10.1

Вместо ответа он загадочно посмотрел на нас и спросил:

— Готовы ли вы принести клятву о неразглашении?

Мы были настолько заинтересованы, что, тут же дали клятву молчать о том, что услышим сейчас. Велайя, конечно, сначала раздумывала, ведь в ней говорила журналистская жилка, которая чуяла сенсацию и не хотела от неё отказываться. Но всё же любопытство победило.

— Что вы знаете о фениксах? — неожиданно спросил он.

— Сказки.

— Их не существует.

— Да ладно!

Переглянувшись между собой, мы требовательно уставились на мистера Брудиша. Конечно все слышали легенду о сотворении нашего мира великим белым фениксом — Валтуром. Но вот остальные упоминания о фениксах были только в сказках, которые нам читали в детстве родители. Считается, что фениксы жили несколько тысячелетий назад, поэтому всё давно обросло легендами.

— Что ж, если верить истории, то фениксы жили очень давно и намного южнее отсюда, — гном не стал долго тянуть и начал рассказ. — Солнце, тепло и горы — вот идеальное место для этих бессмертных птиц. Нет, они, конечно, умирали, сгорая в собственном огне, но позже перерождались, сохраняя память прошлых лет. Отсюда и поверье что они бессмертны. Вообще я не очень много нашел информации, но смею предположить, что здесь самая полная коллекция знаний об этой прекрасной расе. Которую я периодически пополняю, благодаря ректору и Коустеру.

— Чтобы сохранить баланс природа наградила их очень сложным процессом вынашивания, поэтому обычно у одной пары был всего один птенец, — продолжил он, — Если верить летописям, то их община была небольшой, не больше тысячи особей, когда случилось несчастье. Оказалось, что то, что возрождается в огне, в огне и умирает. Проснулся вулкан, у подножия которого они жили, и во время извержения вся община погибла. Это если верить старинным летописям.

Мы сидели и завороженно слушали библиотекаря. Трудно было поверить в такое.

— А почему мы тогда не слышали о них? — в Велайе проснулся дух журналиста. — За столько лет уж полукровки да должны были появиться.

— У фениксов не бывает полукровок, — печально покачал головой мистер Брудиш, — Если феникс вступает в брак с представителем другой расы, то фениксы уже не родятся. Над этим вопросом бились сами фениксы, но пока безрезультатно.

— И всё же, почему не может родиться феникс? — не сдавалась Велайя.

— Потому что птенцы вылупляются из яиц, которые высиживает мать, подогревая их своим огнем, — вдруг со стороны раздался голос. — Первые несколько лет жизни птенцы не умеют превращаться в людей. А ни одной женщины-феникса в живых не осталось. Выжили только шестьдесят мужчин, которые в этот момент находились с дипломатической миссией в соседнем государстве.

Теперь его глубокий голос не казался чужеродным. Зная, кто он на самом деле, по-другому воспринималась его внешность. И понятно становилось откуда эта печаль в глазах.

Мне стало стыдно за своё поведение, и я постаралась извиниться.

— Коустер, извините, пожалуйста, меня. Не знаю, что на меня нашло, и правда влезла куда не просили. Глупо вышло, — обратилась к нему.

В ответ он повернулся ко мне, вгляделся (жутко выглядело на самом деле), нахмурился, а потом понимающе усмехнулся.

— И правда не хотела, — глядя на наши непонимающие лица, пояснил: — Всё дело в зельях, которые ты вчера приняла. Они имеют побочные эффекты. Один из них — агрессивность. Еще пару дней будешь срываться по пустякам, потом сойдёт на нет.

— Что за зелья? — поинтересовался мистер Брудиш.

Говорить про запрещенные зелья не хотелось, вдруг бы он донёс ректору. Поэтому сказала, что по ошибке выпила большую дозу снадобья для сна, а потом пришлось выпивать антидот.

— Эх, Анита, Анита, — покачал головой недовольно библиотекарь. — Если не хотела говорить, то лучше промолчала бы. Врать зачем?

И тут я вспомнила наше знакомство и покраснела.

— Простите, мистер Брудиш, я нечаянно. Там ничего серьезного, правда.

— Опять врешь ведь.

— Да приворотное в ней. Явно непроверенное, в первый раз такой состав вижу, — вмешался в наш диалог феникс. — А вот антидот хороший, от сильных ядов. Дорогое удовольствие, даже интересно, где взяли.

Повернувшись к девочкам, увидела недоумение на их лицах и вспомнила, что ничего не говорила о способностях гнома. Тут же рассказала о том, что он чует ложь.

— Так вот в чем дело! — воскликнула Велайя. — Вот откуда вы знаете когда вам врут про книги. А многие считают, что на учебниках стоят следилки, только найти не могут. И каждый год кто-нибудь пытается обхитрить вас. Даже тотализатор есть.

— Да я знаю, — отмахнулся гном, — Сам же и создал. Неплохой доход получается.

— А как у вас это получается? Ведь вы просто ложь чувствуете. Или еще и мысли читаете? — Лие тоже стало интересно.

— Да всё просто. Ведь весь смысл состоит в том, чтобы прийти, сказать, что случилось с книгой, да так чтоб поверил. Тут-то и работает мой дар распознавания лжи, о чем я и заявляю студенту. А на случай, если он как-то воздействует на книгу, то там и правда стоит хитрая следилка, которая считывает все магические манипуляции, проведенные над книгой и тут же передаёт сюда, в картотеку.

— Я, кстати, благодаря своему дару в детстве вывел Коустера на чистую воду, — продолжил гном, усмехнувшись посмотрел на феникса. — Именно ему я полюбил легенды и старинные истории, очень уж захотелось самому понять, что случилось тогда.

— Это да, такой занозы я еще не встречал, — засмеялся Коустер, делаясь совсем похожим на мальчишку. — Он путался под ногами, задавал кучу вопросов. С завидным упорством подходил снова и снова, пока однажды не пришел со словами: «Я знаю кто ты». Сколько тебе было на тот момент?

— Шесть.

— Да. Вот с тех пор я иногда посещаю моего маленького друга. И на период своего взросления побуду здесь.

— А сколько вам еще взрослеть? — это уже я поинтересовалась.

— Можно кстати на ты. А взрослеем после перерождения мы быстро, так как умственно развиваться нам не надо. Весь период занимает от двух до трёх лет, после чего мы достигаем своего пика развития. Внешне это примерно от двадцати пяти до сорока лет, в зависимости от силы самого феникса и когда он вошел в свою полную мощь при первом воплощении. В таком виде проживаем несколько сотен лет, а потом также быстро стареем и умираем, чтобы переродиться вновь.

— То есть скоро ты уйдешь?

— Посмотрим.

Вскоре мы засобирались на обед, который уже подходил к концу. Слишком незаметно пролетело время, а благодаря чаю и незаменимым пирожным, чувство голода притупилось. Уже на выходе нас нагнал вопрос библиотекаря:

— А для чего вы, кстати, заходили? Явно же не помощника моего разглядывать.

Хлопнув себя по голове, пришлось возвращаться и просить нам выдать пораньше каждому набор книг. Буквально через десять минут, мы, нагруженные учебниками, возвращались в общежитие, возле которого, переминаясь с ноги на ногу, обнаружился Ник. Которого, конечно, мы тут же нагрузили книгами и остаток пути прошел намного веселей.

А потом мы отправились на обед. И я даже настолько отвлеклась на новую информацию, что совсем забыла про вчерашнее. Но вот некоторые не хотели забывать о моем участии, и поэтому, как только мы с едой расположились уже за привычным нам столиком, со своего места встала Юлина и решительно отправилась в мою сторону.

— Привет, — поздоровалась Велайя с подошедшей стихийницей, только та её проигнорировала, сразу повернувшись ко мне.

— Слушай сюда, как тебя там, чтобы я тебя больше возле Криса не видела. Ты это поняла? — тут же накинулась она на меня.

— Нет, — вот не хотела же к принцу приближаться, но она так бесить начала, что сдержаться не смогла.

— Ты тупая что ли? — она начала злиться еще больше. — Ты мне вчера весь вечер испортила. Крис должен был наконец понять какая я красивая, и если бы не ты, то сегодня мы уже были парой. Если не хочешь неприятностей, то сиди тихо как мышь. Хотя ты и есть мышь.

Хм, мышью меня еще ни разу не называли. Не с моими внешними данными. Простить такое я точно не могла.

— Ага, парой по принуждению, — намекнула ей на приворот, но она даже не поморщилась, — Если я мышь, то почему тогда Крис вчера ушел со мной, а не с тобой?

— Да если бы ты не выпила чужой бокал, то он даже не подошел к тебе, — уверенно заявила она.

И в принципе была права. Только вот признаваться в этом не хотелось. Краем глаза заметила приближающегося принца и, как всегда, мозг не поспел за телом.

— Ну это не помешало нам с ним целоваться, — довольно произнесла я глядя как у всех опадает челюсть.

Подмигнув Юлине, встала и направилась наперерез принцу. Он явно такого не ожидал и притормозил, тихо спрашивая всё ли в порядке. Быстро, чтобы не передумать, обвила руками его за шею и прижалась губами к его губам, неловко пытаясь изобразить поцелуй.

После чего отстранилась и красиво чеканя шаг, сбежала, оставляя принца в ступоре стоять в центре столовой.

И только на улице вспомнила, что так и не поела опять ничего. И похоже на ужин я теперь тоже не пойду!