31

Желудок Несты урчал от голода. Она уже усаживалась за стол, когда в столовую явился Кассиан.

Правильнее сказать, прихромал.

Неста сдавленно вскрикнула, увидев синяк у него под глазом, рассеченную губу и поврежденную челюсть.

– Что случилось?

Кассиан дотащился до стула и тяжело плюхнулся на сиденье.

– Немного развлеклись с Ризом.

– Ты похож на отбивную.

– Видела бы ты Риза, – хрипло засмеялся Кассиан.

– Зачем вы устраиваете такие поединки?

Если причиной был ее ночной кошмар…

– Ризу понадобилось развеяться, – вздохнул Кассиан, глядя на появившуюся тарелку с жареной курятиной и миску рисового супа. – Его привыкли видеть спокойным и уверенным, но это клетка. А ему нужно регулярно выбираться из клетки на свободу.

– Похоже, мы с тобой по-разному понимаем, что значит выбираться на свободу.

Кассиан хмыкнул, зачерпнув ложкой суп.

– Мы бились не потехи ради, а чтобы снять напряжение.

– Чем оно вызвано? – спросила Неста, понимая, что не вправе спрашивать.

Кассиан опустил ложку. Его лицо помрачнело.

– У ребенка… есть крылья.

Неста несколько раз удивленно моргнула, пока до нее не дошел смысл услышанного.

– А откуда это известно?

– Магия Маджи позволяет увидеть общие очертания ребенка в матке и проверить, все ли с ним благополучно. Плод уже достаточно крупный, и Маджа сказала, что за руки и ноги можно не волноваться. И вдобавок у ребенка… крылья.

Неста впервые слышала, чтобы фэйская магия была способна на такие чудеса, позволяя заглянуть внутрь матки.

Ей было не заглушить тихий голос, спрашивавший, какой оказалась бы ее собственная сила, если ту спустить с поводка. От этого голоса ее охватила паника. Казалось, сами мысли о такой возможности выпускают на поверхность ее магию.

– Значит, Ризанд не хочет, чтобы у ребенка были крылья?

– Дело не в этом, – ответил Кассиан, продолжая есть. – Для Риза это радость, как и для нас с Азом, и для Фейры. Мы научим ребенка летать, любить небо и ветер, как любим их мы. Но это будет потом. А сначала ребенку нужно родиться.

– Я что-то не понимаю.

– Много ли иллирианских полукровок ты видела?

– По-моему, только Риза.

– Ничего удивительного. Такие полукровки встречаются крайне редко. Но у Риза мать была иллирианкой. А иллирианские женщины крайне редко выходят замуж и рожают за пределами их селений. Иллирианские мужчины ведут себя свободнее. Они не прочь поразвлечься с другими женщинами, но ты редко увидишь потомство.

– Почему?

– У иллирианок кости таза устроены так, что крылатый ребенок проходит свободно. У фэйских женщин нет. И ребенок с крыльями во время родов рискует застрять. – Лицо Кассиана побледнело. – Большинство женщин умирают. Дети тоже. И никакая магия им не помогает. Единственный способ – расширить роженице таз, чтобы ребенок смог пройти. Но и это может убить младенца.

– Так что, роды погубят Фейру? – шепотом спросила Неста.

Вся ее злость на младшую сестру, вся горечь обид улетучились, сменившись неподдельным страхом.

– Выживают немногие. – Кассиан потянулся к лицу, но вспомнил, что оно покрыто ссадинами. – Но роды бывают настолько тяжелыми, что многие женщины оказываются при смерти или же их внутренности настолько повреждаются, что первый ребенок становится единственным.

– И даже усилия целителей не помогают?

Сердце Несты так колотилось, что ей пришлось на время забыть о еде.

– Если честно, сам не знаю. В прошлом делались попытки вырезать ребенка из материнской утробы. Но они… – Он содрогнулся. – Ни одна из рожениц не выжила.

Несте показалось, что ее кровь превратилась в кислоту.

– Поэтому такой путь исключается. – Кассиан качнул плечами. – Маджа будет постоянно находиться рядом с Фейрой и делать все, что сможет. И потом, мы еще не знаем, как магия Фейры отзовется на роды.

– Фейра подавлена?

– Она пока не знает обо всех опасностях. Но мы, выросшие здесь, прекрасно понимаем, каково фэйской женщине рожать ребенка с крыльями.

Неста усилием воли подавила страх, зашевелившийся внутри.

– И Ризу понадобилось через поединок с тобой выплеснуть свой страх?

– Да. Вместе с болью и чувством вины.

– Быть может, при другом Дворе есть более опытные целительницы, нежели Маджа. Я говорю про Дворы, где тоже живут крылатые. Например, Двор зари, где обитают перегрины. Наконец, есть сирфемы – соотечественники Дракония. У Мирьямы нет крыльев, и тем не менее она родила детей от Дракония.

– Завтра Риз отправляется на их остров. Мор осторожно пытается разузнать о том же самом в фэйских Дворах на континенте.

Он провел рукой по волосам. Сифон ярко сверкнул, поймав свет предзакатного солнца.

– Если есть способ уберечь Фейру от смертного приговора, Риз этот способ найдет. Он не остановится ни перед чем, пока не узнает, как спасти свою истинную пару.

В столовой установилась тишина. Груз, давящий на Несту, сделался невыносимым. Она не сомневалась: Риз это сделает. Чтобы найти способ спасти Фейру, верховный правитель отправится хоть на край света.

– Я попытаюсь погадать еще раз, – тихо сказала Неста.

Кассиан опустил голову, и его синяк зловеще вспыхнул в лучах заходящего солнца.

– После вчерашней ночи…

Неста вскинула подбородок. Если ребенок Фейры выживет… Неста не допустит, чтобы малыш родился в мире, вновь погруженном в войну. Но об этом она не сказала ни слова. Не смогла решиться на такое признание.

– Мне после вчерашнего надо восстановить силы. Гадание проведем завтра вечером.

– Я хочу, чтобы это было в присутствии Риза, Амрены и Аза.

– Хорошо.

Кассиан откинулся на спинку. Он представлял, какое комичное зрелище являет сейчас его вид: тяжелый взгляд, рассеченная губа и синяк.

– Почему ты меня не разыскала? – помолчав, спросил он.

Несте было достаточно услышать его непривычно низкий голос, чтобы понять смысл вопроса.

Она умела играть в отвлекающие игры. Кассиан знать не знал, как здорово она этому научилась. Неста тоже понизила голос и спросила:

– А почему ты меня не разыскал?

– Я же вижу по тебе. Похоже, ты потеряла ко мне всякий интерес после… – Он указал на стол, разделявший их, затем на пол, где Неста тогда стояла у него между ног, опустившись на колени. – Я тебе не сделал больно?

Неста грубо засмеялась.

– Нет, ты не сделал мне больно. – Она протянула руку, коснулась руки Кассиана и лишь потом подняла на него глаза. – Мне очень понравилось, как ты меня в рот…

Глаза Кассиана потемнели. Неста встала. Кассиан затих и лишь смотрел, как она обошла вокруг стола и встала рядом с его стулом.

– Ты хочешь разложить меня прямо на столе? – тихо спросила она, проведя рукой по гладкой поверхности.

Кассиан вздрогнул, словно представляя, как ее рука скользит по его коже.

– Да, – глухо признался Кассиан. – На столе, на стуле, в любом месте Дома.

– Не думаю, что Дому понравится столь бесстыдное поведение. Даже если он и поклонник непристойных романов.

– Я… Что?

У Кассиана сбилось дыхание.

Неста наклонилась и поцеловала его в рассеченные губы. Поцелуй не был нежным. Это был вызов: дерзкий, дразнящий, призывавший их обоих забыть страх и боль и соединиться.

– Я не настроена кувыркаться с мужчиной, который выглядит так, словно ему в питейном заведении хорошенько намяли бока, – сказала она, не отрывая губы от его губ.

– Мы можем притушить свет.

Неста усмехнулась. Глаза Кассиана затуманились от желания. Неста знала: стоит ей взглянуть вниз, и она увидит, сколь он возбужден. Но она не поддалась искушению.

Кассиан будет ей вознаграждением… когда она закончит гадание.

– Когда все твои синяки и царапины заживут и ты снова будешь выглядеть привлекательно, я позволю тебе совокупляться со мной в любом уголке этого дома, – пообещала Неста, отодвигаясь от него.

Кассиан схватился за подлокотники, удерживаясь от желания прыгнуть на нее. Его рот раскрылся в лукавой улыбке.

– Договорились.

Никто не спрашивал Несту, чем вызвана такая перемена в ее поведении, когда на следующий день, под вечер, они с Кассианом появились в кабинете дома у реки. Риз, Фейра, Азриель и Амрена уже ждали ее. На столе была разложена большая карта фэйских владений. Рядом стояла миска с камешками и костями.

Все они смотрели на Несту, молча оценивая ее. Но она смотрела только на Фейру в дальнем конце кабинета. Рука младшей сестры покоилась на слегка выпирающем животе.

Лицо Несты оставалось бесстрастным. Она слегка кивнула сестре, ощутив ненависть к себе, когда глаза Фейры потеплели, а на лице появилась осторожная улыбка. «Какая же я дрянь», – подумала Неста.

Ей было невыносимо видеть облегчение и счастье, вспыхнувшие в глазах Фейры. Радость, что старшая сестра не смотрит исподлобья, а ведет себя вполне учтиво. Не в силах выдерживать эту радость, Неста перевела взгляд на Ризанда рядом с Фейрой. Ей было достаточно взглянуть ему в глаза, чтобы приоткрыть щелочку в свой разум.

«Я не скажу Фейре ни слова», – мысленно пообещала Неста.

Неста делала это не из добрых побуждений, а просто чтобы не видеть предостережения, сквозившего в его взгляде. Он наверняка слышал или догадался, что Кассиан уже рассказал ей о крыльях ребенка.

«Спасибо», – только и ответил ей Риз.

Неста не спросила его, сумел ли он что-то узнать, побывав у Мирьямы и Дракония. Она подошла к столу. Кассиан следовал за ней. Но Неста забыла о нем, встретившись глазами с Амреной. Та наблюдала за нею с холодной неприязнью.

Из потаенных глубин памяти Несты выплыли слова, которые она все эти месяцы пыталась забыть. Каждое из них обдавало огнем: «Ты превратилась в никчемную прожигательницу жизни».

Неста отвела взгляд, сосредоточившись на карте.

– Не будем терять время.

– Два дня назад, когда ты пыталась гадать, ты что-нибудь почувствовала? – спросил Азриель, сидевший рядом с Амреной.

– Ничего. – Пальцы Несты застыли над миской с камешками и костями. – Меня одолевали мысли.

– О чем ты думала? – спросила Амрена.

О ненависти к себе самой. К отцу. О своем громадном страхе перед Котлом.

– О Сокровищнице, – ответила Неста. – И о том, чем кончилось мое тогдашнее гадание.

– Мы убережем Элайну от любого зла, – сказала Фейра. – Утром Риз окружил ее особыми заклинаниями, и теперь мы постоянно видим, где она и что с нею.

– Глаза можно и отвести, – возразила Неста.

– Только не мне, – с тихой угрозой сказал Азриель.

Неста посмотрела на него. Помимо Фейры, он был единственным, кто по-настоящему понимал ее нерешительность. Тогда он вместе с Фейрой отправился в самое сердце вражеского лагеря, чтобы спасти Элайну. Он понимал риск.

– Мы не повторим той ошибки, – добавил Азриель.

Неста поверила ему.

– Начинаю. – Она зачерпнула горсть камешков и костей.

Они были холодными как лед.

Плотно сжав их в кулаке, Неста закрыла глаза и вытянула руку над картой, разложенной на столе. Все молчали, хотя она чувствовала тяжесть их взглядов, устремленных на нее.

От Кассиана, стоявшего рядом, шло тепло. Его крылья шелестели рядом с ее спиной.

Это тепло, этот шелест станут ее якорем.

Позавчера он прибежал спасать ее от кошмарного сна. Он оставался рядом, пока она спала. Охранял ее и сражался за нее. Он и сейчас не допустит, чтобы с нею случилась беда.

Не допустит беды.

Не допустит беды.

Не допустит беды.

Бесконечная спираль мыслей исчезла. Внутри разума появилась зияющая дыра.

Не допустит беды.

Не допустит беды.

Не допустит беды.

Неста двинулась в эту тьму, медленно погружаясь туда, как в пруд.

Рука Кассиана касалась ее руки. Еще один якорь. Спасательный канат. Она взяла Кассиана за руку и переплела их пальцы. Пусть это прикосновение удерживает ее, пока ее разум целиком погружается в черную бездну.

А потом – ничего.

Она медленно падала, скользя взад-вперед, словно камешек, идущий ко дну пруда.

«Маска, – шептала Неста, направляя разум в вечность. – Где находится Маска из Сокровищницы ужаса?»

Она все дальше двигалась в текучем потоке ночи.

«В начале и в конце была лишь Тьма, и больше ничего». Эту истину Неста впервые услышала и поняла во время поединка с Котлом. А сейчас поняла снова, погружаясь туда же – в странное место, пустое и одновременно наполненное, где властвовал вечный холод.

«Где Маска?» – вопрошала она пустоту.

Где-то вдалеке она ощущала руку Кассиана, крепко державшего ее руку. Это было похоже на свечу в окне. Ее путь назад. Ничто не поймает ее в западню, ничто не удержит, когда есть дорога домой.

«Где Маска?»

Долгое время единственным звуком было тиканье напольных часов в углу кабинета.

Неста стояла рядом с Кассианом, продолжая держаться за его руку, но уже не так крепко. Другая ее рука, с зажатыми в кулаке костями и камешками, была простерта над картой.

Кассиан украдкой поглядывал на Фейру. Когда он только появился в кабинете, ему захотелось отвести взгляд от ее слегка округлившегося живота. Но он заставил себя широко улыбнуться, разыгрывая непринужденность в сочетании с иллирианской самоуверенностью.

Сейчас его обдувало холодным призрачным ветром, от которого топорщились волосы на затылке.

– Куда она бредет? – прошипела Амрена.

Рука Несты застыла над картой. Пальцы другой руки были холодными как лед.

Кассиан стиснул ей руку, пытаясь согреть.

Вокруг Азриеля клубились тени. Риз еще ближе подошел к Фейре, дабы перехватить любые неожиданные угрозы.

– Когда она гадала во время войны с Сонным королевством, все было по-другому, – пробормотал Азриель.

Раньше, чем ему успели ответить, веки Несты вздрогнули, словно она что-то увидела. Брови чуть сдвинулись. Кулак с костями и камешками сомкнулся еще плотнее, до белизны костяшек. Воздух продолжал холодеть.

– Девонька, если увидишь Маску, прекращай гадание, – настороженным тоном приказала Амрена.

Рука Несты оставалась сомкнутой. Но глаза быстро двигались под веками, что-то высматривая и выискивая.

– Неста, раскрой руку, – велела сестре Фейра.

В прошлый раз она сумела проникнуть в разум Несты и вытащить ее благодаря силе диматиев, унаследованной от Риза. Сейчас Фейра негромко выругалась и сказала:

– Она так и не опустила свои щиты. А ее щиты…

– Крепость из прочнейшего железа, – досказал Риз, не сводя с Несты глаз.

– Мне туда не проникнуть, – призналась Фейра. – А тебе?

– Ее разум охраняется такими силами, которые не может сломить никакая магия фэйри, – сказала Амрена.

Силы, похищенные Нестой у Котла.

Однако Неста не выказывала ни малейшего страха. Ее запах не изменился.

– Дайте ей время, – попросил Кассиан.

Боги, какая же холодина вокруг. Веки Несты снова вздрогнули.

– Не нравится мне это, – сказала Фейра. – Где бы она ни находилась, там очень опасно.

Холод все нарастал. Пальцы Несты предостерегающе сжали руку Кассиана.

– Риз, вытаскивай ее обратно, – потребовал Кассиан. – Вытаскивай не мешкая.

– Не могу, – тихо ответил Риз, окутанный покрывалом из звезд и ночи. – Я… В ту ночь двери в ее разум были открыты. Сейчас – плотно закрыты.

– Неста не хочет, чтобы Котел ее увидел. Или нас, – догадалась Фейра. Лицо ее напряглось. – Она отгородилась внешним щитом и вдобавок внутренним.

У Кассиана свело живот.

– Неста, – шепнул он ей на ухо. – Неста, разожми кулак и возвращайся.

Ее дыхание стало резче. В кабинете похолодало еще сильнее.

– Неста! – рявкнул Кассиан.

Холод остановился. Не исчез, а именно… остановился. Глаза Несты открылись.

В них полыхал серебряный огонь. Во взгляде не было ничего фэйского.

Риз оттеснил Фейру за спину. Она вернулась и встала рядом. Рука Несты продолжала сжимать руку Кассиана. Он сделал то же самое, передав ей часть силы своих сифонов.

Неста повернула голову, совсем медленно, как марионетка. Ее взгляд устремился в глаза Кассиана.

На него смотрела Смерть.

Однако Смерть постоянно ходила рядом с ним.

– С возвращением, Нес. – Кассиан провел большим пальцем по ладони Несты.

Неста моргнула. Кассиан направил ей вторую порцию силы сифонов. В ее глазах вспыхнул огонь.

– Разожми кулак. – Он кивнул на карту.

Кассиан старался, чтобы она не учуяла его страха. Сейчас перед ним стояло существо, о котором тогда с испугом и благоговением шептал ему Косторез.

Глаза Несты пылали. Собравшиеся затаили дыхание.

– Брось ты эти кости и камешки, а потом мы с тобой поиграем, – сказал Кассиан.

Пусть она почувствует его возбуждение и желание. Кассиан заставил себя вспомнить дразнящий поцелуй за обедом и ее обещание позволить совокупляться с нею в любом уголке Дома. Пусть чувствует, как это обещание отозвалось в нем, как у него все болит от страсти. Пусть видит его горящие глаза и вдыхает запах его возбуждения.

Собравшиеся напряглись, видя, как он наклонился и поцеловал Несту.

Губы Несты были словно ледышки.

Но Кассиан не отшатнулся. Пусть обжигает. Он провел своими губами по ее губам. Слегка укусил нижнюю губу, и та чуть-чуть опустилась. Кассиан просунул язык внутрь ее рта, обычно такого мягкого и теплого, но сейчас покрытого инеем.

Неста не ответила ему поцелуем, однако и не оттолкнула. Кассиан направил ей свой жар. Их губы сплавились воедино. Другой рукой он коснулся ее бедра. Сила сифонов снова чиркнула по ее руке.

Рот Несты приоткрылся шире, и тогда Кассиан протолкнул туда свой язык, касаясь ее мерзлых зубов и упираясь в такое же мерзлое нёбо. Он согревал ей рот, возвращая тому прежнюю мягкость. Возвращая ей свободу.

Ее язык поднялся ему навстречу, отчего внутри затрещал лед.

Кассиан скользнул губами по губам Несты и крепко прижал ее к себе. Он обнимал ее так, как хотел обнять в тот вечер. Глубоко, страстно. Он наслаждался ею, забыв, что они не одни. Ее язык водил по его языку. Тело Несты оттаивало. Кассиан чуть отодвинулся и сказал, не размыкая губ:

– Неста, выходи оттуда.

Он вновь припал к ней губами, готовый принять ее холодный огонь на себя.

Кости и камешки с глухим стуком упали на стол.

Когда другая рука Несты, освободившись от камешков и костей, сжала ему плечо, когда она изогнула спину, чтобы его язык еще глубже проник ей в рот, Кассиан едва не вздрогнул от облегчения.

Она первой разомкнула поцелуй. Вернувшись в тело, Неста разом вспомнила, кто ее целует, где они находятся и кто на них смотрит.

Кассиан открыл глаза и увидел, что они стоят, почти касаясь друг друга. От их дыхания больше не шел пар. Глаза Несты вновь стали знакомого серо-голубого цвета. На лице – недоумение и легкий страх, словно ее поцеловал совершенно незнакомый мужчина.

– Интересно, – пробормотала Амрена.

Кассиан увидел, что она внимательно разглядывает карту.

Туда же смотрела и Фейра, крепко сжав руку Риза. Лицо Риза было настороженным, как и лицо Азриеля.

«Каким образом ты ухитрился ее вытащить?» – зазвучал в мозгу Кассиана вопрос Риза.

Кассиан сам не знал. «Единственным способом, какой пришел в голову».

«Ты прожарил весь кабинет».

«Я не нарочно».

Неста отодвинулась. Не резко, а чтобы Кассиан тоже увидел место на карте, куда пристально смотрели они с Амреной.

– Оридское болото? – нахмурилась Фейра, увидев точку на просторах Средиземья. – Маска находится в болоте?

– Когда-то Орид был священным местом, – сказала Амрена. – В его черных как ночь водах погребали воинов. Но потом Орид изменился, став местом тьмы… Ризанд, не смотри на меня так. Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Это случилось давно. Болото превратилось в средоточие такого зла, что никто не отваживался появляться в тех местах, за исключением самых отвратительных фэйри. Говорят, вода оттуда течет в Подгорье и существа, живущие в болоте, давно пользуются подземными реками для перемещения по Средиземью и даже для путешествий в горы сопредельных Дворов.

– А нельзя ли поточнее? – спросила у Риза Фейра. – У нас есть подробная карта Средиземья?

Риз покачал головой.

– Те земли запрещено наносить на карту. Только туманные опознавательные знаки. – Он указал на священную гору, под которой томился почти пятьдесят лет. – Гора, леса, болото… Все, что видно с земли и с воздуха. Но тайны тех мест, которые узнаёшь, когда туда попадаешь, разглашать запрещено.

– Кем? – спросила Фейра, продолжая хмуриться.

– Древним советом верховных правителей. Средиземье – место, где до сих пор обитает первозданная магия. Это ее охотничьи угодья. Мы уважаем ее права и не хотим вызывать ее гнев. А он непременно последует, если раскрыть тайны тех мест.

Фейра посмотрела на Несту. Старшая сестра рассеянно глядела на кучку костей и камешков, закрывших собой болото.

– Средиземье – место, где некогда обитала Лесная Ткачиха, – напряженно проговорила Фейра. – Отправляться туда нужно хорошо вооруженными.

– Мы оба вооружимся, – заявил Кассиан. – До зубов.

Когда Неста не ответила, все посмотрели на нее. Никто не отважился спросить у нее о природе той силы и о существе, в которое она превратилась, пока поцелуй Кассиана не вернул ее в прежнее состояние. Он и сейчас чувствовал лед на языке, а также запах, похожий на запах Несты и в то же время совершенно иной.

– Мы отправимся завтра, – сказала Неста.

– Вам надо подготовиться, – начала было Фейра.

– Мы отправимся завтра, – повторила Неста.

Кассиан понял остальное, о чем она не сказала и не скажет вслух. Она выбрала завтрашний день, чтобы не передумать и не узнать больше об опасностях, ожидавших ее на болоте.

Он провел пальцами по ее пояснице, наслаждаясь теплом, сменившим недавний холод.

– Сразу после завтрака, – уточнил Кассиан.