ГЛАВА 23

Они почти закончили восстанавливать деревню после разрушений, нанесенных черной магией Силлага Макдары и призванных ведьмаком угдаев. До сих пор на стенах некоторых домов, шелестевших взъерошенными соломенными крышами, виднелись следы от огромных когтей. Ирс прошел по истоптанной босыми ногами дороге, останавливаясь посреди деревни. Сегодня здесь было шумно и людно. Погода располагала к тому, чтобы наконец завершить работы. У всех противно ныли руки и сводило спины от одной мысли о таскании бревен и камней.

Но благодарные ворке откармливали студентов так, что компенсировали усталость с лихвой. Многие из жителей деревни подрабатывали в замке, и были, как полагал Ирс, самыми приветливыми соседями, на которых можно было положиться. В ответ Арфен покровительствовал деревне, оберегая ворке от посягательств кого бы то ни было. Вот и сейчас Эллгар отобрал у невысокой женщины огромную вязанку хвороста и взвалил на плечо, чувствуя, как посыпалась сухая земля за воротник. Принц заскрипел зубами, но только склонил свою светлую голову, интересуясь у хозяйки, куда нести вязанку.

Женщина благодарно кивнула, указала на небольшой навес у дома и обтерла краем фартука лицо, мокрое от слез. Что ее расстроило, грифон понятия не имел. Он отнес хворост в указанное место и аккуратно уложил, проверяя, чтобы тот не рассыпался. Затем оглянулся, оставаясь в прохладной тени навеса. Хозяйка дома говорила со старостой, что-то жарко доказывая бородатому мужчине. Но тот только терпеливо и угрюмо пытался успокоить женщину, явно не соглашаясь с ее словами.

Ирс, решив, что и так достаточно помог, вознамерился отыскать дракона, ведь именно за этим и спустился сегодня в деревню. Он согласен и бревна таскать, лишь бы Броган был под рукой, чтобы выведать необходимые сведения.

— Шонко так и не вернулся вчера, — шмыгнула носом женщина, продолжая спорить со старостой, когда молодой человек проходил мимо них. — Пошел искать Цукке и сам пропал!

— Шонко не первый раз пропадает, — хрипло пробасил староста. — Не реви, Ханна. Проспится и вернется.

Ирс замер на дороге и, сам себя мысленно ругая за чертову слабость, оглянулся. Ханна… ну почему это имя? Боги издевались над ним? Это так забавно? Молодой человек нахмурился, понимая, что теперь прислушивался к словам этой женщины. Ее муж пропал. Точнее, вчера пропал пес. Животное, по мнению хозяйки, никогда не сбегало — и вот вчера не вернулось. Муж хотел найти его, но и сам не вернулся. Муж Ханны был охотником, и пес помогал ему. Женщина снова заплакала, и Ирс выругался сквозь зубы, слушая ворчание старосты.

— Куда он пошел? — окликнул их Эллгар.

Ханна встрепенулась, быстро вытирая лицо и приглаживая выбившиеся из косы пряди.

— Обычно… — ломким голосом начала говорить женщина, но староста оборвал ее речи:

— Не морочь господам голову, Ханна. Ступай в дом!

— Я задал вопрос этой женщине. И требую ответа, — сверкнул глазами Ирс.

Под этим взглядом мужчина умолк, лишь махнул рукой на хозяйку дома.

— Как прикажете, господин. — Староста бросил угрюмый взгляд и прошел мимо принца, оставляя его наедине с Ханной.

— Продолжайте, — потребовал Эллгар.

— Шонко охотился на буджаров в низине Орвы. Вон там. — Женщина указала пальцем куда-то за деревню, где темнела полоса леса.

— Не знал, что они гнездятся и у Арфена. — Эллгар закусил губу, слушая хозяйку.

— Они и не делали этого. Только в прошлом году одна стая не покинула реку, по непонятной причине, может, зима показалась им мягкой. В этом году их более сотни. Вы знаете, господин, какова цена этих существ. Муж хотел как лучше…

Ирс тактично не стал напоминать женщине о запрете Дарема на отстрел этих хищников. Дарем бы и воздухом запретил пользоваться, и это лишь вопрос времени. Юноша сложил руки на груди, отчего выпачканная землей рубаха натянулась на его плечах, и Ханна ахнула, понимая, что хворостом испортила хозяйскую одежду. Ирс опередил ее извинения, ненужные сейчас, вынуждая вернуться к разговору о пропавшем мужчине.

— Цукке был неразлучен с мужем, — вздохнула Ханна и снова шмыгнула носом. Она потянулась за фартуком и нервно мяла его пальцами. — Он ночевал во дворе, на крыльце. Сейчас так тепло, не хотел находиться в доме. Никогда из деревни не уходил. А вчера пропал. Просто пропал — и все. Шонко с самого утра пошел искать его, даже не поел. Мой муж любит выпить лишнего, вы слышали старосту… но никогда не пропадал так долго… он бы вернулся, господин. Беда с моим Шонко случилась…

— Мы… мы поищем его, — пробормотал Ирс и прокашлялся в кулак.

Проклятье! Что он делал? Теперь нужно было искать Брогана и каким-то образом заставить его идти с ним на болота. Широким шагом грифон пошел по главной дороге в деревне, оглядываясь по сторонам и пытаясь отыскать сокурсника.

— Куда ты делся, Броган? — Ирс остановился, рассматривая окрестности. — Броган!

Таис вздрогнула от его громкого голоса и медленно опустила на деревянный настил большую плетеную корзину. Через мгновение она уже забыла, что спешила отнести ее на импровизированную кухню, которую местные женщины организовали специально для тех, кто явился сегодня в деревню работать. Девушка прислонилась плечом к шершавой деревянной опоре и наблюдала за опальным принцем. Волосы юноши золотило солнце, и это было так завораживающе, что она безнадежно вздохнула.

— Сколько ты будешь без толку по нему сохнуть? — поинтересовалась Файона.

И откуда она взялась? Таис и не заметила, как подошла ведьма.

— Никто ни по ком не сохнет, — сухо отозвалась магичка.

Файона только хмыкнула, вынула из корзины спелый плод и откусила от него кусочек.

— Об этом уже половина академии шепчется.

— О чем? — Таис испуганно глянула на свою соседку.

— Да о вашем поцелуе во дворе, — протянула ведьма.

— Там же никого не было! — ахнула Шемулль и в смущении прижала ладонь к губам.

— Ты и в самом деле так думала? — Файона вздохнула. — Почему ты прячешься от него? Всегда же хотела, чтобы обратил внимание, а теперь что?

Таис нервным движением убрала за спину длинную косу. Как же так? Ведь никому не говорила. Ведь от всех скрывала. И теперь ей заявляют, что о ее самой страшной тайне стало известно? Это кошмар…

— Я не берусь за заклинания, которые мне не постичь. Потому что знаю — могу причинить вред своей магией. Я не позволю себе испытывать чувства, которые не имели права даже зародиться. Нет ничего общего у претендента на корону Грахеймна и жалкой дочери обедневшей знати. Я никто.

— Ты повторяешь мои слова, Шемулль, — отозвалась ведьма, — правда, я считала, что нет никого достойного Файоны Макдара…

— Это я хорошо помню, — хмыкнула Таис.

— Поверь, мне понадобилось не так много времени, чтоб понять, как я ошибалась, — продолжала Файона. — И за это время едва не потеряла самое дорогое, что у меня есть. До сих пор я считаю, что не достойна этого подарка. И каждый день молюсь Нармине, благодарю за то, что меня убеждают в обратном.

— Как ты решилась? — шепотом спросила Таис.

— Скажи себе, что ожидает каждую из нас за пределами Арфена? Мы не мужчины, Шемулль, мы разменная монета для своих семей. Нас выдадут замуж за угодных роду, и в лучшем случае ненавистный муж не станет разговаривать при помощи кулака. Если уж мне была уготована подобная жалкая участь, я не собиралась смиренно ожидать, когда за мной явятся.

Таис повернула голову, собираясь что-то ответить соседке, но Файона уже удалялась быстрым шагом, балансируя на тонких досках.

Девушка оглянулась на дорогу, туда, где все еще стоял Ирс. Она горестно вздохнула, сжимая кулаки, затем дрожащей рукой сняла очки, спрятала их в небольшую сумочку, крепившуюся на тонких лентах, и расправила складки платья. Пусть простое, но оно было самым любимым. Сама не понимала, зачем надела его сегодня, ведь собиралась помогать на кухне. Оставалось надеяться, что не покажется Эллгару совсем уж жалкой.

Таис мысленно помолилась и осторожно спустилась с настила. Принц еще раз окликнул Брогана, но она знала, что дракона нет в деревне. Точнее, и он, и Гварен Ристерд находились в поле, сгребали сено. Девушка подошла еще на пару шагов ближе и рискнула заговорить.

— Их здесь нет… — Голос, как назло, звучал так тихо и невнятно, что она уже пожалела, что вообще открыла рот.

Таис развернулась и собиралась просто сбежать, когда сильная рука перехватила ее, не давая отступить и вынуждая, наоборот, придвинуться ближе.

— Опять меня преследуешь, Шемулль? — Ирс притянул девушку вплотную к себе, любуясь ею.

Губы принца тронула довольная улыбка. Она не надела очки.

— Я не преследую тебя… — Таис попыталась освободиться и заметила, что тень разочарования скользнула по лицу принца.

Эллгар действительно расстроился от ее заявления?

— Я… я просто хотела предупредить, что Брогана здесь нет. Ты кричал на всю деревню, а это никуда не годится, — попыталась оправдаться девушка.

— А я уж было решил, что ты соскучилась. — Взгляд Ирса стал медовым, и она почти пропала.

— С чего бы мне скучать? — непослушными губами отозвалась Таис.

— Неужели ни капли? — нахмурился грифон.

— Ни капли.

И почему она это говорила? Девушка едва дышала в его руках, понимая, что большего счастья и не желала. Но это просто не могло быть правдой. Не мог Ирс Эллгар испытывать к ней чувства. Он лишь увлечен, и это наверняка очередная забава.

— Совсем? — тихо спросил Ирс.

— Так и есть…

— Тогда прости…

Он отпустил Таис и сжал кулаки, убирая их в карманы штанов. Молодой человек не произнес ни слова и пошел прочь, мысленно проклиная себя за несдержанность. Что он возомнил? Что эта девушка посмотрит на такого, как он? Кто ты такой, Ирс Эллгар? Ты жалок…

В поле он не пошел. Направился прямиком вниз по каменистой дороге, попутно пиная носками ботинок мелкие камни. Солнце принялось укрываться тучами, и теперь не так сильно припекало, возможно, дождь вскоре вовсе испортит погоду. Хотя сейчас ему было все равно. Ирс упорно шел через открытую поляну, поросшую скудной травой, чувствуя, как земля под ногами становилась все мягче и в ботинки начала просачиваться вода.

Легкий белесый туман окутывал тонкие изогнутые стволы деревьев, которые замерли, словно их застали врасплох в таком нелепом положении. Вон то, что справа, походило на проректора. В дальних лесах эти деревья вырастали под небеса, здесь же сиротливо ютились на более-менее сухих полянах, достигая трех-четырех метров в высоту.

Где-то тут и начинались болота. В отличие от Ердинских, здесь водилось полно живности, и даже изогнутые, торчащие из влажной земли корни деревьев не казались отвратительными. Мимо пронесся крупный буджар, сверкая огромными кожистыми крыльями. Эллгар взялся рукой за один из толстых корней, чувствуя, как под пальцами сминался тонкий слой яркого мха, и огляделся. Откормился-то как… За одного такого буджара бедняга Шонко мог выручить пару золотых. Для ворке это было несметным сокровищем и стоило того, чтоб нарушить королевский запрет.

— Куда же тебя занесло, Шонко?

Ирс обтер о штаны влажные от росы ладони и прошел дальше. Сейчас бы ему пригодилось тонкое чутье волка, и возможно, он слегка погорячился, отправляясь сюда один. Но что, в конце концов, тут могло приключиться? Наверняка беднягу Цукке загрыз какой-то дикий зверь, а хозяин и в самом деле запил и совершенно недостойным образом заставил волноваться свою жену.

Так говорил себе молодой человек, пробираясь все дальше. Когда понял, что его одежда совершенно не годится для подобных прогулок и ботинки вымокли окончательно, он притормозил и огляделся. Со всех сторон местность казалась совершенно однообразной, и если бы не одинокое черное деревце баярма, то и не понял бы, с какого края сюда явился.

Нужно было обращаться, это дало бы некоторое преимущество, но деревья мешали нормальному обзору. Сегодня явно не его день. Вообще не стоило покидать комнату. Нет, не стоило и глаза сегодня открывать! Ирс сердито топнул ногой и, почуяв что-то, опустил взгляд на залитую помутневшей водой траву у своих ботинок.

— Проклятье…

Порванный плетеный ремешок, который зацепился за какую-то корягу, явно раньше был ошейником, и вполне возможно, что принадлежал пропавшему псу.

— Твоя хозяйка сильно расстроится, если ты попал в беду, приятель. — Эллгар наклонился и схватил край ошейника, пытаясь отцепить его от торчащей из земли ветки.

Ремешок упорно не поддавался и пришлось дернуть его, просто отрывая кусок. Молодой человек поднял руку, разглядывая находку. Сейчас уже не осталось сомнений в том, что несчастный Цукке больше не вернется. Следы от внушительных зубов на ошейнике указывали на то, что пес мертв. Темная полоса на одном краю ремешка была вовсе не нанесенным рисунком. Теперь Ирс мог признаться себе в том, что ощущал запах крови.

— Мне жаль, Ханна… — Эллгар затолкал вещественное доказательство в карман штанов и снова обвел округу янтарным взглядом. — Где же ты, Шонко?

Юноша пнул торчащую ветку, которая посмела помешать ему поднять последнее, что осталось от верного Цукке. Но стоило носку ботинка ударом отломить заостренный конец коряги, как едва приметная вибрация прошла по земле, заставляя дрожать воду. Ирс нахмурился и отступил назад, мрачно глядя, как ветви деревьев прогнулись под внезапными порывами сырого ветра, принося с собой тихие голоса. Создавалось впечатление, что звучали они отовсюду, наполняя потемневший лес сухим дрожащим шепотом.

— В горсти жизнь — в мертвую врасти…

Ирс резко обернулся, прислушиваясь и обвел взглядом болота. Дрожащие бледные огоньки, словно глазницы призрачных созданий, вспыхивали один за другим.

— Не сдайся ни смерти, ни свету, ни слезам…

— Не сдайся…

— Не сдайся…

Голоса становились все настойчивее, пока сильнейшая дрожь не сотрясла землю, заставляя брызги воды и вязкой земли взметаться к небу, выпуская на волю призванное создание. То, что Ирс ошибочно принял за корягу, оказалось изогнутым шипом на сгорбленной спине исполинской твари. Существо на удивление проворно развернулось к потревожившему его юноше, оскалив отвратительную пасть. Пустые глазницы на полуразложившейся морде тлели тусклыми углями.

— Урлах… — сипло выдохнул Эллгар и моментально обратился, уклоняясь от удара громадной костлявой руки существа.