ГЛАВА 1

Всё это дерьмо началось три дня назад. Началось спонтанно и, наверное, причиной было то, что вечером в пятницу мне уже не хватало денег оплатить номер в дешёвой припортовой ночлежке. Впрочем, возможно, я бы впуталась в это дело и без всякой ночлежки. Просто когда я сидела в баре, потягивая отвратный разбавленный местный лагер, ко мне подсел Дэвид Чембер, такой же отвязный авантюрист, как и я. У нас с Дэвидом была парочка общих дел, и все они выгорали в хорошенькие суммы… Ха! Да если бы первое не выгорело, то мы бы не просто не стали больше работать… Мы бы свои буйные головы до ближайшей больницы не донесли. Дэвид, как и я, любит рисковать. Так что б уж взял денежки – и залёг на полгода на дно. У него есть кураж, и работать с ним – всегда в кайф. А за делом обычно следует постель – и в этом Дэвид тоже хорош. Одним словом, когда этот крепкий и не в меру харизматичный мужчина опустился за мой столик, я решила, что эта встреча сулит мне одно из двух: или сегодня ночью за номер можно не платить, или он предложит мне работу… И тогда за номер всё равно можно не платить. Знамение так и так было хорошее. И, терпеливо ожидая, пока он закажет пива, я готовилась услышать его предложение. Интуиция не обманула. – Была когда-нибудь на Гуанаде? – словно бы невзначай поинтересовался мой визави. Рука его поднесла к губам кружку, и собеседник позволил мне лицезреть как напрягаются красивые бицепсы. – Очень давно, – призналась я. Откинулась на спинку стула, ожидая продолжения, и Дэвид меня не обманул. – Тут попался в руки интересный буклет, – Дэвид извлёк из заднего кармана джинсов разноцветную бумажку. Опустил на стол передо мной. – Сердце Мистраля – уникальный экспонат, демонстрируется в первый раз. Хм… – я задумчиво разглядывала изображённый в шапке массивный рубин. Чтобы продемонстрировать размер, неведомый рекламодатель поставил рядом чашку кофе – рубин был примерно в её треть. – Одно из двух, – предположила я, – или туда набегут все медвежатники, которые найдутся в семи днях лёту, или сигнализация такая, что нас схватят ещё на орбите. – Скорее всего… и то, и то, – пожал плечами Дэвид. – Но у меня есть план. И понеслось… Закупка снаряжения, подготовка корабля, изучение карт. Перелёт, ночная вылазка, пустые коридоры выставочного комплекса, редкие силуэты охраны на мониторе сканера. Спуск на верёвке, серебристые лучи сигнализации… Вой, крики, беготня. Лицо Дэвида и его протянутая рука. Боль под рёбрами. Одно единственное слово «дерьмо» которое так и крутится на языке. Потом всё, темнота. В себя я пришла уже на суде. Ну это я так культурно называют «суд», а вообще это был длинный тёмный коридор, вдоль которого тянулись ряды фиксирующих платформ – вертикальные перегородки, на которых такие же как я висели как колбаса. Оказалось, бюрократии на Гуанаде нет. В том смысле, что никаких камер предварительного заключения, присяжных, прокурора и тем более адвоката – тоже нет. Зевая от скуки, судья вынес приговор: – Модификация в рабу желаний и на аукцион. Впервые с начала этой маленькой, но очень неудачной авантюры я почувствовала страх. «Аукцион» – это ещё ничего. А вот «модификация в рабу желаний» – полный каюк. Рэй – Говорят, на Гуанаде самые лучшие рабыни, – голос Ленса прорывается сквозь мои собственные мысли. Честно говоря, рабыни – последнее, что меня интересует. Свободных по уши хватает. Я на этом рынке ради оружия. Толстячок старпом всё косит глазами на помост с обнажёнными невольницами, а как по мне, лоток с ассианскими лезвиями куда интересней. Присмотрел пару экзотических игрушек, и подумываю отправиться к следующему лотку – тому, где огнестрел. Я его не люблю. Мало толку в абордажном бою. Или герметизацию нарушишь, или самому себе голову снесёшь. А наземные стычки у нас случаются не часто. Не мой профиль. «Королева Мистраля» предпочитает брать добычу в открытом космосе. Вот уже третий год как мы остерегаемся заходить в республиканские гавани. Гуанада – редкое исключение, и то лишь потому, что у нас тут намечена сделка. Грех не воспользоваться случаем и не посмотреть товары, которых не встретишь и пиратских портах. А такие есть. – Вот это куколка! – Ленс присвистывает так красноречиво, что я инстинктивно поднимаю взгляд. И замираю, что б его, оценив… Сандра Даймонд. Бриллиантовая моя. Я это личико узнаю из ста тысяч лиц. Потому что в каждой второй таверне оно висит рядышком с моим. На доске почёта под надписью: «Назначена награда». Я только сумму припомнить не могу – она, кажется стабильно растёт. Кто-то сошёл с ума. Или я – или тот придурок, который её продаёт. – Я б такую взял… – мечтательно заявляет Ленс. – Вместо кока. – Чего? – Вместо кока, – повторяю я. – у нас денег на кого-то одного. Ленс мнётся. Явно не хочет прощаться с надеждой на хорошую жратву. Но это правда – я действительно собирался подыскать нам нового повара, и действительно не смогу оплатить и то, и то. Впрочем, нолики стремительно щёлкают в голове. До Ленса ещё не дошло, потому он до сих пор старпом, а не капитан. Сдать её галактической полиции по номинальной цене – самый простой вариант. Вряд ли тут за неё запросят тот же миллион, что дают там. А могут быть варианты поинтересней… Например, заставить её работать на меня. Пускай сама себя выкупит. А я уж позабочусь о том, чтобы денег на это ей не хватило никогда. Отбросив замечательное ассианское лезвие, которое в мгновение ока перестало меня занимать, медленно, но уверено продвигаюсь к помосту. Не смотрю ни на Ленса, ни на зевак, которых приходится раздвигать. Только на неё. Чёрные волосы, такие же неопрятные, как на фото. Впрочем, ещё бы… Ночь в загоне для рабов проторчать. Глаза карие, зло блестят. Смотрит не на меня, вообще ни на кого. Поверх голов, как будто всех нас считает дерьмом. Ничего, лапочка, ты у меня быстро поймёшь, кто есть кто… И абсолютно обнажена. А фигурка, между тем, ничего. Её на фотороботе нет. В нашем деле много мужеподобных, но это не тот вариант. Плечи узенькие, кожа загорелая. Умеет, видно отдыхать. Грудь небольшая и крепкая. Так и хочется положить на неё ладонь. Померить, так сказать – поместится или нет. А, собственно, что такого? Пробившись сквозь толпу, запрыгиваю на помост и подхожу к ней. Её очередь ещё не пришла, и охранники пытаются заступить мне дорогу. А вот купчишка сразу же меня узнаёт. Даёт им отмашку, и те останавливаются по обе стороны от нас. В глаза конфетке я больше не смотрю. Нечего остальным знать, какой тут интересный товар. Пользуясь случаем, взвешиваю правую грудь. Весьма-весьма… А неудачница прогибается, так и подаётся навстречу. И тут я начинаю понимать ещё кое-что… Или её накачали наркотой… Бросаю быстрый взгляд на лицо – вот и нет. Абсолютно ясные глаза, да и на голых предплечьях следов от уколов нет. Либо куда более интересный вариант… да она же модификант. С трудом удерживаю желание расхохотаться. Быть не может, что мне так повезло. Но надо держать себя в руках. И проверить, прав я или нет. Сжимаю пальцами её затвердевший сосок. Рабыня так и плавится в моих руках. – Привязка полная? – смотрю на её набухшую грудь, а обращаюсь к торгашу. – Да, милорд. По голосу слышу: он всё-таки понял, что сумел меня заинтересовать. Сейчас цену задерёт. Прощай кок. Скольжу рукой по её животу – уже и сам не знаю, проверить хочу или что, потому что мне просто в кайф. Такая чувственная… А после того как куплю, будет полностью зависеть от меня. Стоит пальцам коснуться её лобка, как у рабыни подкашиваются ноги. Не задумываясь подхватываю её, и только потом понимаю, что она прикована к транспортной платформе. Не упадёт. Ну, ничего. Всё равно мне нравится её держать. – Сколько? – спрашивает Ленс у меня за спиной. Я эту интонацию знаю так хорошо, что не сомневаюсь – он сейчас или облизывается, или очень хочет это сделать. Торговец называет цену. Нехилую такую цену, и я б её сбил вдвое. Но не в этот раз. Во-первых, меня уже узнали. Во-вторых, могут узнать её. Значит, надо спешить. – Ленс, отсчитай, – приказываю я. Тот недовольно сопит, но мне наплевать. Я полностью погружён в созерцание того, что находится передо мной. Стоит коснуться груди, слегка прижать сосок – как покупочка начинает тяжело дышать. Я почти ощущаю исходящий от неё жар. Нет, галактической полиции не по карману такой товар. Наконец, в мою ладонь ложится хозяйский браслет. Повинуясь распоряжению торгаша, стражник отстёгивает товар. Напоследок окидываю взглядом обнажённое тело и приказываю: – Иди за мной.