Глава 21. Купальня как западня

Разморенная тёплой водой, духотой и усталостью, я оказалась не в силах совершить хоть сколько-нибудь разумные действия. Не смогла ни вскрикнуть, ни вырваться из горячих рук незнакомца, ни бежать стремглав, теряя по пути тапки.

Вместо этого я, как-то совершенно позорно для себя, замираю, не дышу и… терплю чужие прикосновения.

А они… м-мм... невероятно откровенные.

Горячая мужская рука скользит с моей талии вверх и ложится на грудь широкой ладонью. Движется уверенно, опытно, легко очерчивая оба едва заметных полушария. Мужские губы начинают чувственное путешествие по моей шее, и поцелуи, сперва лёгкие и мягкие, незаметно становятся всё более страстными.

Я теперь просто вишу у него в руках, чуть приподнятая над водой, не доставая дна, зажмурив от неожиданности и страха глаза. Я ведь не маленькая, не глупая - прекрасно понимаю, к чему ведёт такая прелюдия.

И в тоже время чувственные поцелуи и поглаживания моей кожи, эти то нежные ласки, то настойчивые придавливания и сминания моей груди, невероятным образом отзываются во мне.

Тело начинает наливаться жаром, отзываться, и я прикусываю губу, сдерживая растерянный полувыдох - полустон.

Как давно у меня этого не было!

Я поняла, что невольно сравниваю мужчину в ванне с моим мужем, с Тошей. А у нас разве хоть раз такое было, в воде? Я не помню… Боже, я не помню.

Тело мужчины, в сравнении с воспоминаниями о теле супруга, совсем иное... упругое, сильное, налитое силой. И ощущать это невероятно приятно.

- Худенькая какая, совсем девочка, - шепчет мне на ухо незнакомец, прикусывая мочку.

От этого щекотно и волна мурашек по телу. Его руки, держащие меня, крепкие и очень нежные.

А я?

Просто таю в его откровенных объятиях и прикосновениях. Чувствую себя желанной, женщиной, которую пытаются уговорить на близость на чувственном уровне.

Он добирается губами до моего уха и начинает медленно двигаться к губам, не торопясь, словно приручая, разворачивая меня постепенно к себе.

Скоро мы столкнёмся взглядами, лицом к лицу, и я увижу, кто этот незнакомый ночной сердцеед и соблазнитель. А пока я не могу ни вырваться, ни повернуться, пленённая его крепкими и ласковыми руками.

Крупные чувственные губы мужчины добираются до моих губ и накрывают их, сначала нежно-нежно, но постепенно углубляя поцелуй. От мужчины пахнет крепким вином и древесными запахами, но они приятны. Мне страшно открыть глаза, да и не хочется - поцелуй кажется бесконечным, он длится и длится...

Наконец он поворачивает меня к себе полностью, и... мы одновременно открываем глаза.

Знакомое лицо в такой невероятной близости кажется совсем другим. Мокрые, чуть вьющиеся волосы, синие глаза, темнеющие, чем дольше он на меня смотрит.

Конечно, я сразу узнаю, кто он. Господи, за что? Это хозяин замка - Арчибальд Харлоу, собственной персоной, абсолютно обнажённый, явно возбуждённый и ошеломляюще красивый.

В его глазах я вижу удивление и непонятную растерянность, словно он всматривается в лицо и не узнает, кто я. Ещё бы - а кого он здесь желал увидеть и поймать для любовных игр? Надин, подруг сестёр?

Наступает мой момент, соответствующий ситуации. Сердце бешено колотится. Пора!

Я отчаянно взвизгиваю на всю купальню, отталкиваю Его Голое Высочество и рвусь выскочить из воды.

- Куда? - рычит Арчибальд.

Быстро перебираю по бортику руками, достигаю ступеней в ванну и вылетаю по ним вверх, уворачиваясь от рук Арчибальда. Кажется, он не понял, кто был с ним в этой большой ванне, и это прекрасно.

Проблема в том, что он тоже выскочил. Голый, возбужденный, и... несётся за мной.

Вот это я влипла!

- Стой, я приказываю тебе, - кричит Арчибальд.

- Ага, сейчас, Ваше не Ваше…

О, я ещё и бормочу на ходу. Понимаю, что не успею к основному входу и заскакиваю в небольшую узкую дверь, которая неожиданно открыта. И тут же закрываю её на щеколду, обнаруженную мной на другой стороне двери.

Не останавливаясь, несусь дальше по короткому коридорчику с лестницей на второй этаж и….вылетаю в чьи-то изумительные покои. Красивая комната, целый зал с деревянной резьбой, стрельчатыми окнами под потолок, расписным потолком, приглушённым освещением светильников.

Вот здесь замираю с бешено колотящимся сердцем.

Пытаюсь вспомнить план этажа и понимаю, что это личные покои хозяина замка. Вот она, огромная спальня с распахнутой постелью и примыкающими комнатами. Из ванной доносится шум воды и тихий женский голос, напевающий песню. Довольный, мурлыкающий...

Получается, у хозяина есть свой собственный выход в купальню, и он пошёл поплавать перед сном. И наткнулся на меня, в то время, как его подруга, знать бы ещё кто это, ждёт его в спальне.

Я стою посреди великолепия хозяйской спальни - тяжёлых портьер, шелковых покрывал, смятых простыней и разбросанных по спальне подушек... Кидались ими, что ли? Абсолютно голая и озадаченная, не зная, что мне делать дальше.

Ну, в первую очередь, нужно убраться отсюда немедленно, пока меня здесь не застукали и не обвинили в чем-нибудь. От кражи до покушения на жизнь хозяина.

Вижу на пуфике у двери, ведущей в сторону купальни, несколько полотенец и простыней. Беру темную простыню и, быстро завернувшись в неё, выскакиваю из покоев в общий коридор. Очень вовремя, так как слышу сзади женский голос:

- Арчи, дорогой, ты вернулся?

Нет, дорогой еще не вернулся, это я бегу со всех ног по коридорам второго этажа в свою дальнюю комнатку. Босиком и в простыне. Завтра надо будет как-то забрать свои вещи из купальни.

Какое счастье, что мне ночью навстречу никто не попался.

…

Всю ночь я беспокойно ворочаюсь, вспоминая этот случай. Прямо поминутно. И больше всего вспоминаются нежные прикосновения и долгий поцелуй обнаженного мужчины в ванне. Разбудили эти прикосновения во мне женщину.

За тяжёлые месяцы болезни я совсем забыла, что значит быть желанной. Пусть даже не любимой, а просто желанной.