Глава 26

Челюсть молодого человека отвисла, он уставился на меня, гадая, я просто перепила или же — это клинический случай:

— У нас только свежие продукты… а весь собачий корм, представленный в магазине имеет приятный запах, не беспокойтесь… — видимо, пацанчик решил — просто ослышался.

— Приятный запах меня и беспокоит. Впрочем, в этом вопросе, вижу, вы мне не помощник. А насчет продуктов, я понимаю, что все у вас свежее, но то, что не продается, вы ведь списываете по истечению срока годности. Не могли бы вы узнать, есть ли подобное списанное мясо?

— У нас нет такого! — глаза продавца стали еще испуганней. Принял меня за проверяющую, что ли?! А мне позарез нужен был деликатес, хотя бы подобие любимого ужина Бобика.

В сердцах махнув рукой, и оставив парнишку недоуменно хлопать глазами, выбрала самый дешевый и на вид страшный корм, подумав, положила в корзинку еще кошачьего. Прошла по отделам магазина, прикидывая как выкрутиться. Остановила выбор на кильке в томате, помогли детские воспоминания, передавшие во всех красках ее запах.

Для себя купила несколько йогуртов на завтрак, и бутылку любимого коньяка про запас. Расплатившись, побежала домой. Нужно успеть переодеться и все подготовить. Облачилась в чулочки и короткую юбку в клеточку, одела туфли на шпильке, и белую блузку, завязав ее узлом на животе. На голове завязала высокий хвостик на боку. Макияж — смоки айс и нюдовая помада. Кажется готово.

Взяла собачью миску, и смешала там свои приобретения, кошачий и собачий корм, приправив все килькой. Понюхала — отвратно, но терпимо. Поставила миску на место, и посмотрела на часы. Оставалось пять минут — сейчас появится.

Бобик позвонил в домофон за две минуты до назначенного времени.

— Входи, — коротко бросила. Распахнула дверь, ожидая гостя на пороге.

Он появился, чуть запыхавшись, с предвкушением в глазах, и улыбкой счастья, на расплывшихся губах-сосисках. С порога залепила ему звонкую пощечину:

— Как ты посмел прийти на две минуты раньше?! — не дав опомниться, ударила еще раз по второй щеке. Его голова как болванка вертелась туда-сюда, а пухлое тельце задрожало.

— Прости хозяйка. Я соскучился! — он смотрел на меня преданными глазами.

— Это тебя не оправдывает! Сегодня за свое неумение терпеть, ты будешь наказан! — стараюсь, чтобы мой голос звучал максимально грозно. Одеваю ошейник с шипами на бобика, пристегиваю поводок, он послушно встает на четвереньки и следует за мной в комнату.

— Прости, госпожа, — неустанно повторяет он.

— Раздевайся, непослушный пес! — бросаю поводок, сажусь в кресло закидываю ногу на ногу и строго смотрю на Бобика.

Он раздевается поспешно, не забывая при этом аккуратно складывать свои вещи. Оставшись, в чем мать родила, встал на четвереньки и пополз ко мне, виляя попкой, показывая, таким образом, как он рад меня видеть.

Достаю из-за спины шлепалку, делаю несколько показных хлопков по своей ладони, он открывает рот, высовывает язык, и быстрее приближается ко мне. Встаю, нависая над ним:

— Ты очень меня расстроил! — шлепаю по заднице, еще и еще. Точно рассчитываю удары, зная его болевой порог и конечно же возраст моего песика. Так что с ним мы практикуем только легкие игры, которые доставят ему максимум удовольствия и никаких увечий.

Он поскуливает, и выпячивает пятую точку вперед, явно наслаждаясь процессом. Замечаю вставший член, и подрагивающие колени. Сегодня эмоционально он возбужден сильнее обычного. Работа нервная, а наши игры — это идеальный способ для Бобика снять стресс.

— Позволь доказать, как я сожалею о своем поведении! Позволь вылизать прощение! — глаза заволокло дымкой, ощущаю горячее дыхание у своих ног.

— Ты неисправим! Я не верю в твое раскаяние! — ударяю еще несколько раз, и натягиваю поводок. — Ладно, даю последний шанс, докажи свою преданность! — усаживаюсь в кресло и скидываю туфли с ног.

Песик принимается жадно вылизывать мои ступни. Порой поднимается вверх к колену и вновь спускается вниз. Смотрю на него, униженного, довольного, счастливого, и в который раз задаю себе вопрос: «Как этот человек умудрился сделать головокружительную политическую карьеру?».