22

Чем могущественнее риналец или мириец, тем отчетливее проступают линии дара на коже. У сильнейших из них они буквально светятся изнутри. Вы не ошибетесь, встретив «великих».

Дневник неизвестного

Пройдя через разрыв, они оказались на окраине леса, где из недр земли фонтаном хлестала кровь. Ноги по щиколотки увязали в густой тошнотворной луже. Зрелище было поистине ужасающим.

Земли буквально утопали в крови.

Как и всегда, светила полная луна, настолько яркая, что освещала даже мельчайшие пузыри на поверхности жуткого «озера». В воздухе витал невыносимый металлический запах. В небе кружили и кричали обезумевшие риньяры, но подлететь ближе к земле, к ринальскому принцу, они не решились.

Делла как будто попала в ад, в место, неподвластное времени.

– Видишь тот выступ? – Кэл указал на пологий участок скалы, расположенный недалеко от входа в пещеры, и Делла кивнула. – Лети туда. Там будет безопаснее, пока мы с братом пытаемся все исправить.

Она посмотрела наверх.

– Они тебя не тронут, – добавил он, хотя Делла подумала вовсе не об этом. Она искала своего риньяра.

Какая-то непонятная тяжесть поселилась в груди. Она ощущала эмоциональное состояние Ами. Замешательство. Волнение. Путаницу.

Перспектива быть растерзанной десятками обезумевших риньяров не радовала ее, и все же Делла не стала спорить и сделала, как ей велели: вызвала крылья и полетела к указанному месту. Она почувствовала нечто странное, словно оказалась в коконе. Похоже, Кэллам окружил ее защитой от обезумевших питомцев.

Приземлившись на пологий участок скалы, Делла оглядела соседние склоны, за которыми змеилась река. Ее воды и без того были насыщенного багрового оттенка, а если туда попала и настоящая кровь…

Деллу передернуло.

Сильный ветер носился между остроконечными вершинами, по утесам ползали тени, а кровавая луна обагряла лишь высшие точки скал. Внизу сверкала гладь «озера», будто алое зеркало. Делла заметила, что Кэл уже не один, а вместе с Эмилианом. Они повернулись лицом друг к другу, встали так близко, что казались зеркальными отражениями, и вытянули руки ладонями к земле. Затем Делла почувствовала, как поднимается древняя сила, и каждый волосок у нее на теле встал дыбом. От вырвавшейся демонической магии ее отбросило назад, и она упала, больно ударившись о камень, но тут же резко вскочила на колени и посмотрела вниз.

Творцы, будьте вы прокляты.

Близнецы буквально поглощали в себя кровь, которая мощными потоками стремилась к ним, бежала по рукам и просачивалась в тело. Это длилось всего несколько минут, а потом Деллу вновь откинуло назад. От потока такой немыслимой силы ее охватила тревога, мешая дышать. Казалось, содрогнулся весь мир, словно не выдержав этой встречи.

Когда Делла вновь устремила взгляд на близнецов, то увидела лишь прежние каменистые земли, на которых не осталось ни одной красной капли. Эмилиан и Кэллам полностью впитали в себя ядовитую кровь! И теперь две мощные фигуры окружал алый туман, который почти скрывал их. Кровавая дымка постепенно меркла, но слабая алая аура продолжала витать вокруг короля и принца Риналии.

Делла осмотрелась по сторонам, а потом подняла взгляд на небо, осознав, что гомон стих, а риньяры вернулись в пещеры.

Она снова посмотрела вниз.

Эмилиан исчез, но Кэллам так и остался стоять на том же месте.

Делла поднялась на ноги и полетела к нему. Приземлившись в нескольких шагах, она невольно замерла. Он стоял, низко опустив голову, и тяжело дышал. Линии дара на его теле набухли и засветились изнутри, словно по венам текла не кровь, а жидкий ярко-красный огонь.

Когда он поднял голову и уставился на нее, Делла отшатнулась. Линии от его шеи переходили на лицо, пронзая скулы. Но пугало вовсе не это, а его дикий взгляд. Глаза горели тем же красным огнем, а рот был слегка приоткрыт, обнажая клыки. Он по-прежнему тяжело дышал.

– Кэл?

Из его рта донеслось тихое рычание.

– Это я, Делла. Все хорошо. У вас получилось.

Нет ответа.

Его мощная грудь часто поднималась и опускалась. Кэл подался вперед, будто готовящийся к прыжку зверь. Алая аура продолжала кружить и пульсировать в воздухе. Делла никогда раньше не видела, чтобы он терял контроль из-за близости крови.

Спокойно. Кэллам просил не бояться. Он не тронет ее.

– Кэл? – снова позвала она и начала осторожно приближаться к нему, хотя все инстинкты требовали немедленно бежать.

Из него вновь вырвалось низкое звериное рычание, но она не остановилась. Ее не пугал его кровожадный вид, а должен был. Под ногами хрустнули камни, и она успела лишь втянуть ртом воздух, прежде чем Кэл бросился к ней с такой стремительностью, что превратился в размытое пятно. Неожиданно его руки оказались на ней, и Кэл опрокинул ее, придавив к земле и сомкнув пальцы на шее. Он навалился на нее всем телом, и на миг в глазах Деллы потемнело.

– Ты обещал, что не причинишь мне вреда. Я не боюсь, слышишь? – Она старалась говорить спокойным тоном и ничем не выдавать истинного состояния. Кэл часто дышал, продолжая сжимать ее горло – сильно, но не настолько, чтобы было больно.

Он зарычал сквозь стиснутые зубы, и лицо исказилось в злобном оскале. Все его тело напряглось, а Делла, напротив, заставила себя расслабиться и даже не попыталась бороться. Знала, что это только подстегнет инстинкт хищника.

– Я не боюсь тебя, – повторила она, коснувшись его щеки. Кэл нахмурил брови, словно изучая добычу. – Можешь сделать это. Я верю, что ты не причинишь мне боли. – Она запрокинула голову, открывая ему доступ к шее.

Она точно сошла с ума. Любой на ее месте уже отключился бы от страха, оказавшись в ловушке кровавого демона. Ну а она? Она только подстрекала его.

Но Делла не почувствовала ни боли, ни укуса и медленно повернулась к нему.

Кэллам замер. Мгновение он просто злобно смотрел на нее, и горящие красные глаза постепенно тускнели. Его мощная грудь тяжело вздымалась, когда он набросился на нее. Но не впился клыками ей в горло, а прижался к ее губам, и Делла без промедлений ответила на поцелуй. Когда он коснулся ее языка своим, она застонала.

Затем происходило какое-то сумасшествие. Они кубарем катались по земле, не размыкая губ. Их страсть граничила с животной. В действиях Кэла не было ни капли мягкости или нежности – лишь первобытное желание. Пожирая ее рот, он будто пытался поглотить ее, и Делла хотела этого.

В какой-то миг он потерял контроль над своими движениями и скоростью, потому что они непостижимым образом очутились на берегу багровой реки, и Делла почувствовала брызги воды на теле. В груди Кэла снова зародилось глубокое рычание, и теперь она поняла, насколько он раньше сдерживался, когда целовал ее. Она застонала в ответ и с такой силой укусила его за нижнюю губу, что Кэллам, как и в прошлый раз, отстранился и встретился с ней взглядом. Он провел языком по месту укуса, слизывая кровь. Красные глаза начали наконец приобретать больше черного, а на лице появилось осознание происходящего.

– Проклятие, – сквозь стиснутые зубы процедил Кэл и резко встал. Пару раз тряхнул головой, как будто попытался сбросить наваждение, а затем… прыгнул в воду.

Делла поднялась на ноги и по щиколотки зашла в реку, ощущая себя так, словно опять оказалась в луже крови. Но на самом деле вода была чистой. Там, куда багровая луна не изливала свой яркий свет, она имела темно-синий, почти черный оттенок.

Когда Кэл вынырнул на поверхность и уставился на нее, она не сдержала улыбки. Алая аура и сейчас обволакивала его, а с тела соблазнительно стекали капельки, заполняя борозды между кубиками пресса и скользя ниже. Он убрал мокрые волосы назад, и этот жест… он заставил ее закусить губу и часто задышать.

Кэл сделал несколько шагов ей навстречу и замер. Не двигался. От желания тотчас залезть в воду у нее зудела кожа, и Делла, скинув халат, медленно пошла к нему. Вода у берега была теплой, но с каждым шагом становилась свежее, приятно остужая ее разгоряченное тело. Теперь понятно, почему он бросился прямо в реку.

Наконец Делла остановилась напротив него. Вода доходила ей до талии, а ступни утопали в прохладном песчаном дне. Шелковая сорочка промокла насквозь и прилипла к телу, а грудь напряглась почти до боли. Она не знала, как быть, не понимала, остался ли он все тем же Кэлом, или в нем что-то безвозвратно изменилось. Он сам так и не сказал ни слова. Весь его вид, его сила и энергия, эта витающая аура вызывали внутри нее трепет, отчего по коже бежали мурашки. Сейчас Делла просто не могла мыслить ясно.

Вода плескалась вокруг них. Кэл продолжал молча смотреть на нее. Черно-красные глаза почти светились, отражая алое сияние реки.

– Это все еще ты? – прошептала она.

– Теперь да. – Его низкий бархатистый голос прозвучал хрипло.

Казалось, он опасался сорваться и потерять контроль, опасался того, что мог сделать, но Делла не боялась. Ее не волновало, насколько он опасен и какую боль способен ей причинять. Она знала, что он не навредит ей, именно поэтому шагнула вперед и закинула руки ему на шею, запустив пальцы в мокрые темные волосы и притянув его к себе.

Жар охватил грудь Деллы и поднялся выше, выбивая воздух из легких, когда Кэл обхватил ее за бедра. Он приподнял ее, заставив обвить ногами его талию, и вновь набросился на ее рот. Она выдохнула тихое «ох», бессовестно требуя углубить поцелуй. Ее тело желало большего.

– Ты бесподобна, – прошептал он ей в губы, и его глаза снова покраснели.

Она ненормальная, раз ее это только сильнее заводит?

Видимо, да, потому что Делла невольно выгнула спину, приподнимая грудь, и он тут же припал к ней и начал покусывать через тонкую ткань. Кэл медленно вышел из воды и прижал Деллу к берегу, мелкие песчинки на котором впились ей в кожу. Он навалился на нее всем своим весом и коленом развел ее ноги. Тело покалывало от жаркого предвкушения, от того, что он мог с ней сделать и чего делать вовсе не должен. Он провел рукой по ее подбородку и опустился к горлу, заставляя откинуть голову назад.

Это какое-то безумие, но… Делла не хотела, чтобы он останавливался. Ей нравились желание и ощущения, которые он пробуждал в ней. Всегда нравились, просто не хотелось этого признавать. Она жаждала его поцелуев, прикосновений, хотела, чтобы он скользнул острыми зубами по ее обнаженной шее, оцарапав кожу.

Она знала, что они на грани того, чтобы все планы полетели к Дьяволу, чтобы раствориться в страсти друг к другу.

Кэл сорвал с нее сорочку так резко, что раздался треск рвущейся ткани, и припал к ее груди. Делла запрокинула голову, издав пронзительный удивленный возглас. В его движениях по-прежнему не было ничего медленного и нежного. Он будто все еще оставался где-то там, поглощенный кровью, но теперь полностью контролировал себя.

Он – словно проклятые воды, которые утаскивали ее на дно, в самые глубины, но она не могла им противиться, а тем более выбраться.

Делла потянулась к поясу его кожаных штанов, и Кэл позволил ей расстегнуть ремень. Она видела в его глазах желание, то, как сильно она нужна ему, а он – ей.

Поднебесный мир и всё за его пределами исчезли. Остались только они вдвоем.

Кэл помог ей справиться с молнией и пряжками, а потом стянул с себя штаны. Делла опустила глаза и сглотнула, у нее из головы вылетели все связные мысли. Она смотрела на Кэла из-под ресниц, опасаясь сделать что-то не так. Снова сглотнула и, потянувшись вперед, смущенно и неуверенно коснулась его.

– Дьявол. Меня. Побери, – громко зашипел он.

Реакция Кэла придала ей смелости, и она прерывисто выдохнула, желая доставить ему больше приятных ощущений. Обхватила его ладонью и медленно провела по нему кончиками пальцев, слишком взволнованная и возбужденная, чтобы думать о том, что совершенно неопытна в этих вопросах. Что зашла слишком далеко, чтобы бояться. Хотя, возможно, в ней просто говорила ринальская сущность, которая побеждала всегда, если дело касалось принца-демона.

Кэл без предупреждения обхватил ее за плечи и откинулся на спину, увлекая ее за собой. Застигнутая врасплох, Делла уперлась руками в его сильную грудь, чтобы не упасть. Поза для нее была такой необычной, что она не выдержала и провела ногтями по рельефному животу, практически царапая кожу. Красные линии у него на торсе слегка пульсировали и выглядели еще ярче. Она испытывала одновременно и блаженство, и раздражение из-за того, что он так воздействовал на нее, из-за того, что он был так невероятно прекрасен.

В следующий миг он коснулся ее внизу живота, и Делла ахнула. В его глазах полыхал чувственный голод.

– Такая невероятно притягательная. И сейчас ты сделаешь так, как я скажу, иначе просто убьешь меня.

Делла изумленно уставилась на него, но кивнула.

Кэллам схватился руками за ее бедра, притягивая ближе, и хрипло сказал:

– Прижмись ко мне.

Она робко и неуверенно выполнила просьбу и почувствовала под собой его возбуждение. У Кэла вырвалось еще одно непристойное слово.

– Так? – прошептала она.

– Да. Именно так. Хорошая девочка. – Он мягко сжал ее бедра. – А теперь двигайся.

Он приподнял ее, опустил и издал глубокий гортанный звук. Делла повторила движение, прижимаясь своим жаром к его сначала неуверенно и немного неуклюже. И снова. Кэл крепко держался за ее ягодицы и помогал набирать нужный темп. От соприкосновения их разгоряченных тел внутри Деллы разливались волны наслаждения.

Это не было настоящей близостью. Их тела не сливались воедино, а она не чувствовала себя наполненной, как он когда-то обещал, но все это казалось реальным и безумно приятным. Но они оба хотели большего. Очень хотели. Безумно. И стоило лишь немного изменить положение, и он с легкостью мог бы овладеть ею по-настоящему.

Нельзя…

Поэтому они продолжали свои неистовые ласки, увеличивая темп. Кэл гладил ее груди, проводил пальцами по родимому пятну, которым оканчивалась красная линия на ее левой руке. Делла кричала, даже не задумываясь, какие непристойные звуки срываются с ее губ и насколько они громкие. Она все больше погружалась в водоворот наслаждения и отчаянно стремилась доставить ему такое удовольствие, какое он не раз доставлял ей.

– Ты дьявольски бесподобна, – произнес Кэл исказившимся от желания тоном. – И даже не представляешь, как сильно я хочу оказаться в тебе.

Она выкрикнула прерывистое «да», изнывая от желания. Напряжение нарастало. Эти покачивания, трение… Ее тело словно разбивалось на мелкие осколки, и обжигающая волна окутывала небывалым удовольствием. Делла вдруг невольно надавила пальцами на его чувствительную кожу, и Кэллам выругался сквозь зубы. Он шлепнул ее по ягодицам, а затем стал нашептывать волнующие и дразнящие слова, скользить руками вверх по бокам, поглаживать нижнюю часть грудей. Все это медленно подводило ее к пику.

– Ну же, мышка, – порочным тоном прошептал он. – Быстрее. Я хочу услышать, как ты кричишь мое имя. Хочу почувствовать, как ты сжимаешься.

– О Творцы! – выдохнула она, ощущая, что это вот-вот случится.

– Не совсем то, что я хотел услышать, – прорычал Кэл и крепко обхватил ее бедра, удерживая так, будто она собралась отстраниться. – Творцы не имеют к твоему удовольствию никакого отношения. А теперь делай, как я сказал.

От тона его голоса, от его бесстыдных слов ее тело охватил жар, и она подчинилась: прижалась к нему сильнее и начала быстро извиваться, доставляя наслаждение им обоим.

Ее дыхание сбивалось. Иногда она вообще забывала дышать. Казалось, на берегу сверкнул свет, но нет. Это удовольствие захлестнуло ее сокрушительной волной, и Делла издала низкий стон, пока ее тело пульсировало в блаженном освобождении. В тот же миг Кэл содрогнулся и резко приподнялся, а его крик заглушил жадный поцелуй.

Ничего вокруг больше не существовало. Весь мир сузился до его губ, прижатых к ее губам.

Он – все, что она чувствовала, все, что ей было нужно.

– Проклятие, – через некоторое время прохрипел Кэл, уткнувшись лицом ей в шею, и нежно царапнул зубами кожу прямо там, где билась вена. – Ты моя самая большая пытка, Делла.

А ты моя…

Желание, сводящее их обоих с ума. Желание, причиняющее боль и одновременно дарящее неописуемое блаженство. Желание, которого она никогда раньше не знала.

До него.

Они лежали на земле и часто дышали. Тело все еще покалывало от горячих прикосновений. Сквозь насыщенный запах влажного песка Делла улавливала аромат спелых ягод – его аромат – и едва осознавала, что сейчас произошло.

– Я во второй раз вынужден ненавидеть брата, – хрипло сказал Кэл.

Делла сразу поняла, о чем он говорит, и во рту у нее пересохло.

– Если кто-то должен выполнить долг перед королевством, почему им не можешь быть ты?

Как только она произнесла эти слова, ей тут же захотелось вернуть их обратно. Но это не означало, что она так не думала.

– К чему ты клонишь? – Он повернулся на бок и, согнув руку в локте, подпер голову кулаком.

– Вы с Эмилем – близнецы, в ваших жилах течет одна кровь. Почему Избранным должен быть именно твой брат? – Ее голос от волнения был таким хриплым, что она с трудом его узнавала. – Ты, как и он, можешь обрести силу и закрыть врата. Не обязательно иметь статус короля. Дарнил – Избранный, но он еще не король.

– Да, ты права. Дарнил сильнее своего отца, ровно как и мы с Эмилем сильнее нашего.

– И ты считаешь, что брат могущественнее тебя?

– Так думают многие, но у нас не было шанса проверить. Возможно, мы и равны по силе, но рисковать никто не станет, – объяснил Кэллам, и Делла пожалела, что сделала глубокий вдох. – Хочешь стать моей женой, Делла?

Она метнула на него сердитый взгляд, и ее щеки загорелись.

– Я уже говорила, что ненавижу тебя?

Он издал сухой смешок.

– Да, и не раз.

– Хочешь услышать, о чем я сейчас думаю?

– Совсем нет.

– Ты омерзителен, – сказала Делла, надеясь, что голос звучал увереннее, чем она себя чувствовала. Ведь она едва не выпалила ругательство, которое заставило бы ее покраснеть сильнее. – И повторю еще раз: я ненавижу тебя.

– Знаешь что, мышка? – Кэл протянул руку и провел подушечками пальцев по ее обнаженной коже, описав круг вокруг родимого пятна над левой грудью, и она ахнула от мгновенно затопившего тело жара. Он приподнял уголки губ. – Ты лжешь.

* * *

Они вернулись в замок, и Кэл перенес их в свои покои по двум причинам. Первая – у нее не осталось одежды, потому что шелковую сорочку он разорвал в клочья, а халат унесло волнами реки. Вторая – в ее покоях царил бардак, и там валялся страж с вырванным сердцем.

Кэл позволил ей принять ванну, чтобы смыть с себя запекшуюся кровь, а сам отправился узнать, как обстоят дела в замке, да и во всем королевстве.

Его ванная комната… Делла хотела бы здесь жить. Хрустальные лампы отбрасывали мягкий алый свет на небольшой своего рода пруд, от которого поднимались ароматные струйки пара. Сначала она погрузилась в мраморную купель, чтобы счистить с себя всю грязь и кровь. Дважды вымыв волосы, она принялась энергично тереть мочалкой кожу, а затем нырнула в пруд. Ноющие мышцы расслабились в горячей воде, и Делла просто не желала покидать ванную комнату. Она водила по коже мылом, источающим тот же аромат спелых ягод, который она ощущала на Кэле. Внизу ее живота возникло ноющее ощущение при мысли о нем и о том, чем они занимались у реки.

Наконец Делла выбралась из воды, вытерлась полотенцем и вытащила из гардеробной первую попавшуюся рубашку, которая выглядела на ней как платье. Одевшись, она вновь прокляла пьянящий запах ягод.

Делла босиком расхаживала по величественным покоям, в которых ночевала уже не раз. Она остановилась перед большой кроватью, залюбовавшись волнами шелковых простыней, и тряхнула головой, прежде чем ненужные мысли снова овладели ей. Потом ее праздное внимание переключилось на прикроватную тумбочку с приоткрытым верхним ящиком.

Книга? Кэллам любит читать перед сном? Интересно.

Она почему-то не могла представить ринальского принца, лежащего в постели и читающего перед сном.

Делла наклонилась, достала древний с виду томик в темном кожаном переплете и с названием на неизвестном языке и заметила, что между страницами что-то лежит. Вероятно, там Кэл отметил место, на котором остановился. Она раскрыла книгу на середине и обнаружила засохший цветок – синюю вианскую розу. Делла сразу поняла, что та значит, а у нее в голове тут же зазвучали его слова: «Амелия была родом из Виана… Она была неописуемо прекрасна».

Делла нахмурила брови, почувствовав, как где-то в груди зарождаются раздражение и ревность.

Кто-то кашлянул.

– Восхитительное зрелище.

Она резко выпрямилась, быстро сообразив, что под рубашкой у нее ничего не было и на что конкретно пялился этот демон. Биение ее сердца ускорилось, как только они встретились взглядами. Кэл стоял, прислонившись к двери, уголок его рта был приподнят, а на теле местами виднелась запекшаяся кровь, хотя большая часть смылась еще в реке.

– К такому виду можно и привыкнуть.

– Не успеешь.

– Не вредничай, на тебе, между прочем, моя рубашка.

Она уже собиралась огрызнуться и предложить снять одежду и вернуть ее, как вдруг Кэл нахмурился, заметив на прикроватной тумбочке книгу, которая явно лежала не на прежнем месте. Делла тяжело сглотнула, обдумывая, как объяснить свое любопытство, однако Кэл промолчал. В его глазах вспыхнуло что-то, что она не смогла распознать. Так и не сказав ни слова, он направился в ванную.

Делла и не предполагала, что Кэл останется в ее новой замужней жизни. Несмотря на обещанную ей свободу, он не стал бы делить постель с женой своего брата. То, что случилось между ними несколько часов назад, было непередаваемо, но именно те мгновения, когда он просто обнимал ее и охранял сон, выходили за пределы желания. Он тоже это понимал, потому пытался держать дистанцию.

Делла не знала, сколько прошло времени, прежде чем Кэл вышел из ванной с мокрыми волосами и обвязанным вокруг бедер полотенцем. Но ждала она долго.

Она вновь подумала о высушенном цветке. Кэллам ведь так и не ответил ей, остались у него чувства к Амелии или же нет. Конечно, она давно была мертва, но вопросы так и просились на язык. Вместо этого Делла поинтересовалась:

– Как дела в городе?

– Все пришло в норму, – ответил Кэл. Он был напряжен, но, как и всегда, сдерживал все свои эмоции. – Впереди ждет трудная неделя. Жертв было слишком много. Ринальцы с незапамятных времен не ощущали такого голода. Но наша кровь не способна утолить жажду в полной мере. Если бы жители прорвались через границу, миру с Вианом и возможному миру с Миритом пришел бы конец. – Он замолчал, зачесав влажные волосы назад. – Тебе лучше вернуться к себе. Сегодня был тяжелый день. Тебе нужно отдохнуть.

Делла не стала комментировать его неучтивость и спрашивать, чем та вызвана. И так знала ответ. Ком в горле угрожал задушить ее.

Почувствовав разочарование, она посмотрела в окно. Ей нужно подготовиться к встрече с Дарнилом.

– Открой проход в мои покои.