Глава 19 · Жестокая правда

Не знаю, до скольких я бы проспала, если бы с утра меня не разбудила обеспокоенная Ксюха.

– Ты спала так крепко, что даже не проснулась, когда я пришла вчера вечером, – поделилась она, присаживаясь на край кровати. – Если хочешь, могу сказать Зинаиде Никифоровне, что ты плохо себя чувствуешь. Уверена, она поймет. Все знают, что вы с Владом и Георгием Романовичем вчера попали в аварию.

– Вероника очень бесится? – пробормотала я, чувствуя, что действительно никуда не хочу идти. Все тело болело, особенно ушибленный накануне локоть, а в голове было пусто-пусто.

– Ну а ты как думаешь? – пожала плечами Ксюха. – Именно поэтому тебе лучше сегодня не высовываться. Вероника на тебя сильно злится, считает, что ты снова втянула Влада в неприятности. Вечером вообще была не в себе. Кричала, угрожала!

– Снова? – хмыкнула я.

– Да какая разница, Алина? Влад вчера так и не вернулся, уехал в автосервис и исчез. Вероника переволновалась, надумала себе кучу всего. А тебя она просто не любит. Вот отсюда и такое поведение. Она девушка эмоциональная. Ее лучше не злить.

– Ну и наплевать на нее, – отмахнулась я. – Все равно сегодня никуда не хочу идти. Скажи Зинаиде Никифоровне, что меня на занятиях не будет. Лучше как следует высплюсь. А то как вспомню вчерашнюю поездку, начинает трясти. Я до этого ни разу не попадала в автокатастрофу. У меня вся жизнь перед глазами пронеслась. До сих пор не могу поверить, что все это правда. Ладно хоть Владленовна не стала звонить родителям.

Меня действительно снова начало трясти. Но не столько из-за воспоминаний об аварии, сколько от осознания того, что кто-то намеренно ставит мне палки в колеса. Даже авария вполне может оказаться подстроенной. Мысль об этом заставляла задыхаться от страха.

Ксюха ушла, а я тут же поднялась с кровати, потому что и не думала спать. За вчерашний вечер и всю ночь я выспалась дня на три вперед. Хотелось с утра пораньше, без свидетелей, найти Георгия Романовича и еще раз с ним поговорить. Я пока не стала сообщать о своих подозрениях подруге – переживала, что она в силу природной горячности наворотит непоправимых дел. Ксюха могла, не задумываясь, ввязаться в какую-нибудь рисковую глупость. Хотелось разобраться во всем самой, прежде чем втягивать подругу в очередные не приятности.

Я неторопливо погладила выстиранную белую блузку, натянула клетчатую юбку и, дождавшись звонка на первую пару, вышла в опустевший коридор. Лицеисты, у которых были занятия, прилежно учились, а остальные еще не проснулись. Поэтому по дороге на третий этаж мне не встретилось ни единой живой души.

Сначала я сомневалась, стоит ли идти к Георгию Романовичу в комнату. Достаточно ли это прилично и вообще, как он отреагирует на подобный визит? Но потом вспомнила, что он сам пришел вчера и даже видел мою смешную детскую пижаму. А значит, и я могу позволить себе постучаться в дверь его комнаты.

Я постучала несколько раз, потом немного постояла, прежде чем поняла, что в комнате преподавателя нет. А значит, все мои душевные терзания были напрасны.

– Да что же это за невезуха! – пробормотала я себе под нос и, не удержавшись, покосилась на дверь в комнату Влада. Соблазн зайти и проверить, как он там, был велик, но я помнила наш разговор и мужественно держалась на расстоянии.

Чтобы не искушать себя дальше, я развернулась и направилась к лестнице, стараясь не думать о том, что там делает Влад и как у него дела.

Видимо, Георгия Романовича придется искать в учебном корпусе или столовой. Я надеялась, что у него сейчас нет пар и не придется ждать их окончания.

– Что ты здесь делаешь?

С Вероникой мы столкнулись на лестнице, буквально нос к носу. Подружка Влада поднималась наверх. Черные волосы блестящей волной рассыпались по плечам, верхняя пуговка на белоснежной блузке расстегнута и обнажает смуглую гладкую кожу шеи и кулон-змейку на тонкой золотой цепочке. Это украшение появилось у девушки недавно.

«Не иначе как подарок Влада», – кольнула ревность.

Вероника замерла и с ненавистью посмотрела на меня. Если бы можно было убивать взглядом, шансов выжить у меня осталось бы не много. Я почувствовала, как на затылке начинают шевелиться волосы и холодеет змейка-браслет на руке. Закружилась голова, и я с возмущением поняла, что черноволосая нахалка пытается тянуть из меня жизненную силу. Немного прикрыв глаза, я обнаружила между нами тонкую изумрудную нить. Такой злости я не испытывала давно.

– А тебе какая разница, что я здесь делаю? – возмутилась я и кинулась вперед, мысленно оборвав тонкую нить. Оттолкнула соперницу в сторону и, не останавливаясь, ринулась вниз по ступеням. За спиной послышались возмущенные крики. Удивительно, но Вероника не последовала за мной. Видимо, ей больше хотелось застать Влада, чем выяснять наши отношения. Не скажу, что я ее не понимала. Впрочем, это не мешало мне злиться.

В последнее время мысль о том, что в лицее происходит нечто выходящее за рамки привычного понимания действительности, прочно укоренилась в голове и даже не вызывала такого панического страха, как в первое время. Может быть, в чем-то я и ошибалась, но некоторые догадки точно были верны. Я испытала это на себе. Например, фокус с выкачиванием энергии. Не может же он быть очередной шуткой подсознания? Я видела разноцветные нити-каналы, чувствовала опустошение, когда кто-то заимствовал мою силу. Да что скрывать, я ощущала эйфорию, когда сама глотала чужую силу.

«Только вот… – Молоточки очередной неприятной догадки застучали в висках вместе с возрастающей болью. – А что, если в том, что случилось с Машей, виноваты мы? Что, если Ксюше на занятиях плохо, потому что это мы, по каким-то причинам более сильные, тянем из нее энергию? Что, если в этом лицее работает закон джунглей и выживает сильнейший? Что, если все здесь основано на принципе: либо ты сожрешь, либо тебя?»

Эти новые мысли мне совершенно не понравились. Тем более информации для того, чтобы убедиться в их правоте или опровергнуть, у меня не было.

В столовой Георгия Романовича не оказалось, а на подходе к учительской я увидела идущую по коридору к своему кабинету Елену Владленовну. Не желая привлекать внимание помощницы директора, я нырнула за угол и притаилась.

– Не понимаю современных преподавателей! – возмущалась она в трубку. – Сначала почти на коленях уговаривают их взять, а потом исчезают в неизвестность. Или это просто должность какая-то проклятая? Второй человек за полгода…

Я насторожилась и приготовилась слушать дальше.

Женщина подошла к своему кабинету и зажала мобильник между плечом и ухом, доставая из небольшой сумочки ключи. В этот момент дверь кабинета резко распахнулась наружу, едва не ударив Елену Владленовну по лбу, и в коридоре показался Влад.

– Ты что тут делаешь? – возмущенно начала помощница директора, но парень бесцеремонно схватил ее за руку и втащил внутрь.

– Где тебя все утро носит?! – зарычал он.

«Ничего себе», – пробормотала я. Не в силах совладать с любопытством, кинулась к двери и без зазрения совести приникла к замочной скважине.

– Влад, ты сошел с ума? – зашипела Елена Владленовна. – У меня тут снова пропал преподаватель, а ты устроил какое-то дикое ребячество!

– Ты в последнее время удивительно небрежна! – возмутился Катурин, плюхнувшись в кресло и водрузив ноги в «ньюбеленсах» на полированную столешницу возле клавиатуры.

– Ты что себе позволяешь?

– Нет. Это что ты себе позволяешь! – рыкнул Влад, и я не узнала этот низкий, угрожающий голос, который заставил Елену Владленовну присесть.

Лицо Влада приобрело неестественный сероватый оттенок. Черты заострились, а ярко-желтую радужку прорезала вертикальная щель зрачка. Я затаилась, выжидая, что будет дальше.

– Влад, ты в курсе, что ведешь себя неадекватно? Мало того что вчера сорвался не пойми куда с этой девчонкой….

– Елена, это ты ведешь себя неадекватно, – прищурившись, отрезал парень. – Насколько хорошо ты проверила этого своего нового преподавателя? Того, которого безуспешно пытаешься найти все утро? – спокойным голосом поинтересовался он, и я заметила, что его лицо снова стало совершенно нормальным. Таким, как обычно.

– В достаточной мере. Так же как и остальных, – с достоинством ответила женщина. – Ты же знаешь, что я занимаю свою должность уже не первый год. И справляюсь с обязанностями.

– Тогда, наверное, для тебя не будет секретом то, что Георгий Романович Карташов – скандально известный журналист? – Влад приподнял бровь и нахально уставился на женщину, приоткрывшую от изумления рот. – Последние несколько лет он работает под прикрытием. Внедряется в какую-либо организацию, шпионит там какое-то время, а потом публикует материал, после которого организация идет ко дну. Он ищет тайны, компромат… То, от чего потом не отмоешься.

– Что ты такое говоришь? – Елена Владленовна отчетливо побледнела.

– Нашим лицеем он заинтересовался достаточно давно, когда отсюда отчислили его племянника. Парень погиб спустя полгода. Тогда Георгий Романович не нашел ничего странного. А тут неприятность, приключившаяся с Машей, и смерть одного из преподавателей. Удачное стечение обстоятельств и красная тряпка для журналиста, который ищет скандальный материал.

– Нужно срочно что-то предпринять, – испугалась Елена Владленовна.

– Не дергайся, – осадил ее Влад. – Я уже со всем разобрался. Ты в курсе, что в твоем компьютере он нашел адрес Маши? Там была еще какая-нибудь ценная информация?

– Там хранится все, – прошептала Елена Владленовна и осела на диван, приложив тонкую руку с холеными ногтями ко лбу. – Если он скопировал информацию…

– Не беспокойся, он не будет ее использовать, – мрачно произнес Влад.

Я похолодела от ужасной догадки. Значит, в том, что Георгий Романович резко изменил мнение, виноват Влад? Слезы подступили к горлу, и я закусила губу, чтобы не разреветься: нужно было дослушать.

– Вчера вместе с Алиной и Ксюшей он собирался нанести визит Маше. Нужно ли говорить, чем этот визит закончился бы? У тебя еще остались вопросы по поводу того, почему я с ними ездил?

– Авария – твоих рук дело? – успокоившись, спросила Елена Владленовна, и я едва не вскрикнула, когда Влад утвердительно кивнул.

– Чистая работа, – улыбнулась заметно успокоившаяся женщина. – Как тебе это удалось?

– Очень просто. – Влад выглядел довольным и гордым. – Три болта на колесе открутил, два ослабил. Специально отворачивал с правой стороны, чтобы точно улететь в кювет. Остальное… Ловкость рук и никакого мошенничества. – Улыбка, появившаяся на лице Катурина, мне совершенно не понравилась. Она пугала.

– Так значит, ты Карташова…

Я замерла, кровь стучала в висках. В голове не укладывалось то, что помимо предательства и подстроенной аварии Влад способен на убийство.

– Нет, конечно! – презрительно отозвался он, и из моей груди вырвался вздох облегчения. – Я прекрасно знаю, что неосмотрительное и неосторожное поведение приводит к жертвам и повышенному интересу со стороны общественности. А нам подобное внимание не нужно. В отличие от тебя, я не даю воли своим инстинктам и предпочитаю решать вопросы бескровно. Как-нибудь попробуй, так значительно эффективнее и проще.

– Ты же знаешь, с Кириллом вышла случайность!

Я все же охнула и шарахнулась от двери. Если мне не почудилось, то Елена Владленовна призналась в убийстве. Только как она это сделала? Неужели правда была нагайной?

Я не смогла слушать дальше. Ринулась в свою в комнату, заперлась на замок и внутренний засов. Потом с ногами залезла на кровать и, обхватив колени руками, принялась размышлять над услышанным.

Только вот мысли в голову лезли одна другой хуже. Я всегда подозревала, что Влад как-то замешан в происходящем в лицее. Но не думала, что он увяз в здешних тайнах настолько, что готов на ложь, обман, предательство и подстроенную аварию, лишь бы я не узнала правду.