Глава 9

– До леса довел, на тропинку вывел, – отчитался вернувшийся Баюн. – Неужели старая карга поедет к морю? – Вполне возможно, – Отрада заперла за котом дверь. – Морской воздух и купания очень полезны. Я и сама с ней хочу поехать. – Лишь бы город выстоял, – вздохнул Баюн. – Да ну тебя, – Отрада, обидевшись, задрала нос. Не такие уж они с бабулей… Или такие? Вскоре бабуля показалась в волшебном зеркале. За ее спиной стояла перепуганная Веселина. – Добралась твоя гостья, – хихикала бабуля. – Я тут подумала, и решила вот что. После Ивана Купалы поедем к морю. Отдохнем. Развеемся. Посмотрим, кто там жених такой. А пока я тут к празднику подготовлюсь. Ну все, Отрадка, пока! – Пока, – только и успела произнести Отрада, как в зеркале появилось ее отражение. Пару раз хлопнув глазами, она, вскочив на ноги, заплясала. – Море-море-море! Мы поедем на море! – И что же Яга задумала? – прищурился кот. – Скоро узнаем, – Отрада была в хорошем настроении. И Веселина помогут, и праздник отгуляют. С кострами, венками из цветов, песнями и танцами. Нужно еще светочей сделать, и если вплести из в венок, будет очень необычно. Отрада занималась своими делами, продавала зелья и волшебные вещицы, помогала девушкам избежать замужества. Занималась своими делами, но и до нее доходили слухи, что Кощей снова похитил девицу. – Дык штук двадцать уже упер, – громким шепотом, сделав страшные глаза, рассказывала подруге какая-то бабуля. – Да почем тебе знать? – вклинилась в разговор другая. – А сын мой вот ездил в Димитровград и там повстречал парня. Так вот этот парень шел свою суженую спасать! – ответила первая. – А я вот слышала, что упер он уже сто девиц! – кружок любительниц новостей все расширялся. – Ягу бы нашу лучше спер. – Да чего это? – опешившая Отрада, собравшаяся уходить, не смогла сдержать вопроса. – А ты моёму Митроше свадьбу сорвала, – бабка погрозила Отраде кулаком. – Тьфу, поганка! Бабка твоя ведьма, и ты ведьма! – А Митрошке не жена нужна была, а вам рабыня! – отчеканила Отрада. – Я судьбу вижу и все знаю! – Не была б ты ведьм, я б тебе космы повыдергала, – пригрозила бабка, но за спину подружек спряталась. Отрада только посмеялась. Женится ее Митрошка. На такой женится, что весь дом в кулаке держать будет, и Митрошку тоже. А хорошая девушка выйдет замуж за парня из соседнего города. Так что о содеянном Отрада не жалела. Она все никак придумать не могла, чего бы такого на Ивана Купалу устроить. Может, заговоренный венок сотворить? Или лучше заводь светочами украсить! Эх, ну почему чертополох? Как бы колокольчики красиво смотрелись! Да! Сплетет венок и заговорит его, а еще украсит берег светочами. Ух, красиво будет! Отрада праздник любила, только на суженого не гадала. Боги могли и разгневаться на колдунью. Ее путь был в их руках. Зато она через высокий костер могла прыгать, не обжигаясь. И хороводы водила с русалками. Речные девы пели свои печальные песни. Ну и немножечко ругались, что давно у них новенькой нет. Нынешнее поколение девушек проблему несчастной любви решает по-другому. Вот и не получается никого заманить. Так в задумчивости и шла домой, перебирая в уме, какие бы цветы в венок вплести. Мало ведь выбрать самые нужные, надо еще подобрать так, чтобы свойств друг друга не гасили. На этой дороге Отрада каждый камешек знала, каждую ямку, но все равно ухитрилась подвернуть ногу. – Ой! – вскрикнула, пытаясь удержаться на ногах. – Ох! Ее кто-то крепко ухватил за локти. Взгляд уперся в ворот рубахи. – Поймал, – бархатный голос заставил поднять взгляд выше. И щеки Отрады тут же вспыхнули от смущения. Парень был хорош собой. А какие глаза! Карие, с зелеными крапинками, и смотрят так ласково. Прямой крупноватый нос, темные широкие брови и губы, которые искривила улыбка. Подбородок твердый, значит, парень с характером. В каштановые волосы, кажущиеся шелковыми, захотелось запустить пальцы. Незнакомец был хорош лицом и ладен фигурой. Высокий, в плечах косая сажень. Крепкие руки держали ее сильно, но острожно. – Благодарю, – поняв, что откровенно разглядывает незнакомца, Отрада смутилась еще сильнее и отвела взгляд. – Можете отпустить, я не упаду. – Уверены? – от одного слова по рукам Отрады побежали мурашки. – Да, – ответила тихо, и незнакомец разжал руки. Она наступила на ногу, которую, оказывается, поджала, и скривилась. Все-таки потянула или вывихнула. Будет теперь хромать до дома, а хотелось бы уйти плавной красивой походкой. – Больно? – участливо спросил незнакомец. Отрада кивнула, не став отрицать очевидное. Вот же дурацкая ямка! Откуда только взялась? – Позвольте, я провожу вас, – парень оказался воспитанным. – Давайте вашу корзинку и обопритесь на мою руку. – Мне очень неудобно отвлекать вас из-за моей неловкости, – Отрада кокетливо хлопнула ресницами. Ну и что, что она Яга? Она в первую очередь девушка. И не прочь познакомиться с симпатичным парнем. – Вы, наверное, по делам шли. Не смею вас задерживать. – Вот уж нет, – усмехнулся незнакомец. – Я не могу бросить вас. Меня Богданом зовут. – Отрада, – представилась в ответ. Ну раз такой настойчивый, то пусть помогает. – Какое у вас прекрасное имя, – Богдан легко перехватил ее тяжеленькую корзинку с покупками. – Вы, кажется, шли в ту сторону? – Да, – мягко улыбнулась Отрада. – Здесь не очень далеко. Она была рада, что Богдан проводит ее до дома. На чай его не пригласит – неприлично. Но знакомство продолжит с удовольствием. Если новый знакомый, конечно, не поведет себя нахально. Ну и не испугается, что она Яга. – У вас красивый город, – завел Богдан светскую беседу. – Очень жаль, что я завтра уезжаю дальше. С торговыми кораблями в Царьград отплываю. – Я бывала в Царьграде, – поддержала беседу Отрад. – Дважды. Красивый, но очень уж большой. Мне там больше всего сады понравились. Но Китеж как-то милее душе. Вы матрос? – Почти, – засмеялся Богдан. – Я корабел. Ну, учусь. Наставник мой родом отсюда. Заглянули к его родным. Но когда я вернусь, очень бы хотел, чтобы вы провели мне экскурсию по Китежу. – Надолго в Царьград? – полюбопытствовала Отрада. Надо же хоть примерно представлять. – На полгода примерно, – ответ Богдана ее расстроил. Но она пошутила: – О, как раз мой вывих пройдет! – оба засмеялись. – Нам сюда, – она махнула рукой влево, когда подошли к перекрестку. Еще немного и мой дом. Чем ближе подходили, тем чаще на Отраду бросали любопытные взгляды и здоровались. – Кажется, вас все знают, – в шутку произнес Богдан. – Знаю, – подтвердила Отрада. – Я – Яга, – вывали на Богдана правду. – А вот уже мой дом. – Яга – это колдунья, да? – Богдана ее признание не напугало, а развеселило. – Много слышал, но никогда не подумал бы, что Яга может быть такой красавицей. – А что, колдуньи сразу старыми рождаются, что ли? – насупилась Отрада. – Прошу простить за бестактное замечание, – спешно извинился Богдан. – Очень рад нашему неожиданному знакомству. И будут также рад продолжить его, когда вернусь из Царьграда. Они подошли к крыльцу. Дверь тут же распахнулась и на пороге появился Баюн. – Доброго денечка, – поздоровался, разглядывая высокого незнакомца. – И вам, – почтительно ответил тот. – Ваша корзинка, – он поставил корзинку на крыльцо. – Благодарю за помощь, – Отрада, поддерживаемая Богданом, поднялась на крыльцо. – Ну, вы теперь знаете, где меня можно найти. – Непременно воспользуюсь этим знанием, – Богдан улыбнулся. – Всего хорошего. Ходите аккуратнее, вы обещали мне экскурсию. – И вам легкой дороги и учебы, – в ответ пожелала Отрада. Богдан, махнув на прощание, уверенной поход пошел прочь. – Что за хлыщ? – строго спросил Баюн. – Где ты его встретила? – Я ногу подвернула, а он просто проводил до дома, – Отрада, подхватив корзинку, вошла в дом. – На корабела учится. Жаль, уезжает, – рассказывала, хромая через комнату. – Скатертью дорога, – проворчал Баюн. – А ногу лечить надо, скоро Купала, как через костер сигать будешь? – Вылечу, – Отрада шла на кухню. – Завтра уже все пройдет. Ты лучше послушай, что я придумала! Рассказываю Баюну от своих затеях, Отрада занялась лечением ноги. Подержать в воде с зельем, наложить мазь и перевязать. И к утру только приятные воспоминания о знакомстве останутся. И в праздничную ночь она присоединилась к парням и девушкам, веселящимся на берегу. Народу высыпало много. Кто постарше и уже женаты вспоминали как сами гадали и по свиданиям бегали, а маленькие дети бегали, выпрашивая угощения. – Отрада, скажи старой Яге, чтобы отдала уже клад, – Отраду окружили парни. – Ну каждый год дразнит! – А я вам каждый год говорю – нет никакого клада! – засмеялась Отрада. – Но папоротник цветет же! – продолжали настаивать они. – Ой, – отмахнулась Отрада, разворачиваясь, чтобы уйти. – Кому на суженого погадать? – громко крикнула. Сейчас девушку быстренько оттеснят этих парней. Можно даже сказать – сметут! – Мне! Мне! Я! Я! – закричали со всех сторон, и толпа желающих хлынула к Отраде. Парни дружно бросились врассыпную. А ну как сейчас и станешь суженым! – Ну все, пора венки в реку опускать, – Отрада едва отбилась от девушек. Ей хотелось попрыгать через костер и опустить свой венок. Обычно он у нее уплывал далеко-далеко, а потом вспыхивал и за мгновения сгорал. Богиня-покровительница так доносила свою волю – жизнь твоя будет такой, как я решу. Но не в этот раз. Венок Отрады отплыл от остальных. Закружила его вода, завертела да и утянула под воду, а там он и сгорел. Видно было, как вспыхнул. Огонь в реке! Все на берегу замерли с открытыми ртами. Как может огонь гореть под водой. – И что это значит? – испуганно прошептала одна из девушек. – А то и значит, – зазвучал противный голос бабки, – что не выйдет замуж. Это ей за моего Митрошеньку! И других женихов. Ишь, своевольничать удумала. Отрада была озадачена. Завтра с бабулей нужно поговорить, может, она расшифрует знак. Но это точно не из-за Митрошеньки. Если бы бабка была внимательнее, заметила бы, как жищно поглядывает дородная купеческая дочь, засидевшаяся в девках из-за скверного характера. И приданое не помогло. Отрада ускользнула к русалкам. Они сейчас в чаще леса хоровод водят вокруг сырых веток. Нужно и им костер разжечь. Только не дошла Отрада до русалок. Задумавшись, не заметила, как на тропку вышел красивый парень, с которым в городе столкнулась. – Богдан? – изумилась Отрада. – Эх, такой морок пропал, – зло ответил Богдан, с нехорошей улыбкой надвигаясь на Отраду. – Ты что делаешь? – сердце Отрады испуганно забилось в груди. – Ты же уехал! – Не думал я, что Яга такая доверчивая будет, – Богдан подошел к ней близко-близко. – Тебя не учили не связываться с ведьмами? – Отрада, хоть и дрожала вся, говорила твердо. Расправила плечи, гордо подняла голову, но все равно макушкой едва доставала Богдану до подбородка. – Учили, – ухмыльнулся он. – Но я не слушаю других и подготовился! Резко взмахнув рукой, он сыпанул в лицо Отраде какую-то пыльцу.