Глава 5

Тетради были модными. В том смысле, что они были похожи на дорогущие скетчбуки с крафтовой бумагой. Жаль, что мне нужно писать, а не рисовать…

В любом случае, перед завтраком я успела не только получить все необходимое, но еще и разлиновать три пухлых тетради. А вот расписание мне предстояло узнать самостоятельно.

Впрочем, сначала завтрак! Благодаря Ссерше мне не пришлось плутать по академическим закоулкам — она переместила меня прямо к узкой неприметной дверце. Хм, и как же они справляются со студенческим потоком?

— У каждого факультета свое время, — прошелестела ши-тари. — Двери увеличиваются и, при необходимости, превращаются в огромную арку.

— Магия, — глубокомысленно произнесла я.

— Артефакторика, — уточнила ши-тари. — Видите впереди столы с едой? Вы должны подойти к ним, взять поднос и в его центр положить монету. Монета исчезнет, а к вашему подносу прилетит все, на что вы имеете право.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я змейку.

Я-то могла начать сама набирать. Ну, просто по аналогии с Землей. Бывала я в таких местах, где студенты сами себе на поднос снедь складывали.

С этими мыслями я подошла к раздаточной.

— Стоит ли чествовать победительницу? — прошелестел за моей спиной негромкий голос.

— А? — я полуобернулась и улыбнулась, — здравствуй, Арт. Мне кажется стоит. Я получила то, что хотела.

— Ты уверена? — он осторожно подхватил меня под локоть и, левитируя два подноса, отконвоировал меня к неприметному столику.

— Мне казалось, ты поддерживал мое решение, — нахмурилась я. — Не то чтобы мне требовалось чье-то одобрение, но…

Он покачал головой:

— Я и сейчас поддерживаю. Но я не знал, что никто другой тебя не поддерживает. Ты рискуешь оказаться пленницей в чужом доме.

— Да почему?! — психанула я. — Что во мне такого?

Арт удивленно хмыкнул:

— Ты не знаешь. Действительно не знаешь. Такие разговоры нельзя вести здесь. И я не уверен, что смогу еще раз улизнуть от чрезмерно прилипчивого друга. Сама понимаешь, такой как я не может ходить один. Вдруг сорвусь и начну причинять зло и наносить несправедливость.

Он скривил губы, пытаясь выдать последнюю фразу за шутку, а я… А я заподозрила, что опасен в этой Академии не только Каулен.

— Мне назначили куратора, — улыбнулась я. — Точнее, предписали назначить. Не хочешь им стать?

— Им станет Берлевен, он у каждого флакона крышечка, — покачал головой Арт. — Хотя… Если ты сможешь заставить его отказаться, хотя бы на мгновение, то тогда будешь иметь право просить заменить куратора.

— На мгновение? — недоуменно уточнила я.

— Обозначение эмоционального дискомфорта: «Я не хочу» слишком грубо, и он этого не допустит, но вот: «Не уверен, что это правильное решение» Берлевен вполне может произнести. Это — прелюдия к торгу. И если ты воспользуешься этим правильно…

А я, прикусив губу, задумалась — правильно ли будет закабалить Арта? Он и так сделал для меня много. Если от человека постоянно требовать помощи, тянуть из него жилы и выжимать последние соки, то такой несчастный человек может послать куда подальше.

— А ты сам-то что думаешь? — спросила я. — Не хотелось бы стать обузой.

— Не хотел бы — не предложил, — коротко отрубил он. — Ешь, когда остынет станет совсем несъедобно.

И мы оба уткнулись в свои тарелки. Серая клейкая каша не тянула на мишленовские звезды, но и отвратительной не была. Питательно? Да. Вкусно? Нет. Но ничего, едали и похуже.

— Расписание ты можешь запросить на входе, — произнес он. — И советую переодеться в форму.

Недоев, он встал и ушел. А я, тяжело вздохнув, осталась допивать чай. С формой были некоторые сложности. Ссерша сейчас пыталась привести выданные мне вещи в порядок, но ни я, ни она не верили, что из этого получится сделать что-то приличное.

Нет, формаль… Господи, я поняла! Я поняла, этот мир живет по формальным правилам! Потому что формально к выданным вещам придраться нельзя. Они соответствуют количеству, указанному в сопроводительных документах, у них есть встроенная функция подгонки по размеру и в них нет дыр.

Вот только ткань настолько грубая, что я начала чесаться как шелудивая еще на стадии примерки. А от белой блузки у меня на шее появилась сыпь. Кажется, от Бри мне досталась чрезмерно нежная кожа.

Юбка ладно, она широкая, в сборку, и…

— Госпожа, — рядом с моим столом материализовалась Ссерша, — надо спешить. Я взяла расписание.

— Ясно, спасибо, — я поспешно отставила в сторону чашку и встала.

Как там написал мне Арт? Первое впечатление можно произвести только один раз? Ну что ж, значит, до конца обучения я буду не Доркас, а Шелудивая Доркас. Какая мерзость!

Ссерша переместила меня в спальню и с некоторой опаской произнесла:

— Госпожа не должна сердиться…

А я не могла сосредоточиться и ответить должным образом — все мое внимание привлекла груда какого-то тряпья.

— А?

— Ссерша славно поработала для большого дома, — доверительно произнесла ши-тари. — И дом позволил забрать старые шелковые занавеси.

— А, так это шелк. И он, — я подошла к добыче змейки и подцепила серую тряпочку, — в дырочку. Чем он нам поможет?

— Ссерша собиралась сделать подкладку форме, — пояснила змейка. — Но у Академии есть свои ши-тари и Ссерша узнала, что форму просто нужно замочить, промыть и высушить. Ткань вредит коже из-за зелий сохранности, которыми пропитали вещи.

— Так, — я потерла переносицу, — но ведь я не успею до первого занятия постирать и высушить одежду.

— Ши-тари могут помочь, — серьезно сказала змейка, — но плату они требуют вперед.

Внутренне смирившись с тем, что в первый учебный день придется войти в состоянии энергетического дисбаланса, я со вздохом произнесла:

— Надо поделиться силой, да? Но неужели в Академии мало магии?

— Вы — вкусная, — пожала плечами Ссерша. — Ссерша только одну такую госпожу видела. Она делилась силой с большим домом. Тихая грустная госпожа отказалась от услуг Ссерши. А Ссерша с тех пор мечтала поступить на службу к такой же вкусной госпоже.

— Мечты сбываются, — хмыкнула я.

"Не это ли ждало Брианну? Но что плохого в том, чтобы поделиться магией? Или они забирали все, выкачивая досуха? Одни вопросы и только Арт намекает на ответы", подумала я и замерла. Арт. Черт, почему я не спросила, как его зовут полностью? Если у меня получится отвязаться от Берлевена, то что я скажу ректору? "А можно всех посмотреть?". Так мы вроде как в Академии, а не в доме утех.

— Я согласна. Что надо делать? — я огляделась по сторонам, — они где-то здесь?

— Нет, госпожа. Академическим ши-тари нельзя днем входить в общежитие. Нам придется спуститься в подземелья, в Гнездо.

Слово "гнездо" Ссерша произнесла с придыханием. А я, поежившись, уточнила:

— А я живой-то вернусь оттуда?

— Конечно, предки ши-тари дали страшную клятву за себя и за своих потомков, — змейка шелестнула язычком, — мы не можем причинить вред людям, драконам и оборотням.

"Ага, но "не можем" не равно "не хотим"", подумала я и кривовато улыбнулась:

— Переместишь меня?

Ши-тари виновато развела лапками:

— Нет, госпожа. У Ссерши нет доступа. Подземелья закрыты для перемещений.

К сожалению, в спальне не было часов. Я вообще нигде не заметила общественных часов. И вот как мне узнать время?

И вдруг, откуда-то изнутри, пришла подспудная уверенность в том, что до занятия у меня сорок минут. Ого…

— До занятия, — нарочито медленно произнесла я, — осталось…

— Сорок минут, — поспешно кивнула Ссерша.

— Мы не успеем. Опоздать в первый же день… Лучше я буду чесаться. Что с тобой?

Прижмурившись, Ссерша стиснула руки:

— Недостойная служанка уже отдала вашу форму! Чтобы все успеть, другие ши-тари уже начали работать!

— То есть, моя форма сейчас в заложниках? — оторопело уточнила я.

— Опоздание можно объяснить, — Ссерша так же не открывала глаз. — А почесун — заразная болезнь. Вас могли бы отправить в медкрыло, а этого никто не забудет.

Змейку била мелкая дрожь, а еще она так характерно закрывалась лапками, что я поспешила облечь свои подозрения в вербальную форму:

— Ты ждешь, что я тебя ударю?

— Ссерша сделала так, как посчитала нужным и готова расплатиться за своеволие, — прошелестела змейка.

Найти ответ было сложно. Я не могу сказать, что я не бью людей — во-первых, Ссерша не человек, а во-вторых, в моей биографии было всякое. Да и случись нужда, за мной не заржавеет. А потому:

— Ты не просто служанка, Ссерша. Ты моя союзница и я не подниму на тебя руку. Никогда. Если только ты не начнешь первой.

Змейка вытянулась в струнку и, распахнув глаза, возмущенно прошелестела:

— Ссерша никогда не нападет на госпожу!

— У меня есть имя, — мягко напомнила я. — И раз уж мы решили вместе пойти на дело, то я бы хотела, чтобы ты звала меня Доркас.

— Ссерша счастлива, госпожа Доркас. А что значит пойти на дело?

— Это значит вместе нарушить закон, — усмехнулась я.

На что змейка поспешила меня успокоить:

— Нет-нет, госпожа Доркас, мы не нарушим ни единого закона! Нам нужно переступить через пять правил и один ректорский запрет, а законы ни-ни! Ши-тари не могут нарушать закон без приказа хозяина.

Пять правил и один ректорский запрет. Что ж, хорошо бы обстряпать это тихо.

— А что конкретно запретил ректор? — спросила я, прежде чем взяться за протянутую лапку змейки. — И откуда ты столько знаешь об Академии?

— Все, что Ссерша знает, Ссерша узнала от других ши-тари. Ссерша попросила помощи и получила ее.

— Ясно, — покивала я, — но что с запретом ректора?

— Господин ректор запретил студентам спускаться в подземелья, — змейка тяжело вздохнула. — В прошлом году там нашли тайную студенческую лабораторию. Много студентов потравилось плохими отварами. Был большой скандал, двух учениц Третьего Факультета отчислили.

— Что ж, перемешай нас.

Я закрыла глаза, чтобы открыть их уже в совсем другом помещении. Узкая и темная комната напоминала чулан, сходства добавлял еще и запах пыли.

— Где мы? — шепотом спросила я. — Это же еще не подземелье?

— В башне ректора, — так же тихо ответила Ссерша. — Все другие проходы закрыты, придется идти официальным путем.

— Ссерша, ты должна сразу выдавать полную информацию, — я прикрыла глаза, усмиряя вспышку бешенства. — Это слишком опасно!

— Все будет хорошо, — уверенно сказала змейка. — До того, как мы войдем в подземелья — я буду отводить от нас взгляды. А на входе нас встретят другие ши-тари.

— Начни отсчет времени. Как только останется десять минут до начала занятий, ты переместишь меня в комнату — за книгами и тетрадями, а после к аудитории. И плевать на форму, как-нибудь переживу! — четко произнесла я.

— Ссерша поняла.

Самое противное, что я и сама чувствовала стремительно уходящие минуты. И когда мы с Ссершей крались по пустынным коридорам, и когда сворачивали и прятались в маленьких комнатах. Ведь, как выяснилось, ши-тари может отвести глаза далеко не всем.

— Сильные и опытные колдуны видят тех, кто пытается от них скрыться, — развела лапками Ссерша. — Нам осталось совсем немного. А потом Ссерша откроет переход от самого подземелья.

— А почему сразу нельзя было переместиться ко входу?

— Натянуты колдовские нити, — вздохнула змейка, — зазвенят, если переместиться рядом с ними. Ссерша открыла переход так далеко и так близко, как только возможно.

Мы шли через пустынные переходы и за все время нам так никто и не встретился. И я как-то подуспокоилась и даже смогла оценить картины, украшавшие стены.

— Направо, — прошелестела змейка.

Из пафосно-золотого коридора мы вошли в узкий, неприметный проход, который вывел нас в круглую комнату, в центре которой темнел такой же круглый лаз.

— Это что?

— Спуск вниз, — спокойно ответила Ссерша. — Здесь берет начало винтовая лестница, которая приведет к входу в подземелье.

— Ясно.

Ступени были узкими и страшно неудобными. Но что хуже, на лестнице не было никакого освещения. Абсолютно никакого!

Не сдержав любопытства, я прижалась к перилам лестницы и вытянула руку, пытаясь нащупать стену. Дотянуться удалось лишь кончиками пальцев.

«Ого, отсюда можно рухнуть вниз», оценила я и стала спускаться куда аккуратней.

Вот только какая-то чуйка, какая-то неясная тревога гнала меня вниз все быстрее и быстрее. Ссерша скользила рядом и только время от времени обеспокоенно шипела:

— Аккуратнее, госпожа Доркас, умоляю.

— Мало времени, это раз. И два, если нас кто-то встретит, то деться тут некуда!

— Кому может понадобиться спускаться в подземелье? — отозвалась Ссерша.

В ответ на это я только фыркнула и еще больше ускорилась.

«Интересно, вариант «простите, я заблудилась» сработает?», промелькнуло у меня в голове.

Или попытаться понадеяться на всемогущество магии и соврать, что сама не понимаю, как тут оказалась? Вдруг получится списать все на случайный портал или чью-то злую шутку?

Сердце стучало все сильней. Это на меня так действует темнота или это предсмертный хрип моей несчастной интуиции, которая пытается предупредить меня о чем-то неприятном и травматичном?!

Неудачно оступившись, я, без единого возгласа полетела вперед. В голове, одна за другой, предстали воистину чудовищные картины моего ближайшего будущего и в этот момент я со всего маху впечаталась в чью-то крепкую грудь!

Никогда, никогда за свою жизнь я не чувствовала сразу столько паники и столько облегчения! Это было что-то вроде: «Господи, спасибо, я цела!» и еще одна мысль, которую можно обозвать двумя словами: «матерный лай». Потому что…

Потому что если я в кого-то в темноте впечаталась, значит этот кто-то тоже не хочет быть узнанным.

— Я тебя не щупала, ты меня — тоже, — прошипела я и попыталась просочиться мимо парня и перил, к которым он меня прижимал.

И я, хоть убей, не понимала, как именно оказалась в настолько компрометирующей позе.

Но он меня не отпустил и зажег перед кончиком моего носа крохотную искорку.

— Доркас?!

— Арт?!

— Не важно, — он дернул плечом, — бегом наверх!

Мы успели только дернуться, как услышали дробный перестук каблуков. Кто-то спускался к нам. Кто-то спускался к нам так быстро, что перескакивал через ступень.

Глаза Арта загорелись нехорошим огнем:

— Не дамся.

И в его голосе было столько мрачного отчаяния, что я на мгновение опешила. А после, протянув руку вперед, сжала ладонью его крепкое плечо:

— И насколько ты силен?

— Что? — оторопел Арт и тут же добавил, — что ты делаешь?!

— Юбку задираю, — отозвалась я. — Искру погаси, может, что-то и выгорит!

По счастью, дракону не пришлось ничего объяснять — когда он увидел, что я перелезаю через перила, он тут же повторил за мной. И теперь мы зависли над бездной, причем Ссерше повезло больше всех — она свернулась в удобный калачик на животе Арта.

Почему на животе? Потому что спинами мы упирались в перила, а ступнями в стену. На наше счастье, перила не были ни резными, ни витыми, а монолитными. Вообще вся лестница была как будто цельная.

Единственная моя проблема состояла в маленьком росте. Мне едва-едва удалось превратить себя в эдакую распорку и я чувствовала, что еще немного и мое тело полетит вниз.

Внезапно нас осветило теплым, оранжевым светом. Кто бы ни заставил Арта бежать, сейчас он был рядом с нами. Буквально руку протяни и мы тут, тепленькие.

— Господин декан, — а вот и обладательница каблучков, — никто не поднимался. Я прибежала сразу же, как получила ваше сообщение.

— Невозможно, — бросил декан.

И я тут же узнала его голос — это глава Первого Факультета, господин Теирту.

— Я клянусь вам, — пылко отозвалась неизвестная женщина.

А я почувствовала, что еще немного и полечу вниз.

— Мне почти удалось поймать его.

«Да идите же отсюда!», хотелось заорать мне. Но я лишь стиснула зубы и зажмурилась.

Держаться. Держаться-держаться-держаться. Пусть спина и бедра уже разрываются от боли, пусть по вытянутому в струну телу вот-вот пройдет спазмическая дрожь. Держаться.

Увы, мой маленький рост не позволяет мне полноценно упереться в перила спиной. И я касаюсь перил лишь лопатками.

— Могу ли я спросить, кого именно вы искали?

«Господи, вам что, больше негде поговорить?!»

— Это совершенно неважно, моя дорогая, — бархатно произнес декан Теирту. — Ему удалось уйти. Знать бы еще, зачем ему так нужно было в подземелья? Идемте, не стоит привлекать внимание ректора. Он не слишком любит чужаков в своей башне. И я, как дракон, могу его понять.

— Но у вас нет своей башни, — удивилась обладательница каблучков. — Как же вы можете его понять?

— Нет, — согласился декан, — а у вас нет остроты ума, но это не мешает вам мечтать занять место декана Третьего факультета, не так ли?

— Вы хотите сказать, что я глупая? — обиженно спросила таинственная мечтательница.

«Да! Да, ты тупая! А теперь валите уже отсюда!», мысленно заорала я.

И в ту же секунду почувствовала опору под поясницей. Скосив взгляд направо, я увидела, что это Арт протянул руку и теперь поддерживает меня, давая роздых усталым мышцам.

Свет начал перемещаться, а значит преподаватели уходили. И уходили совершенно неторопливо.

Наконец, свет удалился достаточно высоко и можно было попытаться вернуться на лестницу. Вот только…

— Я не смогу, — мрачно произнесла я. — Кажется, я сейчас..

Договорить я не успела. Все тело прострелила острая боль и я рухнула вниз. А следом за мной и Арт!

В полете он умудрился прижать меня к себе, а после… А после нас что-то остановило! Резкий рывок и мы замерли, вновь прижатые к перилам.

— Забирайся на лестницу, — буднично приказал дракон, чьи глаза мягко серебрились в кромешной тьме.

— Д-да.

Оказывается, в полете я успела обхватить его за шею и теперь мне предстояло убедить свои руки отпустить дракона. Это было нелегко.

Прийти в себя мне удалось лишь после осознания, что Арт удерживает нас не магией, а одной рукой! О, это придало мне сил и энергии, и я быстро, хоть и не слишком ловко, перевалилась через перила на лестницу. И тут же обеспокоенно позвала:

— Ссерша?

— Спеш-шу, — раздалось откуда-то сверху. — Нельзя использовать магию. На лестнице появились нити!

— У нас осталось двадцать минут, — зашипела я не хуже ши-тари.

— Если вы вниз, — усмехнулся невидимый в темноте дракон, — то нам по пути.

— Да? — скептически уточнила я, — а зачем тебе туда?

— А тебе?

— Ши-тари взяли в заложники мою одежду, — я пожала плечами и начала спускаться. — До начала занятия осталось восемнадцать минут, а моя форма все еще не на мне. Арт?

Дракон молчал минуты две. Я даже забеспокоилась, что он остался где-то выше.

— Хорошо, что темнота скрывает выражение моего лица, — глубокомысленно выдал Арт. — Все-таки мне не почину так сильно выпучивать глаза.

— А ты их сильно выпучил? — хихикнула я.

— Очень, очень сильно. Возможно, я мог стать первым драконом похожим на лягушку, — рассмеялся Арт.

— И ты все еще хочешь стать моим куратором? — заинтересовано спросила я. — Ты ведь понимаешь, что тогда нам придется общаться больше?

— А ты понимаешь, что куратор не будет тебя учить? Он будет лишь выискивать в твоем поведении драконьи мотивы, — сухо произнес Арт. — А я, как ты понимаешь, заинтересован в том, чтобы им всем было как можно хуже.

— А если не понимаю? — тихо спросила я. — Темнота толкает людей на разные глупости. В том числе и на признания — я не знаю кто ты, Арт. Подозреваю, что вы с Артиэнном Берлевеном братья. У вас даже имена одинаковые.

— У нас одна мать, — коротко ответил дракон. — И я слышу, что ты говоришь правду. Но как? Неужели тебе не показывали меня? Не предупреждали, что от этого монстра нужно держаться подальше?

— А разве я могла тебя где-то встретить? — я пожала плечами, — знаешь, таких как я не особенно балуют рассказами о внешнем мире.

— Да, — согласился дракон. — Прости.

— Ничего, — я пожала плечами. — Так кто ты?

— У тебя слишком мало времени, чтобы тратить его на такой разговор. Тем более, что мы пришли.

— Но это просто стена! — возмутилась я.

Дракон заржал и посоветовал посмотреть вниз.

Ну да, логично, что у низкорослых ши-тари такие же, мгм, невысокие дверные проемы. Но, что весьма забавно, у этой недо-двери две створки! Пафос, однако ж.

Эти самые створки медленно распахнулись и на нас выплеснулся мягкий оранжевый свет.

— Я надеюсь, там хоть где-то есть места для тех, кто чуть выше обеденного стола? — проворчала я.

— С твоим ростом, Доркас, тебе не должно быть тут слишком неудобно, — поддел меня Арт. — Это мне, высокому, красивому и сильному дракону придется страдать и изнемогать от местной архитектуры…

От пинка он увернулся, а жаль.

— Ссерша проводит, — прошипела моя змейка и просочилась мимо нас. — Следуйте за мной.

— И на все про все у нас четыре минуты, — напомнила я. — Потому что еще десять понадобиться на перемещение за учебниками и тетрадями, а потом к аудитории.

Следуя за уверенной змейкой, я только тяжело вздыхала. Если я что и ненавижу в этой жизни, то это гусиный шаг!

Но и на коленях ползти тоже не возможно — во-первых, длинная юбка, а во-вторых это моя единственная приличная одежда. И когда я смогу купить еще один комплект — неизвестно.

Шаг, еще шаг, еще. Ну когда уже мы хоть куда-нибудь приползем?! Перспектива пойти на занятия в своей одежде становилась все более и более привлекательной!

Наконец Ссерша замедлилась и я выдохнула — конец гусиному шагу. В этот же момент откуда-то изнутри подтолкнуло — осталось тринадцать минут до начала занятия. А мы только-только доползли до еще одних пафосно-карликовых дверей.

Ши-тари коснулась позолоты ладошкой и путь был освобожден. Мы поспешили выйти из слишком низкого коридора и первые несколько секунд я просто наслаждалась благодарностью собственного позвоночника — он очень оценил возможность распрямиться!

И только после этого я осмотрелась и немного поежилась. За последней преградой скрывался очень странный зал. Мы как будто оказались в центре улья, где кто-то подвесил в воздухе полупрозрачную шестигранную плитку. Покатые стены сходились наверху воедино и оттуда, со стыка, свисала гроздь шаров, от которой исходил яркий оранжевый свет. И если посмотреть вниз, то можно увидеть, что идеальную симметрию — стены шли вниз, где сходились воедино. И из стыка прорастала гроздь шаров, идентичная верхней. Вот только эти шары не светились.

Две минуты.

— Ши-тари рады приветствовать вас, госпожа.

Рассматривая убранство Гнезда, и наслаждаясь медово-перцовым ароматом, я совсем не заметила хозяев дома. Или просто внезапно появились? Неважно, на политесы времени уже нет.

— Я не рада, — уверенно ответила я. — Мне обещали сделку, а время до начала занятий стремительно истекает. Давайте отложим задушевные разговоры и каждый получит то, что хочет.

Ссерша зашлась шипящим смехом, а стоящая прямо напротив нас змейка недовольно произнесла:

— Ши-тари не волнуют дела остальных рас.

— Я — не ши-тари, и меня мои дела волнуют. Одна минута и я ухожу.

Змейка, чьего имени я не узнала, щелкнула пальцами и передо мной появился такой же кристалл, какой я уже наполняла. Там, в лабиринте ужаса. Ну, почти такой же — этот накопитель явно был частью чего-то большего, у него были небольшие крючочки, чтобы цепляться к… К черте его знает чему.

«Не забыть бы навестить господина Васси», промелькнуло у меня в голове, когда я укладывала ладони на ледяную поверхность накопителя.

Дальше все было просто — я представила, что тепло исходит из моих пальцев и впитывается в кристалл. Прошла минута и накопитель загорелся тепло-оранжевым цветом.

— Я свою часть сделки выполнила, — сказала я, убирая ладони.

— Форма, — коротко распорядилась ши-тари.

И я чуть пошатнулась, ощутив, как на мне сменилась одежда.

— Ваша одежда будет должным образом вычищена и доставлена в вашу спальню, — холодно произнесла ши-тари и бережно обхватила накопитель.

Я успела только моргнуть, а камень и змейка исчезли.

— Протяните мне руки, — прошелестела Ссерша.

Миг и мы стоим посреди парка. Я не успела задать ни единого вопроса, как мы трое оказались в моей спальне.

— Нельзя было переместиться из подземелья в комнату, — сказала Ссерша, — если кто-то будет проверять след, то придет в парк.

Восемь минут до начала занятия, отметила я краем сознания. И тут же поперхнулась воздухом — дракон, оглядевшись по сторонам, завалился на мою заправленную постель. А на мой возмущенный взгляд ответил:

— Тесновато, надо лечь.

— А ты всегда ложишься, когда тебе тесновато?

— Смотря с кем мне тесновато, — усмехнулся наглец.

Семь минут до начала занятия.

Спохватившись, я подхватила узкий кожаный ремешок — изрядно потрепанный — и принялась увязывать стопку тетрадей и учебников. В расписание я заглянуть не успела, поэтому приходится положиться на то, что Ссерша хорошо читает. И понимает прочитанное.

— Что ты забыл у ши-тари? — спросила я и затянула ремешок.

— Уже ничего, — он криво улыбнулся. — Вечером скажу. А ты постарайся никому ничего не обещать.

— Я помню, — мне с трудом удалось подавить желание закатить глаза.

Арт резко сел и отрывисто произнес:

— Этого недостаточно. Ты наивна как… Я не знаю, как кто. Если и были в нашем мире такие наивные существа, то давно уже вымерли.

— Наивность и не знание не одно и то же, — серьезно сказала я.

И дракон кивнул:

— Вот вечером и посмотрим.

Четыре минуты до начала занятия. Черт!

— Ссерша! Мы опаздываем!

— Поверь, когда ты появишься перед аудиторией в моем сопровождении, — Арт встал и картинно потянулся, — тебя будут жалеть и никто ничего не спросит.

— Почему? — я протянула руку и коснулась лапки Ссерши.

Мгновение и мы стоим перед узкой дверью, рядом с которой замерло с десяток парней и девчонок. И все они в немом изумлении вылупились на нас.

— Сделай испуганный вид, ведь тебя проводил на занятие не кто-нибудь, а Артаганн Каулен, — шепнул он мне на ухо, после чего развернулся спиной и пошел по коридору.

А люди, стоявшие на его пути, прижались к стенам. И все, как один, зажмурились.

"Кажется, я встряла очень, очень глубоко", пронеслось у меня в голове. И мне не нужно было прилагать усилий к тому, чтобы выглядеть испуганной. Я реально запаниковала. И не сразу поняла, что наглец на прощание ущипнул меня за… за бедро.

Так или иначе, но не успела я привести свои мысли в порядок, как распахнулась дверь в аудиторию, а по коридору проплыл тихий мелодичный перезвон.

Студенты, как я понимаю, мои однокурсники, потянулись внутрь. И я каким-то образом оказалась во главе этого действа. Так что в учебную аудиторию я вступила как королева. Как бледная, перепуганная трясущаяся королева, которую главный монстр страны ущипнул за ляжку. Простите, за бедро, ведь у королев ляжек нет.

"Что это было? Он понял, что я попала сюда из другого мира и пожалел меня? Он забавляется? Он читает в моей голове мое прошлое и это ему вместо вечернего сериала по пятому?!" вопросов было много, а ответов мало. Точнее, ответов не было вообще.

— Вы со скандалом поступили в КАМ, стремились учиться, а сейчас смеете игнорировать меня?! — хлесткий женский голос заставил меня вздрогнуть и оторвать взгляд от столешницы.

Столешницы? Когда я успела выбрать себе место?

— А? Ох, простите, пожалуйста, я…

— Профессор Лейтиш, ее к аудитории Каулен доставил, — раздался негромкий, вежливый голос. — Она сама не своя была.

— Каулен, — скривилась профессор и отрывисто произнесла, — не ходи одна. Не каждый родовой дар полезен. Хорошо, я повторю специально для тебя. Открывай тетрадь и записывай!

Я схватилась за свою перетянутую ремнем стопку, та чуть не упала, но профессор подхватила ее магией. Одно движение узкой брови и все мои учебные причиндалы раскладываются по парте.

— Успокойся, дитя, — чуть мягче произнесла профессор. — Твое сознание скоро справится с последствиями. Видимо, Каулену было интересно твое выступление перед Комиссией. Не стоит бояться, скорее всего он больше не подойдет к тебе. Этот студент держится в стороне от других.

Склонив голову, я взяла в руки карандаш и приготовилась внимать.

— Auxilium! Да, вот так, молодец. Подчеркни ударение, хорошо. Это заклинание убирает любую грязь с той вещи, на которую направлено внимание колдующего. Весьма полезное волшебство. Записала? Теперь постарайся меня услышать.

Профессор говорила со мной как с человеком, чей диагноз не оставляет надежд на золотую медаль отличника. Но почему? Проблема в выражении моего лица или это оборотная сторона дара Каулена? Все, столкнувшиеся с его любопытством, стремительно теряли мыслительные способности?

"Каулена боятся из-за того, что он не только читает мысли, но еще и оставляет после себя эффект умственного расстройства", пронеслось у меня в голове.

Значит, если я не припоминаю за собой эпичной тупости, то он не читал меня?

— Auxilium! Повторяйте за мной! Auxilium! Дитя, попытайся сосредоточится и повтори.

— Auxilium! — послушно произнесла я.

И, к своему удивлению, почувствовала какое-то призрачное шевеление внутри себя. Как будто тот теплый и обычно неощутимый шарик магии чуть встрепенулся, потянулся и передумал выползать наружу. Как будто его недостаточно хорошо попросили.

— Хорошо, но ударение на последнюю гласную букву, — улыбнулась профессор. — Повторяем! Auxilium!

В аудитории загудел нестройный гул голосов.

И я, встряхнувшись, принялась старательно «распеваться». Впереди самостоятельная жизнь и пусть у меня есть Ссерша, это еще не повод отказываться от лишних знаний!

Хотя я, пусть и не отдавала себе в этом отчет, рассчитывала на что-то более интересное.

«Впрочем, мы тут на год», подумала я, повторяя заклинание следом за профессором, «Нас научат пачке полезных заклинаний и, выдав свиток, отправят куда подальше. То есть, в светлое будущее».

— Хорошо, закончили. Перерыв пять минут, затем практика. Соберите вещи. Нет-нет, дитя, я помогу тебе.

Профессор произнесла несколько слов и мой тонкий ремешок превратился в бесформенный кожаный кошель, куда нырнули взлетевшие книжки и тетради.

— Каждое утро наполняй его силой и он прослужит не меньше года, — сдержанно произнесла профессор.

— С-спасибо.

— Молодец, — умилилась профессор Лейтиш, — так, глядишь, и попрактиковаться сможешь.

«Хм, вот всегда знала, что истинное мастерство это вовремя прикинуться дурой», подумала я, глядя в спину профессору.

Глядя на студентов, которые собрали вещи и взяли сумки в руки, я тоже схватилась за свой новый кошель. И с трудом сдержала понимающий хмык — на ощупь кожа была тонкой как шелк. Видимо, тут нельзя создать что-то из ничего. Или требуется какой-то запредельный уровень колдовской силы.

— Строимся и выходим, — приказала профессор Лейтиш и грозно сверкнула взглядом, — за шум и неподобающее поведение вы отправитесь на кухню. Будете помогать ши-тари мыть посуду.

Порядка стало больше. Едва слышный шепоток, сопровождавший построение, погиб в страшных муках, а мы замерли, боясь лишний раз вдохнуть.

— За мной.

Двери распахнулись и наш запуганный отряд отправился на практику. Сильно подозреваю, что эта практика будет совмещена с уборкой Академии. Ну а что? Так-то мы могли в аудитории попрактиковаться. Налить на парту что-нибудь, удалить это самое что-нибудь. И так далее.

Я оказалась права. Профессор привела нас в холл, через который в Академию вливался основной поток студентов. И, разумеется, на полу были грязевые разводы.

— Пробуйте, — профессор обвела рукой пространство. — И помните, что вы должны сосредоточиться на мешающем вам загрязнении. Только в этом случае заклинание может сработать.

— Auxilium! — негромко произнесла я, сверля взглядом кучку чего-то неприятно-бурого.

Кучка проигнорировала и меня, и мою магию, которая крайне лениво и неохотно плеснула теплом с кончиков пальцев.

— Auxilium!

Кучка немного деформировалась, став еще омерзительней.

— Auxilium!

— Ссерша может помочь, — страшным шепотом известила меня моя змейка.

— Откуда ты здесь? — оторопела я.

— Сопровождаю госпожу, — спокойно сказала ши-тари. — Госпожа хочет, чтобы холл стал чистым?

— Госпожа хочет научиться очищать пол сама.

— Госпожа больше не хочет Ссершу? — ужаснулась змейка.

— Госпожа хочет Ссерш… Тьфу! Все в порядке, я никогда и никуда тебя не прогоню, — тут около моей руки появилась золотая искорка. — Я просто хочу научиться уничтожать грязь. Это полезно для контроля над силой.

— Попробуйте захотеть убрать грязь, а не научиться это делать, — посоветовала змейка. — Такой красивый пол, разве грязи здесь место?

Я всмотрелась в плиты пола. Нежно голубой цвет с приятными малахитовыми прожилками. Выглядит как очень дорогой натуральный мрамор. Ох, местами еще и золотые искорки-всполохи присутствуют!

И на этом великолепии нахально разлеглась эта мерзкая приплющенная кучка… бесит!

— Auxilium!

Ой.

— Неплохо, — произнесла профессор Лейтиш, — но где же теперь будет практиковаться остальная часть вашей группы?

Я покаянно опустила голову, а профессор рассмеялась:

— Ваша ши-тари дала вам действенный совет. Но старайтесь дозировать, гм, эмоции. Вы, люди, колдуете с чувством и из-за этого вам сложнее управлять силой. Оборотни и драконы, чтобы подчинить себе свой дар, должны в первую очередь подчинить свои эмоции, заковать их в цепи самоконтроля и… И это тема совершенно другого занятия. А вот и опоздавшие! Чудесно, сейчас они натопчут!

Вот только ввалившаяся группка студентов, узревшая сверкающий чистотой пол, тут же повзлетала над ним.

— Доброго денечка, профессор, — поздоровался один из летунов. — Вы не гневайтесь, мы грязи ни-ни, не оставим ни капельки.

— От меня вы это вряд ли когда-то слышали, — кашлянув, произнесла Лейтиш, — но нам сейчас не помешала бы парочка грязных следов.

Летуны замерли, а потом, все как один, бухнулись на пол

— Эт мы запросто, — фыркнул один из студентов.

И группа опоздавших, радостно гомоня, отправились по своим делам. Последнее, что я услышала, было:

— И ведь никто не поверит, что сама мегера разрешила наследить в холле!

Мегера? Я посмотрела на высокую и худую женщину. Не очень-то похожа.

— Студентка Лагрант, вы можете быть свободны, — сказала мне профессор Лейтиш.

— Благодарю, — я склонила голову. — Ссерша?

Змейка с готовностью протянула мне лапки и мы вернулись в нашу гостиную.

— Подать чай? — предложила змейка.

— Нет, спасибо, — я села в кресло. — Ты знаешь, что такое индекс Хортма?

— Это уровень силы мага, — Ссерша посмотрела на меня, — в Академии есть артефакт, который измеряет индекс. Госпожа желает попробовать?

— Да, — кивнула я. — Это платно?

— Нет, — покачала головой змейка. — Есть артефакты, которыми могут пользоваться все.

Я вновь взялась за тонкие прохладные пальчики Ссерши и она перенесла нас в затененный коридор.

— Дальше надо идти без магии. Запрещено колдовать вблизи комнаты. Говорят, сбиваются настройки, — пояснила ши-тари.

Мы пошли вперед, и у самой двери я столкнулась с Берлевеном.

— Артефакт Хортма бесполезен для искры рода, — сухо произнес дракон, сверля меня осуждающим взглядом.

— Отчего же?

— На его шкале недостаточно отметок.

— Хороший повод добавить пару лишних черточек, — прищурилась я.

— Вы сбежали с урока?

— Раньше закончила. Так фонтанирую эмоциями, что освоила заклятье практически с первого раза, — светски улыбнулась я.

«Преувеличение это ведь не ложь, верно?».

— Декан Теирту послал меня за вами, студентка Ла… Лагрант.

А, видимо, пора вильнуть хвостом и протащить в кураторы Арта. Но… Стоит ли?