Глава 19

Принес в черную мраморную ванную комнату, включил воду, и принялся снимать с меня футболку.

— Эээ, я могу и сама принять душ… — наличие случайного знакомого при банных процедурах смущало.

— Позволь, я помогу тебе, — сказал мягко, и в то же время, слова прозвучали, как приказ. Одной фразой он сумел пресечь любые мои возражения.

- Не пойму зачем, — буркнула, и позволила снять с себя футболку.

Он расстегнул мой лифчик, стянул трусики, и остановил свой взгляд на теле. Ворон изучал меня, как экспонат или как врач пациента, но никак не как мужчина желанную женщину. На груди, руках, бедрах, ярко горели фиолетово-синие отметины боксера. Конечно, избитое, измученное тело, у меня самой вызывало отвращение, что уж говорить про него.

Ворон поставил меня под горячие струи воды, сам разместился за спиной. Свои шорты так и не снял. Теплые струи воды лились, смывая отпечатки пьяной ночи, я закрыла глаза и подставила лицо живительной влаге. Было приятно, по телу бежали волны расслабления.

Почувствовала прикосновение его пальцев к своей голове. Ворон мыл мне голову. Нет, он не просто мыл, а нежно массировал кожу, творил какие-то немыслимые манипуляции. Стало так приятно. То нажимал сильнее, то касался едва ощутимо. Я откидывалась все сильнее назад, пока не ощутила спиной его грудь. Массаж — кружил голову, и заставлял довериться сильным рукам. В тот миг, хотелось одного — чтобы он продолжал до бесконечности.

Волосы, которые до этого только наматывали на кулак, теперь познавали всю сладость мужской ласки. Ворон обращался с ними деликатно, словно в его руках находились нежнейшие пряди шелка. Смывал шампунь, он также ласково и осторожно. Еще немного и я бы точно издала стон блаженства. Никогда не думала, что мытье головы может так опьянять, порождая чувство невесомости и эйфории.

Он лег в ванную, увлекая меня за собой. Расположившись на его груди, напряглась. Близость практически оголенного мужского тела, вызвала легкий озноб.

— Ласточка, чего ты дрожишь? Все хорошо! — он еще сильнее притянул меня к себе. Опалил горячим дыханием мою щеку, взял что-то с полочки позади нас, и через несколько секунд я ощутила прикосновение мочалки к своей руке.

Ворон намыливал меня, потом проводил рукой по пене, рисовал узоры на моей коже и продолжал шептать:

— Доверься мне, просто расслабься! — и я постепенно отпускала внутреннюю пружину. Откинула голову ему на грудь, повернула ее в сторону и поймала взгляд манящей черноты. Опять странный гипнотический транс, я погружалась в блаженное спокойствие. Ворон продолжал намыливать мое тело, добрался до плеч, легко массируя их. Перешел на шею, сдул пену, и пробежался пальцами до уха. Заставляя неметь конечности, а меня уплывать в невесомость.

Мочалка спустилась к животу, а правая рука массировала какую-то точку на затылке. Пелена удовольствия застила глаза, я заурчала как котенок, свернувшийся на коленях у хозяина.

Ворон накрыл ладонью мою грудь, я вздрогнула. Подсознательный блок — защититься.

— Тсс, все хорошо, — его шепот убаюкивал. А рука продолжала свое путешествие по полушарию. Он очертил пальцем синяк, — Больно?

— Нет… уже, нет… — ощущение тепла на груди, от его ладоней было чем-то сверхъестественным. Ворон взял душ и направил его на меня, рукой смывая пену, окутывая меня коконом небывалой нежности. Я почувствовала, как соски превратились в две горошины. И впервые это было не от боли.

Ворон приподнял меня, встал сам, а меня вновь уложил в ванную. И так неуютно стало, так не хватало ощущения его тела подо мной.