Глава 9. Ужин для двоих

Скоро мы переместились в особняк. По дороге я видела троих оборотней, которых взяли в плен. Двое мужчин и одна девушка. Все выглядели невероятно озлобленными, но подавленными. Их руки сковывали магические цепи. Ни одному из них я не смогла посмотреть в глаза. Они в такой ситуации из-за меня. Итан спас мою жизнь, а я так по-свински подставила его товарищей. С этим нужно было что-то делать. Благо Эдвард распорядился оставить любые допросы до завтра. У меня будет время подумать.

— Позовите сюда врача и подайте ужин, – распорядился Эдвард, когда мы появились прямо в гостиной. За окном тьмой цвела ночь. В особняке было тихо, но всё же одна из служанок поддерживала огонь в камине. Она очень быстро кивнула и выбежала из комнаты.

— Ты, наверное, голодна? – Эдвард аккуратно положил меня на диван.

— Да. Целый день кусок в рот не брала, – я улыбнулась, а сама незаметно прикрыла карман с медальоном плащом.

— Сейчас тебя осмотрят, и там уже поедим.

Кажется, его искренне заботило моё состояние. Из-за чувства вины? Или чего-то большего?

В коридоре послышались шаги. Особняк постепенно оживал. Скоро в комнате появилась пожилая молчаливая женщина. На ней была шерстяная пижама, видимо, даму вызвали прямо из постели. Она лишь приветственно кивнула нам и быстро принялась за работу. Я очень боялась, что в процессе подробного осмотра случайно найдётся медальон, но врач использовала исключительно магический метод. Её светящиеся нежно-голубым светом ладони начали скользить рядом с моим телом, даже не задевая одежды. А карман с медальоном я просто постаралась отодвинуть в нужный момент подальше.

— Эдвард! – где-то к середине осмотра раздался голос, который я ждала, но очень не хотела слышать. В комнату влетела Аннит. Она была в ночной рубашке, сверху которой накинула шелковый халат. Герцог стоял рядом со мной и ждал окончания осмотра, так что приход его ручной змейки был лишь вопросом времени.

— Аннит, не сейчас, – сосредоточенно ответил ей Эд, даже не поднимая взгляда.

Блондинка откровенно скривила лицо в гримасе негодования, когда заметила меня на диване. Вернее то, сколько внимание моей подбитой тушке уделяет герцог. На самом деле, было немного страшно. Что если Аннит сложит два плюс два? Она натравила волчар на кошку, а тут в такой же беде оказалась рыжая новенькая служанка. Надо было поскорее обозначить невзначай, что меня атаковала другая стая… по легенде. Хотя даже так, если прихвостни Глор поняли, кто именно меня спас. Уф. В общем, главное, чтобы Аннит не ляпнула чего лишнего. А то подставит нас обеих.

— Не сейчас?! А когда?! У нас были планы, а ты бросил меня, ничего не объяснив!

Отлично, кажется, она больше занята выяснением отношений с благоверным.

— Аннит, на невинную девушку напали оборотни, только потому что она работает в моём доме. Я обязан был действовать сразу. Если я не могу защитить своих людей, какой из меня глава ордена?

Эдвард был строг и непоколебим. Это немного остудило пыл красотки.

— Так на тебя напали оборотни? – спросила она, глядя на меня с явным подозрением. – Неужели, это проделки клана Глор?

— Н… нет, – я включила режим невинной жертвы. – Насколько я могу знать, это была какая-то другая стая.

— С чего ты вообще взяла, что это могли быть они? – спросил герцог, со всей серьёзностью смотря теперь на Аннит.

— Первое, что пришло в голову, – она пожала плечами. – Ладно, раз все живы и спасены, может, пойдём спать?

— Нет. Ты иди, я побуду с Яной.

Эта новость не очень-то обрадовала нашу змейку. Она осмотрела меня с ног до головы со скрытой злобой во взгляде. Неужели подозревает о моих мотивах? Или просто ревнует на пустом месте? Я выбрала тактику «сиди и молчи в тряпочку, пока огонь разгорается без твоей помощи, а то обожжет».

— Перевернитесь на живот, – строго приказала мне доктор, и я молча послушалась. Несколько неловко, что мы с ней были вынуждены слушать разборки, но деловитую старушку это вообще не смущало. Она просто не замечала никого кроме своего пациента.

— Ты бы лучше занялся поисками кошки, что сбежала с твоим медальоном, – продолжила тем временем Аннит. – Возможно, сейчас какой-нибудь оборванец с улицы пытается продать его на чёрном рынке.

— Кошка найдётся. Проголодается и вернется к утру. А медальон – это лишь побрякушка, хоть и очень символичная. Она уж точно не стоит жизни человека. Так что я лучше побуду с Яной.

— Доктор, а она что, умирает? – бровь Аннит со скепсисом приподнялась. Вот ведь неймется стерве.

— Нет, – ровно в этот момент старушка погасила магию, закончив осмотр. – Рану от укуса я залечила. В остальном – девушка здорова.

Залечила? Ничего себе. А ведь и правда. Боль совсем утихла.

— Вот видишь, – Аннит нагло усмехнулась. – Твоё присутствие рядом тут больше не нужно. Достаточно ванны и чистых вещей.

— Хватит, Аннит, – Эдвард устало рыкнул в сторону своей избранницы. – Это уже грубо. Давай лучше поговорим наедине.

— О, с большим удовольствием.

«Голубки» вышли из гостиной в коридор, а я осталась наедине с хмурой старушкой. Стало ещё более неловко. Наверное, стоит представиться. Иметь знакомую, которая владеет магией исцеления – это очень здорово.

— Я Яна, – улыбнулась, протягивая руку.

Доктор осмотрела меня не очень-то заинтересованным взглядом и без лишних слов прямо ответила:

— А я выставлю двойной счёт за ночной вызов. До свидания.

Сказала и исчезла. Какая… клиентоориентированность. И вот я осталась одна. Хотела пойти подслушать, о чем же там разговаривают Эдвард с Аннит в коридоре, но не тут-то было. Оказалась, одна маленькая хищница поджидала удобного момента, чтобы проявить себя.

— Яна-а-а-а, – послышался громкий взволнованный писк Нэнси, и в мою макушку врезался маленький комок шерсти и крыльев. – Я боялась, что ты погибла!

Мышь ревела навзрыд. То ли от счастья, то ли от горя. По ней было не понятно. Я смогла отцепить крылатку с волос и посадить к себе на колени.

— Ну что ты, – я даже растерялась, аккуратно гладя Нэнси по голове. – Всё хорошо, я же вернулась. Не реви.

Вместо мимимишной реакции на поглаживание, мышь вцепилась зубами в мой палец, а после повисла у меня на ладони, обнимая ту всяко, как могла. Странное и болезненное проявление любви.

— Больно, Нэнси, больно! – я зашипела, размахивая рукой. Тогда крылатка отцепила зубы, да и то лишь чтобы заговорить:

— Я так боялась потерять тебя. Кто бы приносил мне мандарины? Опять из развлечений осталась бы только игра в камушки с тупой вороной, которая иногда прилетает на крышу. Она меня так бесит!

— У тебя же целое мышиное королевство в подвале.

— Они все дурные! У них что не игра – всегда дерутся!

— Какая же тяжелая у тебя жизнь, – я покачала головой.

— Да, – Нэнси сарказма не поняла, но слезы, наконец, утерла. – Я была так рада, когда Филипп согласился помочь. Он ведь обычно делает вид, что не замечает меня. Сказал когда-то, что я вампир, а мы в зеркалах не отражаемся, поэтому он меня не видит. Я почти все его стеклянные дома обмазала грязью, чтобы он обратил на меня внимание.

— Так это ты попросила Филиппа сообщить Эду о нападении?

— Да. Мы со стариком пришли, а тебя нет, – мышь продолжала нервно всхлипывать как ребенок. – Только кровь везде и шерсть. Ну он и сказал, чтобы я летела домой и уговорила Филиппа сообщить обо всем Эдварду. Только чтобы искали тебя в человеческом облике, а не как кошку.

— Верное утверждение, – в зеркале, которое стояло недалеко, появился образ в шляпе. – Процесс перевода её неразборчивых криков занял некоторое время, поэтому операция затянулась.

— Ты просто придурок! – крикнула Нэнси. – Если бы ты меня не игно… игнор… игнорицировал, всё было бы быстрее. А Яна в этот момент могла и лапы отбросить!

— Ладно, ребята, не ругайтесь, – я активно начала поглаживать Нэнси, боясь скорого появление Эдварда. – Главное, что всё закончилось хорошо. Ну… почти. Филипп, сегодня ночью мне ещё нужна будет твоя помощь. А пока заканчивайте тут свои разборки. Нэнси, лети к себе в кладовку. Я как освобожусь, принесу тебе вкусностей. А ты, Филипп, не обижай крылатку.

— Я не умею «обижать». Я констатирую факты. Её умственные способности не пригодны для успешного сотрудничества.

— Знаешь, куда засунь себе свои контакты! И сам ты не умственно тупой! – не унималась мышь.

Однако послышался звук открывающейся двери, поэтому Филипп быстренько исчез, а Нэнси взлетела под самый потолок, чтобы затаиться там и незаметно отправиться к себе в кладовку…

В гостиную вошёл Эдвард. Он был один. В то время как мой слух уловил тяжелые быстрые шаги Аннит. Она шла куда-то в сторону спальни. Учитывая, как блондинка вбивала ступни в пол – разговор не задался. Однако сам герцог выглядел более чем спокойно.

— Ужин на столе, – кивнул он мне, делая шаг в коридор.

Я поспешила следом. Очень мило, что Эдвард решил поесть вместе со мной. Всё же официально я прислуга, а он тут хозяин и начальник. А также странно, что его змея к нам не присоединилась. Не хочет следить за ситуацией? Зря.

Так или иначе, скоро мы сидели за столом. В комнате больше никого не было. От помощи слуг в таких бытовых мелочах как смена тарелок и накладывание пищи герцог всегда отказывался. Он без лишних слов поухаживал за мной, и через несколько минут мой обостренный кошачий нюх приятно щекотал запах маринованной курочки.

— Приятного аппетита, – Эд был собран и строг.

— Спасибо. И тебе, – даже немного неловко стало. Но мой желудок очень быстро напомнил, что откажется работать в таких условиях, если его не покормят, поэтому я принялась за ужин.

Сказать просто «вкусно» в данном случае – ничего не сказать. Здешний повар отличался талантом. Я это поняла, когда прошлой ночью стащила пару кусочков вкусного тортика, который оставили пропитываться кремом. Наверное, на утро устроили тот ещё сыр-бор. Но нам с Нэнси нужно было что-то перекусить, пока мы ждали Аннит, нервно топчась в коридоре.

— Расскажешь мне подробнее, как всё произошло? – спросил Эдвард, отрываясь от трапезы.

— Если честно, рассказывать почти нечего. На меня напали по пути домой, в безлюдной подворотне. Я тут же потеряла сознание, то ли от страха, то ли от какой-то магии. А проснулась уже в их логове.

— Кто на тебя напал? Какой облик зверя у них был?

— Облик… – в голове появилось воспоминание о белой шерсти, в которую я уткнулась носом перед потерей сознания. Но не могла же я ещё больше подставить Итана. Поэтому пришлось сделать заминку и выкручиваться:

— Если честно, я не рассмотрела. Всё произошло слишком быстро.

— Понимаю. Не волнуйся, – видимо, Эд принял мой нервный тон не за ложь, а за страх перед картинами прошлого.

— Можно спросить? Что будет с теми пленными оборотнями?

— Можешь не переживать. Они получат по заслугам. Мы допросим их, а после отдадим под суд. Почти уверен, что каждого ждёт смертная казнь. Нападение на беззащитных невинных людей – это непростительно.

Вот же проклятье. Ладно. Судя по словам Эда, у меня было ещё несколько дней. Допрос, суд. Вряд ли всё состряпают за одни сутки. Но хотелось бы конкретики.

— А казнь… она будет публичной?

Герцог нахмурился, отпивая вино из бокала.

— Нет. Мы не проводим публичные казни в столице. Это варварство.

Я смутилась.

— Ну да, конечно.

— Тебе придется присутствовать на суде и давать показания. Так что процесс правосудия сможешь увидеть лично. А смотреть на смерть… это не то, чего стоит желать. Даже если оборотни сильно обидели тебя.

— Я? На суде? А когда? – мне надо было любыми способами понять, сколько у нас времени. Теперь точно нужно помогать пленникам бежать. Вряд ли судебное разбирательство будет ночью. А днём любые показания я могу разве что промяукать.

— Думаю, дня через два-три. Зависит от бюрократических проволочек. Но сейчас тебе не стоит волноваться об этом. Поешь, отдохни. Утром я попрошу кого-нибудь из стражи проводить тебя домой.

— Это не нужно, – я улыбнулась. – Ты ведь не сможешь приставить стражника к каждой служанке, которая на тебя работает.

— Пока всё не уляжется, именно так и сделаю.

Да что б твою заботу Эдвард да в правильное русло! Что скажет этот самый «охранник», когда вместо рыжей девицы найдет кошку? Ладно. Это проблемы утренней Яны.

— А почему госпожа Аннит не присоединилась к нам? – аккуратно перевела я тему в новое русло.

— Бережет фигуру, – Эдвард ухмыльнулся. – Поздние ужины – не для неё.

— Ясно…

Я сделала многозначительную паузу, а после выстрелила наглым вопросом в лицо:

— Ты любишь её, не так ли? Кажется, я слышала, что она говорила о свадьбе.

Эдвард натурально поперхнулся. То ли от моей дерзости, то ли от осознания, что его записали в женихи. Я состроила мордашку поневиннее. Герцог же посмотрел на меня с ироничной усмешкой в глазах.

— Свадьбе? – переспросил он, и одна из чёрных густых бровей со скепсисом приподнялась.

— Да. Не думай, пожалуйста, я не подслушивала. Это вышло случайно.

— Ну ничего себе, – он коротко посмеялся. – Вот уж не знаю. Такими темпами едва ли мы долго сможем поддерживать отношения, а она говорит о свадьбе.

Неужели действие приворота с него постепенно спадает? Слава Эдит и кинжалу старика Джордана!

— Что-то произошло? – очень участливо и исключительно по-дружески поинтересовалась я. – Понимаю, это не моё дело, но если тебе нужно выговориться – я с удовольствием послушаю. К тому же, это и мне пойдет на пользу. Хоть отвлекусь.

— Как сказать? Ничего особенного не случилось, даже наоборот. Скорее… не происходит ничего, что пришлось бы мне по вкусу, – Эд откинулся на спинку стула и устало вздохнул. – Дело в том, что когда моя жена Ванесса умирала, она очень просила меня не упиваться горем всю жизнь. Она всегда думала о других куда больше, чем о себе. Именно поэтому хотела для нас с Сарой счастья. Просила когда-нибудь привести в дом добрую женщину, которая сможет помочь нашей дочери в те моменты, когда мамы не будет рядом. Я до последнего отрицал такую возможность, но с годами раны зарастают. Ты понимаешь, что нужно хотя бы пробовать жить дальше. Однако врать не буду – у меня не получалось. Казалось, ни одна из женщин никогда не смогла бы заменить мне Ванессу. Так я думал до встречи с Аннит. Сначала она показалась мне очень… поверхностной и даже скверной девушкой, но потом я влюбился. Не знаю, как ещё объяснить те чувства, что проснулись внутри. Моя мать очень долго грешила на различную пагубную магию, но когда никто ничего не обнаружил, пришлось смириться – я просто люблю её. Увы, мои родители этого не приняли. Я же впервые ощутил нечто подобное после потери Ванессы и не хотел отпускать. Но последние дни я всё чаще ловлю себя на мысли, что скверный характер Аннит никуда не делся, а мои чувства будто бы… угасают. И вместе с ними спадают розовые очки. Думаю, меня печалит мысль, что это вовсе не любовь. Ведь тогда нужно будет начинать всё сначала, а я… я уже не верю в мою способность по-настоящему полюбить кого-то ещё.

Я была удивлена искренностью Эдварда. Слушала его внимательно, боясь упустить хотя бы одно слово. Наверное, впервые за красивой улыбкой и широкими плечами я рассмотрела его настоящего. Даже немного стыдно стало, что до этого он был для меня лишь объектом для «воспользуйся, поцелуй и забудь».

— Боишься, что рана на сердце всё ещё не зажила окончательно? – сочувственно спросила я, подвигаясь чуть ближе. Не для каких-то кошачьих уловок, а просто… чтобы искренне быть рядом. Кажется, от всего сказанного герцогу и правда было тяжело.

— Да. Именно так.

На самом деле, Эдвард держался очень мужественно, будто уже смирился, что никогда не найдёт кого-то, кто сможет быть рядом. Я поджала губы и аккуратно положила ладонь поверх крепкой руки, что покоилась на столе. Эдвард смерил меня внимательным взглядом, но не пошевелился.

— Если честно, я никогда не испытывала такой боли, через которую тебе пришлось пройти. Однако мне кажется, что правильный человек рядом поможет залечить даже самые страшные раны. Но раз они до сих пор ноют… может быть, Аннит и правда просто не та самая?

Я говорила сейчас без задней мысли. План по выселению змеи из гнезда остался где-то позади. Хотелось просто подобрать правильные слова, чтобы помочь тому, кто совсем недавно поднял целый орден, лишь бы спасти меня.

— Возможно. Вот только не факт, что хоть кто-то на это способен.

— Не отпускай руки, – я чуть сильнее сжала ладонь. – Любовь не выдается под заказ. Иногда нужно просто подождать, чтобы она сама нашла тебя. Каким бы влиятельным герцогом ты не был, чувствам нельзя указывать. А на счёт Аннит… – я приблизилась и весело шепнула: – хороший человек не может не любить кошек.

Только подумать! Говорю, как баба Люба. Ох, надеюсь, не этой истине она хотела меня научить.

Так или иначе, я не стала навязываться и отпустила руку Эдварда, когда моя поддерживающая речь была завершена. Он улыбнулся в ответ.

— Да уж. Кошка – это ещё одна морока. Если она завтра не явится, придется подключать городскую стражу. Сару сегодня еле накормили. Она решила отказаться от еды, пока не найдётся Булка. Но это я сдуру ляпнул, что кошка вернется, когда проголодается.

Я не сдержала доброго смешка.

— Она подумала таким образом измерить, когда же Булка проголодается?

— Именно.

— Чудесный ребятёнок.

— Да, Сара – моё спасение…

Повисла тишина, однако она не было неловкой. Скорее даже теплой и родной. Рядом с Эдом я чувствовала себя уютно. Пусть мы и молчали, подбирая слова.

— Давай я сам завтра провожу тебя до дома, – неожиданно произнес герцог таким тоном, будто совсем не предлагал, а настаивал.

— О, нет. Не стоит. Ты ведь, наверное, жутко занят. С пленными работы прибавится.

— Часок выкрою. Всё же ты попала в такую опасную ситуацию из-за меня. Да и по пути сможем поискать рыжую беглянку.

Я представляла, как мы весело идем по только-только просыпающимся улочкам, болтаем и ищем кошку. В мыслях это выглядело здорово. Вот только у моего проклятья немного иные планы.

— Посмотрим утром, – кивнула я.

— Хорошо. Тогда я пойду спать. Перед ужином я попросил набрать тебе ванную недалеко от комнаты для гостей.

— Спасибо за заботу.

— Утром я зайду, – Эдвард поднялся и уже дошёл до двери, когда вдруг добавил: – а, кстати. Я решил, что ты можешь заняться моим портретом.

— Правда?! – я с удивлением уставилась на герцога. Тот достал мой эскиз.

— Скажу честно, некоторые кандидаты были куда способнее, но… я решил, что нужно помогать начинающим талантам. Обсудим завтра время и гонорар.

Вот жук. Неужели хочет дать мне лишнюю мотивацию снова встретится? Хотя глупости. Я ведь итак тут каждую ночь.

— Хорошо. Спасибо!

Эдвард вышел в коридор, а я осталась доедать свою курочку и ждать, когда всё окончательно утихнет, чтобы начать планирование операции «освободи бедовых оборотней». Сколько же приключений на дороге к одному поцелую! Хорошо хоть кормят вкусно и даже платят…

Когда в особняке всё стихло, я прокралась к зеркалу в гостиной.

— Филипп, ты спишь? – спросила шепотом, с опаской оглядываясь вокруг.

— Я не умею спать, – моментально отозвался силуэт в шляпе. – Исключение – сонный режим, в который меня может ввести создатель.

— Это здорово. Но сейчас о другом. Мне нужна твоя помощь.

— Я не сомневался. Сообщений для Вас нет.

— Да не нужны мне новые загадки от бабы Любы, пусть смотрит на всю эту мыльную оперу молча. Сейчас мне надо найти способ вызволить пленных оборотней. И ты должен помочь.

— Абсурдное утверждение. Я запрограммирован на законопослушное поведение.

— О, правда? – я уткнула руку в бок. – А не ты ли, законопослушный наш, соврал мне про мою татуировку на спине?

Шляпа вздрогнула, и в ту же секунду по зеркалу прошлась трещина. Я уже не первый раз такое наблюдала, так что осталась смирно ждать, когда программа отлагает и прогрузится вновь. Так и случилось. Через полминуты Филипп объявился с уже знакомой большущей книгой в руках.

— Я не врал. Я не могу врать. Данная информация взята из архива создателя.

— Да хоть с луны. Эта татуировка связывает меня с другим человеком. И я уверена, ты это знал, когда читал мне выдумки из твоего талмуда.

Филипп снова подлагал, но в этот раз без трещин, силуэт просто подрагивал, иногда искажаясь, но возвращаясь в исходное положение. Он активно зашуршал страницами, будто находился в панике, а сам тараторил между делом:

— Неверное утверждение. Талмуд – это…

— Филипп! – я хлопнула в ладоши, заставляя шляпу подпрыгнуть, а силуэт замереть, быстро закрыв книгу. – Хватит мне лапшу на уши вешать.

— Провожу анализ земного фразеологизма…

— Врать мне хватит. Я уверена, прежде чем достать эту книгу, ты уже прекрасно понял, что за рисунок у меня на спине. Ты ведь черпаешь знания из каких-нибудь магических поисковиков информации, не так ли?

— Верное утверждение, – Филипп грустно опустил книгу. – Сбор данных по открытым базам проводится моментально.

— Тогда почему просто не рассказал правду?

— Запретная информация.

— Начинается… ладно, я не хочу тебя допытывать и уж тем более не собираюсь рассказывать Эдварду о внутренних сбоях твоей программы.

— Абсурдное утверждение! – тут же почти вскрикнул Филипп. – Никаких сбоев не обнаружено. Моё магическое обеспечение обновляли пару дней назад!

— Однако ты допустил ошибку.

— Это не ошибка!

— А что же?

Силуэт задрожал от желания оправдаться, однако в итоге печально повторил:

— … запретная информация.

— Вот видишь, – я пожала плечами. – Так или иначе, ты соврал мне. Помоги с освобождением оборотней, и я навсегда забуду об этом.

Филипп замолчал, словно раздумывал. Он снова открыл книгу, медленно листая её. Хоть помощник из зеркала и был умнейшей личностью, всё же социальных навыков ему не хватало. Наверное, именно поэтому его так расстроило обличение во лжи.

— Согласен, – довольно скоро с прискорбием в голосе ответил Филипп. – Я могу поделиться информацией об устройстве ордена.

Книга пропала из его рук.

— Ты знаешь, где держат обортней?

— Темницы для заключенных находятся под зданием ордена истребителей. Пленных сковывают антимагическими цепями, которые не позволяют использовать магию. Также в здании работает генератор, запрещающий колдовать всем, кто не входит в список дозволенности.

— Список?

— Да. Туда на постоянной основе записаны имена членов ордена. Периодически он изменяется, и вносятся имена достопочтенных гостей.

— Значит, если мы внесем несколько имен в этот список, оборотни смогут незаметно телепортироваться в темницы и забрать своих товарищей?

— Теоретически возможно. Если они успеют сделать это до того, как будет поднята тревога. Также посторонние имена могут быть быстро обнаружены.

— Филипп, чисто в теории… кто может изменять этот список?

— Странный вопрос. Герцог Эдвард Ноар.

— Значит, ты тоже имеешь доступ к ним? Наверняка список ведь не держат на тайной бумажке.

Филипп помедлил. Он постепенно понимал, к чему я клоню.

— Верное утверждение. Список хранится в запретных базах данных ордена.

— И ты можешь изменить его? Буквально на полчасика ночью?

— Могу. Но не буду этого делать. Если замысел раскроется, репутация господина Ноара будет навсегда очернена.

Я отпустила взгляд, шумно выдыхая. Филипп был прав. Однако если не рискнуть, те оборотни умрут. Что же делать?

— Есть одна идея, – неожиданно произнес Филипп. – Перед судом над пленными в список будет заноситься больше количество имен. Защитники, судьи, обвинители, гости. Если попытаться сделать это накануне, скорее всего, пару лишних записей никто не заметит.

— Ты поможешь? – почти молящее спросила я.

— Я не понимаю, почему мы должны освобождать убийц, проклятых кровью Раса.

— Потому что они не такие. Эта стая старается сдерживать свою ярость и не вредить обычным людям. Они помогли мне, а я отплатила такой ужасной участью для их собратьев. Пожалуйста. Нам нужно им помочь. Иначе мне придется пойти рассказать всё Эдварду о моём проклятье.

Шляпа Филиппа вновь неожиданно вздрогнула.

— Зачем рассказывать господину Ноару о Вашем положении? – несколько нервно спросил он.

— Когда я объясню ему всю ситуацию, он и сам поймёт. А скрываться за смертями я точно не буду. Конечно, возможно, я отправлюсь следом за ними, но… надеюсь, Эдвард поймёт, что я проклята, но кровь моя чиста.

— Стоп, стоп, стоп, – Филипп взмахнул рукавом. – Господину Ноару ничего не нужно знать. Я помогу.

Подозрительно. Кажется, Филиппа пугала перспектива того, что я раскрою все карты перед Эдвардом. Но сейчас расспрашивать его об этом не стоило. А то ещё спугну.

— Внесешь имена?

— Ответ положительный.

— Отлично. Осталось связаться с Итаном. Ты можешь… ну… позвонить Итану из стаи Белого клыка?

— Вы хотите связаться через меня с оборотнем? – Филипп недовольно прокряхтел.

— Слушай, ты итак уже втянут в мою авантюру по самые не балуй. Так что это меньшая из наших… шалостей. Просто сделай звонок анонимным, чтобы он не понял, что мы в доме герцога.

— Я знал, что личность, которая нашла общий язык с кровопийцей из восточной кладовки, не может быть благоразумной, – Филипп поворчал, но просьбу выполнил. – Связываю…

Я ощутила ужасное волнение, будто тело пронзает большое количество маленьких иголочек. Однако страх перед общением с моим новым знакомым сменился разочарованием, когда Филипп вдруг произнес:

— Данный пользователь не найден.

— Как это? Я думала, у вас у каждого встречного есть… магическое зеркало для таких дел.

— Да. Система связи очень распространена. Но не у оборотней.

— Вот зараза. И что же мне делать?

— Не могу дать ответа на этот вопрос. Я помогу со список дозволенности, но искать оборотней Вам придется самой. И кстати… узнайте их фамилии. Принадлежность к стае – не подходящий отличительный знак.

— Ладно, ладно, – я поёжилась. – Поняла. Нужно искать Итана самой…

Но как?!