухи о твоей гибели слегка преувеличены.

— А я-то как рада, — ответила моя возлюбленная. — Ил, иди сюда. Знакомься, это Эрвинг Аттеус, мой хороший друг.

— Здравствуйте. — Ил выбрался из экипажа и уставился на Эрвинга.

— Здравствуй, Илверт. — Эри протянул ему руку. — Но что же мы стоим? Прошу в дом. Тиа, сбегай к маме, расскажи, что у нас гости. Эд, а где Ники?

— Где-то читает, — пожал плечами старший сын Эрвинга. — Найти?

— Да, скоро будем обедать.

Илверт и вовсе смотрел по сторонам во все глаза. Он вцепился в руку матери, забыв, что сам же держится от неё подальше, и шел рядом.

— Счастлив, что вы в порядке, — говорил Эрвинг. — Я уже собирался ехать на твои поиски, брат.

— Не стоило. Ты же знаешь, меня так просто не возьмешь.

— Знаю, но Литония — та еще дыра.

— Неправда, — встрял Илверт и насупился.

— Для кого как. — Эрвинг пожал плечами. — Уверен, Изельгард тебе понравится больше, Ил. Моя жена литонка, но и не думает возвращаться на родину.

Еще бы! Учитывая, что там её никто не ждет, разве что могила первого мужа да Айк, который заправляет в замке.

— Ник! — Амелинда уже спешила к нам навстречу. — Ты не один.

И изумленно замерла.

— Да, — решил сразу внести ясность. — Думаю, ты помнишь Бранду? Она — моя невеста.

Эмми с Эрвингом переглянулись. Они давно понимали друг друга без слов.

— Добро пожаловать в замок Аттеус, — ответила Амелинда. — Я прикажу прислуге проводить вас вымыться с дороги, а потом будем обедать.

Ни от ванной, ни от обеда мы не отказались. Бранда выглядела задумчивой, и меня это слегка тревожило, поэтому по пути на обед я задержал её на мгновение.

— Все в порядке? — спросил прямо.

— Да, — улыбнулась она. — Просто… Знаешь, у меня такое чувство, что я сплю. И это приятный сон.

— Надеюсь, не потому, что ты решила вспомнить прошлое?

Бранда уставилась на меня с непонимаем, а затем рассмеялась.

— Боги, Ники! Ты что, ревнуешь? — обняла меня. — Брось, что за вздор! Но, признаюсь, приятно. Не говори глупостей. Эрвинг действительно мой хороший друг, и давно уже им стал. Я люблю тебя, дурашка.

Действительно, глупо. Но любовь вообще сама по себе величайшее безумие. За обедом царила тишь и благодать. Бранда благоразумно молчала, я в общих чертах описывал свое путешествие, Эрвинг рассказывал, как обстоят дела у них. Семейная идиллия. И мне, как всегда, было здесь тепло и хорошо.

— Завтра мы двинемся дальше, к югу, — говорил я.

— Уже завтра? — возмутились дети. — Ну, дядя Ники!

— Я приеду осенью, — пообещал им. — Как раз к вашему дню рождения. И на этот раз не с пустыми руками.

— Главное, сам приезжай, — насупилась Тиана, а Ник хлюпнул носом.

— Приеду, — заверил их. — Даю слово.

После обеда Эмми приказала детям взять Илверта с собой, а Эрвинг кивнул в сторону кабинета. Да, нам стоило поговорить. И как только дверь кабинета отгородила нас от чужих ушей, как брат налетел на меня.

— Что стряслось? — спрашивал он. — Я не спрашиваю о твоей свадьбе с Брандой — дело ваше, а вот шрамы на твоей руке меня беспокоят.

— Познакомился с одним занятным литонским палачом, — ответил я. — Очень интересный малый. А главное, что теперь у меня на руке красуется змея из шрамов.

Эрвинг хмыкнул.

— Похоже, у твоего нового приятеля хорошее чувство юмора, — заметил он.

— Да, и пока тебе не рассказал кто-то еще, меня чуть не казнили. А Осмонд плетет интриги с Веранией. Но знаешь, Эри, я так устал от всего этого! Начинаю даже понимать, почему ты заперся в замке и не желаешь никого видеть. Так что я не вернусь в столицу. У меня есть небольшой домик на берегу залива на юге. Думаю, нам там будет хорошо. А если Осмонд решит добраться до меня, пожалеет.

— Если что, здесь тебе всегда рады, — ответил Эрвинг. — И тебе, и твоей семьи. Стены моего замка выдержат любую осаду.

— Не хочу проверять их на прочность, — рассмеялся я. — Не беспокойся, дружище, я умею прятаться. Но если что, приеду.

— А теперь рассказывай все без утайки.

Я и рассказал. Стоит отдать должное Аттеусу, ругался он тихо и не перебивал, но когда я замолчал, сказал грозно:

— Ну, ты и остолоп, Ник Вейс! Знал ведь, что хорошо это не закончится. Зачем тянул?

— Ждал, пока Бранда для себя все решит, — пожал плечами. — Но если бы не младший Эйш, меня бы таки казнили.

— Неожиданно.

— Не то слово. Всё меняется, дружище. И места, и страны, и люди. Кто знает, что будет завтра?

— Главное, чтобы это «завтра» было, — ответил Эрвинг, и с ним трудно было не согласиться.

***

Илверту сразу не понравились эти двое. Младший мальчик, Ники, был очень спокойным. Как только родители их выпроводили, тут же подхватил книжку с картинками и умчался куда-то, а Тиана и Эдгар остались. И вот это — двойняшки?

— Пойдем, — потащили они его в парк. В Изельгарде действительно было намного теплее, чем в Литонии, и Илу быстро стало жарко. Он расстегнул курточку и повесил её на скамейку.

— Какой-то ты худющий, — заявила Тиана, высокая, светловолосая. Она напоминала Илу сказочную фею, только вряд ли феи такие вредные.

— На мечах дерешься? — поинтересовался Эдгар.

— Только начинаю учиться, — признался Ил и с тоской посмотрел на громаду замка. Надо было оставаться с Ником.

— А на кинжалах? — не отставал назойливый мальчишка. Такой же высокий, как сестра, только темный, смугловатый. Очень похожий на отца.

— Не умею пока.

— У-у-у, как же тебя воспитывали? — заявил Эдгар. — Я с трех лет фехтую, с пяти — метаю кинжалы.

— Не хвастайся. — Сестра отвесила ему подзатыльник. — Нас учит папа. Ил, а дядя Ник теперь — твой папа, раз женится на твоей маме?

— Выходит, что так, — совсем смутился мальчик.

— Повезло, — кивнул Эд. — Дядя Ник замечательный. Он обещал мне новый набор кинжалов на день рождения. Тебе сколько лет?

— Семь.

— И нам тоже.

— Обоим? — удивился Ил.

— Конечно, мы же двойняшки, — гордо заявили те.

— Это как? Вы же не похожи!

— Очень даже похожи, — заявила Тиана, подмигнула брату, и они оба помчались за Илом. Ил понимал, что по-хорошему надо вступать в бой, но вместо этого бросился наутек. Бежал он долго, пока не домчался до какого-то озера. Опустился на колени, умылся, рассмотрел свое растрепанное отражение.

— Эй, ты где? — вылетела на берег Тиана. — Ты быстро бегаешь, я еле угналась! А Эд в другой стороне ищет.

И она весело рассмеялась, плюхаясь рядом на первую травку.

— Бегай чаще, ты тогда не такой бледный, — подмигнула она и протянула Илу едва распустившуюся дикую фиалку.

Ил снова уставился в отражение на воде.

— Что ты там высматриваешь? — склонилась вместе с ним Тиана.

— Мама говорит, что я некрасивый, — задумчиво ответил Ил. — Пытаюсь понять, почему.

— Неправда! — возмутилась девчонка. — Ты очень милый, вот так! Конечно, не такой красивый как дядя Ник или папа, но очень даже ничего.

Ил улыбнулся.

— А так еще больше. — Тиана похлопала его по плечу. — Жалко, что вы завтра уезжаете. Ты мне нравишься. С Ником скучно играть, он мелкий, а Эд меня сильнее. А с тобой было бы весело. Может, останетесь?

— Ник говорит, надо ехать. — Ил пожал плечами.

— Тогда приезжай с ним в конце осени. У меня в декабре день рождения. Мама, конечно, подарит мне что-нибудь очень нужное для девочек, но папа, я уверена, купит настоящий арбалет.

— Арбалет? — уставился на неё Илверт.

— Да. Я пробовала стрелять из папиного, пока он не видел, но ничего не вышло. Мне нужен более легкий, я же еще маленькая. Приедешь — дам пострелять.

— Я попробую, — пообещал Илверт.

— Вот и хорошо, — улыбнулась Тиа. — А чтобы ты не забыл, я тебе что-нибудь подарю. Ну, как в дамских романах. Я один нашла, и там девушка подарила своему рыцарю на прощание свой платочек. Он хранил его десять лет, а потом вернулся к ней и вернул платок. Что бы тебе подарить?

Девочка задумалась, а потом решительно достала из прически заколку. На ней был какой-то цветок.

— Что это? — спросил Ил.

— Не знаю. — Она пожала плечами. — Кажется, лилия. Держи.

Заколка перекочевала в его ладошку, а Тиа подскочила на ноги.

— Догоняй! — крикнула ему и понеслась быстрее ветра.

Ил и догнал, но сначала спрятал заколку в карман. Пусть будет.

***

Бранда

Мы с Амелиндой степенно шли вдоль дорожки парка. Пели птицы, и весна казалась такой яркой, словно я никогда раньше её не видела. Мужчины были заняты своими разговорами, а у меня к Эмми был важный вопрос.

— Дэйра Амелинда, — родной язык все еще казался чужим, — вы ведь целитель. Я хотела спросить вас кое о чем.

— Конечно, спрашивайте, — улыбнулась моя собеседница.

— Понимаете… Дело в том, что я… беременна.

— Что? — Большие глаза Эмми засияли. — Какая радость!

— Да. Только последние недели выдались очень сложными, и я боюсь, как бы с малышом ничего не случилось. Вы могли бы проверить, как он?

— С удовольствием, — ответила жена Эрвинга. Она опустила руку мне на живот и на пару минут закрыла глаза, а затем ответила весело: — Вам не о чем волноваться, Бранда. Все с вашими детками в порядке, они развиваются хорошо.

— Детками? — уставилась на неё.

— Да, у вас близнецы. Девочки. Я сама так хочу еще одну дочку!

А я пыталась осознать, что услышала. Близнецы. У меня будет две дочери. Две.

— Слышал? — раздался громкий шепот из кустов. — У тебя будут сестрички. Радуйся. Братья — это так скучно.

— Ну, Тиа! — раздосадованный голос старшего сына Эрвинга.

— Тише ты, балда!

Мы с Эмми рассмеялись. Эта женщина умела располагать к себе. И я была рада, что Эрвинг нашел в ней свое счастье.

— А ну идите сюда! — приказала Амелинда, и дети выбрались из кустов: Тиа, Эдгар, а за их спинами — Ил. — На кого вы похожи? На поросят, а не наследников рода. Марш умываться!

Двойняшки кинулись в замок, а я перехватила Ила. Эмми взглянула на нас — и поспешила следом за детьми.

— У тебя будут дети? — растеряно спросил сын.

— Ты сам слышал. Еще двое, — улыбнулась ему, усаживая Ила на ближайшую скамейку. — У тебя появятся сестры.

— Хорошо, — ответил он, но совсем не радостно.

— Ил, солнце мое, — обняла его, — я люблю тебя, слышишь? И их буду любить. И они будут любить тебя.

Сын посидел мгновение, а затем все-таки прижался ко мне.

— Я очень тебя люблю, мама, — сказал тихо. — Очень.

— И я тебя, сокровище мое, — поцеловала его в лоб. — Больше всех на свете. Ты у меня самый лучший.

— И ты у меня.

Не знаю, сколько мы так сидели. Я гладила Илверта по голове и думала. О том, что моему мальчику придется непросто с его магией. О том, что скоро нас станет больше. Гораздо больше. А еще — что надо все-таки рассказать Нику о моем маленьком секрете.

Из дверей высунулись два любопытных носа.

— Тебя ждут друзья, — сказала сыну. — Беги.

— Хорошо. Я недолго, — пообещал он и умчался за такими разными двойняшками. И если мальчик был копией Эрвинга, то девочка очень напоминала одного знакомого провидца. Занятно… Я же поднялась со скамьи и пошла в замок. И где искать Ника? Впрочем, любимый мужчина нашел меня сам.

— Бранда, где вы все пропали? — налетел из-за поворота.

— Гуляли с Илом в парке, — ответила я. — И… мне нужно кое-что тебе сказать, Ники.

— Слушаю тебя.

Вейс уставился на меня с таким вниманием, что стало смешно.

— В общем… Не знаю, как ты это воспримешь…

Ник нахмурился, а я все-таки рассмеялась.

— Не смотри на меня так! Я всего лишь пытаюсь сказать, что беременна. Я понятия не имею, как это вышло. Наверное, целитель не так поставил заклинание, или… Амелинда говорит, у нас будут девочки.

— Девочки? — ошалело переспросил Ник.

— Две, — подтвердила я.

— С ума сойти!

И подхватил меня на руки, закружил так, что я задохнулась.

— Пусти! — взмолилась я. — Пусти, уронишь.

— И не подумаю. — Ник покрывал мое лицо поцелуями. — И ты молчала!

— Не было времени…

— За весь месяц нашего пути? А до этого? Боги, Бранда, а тот пожар? А покушения…

— Успокойся, — погладила его по щеке. — Я в порядке, малышки в порядке. Все хорошо.

А сама пообещала себе, что никогда больше не позволю своим детям страдать. И не допущу тех ошибок, которые допустила с Илом.

— Я так тебя люблю, — обнял меня Ник.

— Вот даже не сомневаюсь, — заверила его, целуя. Невероятный мужчина. А главное, что рядом с Ником я чувствовала себя защищенной. Можно было быть какой угодно: слабой, капризной, расстроенной, но знать, что он и правда любит меня любой.

КОНЕЦ