Кошки-мышки, или Зло пожаловать в семью

1 — Глава, в которой героиня поднимает нежить в воспитательных целях

— Мне нужен доступ к вашему родовому кладбищу, — с порога начала я, с опаской смотря под ноги и с трудом побарывая нервный тик.

Вот сдуру брякнула, что боюсь мышей, и на, получи! Конечно, эти мелкие паршивцы не преминули случаем в первый же вечер устроить мне подставу всех подстав. После горячей ванны я вернулась в комнату и обнаружила на подушке жирную белую мышь с красными злющими глазами. Не заорала только потому что оцепенела.

С перепугу даже фаерболл из себя выдавила, но только подушку спалила. Мышь скрылась.

— Аннета, позвольте уточнить, вы вваливаетесь ко мне в час ночи затем, чтобы получить доступ к родовому кладбищу? — Корин Дагмер, хозяин поместья, мой наниматель и по совместительству дядя двух двенадцатилетних сорванцов, откинулся в кресле. Окинул меня при этом настолько выразительным взглядом, что я поежилась, на секунду забыв, что заговоренная на преследование тварюшка где-то близко. Притаилась, выжидает… — Зачем⁈

— Исключительно в воспитательных целях, — с трудом совладав с голосом, я постаралась ответить серьезно. Самой же хотелось с ногами забраться на его стол, перехватив папку потяжелее и… Чтобы наверняка! Мышь точно где-то близко, я буквально слышала ее дыхание и царапанье мелких коготков! Интересно, как высоко они умеют прыгать?

— Вы собираетесь воспитывать моих племянников на кладбище⁈ — кажется, за этот короткий день мне все же удалось вывести мистера Дагнера из состояния эмоционального равновесия. — Я, конечно, доверяю вашим методам, но… И это не терпит до утра?

— Поднимать лучше ночью, — буркнула в ответ.

Еще пару дней назад мне казалось, что гувернантка с хорошо развитой некромантской и каплей целительской магией никому не нужна. Даже выдохнула, что не придется продолжать дело семьи Вильборг по воспитанию чужих детей. Отучилась для галочки, и хватит. Ан нет… Бабушка заявила, что нашла мне место и мне надлежит немедленно отправляться к своим воспитанникам.

Да и идея с поднятием нечисти теперь не казалась мне такой блестящей. Еще днем я приметила, что на родовом кладбище есть отдельный участок с домашними питомцами. И если уж не справилась собственными силами, то стоит обратиться к профессионалам — котам.

— Кого из моих предков вы собрались поднимать⁈

— Боги с вами! — тут же ответила я. — Я всего лишь хочу поднять маленького котика. Ма-а-аленького кровожадного котика, чтобы он помог мне в моей проблемке.

— Они заслали к вам мышь, да? — вдруг сочувственно поинтересовался мой наниматель, сложив два и два.

— Да, — сдавленно пискнула я.

Я не боюсь ни змей, ни пауков, ни диких драконов, ни свою строгую бабулю, но цепенею при одном взгляде на мышь. Этот страх со мной с самого детства. Когда мне было шесть, я сбежала от настырной няньки на чердак. Ощущая себя едва ли не великим исследователем, я копалась в старых пыльных коробках.

На чердаке было темно, и единственный луч света пробивался через крохотное окно у самой крыши, словно специально освещая сцену для начала ужасов. Он и случился — я залезла в огромную коробку и вдруг услышала шорох у самых ног. Нет, не просто шорох — звук был такой, словно какой-то монстр процарапывал себе путь наружу.

На самом деле, это была мышь. Самая обыкновенная белая мышь.

Я закричала так, что нянька, ищущая меня внизу, скорее всего подумала, что я встретила банду оголодавших гремлинов.

Тогда я тут же попыталась вылезти из картонного монстра, но запуталась в длинной ночнушке и рухнула вместе с ней. И мышью. Клянусь, тогда мне показалось, что грызун накинется сзади, пользуясь моим падением, и сожрет. С тех пор каждый раз, когда я вижу мышь, у меня начинается внутренний монолог: «Ты не на чердаке, Аннета. Тебе не шесть. Ты взрослая девушка! Соберись!».

И каждый раз я позорно проигрываю внутреннему голосу.

— Ну, пойдемте, — Корин Дагмер тяжело вздохнул и встал со своего рабочего места.

— Куда?

Вариантов представлялось множество. От «расторгать с вами договор о найме» до «всыпем этим паршивцам по первое число». Каюсь, оба варианта меня бы вполне устроили. Я, может, и потомственная няня, но весьма посредственная.

— В сарай.

— Зачем? — тупо переспросила я.

— За лопатой.

Самое ответственное задание по археологическим раскопкам доверили мне, вместе с лопатой.

— Вы поосторожнее. Котофф Седьмой был любимым котом моей прабабушки, — в тоне хозяина поместья мне послышалась едва заметная насмешка. Вот сам бы и выкопал!

Загоняя садовый инструмент поглубже, я подавила желание ссыпать землю ему на ботинки. Как ни крути, а лорд Дагмер вообще ни в чем не виноват.

Еще сегодняшним утром экипаж, любезно оплаченный бабулей, доставил меня в поместье Дагмеров. На крыльце меня добродушно встретили малочисленные слуги, приветствуя новую гувернантку, в холле ожидал глава рода — Корин Дагмер — с двумя очаровательными двенадцатилетними ангелочками. Те мило поприветствовали меня, сопроводили в столовую, напоили холодным чаем, между делом расспрашивать, кто я и откуда.

Тогда это показалось мне простым детским любопытством, но теперь наставление местной кухарки — «Ты с этими мерзавцами не расслабляйся!» — не казалось мне таким пустым. Да и их расспросы теперь казались мне жуть какими подозрительными.

— Печенье чудо как хороши! У вас ведь нет аллергии на корицу? — невинно уточнила Джиннет, родившаяся раньше брата на «целых три минуты». Об этом, к слову, она мне сообщила первым делом.

Я ей любезно ответила, что аллергия у меня только на клубнику. Вот глупая, сама же вручила близнецам оружие! Теперь понятно, что никакая кухарка не ошиблась, добавив в травяной сбор сушеную ягоду.

— А еще у нас по участку бегают ящерицы. Зеленые в пятнышку! Но вы не бойтесь, я вас защищу, — важно заявил Астор с горячим интересом в глазах.

Теперь я понимала, что этот интерес направлен исключительно, чтобы добиться от меня:

— Ящериц я нисколько не боюсь, они очень милые. А мышей тут не водится?

Как там среди дознавателей говорят? Все сказанное может быть использовано против вас? Теперь это не кажется пустой формальной фразой…

А уже вечером я, хозяин поместья, кладбище… Чем не няньская романтика?

В очередной раз загоняя лопату поглубже, я мысленно разрабатывала план мести. Там, где они учились, я преподавала! Пока старшие представители моей семьи занимались чужими детьми, я была предоставлена сама себе и няням уровня пониже. Я как никто знаю, как эта веселая игра работает в обе стороны.

— Аннета, вы точно хотите?.. — с сомнением начал мой наниматель, когда я докопалась до… скажем, сути.

— Лорд Дагмер, будьте уверены, я знаю, что делаю, — с уверенным видом соврала я. Тот факт, что он не остановил меня в самом начале, говорил о многом. К примеру, что выходки племянников кошмарят не только слуг и помощников.

Это придало решимости. Я сплела пальцы, пробормотала заклинание и положила ладонь на деревянную коробку, в которой ожидал поднятия Котофф Седьмой.

Ну и имечко!

Чары не заставили себя ждать. Дерево окутало холодным белым сиянием, в воздухе запахло грозой. Секунда, другая, третья, и раздался деревянный треск. Гроб Котоффа развалился на тысячи опилок, и перспектива разделаться с противной красноглазой мышью явила себя лунному свету.

— Котов, которые были, ммм, пушисты в кости я видела, но чтобы кость была… м-м-м… — я с сомнением взирала на поднятое нечто. Это точно кот, а не слон?

— Его породистая матушка решила, что слишком хороша для обычных котов и выбрала себе в спутники мантикора.

— У него и шип есть⁈ — угораздило же меня выбрать именно эту могилу.

— В отца он пошел только формами, — убедил меня лорд Дагмер, с любопытством осматривая поднятое нечто.

Костлявое создание размеров с среднюю собаку по-кошачьи выгнуло спину, тут же протрещав всеми своими косточками. После грациозно рухнуло набок, демонстрируя нам свой отсутствующий живот, крутанулось на месте и снова поднялось на ноги.

— А вид бегающего по поместью скелета не спровоцирует детскую травму? — помнился Корин Дагмер, запуская в волнистые каштановые волосы пальцы. Стоило отдать ему должное, он и глазом не моргнул при виде нежити.

— Лорд Дагмер, у Джинет талант к некромантии. Ей еще не раз придется видеть скелетов, даже поднимать, — мягко ответила я. — Лично меня их вид лет с шести не шокирует.

— Но она плохо умеет обращаться со своей силой.

А вот в этом я сомневалась. Некроманта, который нет-нет, да и обращается к своей силе, видно издалека. Если, конечно, сам обладаешь талантом к этому типу магии. В том, что Джиннет уже экспериментировала с чарами подобного толка, я не сомневалась. И вряд ли она это делала без брата, с которым они не разлей вода.

— Не переживайте, научим, — посылая новый магический импульс в сторону Котоффа, я мягко улыбнулась.

— Не подумайте, что я не доверяю вашему подходу, просто… Ваша семья…

Да-да, известна во всей империи. Двадцать лет назад бабушка даже открыла бюро по подбору гувернанток, потому фамилия Вильберг уже давно стала неким гарантом качества. Ее подчиненных приглашали к самым трудновоспитуемым детям из обеспеченных семей.

Тот факт, что я была в числе самых невыносимых детей всей империи, единственное крохотное темное пятнышко на белоснежном полотне репутации моей бабули. Разумеется, никому не известное. И это не остановило ее пристроить меня сперва в академию гувернанток, а после — в семью Дагмеров.

Зарядив Котоффа толикой магии, я направила мысленный образ той, на кого ему предстояло поохотиться. При воспоминании о собственном белошкуром кошмаре я поежилась. Команду нежить приняла легко и непринужденно. Вновь потянувшись, он скользнул краем черепа по моей ноги — ластится? — и с хищной грацией прыгнул во тьму.

Мда, не хотела бы я такой кисе попасться на голодный желудок… Клыки он явно унаследовал у своего отца. У мыши нет и шанса скрыться от такого зверя…

— Мы-ы-ышку жалко, — вдруг всхлипнула носом я и осеклась. Чтобыя́поставила два этих слова рядом⁈ Даже в самых смелых фантазиях сложно было представить.

— Ну, еще не поздно все отменить, — флегматично отозвался лорд Дагмер, хотя удивление в его глазах не переставало плескаться с момента моего визита в его кабинет.

Ну не-е-ет… Я не против существования мышей. Но желательно за десятки километров от меня. Та мышь, что подослали дети, заговоренная — а потому пока ее мелкие зубы не вонзятся в мою шею и не высосут всю кровь, явно не успокоится.

Зачем маленькой мышке моя кровь я не знала, но в моей голове все рисовалось именно так.

На этом мы с Корином Дагмером пожелали друг-другу хорошей ночи и, как ни в чем не бывало, разошлись по своим комнатам.

2 — Глава, в которой герои присматриваются друг к другу

Комната, которую выделили для приехавшей гувернантки, была выше всяких похвал. Три высоких окна пропускали щедрые потоки солнечного света. Легкие, почти невесомые светлые гардины колыхались от малейшего дуновения ветра, создавая атмосферу уюта и спокойствия.

Стены были выкрашены в мягкий светло-голубой оттенок, словно отголосок утреннего неба. Новая мебель — изящная и стильная, но без лишней вычурности — добавляла комнате современности, сохраняя при этом ее элегантную простоту. Кровать с льняной простыней, удобный стол для письма, небольшой шкаф для одежды — все это гармонировало, придавая ощущение завершенности.

Просыпаться в такой комнате — истинное блаженство.

Потянувшись, я сверилась с часами. Поспать удалось всего ничего, я никак не могла избавиться от мысли, что слышу, как скребутся по полу маленькие коготочки, как раздается в ночи едва различимый писк, в котором отчетливо слышится «Я тебя виж-ж-ж-жу!».

Но на любую заговоренную мышку найдется заговоренная нечисть в воплощении кота. Он просто обязан расправиться с грызуном. Этим я себя и успокаивала.

Вот только встав с постели, я обнаружила Котоффа Седьмого разлегшимся на прикроватном коврике в обнимку с… палкой колбасы. Изрядно пожеванной, но вполне узнаваемой. Конечно же, светлому ковру такое соседство с едой не понравилось

— Да ты не Котофф, ты Скотофф какой-то! — буркнула я.

Интересно, на что он рассчитывал? У кота ни желудка, ни вкусовых рецепторов не наблюдалось, однако в колбасу он вцепился с маниакальной преданностью. Судя по всему, мышь лишь раззадорила аппетит. Стоит найти ее тельце и упокоить с миром, пока дети не проснулись.

Умывшись и одевшись, я приступила к задуманному. Заодно решила разведать территорию поместья.

Три этажа, порядка десяти гостевых спален, четыре просторных зала общего пользования, в одном из которых я обнаружила рояль, огромная библиотека и крыло для слуг. Для столь богатых и влиятельных аристократов — так обозначила бабуля — даже скромно, но при том уютно и оформлено со вкусом.

Вот только мыши я нигде не обнаружила. Даже на кухню заглянула, заодно поздороваться с кухаркой и ее помощницами.

— Все, вы уже уезжаете? — кухарка по-своему поняла мой утренний заход, даже не пытаясь скрыть облегчение в голосе.

— Нет, — удивилась я в ответ. — С чего бы?

Пэм смерила меня взглядом, словно сомневалась, что я понимаю, во что вляпалась. Я, конечно, и сама прекрасно осознавала, что гувернантка из меня так себе, но выбора не было.

— Думала, уже к вечеру эти маленькие мерзавцы вас доконают, — хмыкнула Пэм, поджимая губы. — Вы ж юная совсем.

— Юная и крепкая, — уверила её я, стараясь сохранять доброжелательный тон, хотя в груди неприятно екнуло. «Маленькие мерзавцы»? Я вчера уже заметила, что слуги тут детей явно не жалуют, но вот сейчас это прозвучало особенно грубо. Почему-то от этого становилось неуютно. Неужели каждый раз буду сталкиваться с таким отношением?

Захотелось сменить тему, и я, чуть натянуто улыбнувшись, спросила:

— Через сколько нам надо быть готовыми к завтраку?

— Завтрак подаем к восьми, мисс, — подала голос молодая темноволосая девушка, стоявшая рядом с Пэм. Это была Хелли — одна из кухонных помощниц, и она мне сразу понравилась. В отличие от Пэм, у неё был открытый, чистый взгляд, в котором не было ни намека на презрение или раздражение.

Я кивнула, бросив взгляд на часы: до завтрака оставалось совсем немного. Нельзя опоздать в первый день работы — в академии меня учили, что режим — основа порядка. Да и детей будить пора.

— Благодарю, — добродушно улыбнувшись Хелли, я направилась к выходу, уже предвкушая трудности предстоящего дня. Сегодня точно будет непросто.

* * *

А теперь настало время к подготовке плана мести. Месть должна быть яркой, хлесткой и… воспитательной. Я не ставила цели обидеть этих детей или задеть, я просто принимала их правила игры.

Хотят шкодить? Я поддержу, но по-своему.

Насколько мне известно, с ними не задерживалась ни одна из нянь. Самый долгий срок — месяц. Я же попробую побить этот рекорд, в этом и заключалось мое пари с бабулей.

Перед тем, как сюда отправиться, у меня с ней состоялся жаркий спор. Я убеждала ее, что быть гувернанткой попросту не смогу, она напоминала о наследии семьи, о важности «нашей» работы. В конце беседы она все тем же сдержанным и холодным тоном предложила:

— Давай так, Аннета. Сможешь продержаться в три раза дольше, чем предыдущая гувернантка, будешь заниматься, чем хочешь. Хоть языками, хоть художествами своими, хоть некромантией.

— И сколько она продержалась? — с подозрением поинтересовалась я, понимая, что придется согласиться. Мои аргументы разбились о стену бабушкиной стойкости.

— Месяц.

— Мне надо продержаться всего три месяца? — я обомлела от неверия в собственное счастье.

— Зря ты полагаешь, что всего. Дети там и правда не простые.

Пожалуй, это может быть даже интересно. Куда интереснее, чем если бы меня отправили к детям, которым еще с пеленок вдолбили палку в спину, чтобы сидели ровно, а вместо сказок на ночь зачитывали расписание на следующий день. «Подъем в шесть, зарядка в шесть двадцать, завтрак в семь, занятия по фортепьяно…» — гувернантки с таким подходом у меня тоже были. Бабуля тестировала на мне все возможные подходы, которые могли бы применить ее подчиненные.

Знай врага своего в лицо — это я тоже четко уяснила, потому прокрутила в голове все факты, что я знала о близнецах.

Семья Дагмеров была одной из самых крепких и дружных семей во всей империи. Они редко обращались к услугам гувернанток, предпочитая им семейное воспитание и приходящих преподавателей по особым наукам, хотя могли себе позволить хоть с десяток высококвалифицированных нянь. Они вели успешное дело по огранке магических накопителей, которыми пользовались во всей империи.

Вот только идиллия разрушилась в один момент — пожар в родовом имении унес жизни большинства представителей семьи. В живых остался только Корин Дагмер — младший из сыновей — и двое его племянников.

О том пожаре писали во всех газетах, трубили на каждом углу, потому мне было известно, что произошло пять лет назад. Поговаривали даже, что сам Корин приложил руку к поджогу, чтобы заграбастать себе все наследство.

Сплетни. К ним я всегда относилась равнодушно.

Близнецам было по семь лет, когда не стало их родных и близких — слишком взрослый и осознанный возраст для того, чтобы что-то не понимать.

По отношению к Джинет и Астору я не испытывала жалости — уверена, с их тяжелейшей биографией, они испробовали ее ложкой с горкой, только и успевай проглатывать — нет, никакой жалости, им это лишь навредит, окунет в боль прошлого. К этим детям у меня были другие чувства… что-то близкое, родное. Кажется, я чувствовала себя так же, когда потеряла маму. Тогда мне все казались чужаками, а мир виделся враждебным и недружелюбным.

Несмотря на множество комнат в поместье и сравнительно взрослый возраст детей, спали они в одной комнате.

— Доброе утро! — громогласно поставила их перед фактом, заходя в их спальню.

Тут буйствовал хаос. Декоративные подушки с кроватей были раскиданы по полу, у одного окна возвышалась целая куча разных игрушек, которыми явно не пользовались, у второго — гора книг.

— Мисс Вильборг? — сонно раздалось с мужской части детской. Из тонны смятых одеял показалась взъерошенная русая голова Астора. Он сонно на меня заморгал.

— Доброе утро, — повторила я, подходя к окнам и отдергивая шторы.

Мне на порядок было чхать с высокой башни, но в академии убеждали, что чистота в личных комнатах идет сразу после режима, то бишь подоснова всех основ. Но куда больше меня волновало, что близнецов следовало расселить.

Мало того, что они разнополые, так еще и с противоположной магией. Это мне «повезло» сочетать в себе несочетаемое, у Астора же ярко выраженный талант к целительству, а у Джинет — к некромантии. Если их внутренние энергии будут путаться, с чарами могут возникнуть проблемы.

— А… Как вам спалось? — с подозрением уточнил Астор.

— Прекрасно. Спала как… сытая мышь, — весело отозвалась я, стараясь не представлять мелкую тварюшку. — Джинет, просыпайся.

— Обычно она пропускает завтрак, — тут же сообщил близнец.

Ага, значит, не любит ранние пробуждения.

— Как жаль. Ведь у меня для нее настоящий сюрприз, — с наигранной жалостью протянула я, подходя к кипе подушек и одеял, под которой спряталась девочка. — Милая, просыпайся. Сегодня будет увлекательный день.

Отправив Астора умываться, я продолжила ласковые уговоры. С возрастом я стала той самой шибанутой птицей, которая просыпается рано и засыпает поздно, но в детстве тоже любила спать подольше. Как меня только не будили… И уговорами, и водой, и ультиматумами. Но по-особенному запомнилась та няня, что просто села рядом, ласково гладила меня по спине, приговаривая, что солнышку пора вставать.

Отчаявшись дозваться, я так и поступила.

* * *

Глава семейства — Корин Дагмер — сидел во главе стола. Джинет и Астор расположились рядом, по левую руку. Я же была удостоена чести усесться по правую руку от хозяина дома.

За столом царила тишина, прерываемая только позвякиванием приборов по тарелкам. Близнецы украдкой переглядывались, будто бы общаясь ментально. Внешность ангельская — русые волнистые волосы, чистые голубые глаза, легкий румянец на щеках — но теперь меня этим обликом не обмануть!

Очередная сушеная клубника в чае, слабительное в каше и обмазанный клеем стул — эти подставы я обошла играючи. Мысленно отметила, что успеть все это за столь короткий срок — талант!

— Какое у детей расписание на сегодня? — первым прервал густую тишину Корин Дагмер.

— Думаю, сегодня мы познакомимся поближе. Джинет и Астор покажут мне поместье и расскажут, что изучали с моими предшественницами, — ответила я. — К тому же, у меня есть небольшой подарок для Джинет.

— Вы про тот подарок? — подогревая детский интерес, поинтересовался лорд Дагмер. Близнецы оживились.

— Уверена, Астору тоже будет любопытно, — произнесла в ответ.

Надеюсь Котофф не покажется раньше времени.

Лет в пять я просила бабулю завести домашнее животное. Она ссылалась на грязь и шерсть, на то, что я даже о себе позаботиться не могу, не то, что о живности. Тогда и проявилась моя некромантская магия, у нас появился Карзи. Попугай-скелет. Вот только несмотря на то, что подняла его я, он стал любимцем моей неприступной бабули.

— Может, у вас есть какие-то пожелания? — спросила у детей.

— У нас?

— Да. Какие у вас интересы? Может, вы хотели бы уделить время изучению языков, живописи или игре на рояле?

— Мы сами можем выбирать? — нахмурился Астор.

— Конечно. Рассмотрим все пожелания. Можете задавать вопросы.

— Мы можем задавать любые вопросы? — настороженно уточнила Джинет.

— Конечно, — не подумав, брякнула я.

Это и стало моей очередной ошибкой.

— Мне интересно, откуда берутся дети, — тут же сообщила Джинет.

И судя по невинному взгляду, которым она обменялась с братом, ответ близнецы знали. Как минимум, в общих чертах.

Лорд Дагмер кашлянул, но сумел справиться с эмоциями. Перевел осторожный взгляд на меня, полностью перекладывая ответственность. Смотрел при этом настолько напряженно, словно ответ на вопрос требовался и ему.

Мне же оставалось только взять себя в руки и старательно подбирать слова.

Я внутренне застыла, но снаружи сохранила вежливую улыбку. Что делать? Как ответить? Я пыталась вспомнить хоть что-то из лекций в академии для благородных гувернанток, хотя честно говоря, к такому вопросу жизнь меня совершенно не готовила.

— Дети появляются, когда мужчина и женщина сильно любят друг друга и очень хотят ребенка, — начала я осторожно, сама мысленно лихорадочно прокручивая уроки в академии.

Там точно рассказывали какую-то дичь про семечко, которое сажают в живот женщины. Помню, как была вдохновлена темой одна из преподавательниц, мадам Дюваль.

— Дорогие мисс, — говорила она, делая грациозный жест рукой, словно сейчас раскроет нам секрет вечной молодости, — Дети появляются, когда мужчина сажает семечко в живот женщины.

Я, как и многие другие девочки, тогда уселась поудобнее.

— Сначала мужчина дарит женщине цветы, — продолжала мадам с серьезностью профессора ботаники. — Потом, если чувства их сильны, он передает ей маленькое волшебное семечко.

Она словно в воздухе рисовала нечто невидимое и волшебное.

— Женщина это семечко принимает и бережно носит его в своем животике.

Мы все слушали с недоумением, но никто не решался спросить, как именно это семечко передается. И откуда берется. На уроках нам было не до шуток, ведь мадам Дюваль могла строго отчитать за любые комментарии.

— Когда приходит время, — продолжала она, — из семечка вырастает ребенок, как из цветка.

Девочки переглядывались с подавленным смехом, но никто не возражал. Мы все сидели и думали о тайне волшебного семечка.

— Пэм говорила, что любовь происходит за закрытыми дверями. Это так? — поинтересовался Астор, вырывая меня из воспоминаний.

Кухарка довольно деликатно обошла тему, но увы, лишь подогрела интерес к тому, что же там за закрытыми дверями происходит. Честно говоря, история про «волшебное семечко» и у нас тогда подогрело интерес.

— Да, — осторожно ответила я в ожидании новой подставы.

— Тогда у мисс Жиль и дяди тоже будут дети?

Лорд Дагмер постучал пальцами по столешнице, отставляя чай подальше.

— Мисс Вильборг сказала, что для того, чтобы появились дети, мужчина и женщина должны обязательно любить друг-друга. Мы с мисс Жиль добрые друзья, так что никаких детей не получится, — спокойно ответил он. Что-то мне подсказывает, что вопросы детей лорд Дагмер принимает за чистую монету. Из плюсов: держит себя в руках и не подает виду, что смущен.

— Но вы ведь запирались в вашей спальне, когда она приходила в гости, — продолжила Джинет. — Значит, у вас там была любовь!

Судя по всему, в паре с братом именно она заводила. Астор лишь с интересом слушал, жуя оладьи.

— Может, ваш дядя просто просил мисс Жиль завязать галстук, — предположила я, стараясь свернуть тему. Надо спасать мужика. — Астор, а ты умеешь завязывать галстук?

— Так долго? — не унималась Джинет.

— Играли в шахматы? — предположила я. — Кстати, вас учили играть в шахматы? Я в детстве весьма неплохо играла. Астор, не составишь мне компанию в игре после обеда?

Если и перетягивать кого-то из детей на свою сторону, начинать стоит с Астора. Если чуть вывести мальчишку из-под влияния сестры, количество их пакостей может сократиться.

— Но я не умею в шахматы, — с сомнением протянул Астор, бросая осторожный взгляд на сестру.

— Я вас научу, — радостно сообщила я, упорно уводя тему дальше от постельных утех лорда. — А после завтрака предлагаю уделить время игре на рояле.

* * *

Уж не знаю, чем занимались предыдущие гувернантки, но в образовании детей находилось все больше пробелов. Первым делом юных аристократов сажают за рояль, а потом уже учат ходить и говорить, потому полное отсутствие навыка игры удивляло.

Ни Астора, ни Джинет это не смущало, они самозабвенно долбили по клавишам. Особенно им понравилась песенка про поросят, которая в свое время помогла мне освоить ноты.

— Три веселых поросенка, — фальшивя подпевал Астор.

— Жили дружно на поляне, — еще более истошно вторила ему сестра.

Я настежь распахнула двери на веранду, впуская в помещение свежий воздух. Боги, хоть на двадцать пятом году жизни одарите меня терпением…

Глубоко вдохнув легкий цветочный аромат, я повернулась к близнецам и предложила прогуляться.

— Мисс Вильборг, вы же говорили, что мы можем выбирать, мы хотим еще поиграть!

На моих нервах и слухе.

— Может, я покажу вам новую композицию?

— Но мы еще не освоили эту.

Три месяца… Мне надо продержаться всего три месяца. С этой мыслью я и вернулась к близнецам, чтобы помочь им верно ставить руки, подсказывать верные клавиши и темп.

Прошло не меньше получаса, как в открытую дверь — не одной же мне страдать! — влетел Котофф. До меня не сразу дошло, за кем он гонится, но когда я осознала… С ужасом влетела на софу.

— Шуршу-у-унчик! — воскликнул Астор, вскакивая с банкетки.

Крохотным краешком сознания, которое еще не погрязло в ужасе, я отметила, что вид скелета кошки мальчишку ничуть не напугал. Он самозабвенно влез в гонку естественного отбора как высший хищник.

— Не трогай Шуршунчика! — с угрожающими нотками рявнкул мальчишка, погнавшись за Котоффом.

Джинет, никак не комментируя ситуацию, погналась вслед за братом. Цепочка мышь-кот-мальчишка-девчонка суетливо бегали вокруг моего островка спокойствия из софы, пока я соображала что делать. Соображать старалась быстро, помня, что мыши умеют прыгать. Или не умеют?

В любом случае, делить софу с грызуном я категорически не намерена.

Тем временем мышь юркнул под рояль, кот ломанулся за ней наперерез, и Шуршунчик тут же изменил свою траекторию, оббежав ножку. Хитрый мышь хотел взять кота в ловушку и столкнуть с массивным препятствием, но Котофф, будучи наполовину аристократом, прекрасно владел роялем. Он грациозно подпрыгнул и в прыжке оттолкнулся от ножки инструмента, разворачиваясь за мышью на все сто восемьдесят.

— Всем стоять! — заорала я, с ужасом наблюдая, как рояль, стоящий на ножках с колесиками начинает свое движение. Если такая монструозина хоть кого-то заденет…

Замерли и кот, и мышь, и дети. Вот только на рояль моя команда не сработала, он уже докатился по дверного проема на веранду. Время замедлило свой ход, и мы «насладились» монструозным скатыванием рояля по низким ступеням, прямиком во двор.

Все же хорошо, что я решила проветрить… Не хотелось бы собирать осколки.

Секунда, другая, третья, и грохот известил нас о том, что он добрался до своей цели и почил в безмятежном саду. Не самая худшая кончина, если учесть, что парой минут ранее его откровенно мучили в четыре детских руки.

Астор ловко подхватил Шуршунчика и спрятал в ладонях, Котофф перевел вопросительный взгляд пустых глазниц на меня, ожидая новую команду. Я спешно послала импульс сохранять кошачье спокойствие и оставить мышь в покое. Не хватало только стычки с Астором из-за его питомца.

Именно в этот момент в комнату вошел лорд Дагмер. Он удивленно осмотрел помещение и не менее удивленно поинтересовался:

— А где рояль?

— В кустах, — непринужденно ответила я.

— Джинет? Астор? — сурово сведя густые темные брови, лорд обратился к племянникам.

— Мы тут вообще ни при чем! — хором ответили дети.

— Боюсь, это моя вина, — призналась я, подметив, что дядя явно не поверил племянникам.

— Зайдите ко мне после обеда, — сухо попросил Корин Дагмер.

После обеда я на ватных ногах отправилась в уже знакомый кабинет. Вот только выволочки не случилось. После того, как я в подробностях описала ситуацию, он лишь спокойно сообщил, что вызовет мастера и попробует спасти рояль.

— Что планируете делать с мышью? — после поинтересовался он.

— Увы, у нее появилось имя, — страдальчески ответила я.

— То есть?

— Астор дал ей имя, теперь это его питомец. Это не просто какая-то мышь, это любимая мышь. Так что справиться с ней традиционными методами не выйдет.

— Боюсь спросить, что осталось из нетрадиционных, — в глазах лорда Дагмера вдруг проявились смешинки.

— Из нетрадиционных… Самое время попытаться побороть свой страх, — протянула я все так же упаднически.

— Желаю успехов в этом непростом деле. Мисс Вильборг, завтра к нам приедут гости. Мистер Ивес, мой первый помощник, и мисс Жиль. Они останутся на несколько дней.

— Хорошо, — приняла к сведению. — Лорд Дагмер, мне стоит о чем-то знать заранее?

— Я не состою в сексуальных отношениях с мисс Жиль, если вы об этом, — непринужденно сообщил лорд. — Ошибки прошлого, которые мы оба признали и остались добрыми друзьями.

Я вспыхнула.

— Нет-нет, ваша личная жизнь исключительно ваша! Я о детях. Быть может, у них какое-то особое отношение к вашим гостям и на что-то стоит обратить пристальное внимание?

— Мне кажется, у них особое отношение абсолютно ко всем людям. Так что пристальное внимание ваше главное оружие. За завтраком вы прекрасно справились.

* * *

Перед тем, как вернуться к детям, я направилась в сарай. По пути размышляла, стоит ли заранее предупреждать детей о визите гостей. С одной стороны, у них будет больше времени для подготовки шалостей, с другой — у меня будет больше времени, чтобы обезвредить все расставленные близнецами ловушки.

За завтраком я отметила наличие перепелиных яиц. Ближайший городок располагался в нескольких часах езды, а потому я рассудила, что при поместье есть хозяйство. Если есть яйца, то есть вероятность, что будут перепелки, а если есть перепелки, то где-то могла заваляться клетка.

Ее я и обнаружила в одном из углов просторного сарая, предназначенного для хознужд.

Ощущая себя победителем, направилась в детскую. И уже у двери подслушала занимательный диалог:

— Это чудище как-то странно косится на Шуршунчика!

— Сам ты чудище! Ты посмотри, какой он красивый! Я попрошу дядю заказать в городе стразы, и у мистера Котоффа будет самая красивая мордочка.

Главное, чтобы стразы не сияли в темноте, а то даже самые крепкие и стойкие не выдержат. Хорошо, что кот привязан ко мне и слушается команды, даже представить страшно, какую помощь Скотофф оказывал бы в проделках близнецов.

— Главное, держи свое чудище подальше от Шуршунчика, — буркнул Астор.

Я уже хотела войти, но вдруг трелькнул колокольчик интуиции. Дверь открыта настежь, они явно меня ждут… Приглядевшись, я увидела тонкую леску на уровне щиколоток.

Что ж, начинаем забег по полосе препятствий.

Перешагнув через леску, я прошла внутрь комнаты. Флегматично глянула наверх. К леске был приторочен мешочек. Мука? Хм.

— Рада, что Котофф Седьмой пришелся тебе по вкусу, Джинет, — сообщила я, осматривая комнату. — Именно с ним мы будем изучать разные чары по некромантии.

Грелка, издающая неприличные звуки если на нее сесть под подушкой на кресле сразу бросилась в глаза, а вот блестящий жирным лоском пол у открытого окна показался не таким уж безобидным. Видимо, няни не всегда покидали поместье на своих двоих.

— И очень приятно познакомиться с твоим питомцем, Астор, — добавила, осторожно подходя ближе к мальчишке. Не нравится мне, как выделяется эта половица… — Правда наше знакомство состоялось чуть раньше, ночью он наведался ко мне в гости.

Самое главное не показывать страх. Не показывать страх.

Я сделала еще пару шагов к мальчишке с чудовищем в руках.

— Но поскольку у нас появился еще один питомец, предлагаю обезопасить Шуршунчика и сделать ему домик в этой клетке. Тогда он не будет от тебя убегать, да и кот не сможет его обидеть. Что думаешь?

Говорить про то, что если бы была команда избавиться от мыши, хлипкие прутья клетки вряд ли остановили бы нечисть, не стала. Команду я отозвала, а потому и обсуждать нечего.

— Котофф воспитанный кот! — тут же оспорила Джинет. — Он не станет нападать на мелкую мышь!

— Мы сможем сделать ему кровать, игрушки и даже столик с едой, — убеждала я Астора, подмечая, что у мальчишки загорелись глаза. — Предлагаю сперва сделать пол. У сарая я видела опилки. Я думаю, что Шуршунчику будет интересно в них закапываться.

Астор радостно спрыгнул с кровати, бережно усадил мыша в нагрудный карман и направился к выходу.

— Пойдемте! — радостно согласился он, невзирая на недовольство сестры.

Взбудораженный идеей, он почти перешагнул и через порог, и через леску, как я его встревоженно окликнула.

— Ой, Шуршунчик выпрыгнул! Не наступи!

Мальчишка дернулся, чуть отпрыгнул, опасаясь за жизнь грызуна и… Ба-бах. Все-таки мука. Банально.

— Показалось, — невинно призналась я. — Будто бы тень мелькнула. Астор, я думаю, что тебе стоит переодеться. И Шуршунчика мы оставим в клетке, во избежание.

У детей память короткая. Особенно на собственные шалости. Этим я и воспользовалась.

* * *

Пожелав детям спокойной ночи, я уселась в своей комнате с плоской кристальной планшеткой. Подарок бабули в день отъезда.

— Я сохранила координаты форума. Мне в свое время помогло.

Пальцы скользили по гладкой поверхности, я вчитывалась в текст.

Сам форум назывался «Осторожно, дети!», и я с любопытством читала список обсуждаемых тем.

Ага, вопрос про юных драконов от некой Ольги с Земли (прим. автора: героиня Ольга Деревянко, из романа «Как я получила магию, жениха и навыки воспитателя» Санны Сью). Земля? Никогда не слышала про такое королевство. Но девушке не позавидуешь, дракон в переходном возрасте… Хотя что дракон, что вампир, что оборотень — паттерны поведения все равно одинаковые. С любопытством читая ответы, я и сама не заметила, как пальцы начали стучать по плоскому кристаллу.

Оп-па, а это еще интереснее!

Срочно: Как помочь юному магу земли обуздать дар до того, как она закопает ещё кого-нибудь⁈ (прим. автора: Айрис Сильверлейн — героиня романа «Няня по соседству» Дианы Рахмановой)

Кажется, мне с моими оболтусами еще повезло. Они по мелочевке: муку на голову просыпать, мышь на подушку подсадить, к стулу приклеить. А тут…

Вчитываясь в тему, я откровенно хихикала. Мда, некромантия, оказывается, менее опасна, чем магия земли. Не хотела бы я оказаться по шею в сухой почве, как морковка, если бы ненароком вызвала раздражение ребенка.

Няни и гувернантки, как показывает практика, в восьми из десяти случаев — враги. А значит, сидеть мне под землей на постоянной основе. Главное, ботву не пустить.

Чуть подумав, я все же написала:

«В таком возрасте у детей могут быть проблемы с эмоциями. Позвольте ей выпустить пар, побейте вместе тарелки, пусть она выскажется. Главное, чтобы в этот момент вы были на одной стороне, и тарелки летели не в вашу сторону».

Что там дальше?

Нужна помощь! Ребенок ведет себя идеально уже четвертую неделю! ЧЕТВЕРТУЮ!!! Я в ужасе! Что это может быть? (прим. автора: Эльза Стивенсон — героиня романа «Трудный ребенок по-драконьи» Ирины Коняевой)

Дело дрянь… Каждая няня знает, что если ребенок ведет себя идеально, грядет взрыв. Об этом я и написала.

Погрузившись в прочтение форума, я и думать забыла о времени. Опомнилась только к полуночи.

По моим прикидкам, оболтусы уже должны были успеть подготовить все ловушки для долгожданных гостей и можно выбираться на охоту.

Закончила я к двум, порядком вымотавшись. К встрече с гостями дети поработали на славу, даже зависть брала от их находчивости и планирования. Особенно, с учетом того, что к вечеру я их по максимуму нагрузила…

Подпиленные ножки на разной мебели я в какой-то момент перестала считать, а всякие вредоносные добавки в специи на кухне ввергали в ужас. Хорошо, что целительская половина моего дара позволяет определять составы продуктов и отделять их друг от друга, а то страшно представить, что бы было, окажись на тарелке у той же мисс Жиль и снотворное, и слабительное одновременно.

Но расслабляться рано. Уверена, самые каверзные ловушки они оставят на десерт, то бишь на завтра.

Хм-м-м, а ведь в поместье есть еще и подвал, где лорд Дагмер хранит вина. Думаю, дети прекрасно осведомлены, что при встрече с приятелями взрослые могут пропустить бокальчик-другой.

Стоит проверить…

С этой мыслью я и направилась к лестнице, ведущей в подвал. И почти у самого входа столкнулась с хозяином поместья. Он стоял у стеллажа и смотрел на огромную картину, шириной метра три.

— Слева белые, справа красные. Держу, в основном, сухие, но можете глянуть на третьей полке, если потянуло на сладкое, — эхом отозвался он, даже взглядом меня не окинув.

Он что, подумал, что я хотела втайне совершить набег на его запасы⁈

— Я не пью на работе. Хотела проверить погреб на предмет ловушек, — стушевавшись, произнесла я.

— Всего пара шипучек, я все убрал, — откликнулся лорд Дагмер, все же глянув на меня исподлобья и вымучено улыбнувшись.

Отчего-то возникло ощущение, что я стала свидетельницей чего-то более интимного, чем то, что по рассказам детей происходило за закрытыми дверям с мисс Жиль.

Взгляд сам собой упал на картину, на которой было изображено много людей. Тут был и сам Корин Дагмер, улыбающийся, с радостной хитринкой в глазах, и юные близнецы, лет семи, не больше.

— Эта картина… Это?..

— Я заказал ее к тому самому злополучному Новогодию, но художник не успел закончить с деталями. Потому картина и не сгорела вместе со всем имением. Это единственное изображение всех членов моей семьи… — ответил Корин.

— Но почему вы храните ее тут? — в горле внезапно образовался ком в горле. — У вас над камином в большом зале как раз есть место…

— Я… кхм, — голос лорда дрогнул, но он взял себя в руки. — Мне показалось, что это может расстроить Джинет и Астора.

Расстроить?.. Внешне лорд выглядел холодным и отчужденным по отношению к детям, но при первом же нашем разговоре, когда я только приехала, ощутила, как сильно он за них переживает. И спускает им с рук все их выходки не из-за равнодушия, а по незнанию. Потерять семью и стать опекуном двум сиротам… К его тридцати двум он через многое прошел.

— Знаете, когда я потеряла маму, я очень часто просыпалась ночью и в панике пыталась вспомнить, как она выглядит. Я бы многое отдала за то, чтобы еще хоть раз взглянуть на ее лицо, но среди гувернанток не принято тратить время на художников. Я пыталась нарисовать, но все не то.

— Как не стало вашей мамы? — тихо поинтересовался лорд Дагмер.

Люди, которые много потеряли в жизни, редко обмениваются формальными фразами вроде «соболезную» и «мне так жаль». Я была благодарна, что и Корин Дагмер не стал, на эти слова у меня была особенная аллергия.

— Она была гувернанткой, и на ее воспитанницу состоялось покушение. Она… скажем, ей пришлось пожертвовать собой, чтобы ребенок остался в живых.

— Семья Алессо… Помню эту трагедию, — произнес он. — Ваша мама поступила как настоящая героиня.

Наверное. В детстве я так не считала, и даже по-настоящему возненавидела всех Алессо вместе взятых.

— Покажите детям эту картину, — а я сегодня мастер по переводу тем в другое русло! — Поговорите с ними. Возможно, они сами захотят повесить картину на видном месте. И не бойтесь, если они будут плакать. Это нормальная реакция. В любом возрасте полезно проживать каждую эмоцию, даже негативную. Не стоит их глушить, это чревато взрывом.

… или закапыванием оппонентов под землю, как и было сказано на форуме. Все же хорошо, что мне достались некромантка и целитель, а не маг земли!

3 — Глава, в которой рассказывается, что искусство помогает понять собственные эмоции

Утро началось не с кофе, и даже не с новой каверзы. Разбудил меня Котофф — и как только сквозь дверь прошмыгнул⁈ — смачным чавканьем прямо у меня над ухом. Невыносимо воняло копченой колбасой, а по утрам, как и любой целитель, я резко воспринимала запахи.

Недовольно шикнув на кота и согнав его на многострадальный ковер, я поплелась умываться и приводить себя в порядок. Часы показывали безжалостные шесть тридцать утра. С учетом того, что заснула я ближе к трем, та самая шибанутая птица вопила, что три часа на сон мало даже для нее.

Наведаться на кухню для короткого обмена новостями со слугами, залить в себя горячий кофе, разбудить детей и помочь им собраться к завтраку — день пошел своим чередом.

Ровно в восемь мы с детьми вошли в столовую, и они направились к своим привычным местам.

— Доброе утро! — поприветствовал нас хозяин поместья, уже расположившийся во главе стола.

Секунда, другая, третья, дети дошли до своих стульев, уселись и… раздался треск. Я лишь в последний момент направила магический импульс, чтобы подхватить мелких у пола, чтобы не сильно саданулись.

Ночью пару подпиленных стульев я поставила на детские места, даже допилила чуть-чуть с учетом веса «жертв». Пусть знают, как стать объектом собственного розыгрыша.

— Как?.. — лорд Дагмер почти вскочил на ноги, я успела остановить его легким касанием о кисть и с непринужденной улыбкой покачать головой.

— Какая неудача, — почти весело отозвалась я, убедившись, что пострадало лишь самолюбие Джинет и Астора, а не они сами. После обратилась к замершему в дверям слуге: — Лойд, вас не затруднит заменить для юных леди и лорда Дагмеров стулья?

— Это вы! — вспыхнула Джинет, вперевшись в меня воинственным взглядом.

— Я? О чем вы? — невинно уточнила я.

— Подпилили стулья!

— С чего бы мне таким заниматься? — натурально изумилась, аж сама поверила. — Мебель сейчас делают из рук вон плохо. Возможно, и на этих стульях появился дефект.

— Ага, за одну ночь, — фыркнула девочка.

— За ночь может многое произойти, — пожала плечами и взяла в руки кружку с налитым чаем. Сделала смелый глоток, подметив с каким торжеством Астор проводил мой жест взглядом. Ха, наивный, икательный порошок я отделила от заварки еще вчера. А вот твою сестру и тебя ожидает сюрприз.

Стулья, поставленные перед детьми, были проверены со всей тщательностью, и близнецы все-таки уселись за стол. Я бросила осторожный взгляд на лорда Дагмера. Все же следовало его предупредить, даже обозвать мою маленькую месть каким-нибудь особым педагогическим подходом…

Впрочем, вновь возникшая хитринка в глазах лорда убедили меня, что выговор в ближайшее время мне не светит. Понадеемся, что выводы он сделал в мою пользу, какими бы они ни были.

Дети приступили к завтраку, и я из-под ресниц наблюдала за их движениями. Кто бы сомневался в том, что первым делом они потянутся к сладким пончикам. Джинет первая поднесла выпечку ко рту и не сразу среагировала на истошное братское:

— Не ешь!

Отлично! У мальчишки хорошо развиты целительские способности. Он с ходу определил, что с пончиками что-то не так и даже попытался предупредить сестру. Джинет же успела откусить и перевести испуганный взгляд на брата.

Не бойся, милая, я не настолько жестока в выборе порошков.

С трудом скрыв улыбку, я с театральным удивлением уставилась на Астора.

— Что-то не так?

— А-а-а-пчхи! — звонко ответила за него Джинет.

— Будь здорова, — вежливо произнесла я.

— Что… а-а-апчхи!

— Уже ничего, — тоскливо отозвался Астор, откладывая пончик подальше.

Значит, отделять по составу еще не научился. Научим. Надо же мне хоть как-то развлекаться в следующие три месяца, почему бы не провести время с пользой? Джинет сможет поднимать мелких тварюшек, а Астор залечивать синяки, ссадины и небольшие раны. Не лишним будет уделить внимание другим наукам. Мои предшественницы выполняли свою работу из рук вон плохо: уровень в познании математики, истории даже этикета детей не дотягивал даже до базового.

Но вот чему я точно не в состоянии обучить этих двоих, так это игре на рояле. Понадеемся, что мастер, способный справиться с изрядно потрепанным инструментом, доберется до наших краев не скоро.

— АПЧХИ!

— Что же такое… Сахарная пудра в нос попала? — с сожалением протянула я, из-за чего тут же удостоилась подозрительного взгляда от Астора. Он точно знал, что дело не в сахарной пудре.

Чихать Джинет перестала только минут через пять. До нее тоже дошло, кто повинен в ее состоянии, потому смотрела она на меня почти с ненавистью. Это хорошо: от ненависти до любви один шаг.

— Джи, ты точно в порядке? Может, мне все же вызвать врача? — обеспокоенно поинтересовался

— Я в порядке, — сдавленно ответила девочка, явно продумывая новую каверзу персонально для меня.

— Ладно. Скажи, если потребуется помощь. Джи, Ас, я бы хотел с вами поговорить. Сможете зайти ко мне в кабинет после завтрака?

Ага, значит, все же хочет показать им ту самую картину. Отлично.

— Да, дядя.

— Конечно, дядя, — разрозненно ответили дети, с опаской переглядываясь. Боятся, что влетит за шалости?

— Мисс Аннета, вы к нам присоединитесь?

Нет-нет-нет, мне нельзя присутствовать при этой важной беседе. Для детей я пока что враг номер один, они закроются и не смогут нормально воспринимать ситуацию как до́лжно. Все, что я могла, я уже сделала.

— Лорд Дагмер, если вы не возражаете, я бы хотела подготовиться к занятиям.

Взгляд Корина Дагмера был внимательным, испытующим и чуть-чуть растерянным. Словно он мысленно спрашивал меня, что делать наедине с детьми. Я позволила себе осторожно улыбнуться и глубоко моргнуть, выражая поддержку. Он справится!

А мне и правда следовало подготовиться к занятию. Если разговор все же состоится, то детям будет не до цифр, истории и даже этикета, а потому я решила уделить утреннее время изобразительному искусство. Придумаю какое-нибудь задание позаковыристее, позволяющее выразить внутренние эмоции. Что-то вроде «каким небом вы бы стали, если бы злой волшебник вас околдовал».

Позволяет обратиться к буйству красок.

* * *

Небо у детей оказалось совсем безрадужным, и я мысленно возвращалась к их картинам вплоть до самого вечера, когда должны были нагрянуть гости.

Джинет и Астору хотелось помочь разобраться со своими эмоциями и перестать видеть в окружающем мире исключительно врагов.

Сдав детей на руки слугам, чтобы помогли собраться к званому вечеру, я вновь пробежалась по поместью в поисках новых ловушек. Их, на удивление, не оказалось — видимо, удалось плотно занять их график, не оставив времени на шалости.

Ну, или почти…

Добравшись до своей комнаты, я все же обнаружила персональную, подготовленную специально для меня засаду. Глупыши, до них так и не дошло, что я тоже вижу органический состав предметов… Судя по всему, они искренне полагали, что мой единственный дар — некромантия, а все остальное можно списать на простую удачливость.

Я прошлась пальцами по темно-зеленому платью простого, но элегантного кроя, которое еще с вечера повесила на видном месте.

Нечто подобное я и ожидала. На мой наряд к сегодняшнему ужину было распылено особое зелье. Судя по запаху и консистенции часа через три оно должно раствориться, оставив меня в неглиже. Полагаю, спектакль был подготовлен со строгим расчетом и соблюдением всех пропорций… Лучше бы с арифметикой у них было так же здорово!

Отделив все лишнее, я переоделась и наспех соорудила прическу. Следовало поспешить, чтобы мелкие были под моим персональным надзором — не хотелось упасть в грязь лицом и позволить им провернуть какую-нибудь шалость позаковыристее с гостями.

4 — Глава, в которой каверзы детей пошли не по плану, а зря

— Корин, ты нисколько не изменился! — высоким звонким голосом сообщила мисс Жиль Жори, разглядывая картину повешенную в главном зале поместья.

Хорошенькая миниатюрная блондинка с огромными зелеными глазами и пышным бюстом. Если лорд Дагмер всерьез полагал, что у нее остались лишь дружеские чувства, то он сильно ошибался. По крайней мере если судить по ее красноречивым взглядам и заигрывающим жестам.

— А Джуннет и Астер, — ошибаясь в именах, продолжила она, — ну какие лапочки!

Дети расположившиеся чуть поодаль в «детской» зоне поморщились, как от зубной боли. Жиль им явно не нравилась, и мне приходилось по-особенному держать ухо востро. Уже удалось ликвидировать чесоточный порошок, щедро посыпанный на надушенный платок мисс.

— Джинет, ты очень похожа на маму. Она была настоящей красавицей, — вполголоса, чтобы слышали только мелкие, сообщила я.

Мне не нравилось, что гости деликатно обходят остальных изображенных на картине. Эти люди дышали, думали и ходили, у них были мечты и страхи, и они продолжают жить в сердцах как минимум троих присутствующих. Игнорирование и замалчивание не выход.

— Да, мама очень красивая, — шепотом, чуть смягчившись, произнесла девочка.

— Папа тоже ничего! — насупившись, произнес Астор.

— Он выглядит очень мужественно. Думаю, ваша мама чувствовала себя за ним, как за каменной стеной.

— Дядя говорит, что они очень любили друг друга.

— Иначе у них бы не получились вы, — мягко улыбнулась я, радуясь, что дети ненадолго оттаяли.

Нет, не капитулировали, но сделали крохотный шаг навстречу.

— Позвольте представиться, — ко мне подошел второй гость лорда Дагмера. — Мое имя Джейк Ивес. Я правая рука Корина. А ваше, прекрасная мисс?

Из ниоткуда взявшийся мужчина низко поклонился, скользнув взглядом по моей фигуре.

— Аннета Вильборг, — вежливо ответила я, подавив желание отойти от мужчины на пару шагов. — Новая гувернантка.

— Вильборг, Вильборг, Вильборг… Где-то я слышал эту фамилию! Быть может, вы стали Мисс Империи в прошлом году?

Какой скользкий подкат.

— Нет, вы ошиблись. Благодарю за комплимент, — с сухой улыбкой ответила я.

— О нет, я точно где-то видел шелк этих волос и блеск глаз!

Он сделал еще один шаг ко мне, пристально вглядываясь в мое лицо. Губы его растянулись в такой сальной улыбке, что я сама с трудом не поморщилась. Даже не стала его останавливать, когда он наступил на ту самую половицу. Она тут же приподнялась с противоположной стороны и потешно саданула ему по колену, заставив отпрыгнуть. Шалость «грабли» на ровном полу удалась близнецам на славу.

— Ай, б…

— Ну что вы, не при детях, — мгновенно осекла его я. — Поместье, хоть и новое, нуждается в ремонте. Вы не сильно пострадали?

— Не сильно, — недовольно буркнул мистер Ивес.

Тю… В который раз убеждаюсь, что чем больше у мужчины самолюбие, тем легче его уязвить. Вот лорда Дагмера вообще ничем не прошибить, даже роялем в кустах! С дядей Джинет и Астору явно повезло, осталось только наладить между ними близкий контакт, чтобы дети не чувствовали себя так одиноко.

К слову, произошедшее не укрылось от внимания лорда, он бросил на меня осторожный взгляд с немым вопросом, все ли в порядке, я так же, глазами, ответила, что все под контролем. Кажется, общаться подобным образом входит у нас в привычку.

И каюсь, мне льстило, что он и вправду доверился моим методам — которые, к слову, нисколько не методы! В академии такому не обучали! — воспитания.

Ужин прошел спокойно, если не считать, что я «прошляпила» обмазанный клеем ножик. Подставилась с умыслом, чем заставила детей развеселиться впервые за день. Еще бы, злая нянька приклеила к руке ножик, что может быть смешнее!

— Быть может, я сыграю вам на рояле? — предложила мисс Жиль после десерта.

— Мы временно остались без инструмента, увы, — не вдаваясь в подробности ответил лорд Дагмер.

— Я могу его наладить, у меня есть и навык, и музыкальное образование, — Жиль прямо-таки хотела вытащить все свои козыри на стол. Я отчего-то даже не сомневалась, что в игре на фортепьяно ей нет равных.

— Мы ожидаем мастера, — мягко сообщил лорд. — Пока инструмент не пригоден для использования. Предлагаю пройти в зал и насладиться чаем.

Спорить мисс Жиль не стала, и мы последовали предложению лорда Дагмера. Я мысленно считала минуты до того, когда следовало проводить детей спать. Вечер был не столько скучным, сколько напряженным. Я старалась не выпускать ни одного из отпрысков из вида.

— Мы-ы-ышь! — фальцетом сообщила Жиль, сперва грациозно усевшись на диван, а после совсем не грациозно сиганув с него прямиком на низкий чайный столик.

Я почувствовала в ней родственную душу, потому что сказано было как ругательство. Да и слезать со столика мисс не спешила.

— Это не мышь, это Шуршунчик! — Астор тоже почувствовал оскорбительные нотки.

— Это МЫШЬ! Корин, ПОЧЕМУ ТУТ МЫШЬ⁈ — самообладание отказало Жиль. Она все же соскочила со стола и метнулась к лорду Дагмеру, попыталась спрятаться от грызуна у него на груди. Стоит ли ей сказать, что мыши умеют прыгать? Или все же не умеют?.. — Надо срочно ее потравить!

— Где-то в сарае есть ловушки, мы несколько лет назад заказывали для хоз нужд, — не разобравшись в ситуации, сообщил мистер Ивес.

— Астор, может, отнесем Шуршунчика в клетку? — предложила я. Мальчишка спорить не стал, он явно испугался предложению «потравить» грызуна.

Я с чистой душой оставила утешение мисс Жиль на крепкие плечи лорда Дагмера, перед уходом вновь обменявшись с ним взглядами. «Не выпускайте Джинет из виду» — говорил мой. «Принято» — сообщили его глаза. Правда близняшка была совсем без настроения, и никаких каверз от нее не последовало, в чем я убедилась по возвращению.

Близился час Х, о чем мне напомнило оживление близнецов. Они с хитрецой переглядывались, чем вызвали чуть ли не приступ паники у своего дяди, я же была спокойна как слон.

Ровно в девять вечера мое платье, как в старой сказке, должно было превратиться в лохмотья, и дети ждали этого едва ли не затаив дыхание. Их нетерпение и взбудораженность чувствовалась за километр, напряглись все в комнате.

Но увы, сказки не случилось. Карета не превратилась в тыкву, платье не стало лохмотьями, туфли остались на месте, а няня не явила себя всем в неглиже.

В последствии до меня донесся их шепот:

— Ты неправильно рассчитал!

— Все я верно сделал.

— Но ничего не вышло.

Пожалуй, в следующий раз стоит им снова поддаться, как с ножом, иначе либо они поскучнеют, либо их шалости станут по-особенному жестокими.

5 — Глава, в которой герои возвели неприступный бастион

Мисс Жиль и мистер Ивес приехали погостить на несколько дней, а потому завтракали мы тоже вместе. За ночь я даже не обнаружила никаких новых ловушек, да и Джинет была на редкость тиха и мрачна, позабыв на время об ангельской маске. С девочкой явно что-то происходило, и мне следовало разобраться, в чем причина.

Поругалась с братом из-за неудавшейся шалости?

Так сильно расстроилась из-за воспоминаний о родителях?

Ее настрой настораживал.

Свирепствовала, но не так молчаливо, и мисс Жиль все никак не отпустившая знакомство с Шуршунчиком.

— Астор, не вздумай выпускать свою крысу из клетки, — возмущалась мисс. — Она погрызет все мои наряды!

— Жори, дорогая, крысы в три раза больше, — откровенно потешался мистер Ивес. За ночь его самолюбие реабилитировалось настолько, что он вновь позволял сальные взгляды в мою сторону.

— Шуршунчик — свободный мышь, — осторожно глянув на дядю, сообщил мальчик.

— Очень не хотелось бы случайно наступить на твоего свободного мыша каблуком, — ехидно продолжила мисс Жиль. Кажется, ночка у нее не задалась.

Пожалуй, стоит дать Скотоффу — мысленно я величала кота, позарившегося таскать с кухни колбасу, именно так — команду охранять Шуршунчика. Что-то мне подсказывает, что мисс Жиль вознамерилась разобраться с грызуном менее гуманным способом, чем я. Я хотя бы на естественный отбор ратовала, а она про каблуки.

Не то, чтобы я как-то прикипела душой к красноглазому нечто, просто… лишних драм в присутствии посторонних мне не надо.

— Жори, следи за словами, — вдруг сухо и холодно произнес Дагмер. — Иначе мне может показаться, что ты угрожаешь моему племяннику и его питомцу.

Астор аж расцвел от защиты дяди. Расплылся в самодовольной улыбке, приосанился.

— Ой, я неверно высказалась. Разумеется, я не стану обижать любимую мышь Астора.

— Слышала, что мыши — очень умные создания. И умеют прыгать, — подлила масла в огонь. Ее тон при разговоре с Астором мне совсем не понравился, и я не стала сдерживаться.

— Прыгать⁈ — лицо Жиль посерело.

— На пять метров вверх! Я видел, честное слово,— с уверенностью добавил Астор. — Шуршунчик очень ловкий мышь!

Настало мое время сереть лицом.

Уже под конец довольно нервного завтрака мисс Жиль попросила:

— Мисс Аннета, не могли бы вы уделить мне минут пять своего времени?

— Да, конечно, — пробормотала я, кидая вопросительный взгляд на лорда Дагмера. Тот едва заметно пожал плечами, мол, понятия не имею, что ей от вас понадобилось, но уверен, вы разберетесь.

Диалог оказался до зубовного скрежета банальным. Мисс Жиль и место выбрала не особо оригинальное, утянула меня в беседку в саду. Бывшая — или все еще нынешняя? — пассия лорда Дагмера расспрашивала, как наладить контакт с детьми. Сдуру не ответив что-то вроде «А мне-то откуда знать⁈ Я их злейший враг», я осторожно уточнила, что она имеет в виду.

— Понимаете, я нашла чудесный пансион, но из-за того, что они не подпускают меня к себе, даже рассказать про него не могу! А я знакома с воспитанниками оттуда, прекрасные люди, и им там очень нравилось.

— Вы полагаете, что там им будет лучше, чем дома?

Плакали стены пансиона. Они просто не выдержат напора близнецов, сколь бы крепкими они ни были.

— Им нужно общаться со сверстниками, — слишком резко выдохнула она.

Ага, готовилась. И тщательно продумала аргументы. Идея с социализацией хорошая, а вот скрытые мотивы не очень. Тут к предсказательнице не ходи, и так ясно, что мисс просто хочет расчистить себе дорогу в спальню лорда. Дети стали для нее помехой, и лишь ей известно, по каким причинам.

— Вам не кажется, что лучше эту идею сперва обсудить с лордом Дагмером.

— Он и слушать не желает! Считает, что дети должны воспитываться дома. А вы вроде как наладили с ними контакт, они стали спокойнее…

О да-а-а…

— Полагаю, лорду Дагмеру лучше знать, как должны воспитываться его дорогие племянники, — вежливо улыбнулась. — Простите, мне стоит поспешить. Скоро занятия.

С этой фразой я и оставила мисс Жиль в романтическом одиночестве беседки. Сама же отправилась искать детей — лишь бы что не учидили в мое отсутствие.

Уходя из беседки, я все не могла избавиться от навязчивой мысли — пансион, серьезно⁈

Ну, конечно, дети ей мешают — тут и ежу понятно. Мисс Жиль, вероятно, мечтает об уютном вечерке наедине с лордом Дагмером, без маленьких шкодников и их безобидных подстав.

Но вот отправить детей в пансион — это уже слишком. Это как… как… как запереть целый рой пчёл в коробке с кексами и ждать, что они не устроят бедлам!

В пансион, говорите? Они там так социализируются, что все стены будут содраны до штукатурки, а воспитатели начнут сдавать вахту через день. Великолепный план!

Эти дети не просто шкодливы, они как ураган, и мисс Жиль это отлично понимает. Поэтому и хочет от них избавиться. Вместо того, чтобы действительно наладить контакт и понять, в чем причина их поведения.

А как красиво всё упаковано: «им нужно общаться со сверстниками!» Конечно, нужно. Только в процессе такой социализации они разрушат всё, что встретится на их пути. Из-за обиды на то, что их бросили и выслали куда подальше.

В голове возникали картинки, как из-за близнецов в пансионе начнется настоящая революция — с бунтами, флагами и захватом кухни.

Я посмотрела в сторону конюшен, где только что исчез лорд Дагмер, и вдруг почувствовала волну уважения, поднимавшуюся во мне как прилив. Этот человек — настоящая скала! Он не просто заботится о детях, он иногда даже пытается их понять.

Да, конечно, иногда дети действуют как живые торнадо, но он, очевидно, предпочитает держать их рядом и воспитывать в атмосфере дома, а не сбрасывать с себя эту «милую» обязанность на какой-то пансион.

И вот тут я его полностью поддерживаю.

Интуитивно мисс Жиль раздражала меня всё больше. Ну как можно быть настолько…? Это её «я просто хочу помочь детям» звучало как бракованная пластинка. Ей бы самой на уроки по социализации, только вот не к детям, а к каким-нибудь мудрым старцам, которые научат её искренности и пониманию, что дети — не помеха, а… хм… драгоценные маленькие ураганы.

Да, мне определённо не хотелось допустить, чтобы дети оказались в каком-то пансионе, где их просто заткнут в рамки и сделают только хуже.

С этими мыслями я ускорила шаг, решив найти близнецов до того, как они что-нибудь натворят. И на всякий случай убедиться, что мисс Жиль не собирается внезапно утащить их в пансион прямо из-под моего носа.

* * *

Джинет и Астора я не нашла ни в детской, ни на этаже. Дети словно сквозь землю провалились, оставив лишь развалившегося возле окна Скотоффа и шуршащего в клетке Шуршунчика. Кот верно нес службу.

Вновь выйдя в коридор, я решила обойти общие залы и библиотеки. Интуиция буквально вопила, что есть шанс поймать мелких на горячем. Когда я проходила мимо входа в спальню лорда, дверь вдруг скрипнула, и я нос к носу столкнулась с мистером Ивесом.

Он был удивлен встрече не меньше меня, но сориентировался быстрее.

— А вы верите в совпадения? Я — нет. Уверен, и эта встреча не случайно, — напористо начал он.

В его глазах мелькнуло нечто такое, что заставило меня, гувернантку в пятом поколении, испуганно отшатнуться.

— Вы что-то хотели? — сдержанно поинтересовалась я.

— Лишь сообщить, насколько вы прекрасны, — он приблизился почти вплотную и зажал между указательным и средним пальцем прядь моих волос.

— Бархат каштана… М-м-м. А запах… еловый лес!

Сомнительный эпитет. И комплимент тоже.

— Мистер Ивес, должно быть вы меня с кем-то спутали. Я гувернантка, а не женщина в легком поиске.

— Да ладно тебе, одно другому не мешает, — сально хохотнул он, настойчиво подходя ближе.

В нос ударил кислый запах перегара. Что ж, по хорошему мы не понимаем.

Скрутив пальцы, я спешно произнесла заклинание — так, чтобы не успел выставить блок — и спустила легкий разряд молнии. Таким обычно реанимируют пациента, если у них остановка сердца. В обычной жизни легко отрезвляет зарвавшихся засранцев.

— Ой, б… — уже привычно отозвался мистер Ивес.

— Вот как раз не по адресу, — огрызнулась я, ловко обойдя придурка и направившись вдоль по коридору.

— Я донесу Корину! — рявкнул мистер Ивес вслед.

Напугал ежа голой попой.

Несмотря на то, что Корина Дагмера я знала без малого пару дней, в том, что он не склонен принимать поспешных решений была уверена.

* * *

Кровь кипела. Я никак не могла остыть после перепалки с Ивесом и злилась. Злилась и от того, что никак не могу найти детей.

На поиски я потратила минут сорок, дважды обойдя все поместье от подвала до самого чердака. Ни Джинет, ни Астора, ни новых ловушек.

И лишь на третий заход обнаружила близнецов подле кладовой с запасами. Аж обомлела от увиденного.

Близнецы сидели на коленях, высоко задрав руки и понурив головы, а перед ними выхаживала кухарка.

— Мне надоели ваши выходки, понятно⁈ Все дети, как дети, а вы — настоящие чудовища! — сокрушалась она, размахивая в воздухе шумовкой. — Мерзкие, непослушные, чу-до-ви-ща.

Я ожидала, что они вскочат, пошлют бабищу куда подальше и дохлых тараканов за пазуху накидают, но те отчего-то молчали. Как я могла упустить момент, что близнецы боятся не дядю, не злобную гувернантку, а кухарку? И почему?..

— Ну ничего, если всем остальным насрать на ваше воспитание, я займусь!

— Что тут происходит⁈ — ледяным тоном поинтересовалась я, резким шагом сокращая расстояние.

Дети даже головы не подняли.

— Это… А, это вы, мисс Аннета, — кухарка стушевалась. — Эти мерзкие поганцы сперли колбасу из кладовой.

— Встаньте и опустите руки, — тише и мягче наказала я детям. Не стоит аристократом вставать на колени перед какой-то злобной кухаркой. Вообще никому не стоит! — А вы, Пэм, следите за своим языком.

Если мне казалось, что я по-настоящему разозлилась на Ивеса, нет. То были цветочки по сравнению с тем спектром эмоций, который я испытывала сейчас.

— Ваша задача готовить еду. Моя — воспитывать детей. Впредь все вопросы, связанные с воспитанием детей, решать через меня, — мой голос буквально дрожал от раздражения, и совладать с этим никак не выходило.

— Но… ведь.

— Колбасу взяли не они, а я, понятно⁈ — натянутая нить самообладания лопнула. Сдавать ни детей, ни кота не хотелось. Не успела я как-то выяснить, вдруг простая колбаса тут приравнена к божественным артефактам. — И даже если бы они, то имели полное право. А вот вы разговаривать с ними подобным образом… никакого. Сами вы мерзкое чудовище!

— Да как ты⁈.. — щеки Пэм покрылись алыми пятнами. Казалось, еще немного, и она лопнет от возмущения.

— Свободны, — рявкнула я, растеряв остатки достоинства.

— Знаете что, разбирайтесь сами со всем! Я ухожу! И перед лордом Дагмером сами оправдывайтесь.

— Вы просто боитесь, что объясняться придется именно вам. И плохие рекомендации получать — тоже.

— Да господин только спасибо бы мне сказал, за воспитание!

— Идите и проверьте, — вспыхнула я и отвернулась от мерзкой бабищи. Обратилась уже к мелким: — Вы в порядке?

Я вцепилась сперва в руку Джинет, понуро смотревшей себе под ноги, осмотрела. Следов синяков нет. Надеюсь, эта дрянь не поднимала на них руку, иначе…

Посопев еще пару секунд за спиной, кухарка ругнулась, развернулась и пропала в недрах коридоров.

— Она ведь не в первый раз так, да? — закончив с осмотром внезапно присмиревших детей

— Бывало, — неохотно признался Астор.

— Вы ведь знаете, что вашему дяде на вас не плевать? — строго поинтересовалась я, окидывая близнецов строгим взглядом. — И нельзя позволять посторонним людям так с собой обращаться.

— Не говорите дяде, пожалуйста, — вдруг серьезно попросил Астор.

— Почему? — изумилась я.

— Пэм не плохая, нет, она просто строгая очень, — Астор по-мальчишески запустил пятерню в волосы. Именно так, как делал Корин Дагмер в минуты размышлений. — И ей на нас не плевать совсем, она беспокоится. Одной из немногих не… не плевать.

То есть эта тварь промыла детям мозги и свою жестокость прикрывала заботой⁈ Еще и насаждала мысль, что они никому не нужны⁈

— Хорошо, Астор, я не скажу дяде, — пообещала я, краем глаза наблюдая за реакцией Джинет. Та прислонилась к стене и даже взгляда не подняла, не говоря уже об участии в разговоре. — Но объясни мне пожалуйста, почему ты считаешь, что она о вас заботится и беспокоится?

— Ну… Только на тех, о ком заботятся, так ругаются, — неуверенно начал Астор. — И… она давно с нами, еще с… ну, прошлого дома. Мы даже не подшучивали над ней никак, а она все равно волновалась, воспитывала.

Караул. Успею ли я за три месяца вдолбить этим мелким, что такое любовь, забота и участие в жизни близких людей? Смогу ли я вообще объяснить, кто такие близкие люди. И как рассказать, что людям, о которых переживаешь, никогда не скажешь «мерзкое чудовище»?

А Корину Дагмеру впервые за это время захотелось всыпать морального ремня… Как можно было допустить, чтобы в голове у детей была такая каша⁈ Трагедия общая, но именно он остался за сильного взрослого в этой семье.

— Астор, я думаю, что… — начала было я, но мальчишка вдруг встрепенулся и прислушался к чему-то. В воздухе запахло жженой крапивой, и я поняла, что Астор обратился к целительской магии.

— С Шуршунчиком что-то не так! — вдруг произнес Астор и ломанулся по коридору.

Да что ж за день сегодня такой⁈ Если эта Жиль добралась до мыша, натравлю на нее Котоффа. Если он еще не взялся отстаивать честь своего вынужденного приятеля.

Поборов желание направиться вслед за Астором, я перевела осторожный взгляд на Джинет.

— С тобой все хорошо? — тихо поинтересовалась я.

Глаза девочки вдруг наполнились слезами, она шумно шмыгнула носом и сдавленно ответила:

— Д-да.

— Милая, ты уверена? Что случилось? Это Пэм тебя обидела?

— Только не говорите Астору, ладно? — она наконец подняла на меня заплаканные глаза.

— Конечно, — уверила ее я.

Мыслей было много. От самых жутких до самых безобидных. Но я никак не ожидала услышать:

— Я умираю!

Что⁈

Вновь пустив импульс по ее телу, я убедилась, что с девочкой все в порядке. По крайней мере, на мой довольно посредственный целительский взгляд. Некромант из меня куда лучше, вот только к этому обращаться вот совсем не хотелось.

— Просто… понимаете…

Она смутилась, поднесла руки к животу и отвела взгляд. Губы Джинет задрожали. Она будто боялась рассказывать, что с ней произошло.

— У тебя начались критические дни? — озаренная догадкой, тихо поинтересовалась я.

— Критические дни?

Караул в квадрате. Неужели никто из моих предшественниц к годам Джинет не удосужился объяснить ей банальнейшие вещи⁈ Бабуля провела со мной беседу лет в семь. Рановато, конечно, но предупрежден — вооружен.

— Пойдем, я все объясню, — мягко улыбнувшись, я взяла девочку за руку и повела в сторону жилого этажа к своей комнате.

По пути вполголоса провела ей целую лекцию об особенностях женского организма: про растущую грудь, волосы и взросление. Особенный упор сделала на последнем, чтобы мягко подвести ее к одному из основных:

— Этого не стоит стесняться, ни в коем случае. Но скажи, если тебе теперь, как почти взрослой леди, вдруг не комфортно ночевать в одной комнате с Астором. Я видела в конце коридора две спальни, соединенные общим залом. Быть может, ты бы захотела, чтобы вы перебрались туда?

— Астор боится спать один. Он такой… маленький! — внезапно почувствовав себя повзрослевшей, сообщила Джинет.

— Можно не закрывать двери. Вы словно в одной общей комнате, но у каждого будет личное пространство. К тому же, у Астора есть Шуршунчик, — боги, лишь бы с этим противным мышом все было в порядке! Иначе мне этих двоих до пенсии не расселить. — А у тебя Котофф. Чем не защитники?

Уже в комнате я выдала Джинет средства личной гигиены, объяснила, как пользоваться. Вновь убедила ее, что подобное происходит со всеми женщинами и это совершенно нормально, иначе откуда мне об этом знать. После достала из потайного кармана чемодана безобидный любовный романчик, в котором дальше целомудренных охов дело не заходило и вручила ей плитку шоколада, изъятую из заначки как раз на подобный случай.

Когда я уходила, Джинет смотрела на меня с почти щенячьим восторгом, но я слишком хорошо понимала, что лед дал трещину только из-за нестабильного эмоционального состояния и не спешила радоваться. Эти качели будут с нами еще пару дней, не меньше.

— Я пойду проведаю Астора и Шуршунчика, — сообщила я и оставила девочку в блаженной прохладе комнаты.

Чуть позже расскажу ей о своем первом опыте, чтобы лишний раз убедить, что ничего страшного не происходит. А пока… Пока следовало идти на спасение злобного мыша.

Астора я нашла в детской. У мальчишки случилась настоящая истерика, и я подозревала худшее. Это так Жиль пытается наладить отношения с детьми⁈ В том, что она причастна, я даже не сомневалась. Интуиция — вещь мощная. Особенно, у женщин и некромантов. А я фактически два в одном.

— Мисс Анетта, я закрыл клетку! ЗАКРЫЛ, понимаете? — по щекам мальчишки текли горькие слезы. Он растерянно протягивал в руках… Ох, даже описать сложно.

Полоска для депиляции, сдобренная щедрым слоем… нет, тут не только особый раствор для удаления волос, но и приманка для мышей, и едкий мощный клей. Такой я ни с чем не спутаю, буквально недавно разбирала его на составы, пытаясь отцепиться от ножа.

Шуршунчик испуганно вопил и пытался отодрать лапки от клейкой полоски. Писк едва ли не заглушал хныканья мальчика.

— Так, спокойно… Где ты его нашел?

Жив, и слава богам. С остальным разберемся, если до этого момента у меня или у мыша не случится сердечный приступ от ужаса. У Шуршунчика — от невозможности бегать, у меня — от близости к Шуршунчику.

— Его Котофф притащил! Я даже от его мощной кости с трудом отодрал эту штуку, а у Шуршунчика лапки м-м-ма-а-аленькие, — нервы Астора дали сбой. — И и-и-и-израненные! Я же чувствую!

А мисс Жиль — хитрая дрянь.

Клетка грызуна и правда была закрыта — до того, как обнаружить детей, я имела честь лично в этом убедиться. А полоску она наверняка разместила где-то в своих покоях, чтобы потом сослаться на несчастный случай. Мол, не уследила во время проведения гигиенических процедур.

Уверена, если бы не Котофф, обнаружили бы мы Шуршунчика куда позже и в менее бодром состоянии.

— Так, отставить рыдать, — гаркнула я, сама находясь на грани ужаса. — Спасем мы мыша. И излечим. Дай мне секунду, собраться с мыслями.

Для того, чтобы разобрать состав, надо до него дотронуться. А это значит… Так, Аннета, соберись, ты не боишься ни змей, ни бабулю, а значит справишься и с… белым красноглазым чудовищем.

Уж не знаю, то ли я и вправду взяла себя в руки, то ли на меня так сильно подействовали рыдания Астора, но я все-таки дотронулась до полоски. Собрав волю в кулак, приступила к чарам, попутно объясняя Астору, что именно я делаю. Как раз его профиль, лишним не будет.

— Так вы целитель⁈ — восхитился Астор, прижимая к себе спасенного и залеченного Шуршунчика. — Так вот, как вы…

— Давай это будет наш с тобой секрет, — подмигнула я пацану.

О моем даре знало ограниченное количество людей. О нем я не распространялась даже в академии, чтобы не привлекать лишнего внимания к редкой дуальной магии.

— Я никому не скажу! — пообещал мальчик. И после уважительно добавил: — Даже Джинет.

— Спасибо, — улыбнулась я. — Но впредь следи за своим питомцем. Ты большой и сильный, а он совсем кроха. Это твоя ответственность его защищать.

— Я точно закрывал клетку, — с жаром уверил меня Астор. — Даже проверил несколько раз! Это точно эта ЖильЖопи!

Мальчик настолько доверился, что даже проговорился по поводу прозвища бывшей пассии дяди. Интересно, а какой кличкой наградили меня?

— Можно тебя кое о чем попросить? — перешла на доверительный шепот. Надо ковать железо, пока горячо.

— Что? — мальчик с любопытством подался вперед.

— Можете в ближайшее время ничего не делать ни Ивесу, ни мисс Жиль? Я сама со всем разберусь, по рукам?

— Разберетесь, как с нами? — с хитринкой уточнил мальчишка, явно имея в виду мою шалость со стульями и чихательным порошком.

— Разберусь по-взрослому, — серьезно ответила я.

— Ну ла-а-адно, — протянул Астор. — Да и Джинет без настроения. Будем сидеть тихо, как мышки.

Мальчика вновь с любовью прижал к себе успокоившегося питомца.

— Приберись в клетке Шуршунчика, ладно? И проверь замок.

— Да закрывал я!..

— Я тебе верю, Астор. На всякий случай, хорошо?

— Хорошо. Мисс Аннета…

— Наедине можешь называть меня просто Аннета, — улыбнулась я.

Сказать по правде, я старше всего на тринадцать лет. Да и гувернантка из меня никакая. Так… старшая и более опытная подруга.

— Аннета… Мы с Джинет видели, ну… То, что этот Овес к вам приставал.

Ага, вот и новое прозвище. На редкость благородное прозвище для такого скота.

— Вы ведь расскажите дяде? Если нет, я сам его накажу! Так ведь нельзя…

— Мне очень приятно, что ты обо мне беспокоишься и готов вступиться, — тихо ответила я. — Но ты ведь уже пообещал, что ничего не будешь делать гостям, верно? Мужчины должны держать свое слово.

Оставив мальчика, я направилась искать Корина Дагмера. Я дала Астору слово, хоть и не была согласна с его решением, ничего не рассказывать дяде, но как-то объясниться все же придется. И про приставания Ивеса рассказать, и про просьбу Жиль, и про то, как надо рассказывать детям, какие они ценные и любимые. В общем, накопилось много тем для разговора.

Вот только моим планам не суждено было сбыться. От слуг я узнала, что лорд Дагмер отбыл в город по срочным делам сразу после завтрака и будет только к завтрашнему дню.

Закрались смутные подозрения. Если Корин Дагмер еще с утра отбыл в город по делам, что Ивес делал в спальне своего господина? Впрочем, не моего ума это дело. Сообщить лорду — сообщу. На всякий случай.

Решившись, я все же двинула на кухню. Проверить, ушла ли кухарка и если ушла… Мда, наколотила я дров за эти короткие пару дней…

Пэм мало того, что сдержала слово, так еще и забрала почти всех своих помощниц. На кухне осталась лишь Хелли. Она испуганно тараторила, что вообще не понимает, что происходит и что делать с грядущим ужином без главной кухарки.

А-а-абзац! Вроде богатая семья, аристократы, а ни экономки, ни дворецкого — все вопросы приходится решать одной маленькой, неопытной и вредной гувернантке. А кухня совершенно не моя вотчина!

Главное, еще и Хелли не спугнуть, потому что самостоятельно вставать к плите я категорически отказывалась. Вот где настоящая подстава, а не все эти невинные детские шалости!..

— Хелли, лорд Дагмер отбыл в город, — призналась я.

— Да знаю, — на грани с истерикой протянула девушка. — Но гости…

— Ты ведь умеешь готовить, верно? Ты давно работаешь с Пэм. Может, у тебя получится соорудить ужин?

— Но меню…

— Я уверена, что в этом ты разбираешься ничуть не хуже Пэм. Верно? Или ты боишься, что не успеешь?

— Успею, — неуверенно протянула Хелли. — Да и заготовок много, но…

— Я очень рассчитываю на тебя. К тому же, мы с детьми поужинаем в комнате.

— В комнате? — изумленно поинтересовалась

Слишком много стресса и для меня, и для мелких. Тратить последние нервные клетки на ужин в неприятной компании не хотелось. Уверена, что Джинет и Астор со мной согласятся.

— Нам ничего особого не надо. Достаточно будет того, что осталось после завтрака. И это я заберу, — я перехватила поудобнее поднос со свежей выпечкой.

Вернувшись в свою комнату, я уже без удивления обнаружила там и Джинет, и Астора с питомцами. Пафосно сообщила им, что нарекаю территорию от двери до окна неприступным бастионом и планирую отстреливать каждого лишнего захватчика вонючими бомбочками. Сказала и о том, что ужинать мы будем тут же.

Весь день мы играли в настольные игры и дурачились. А к вечеру созрели на серьезный разговор. Я рассказала детям про то, что их магия дуальна, их энергиям во время сна лучше не пересекаться. Напомнила о том, что они уже достаточно взрослые для того, чтобы каждый из них обитал в своей комнате.

Особых возражений не было. Возможно, потому что Джинет горячо поддержала переезд. А потому мы начхали на график и до полуночи перетаскивали вещи близнецов в комнаты с совмещенной гостинной. Она как раз была соседней от моей.

6 — Глава, в которой всем придется извиняться

Утром я проснулась в невыносимо тоскливом настроении. Час возвращения лорда Дагмера близился, а значит, приближался и серьезный разговор. Как бы не получить на орехи за все изменения, что я учудила в его отсутствие.

Пытаясь взбодриться, я поплелась в душ. Почистила зубы, намылила голову…

Сперва носа коснулся странный едкий запах и, опустив взгляд, я пришла в настоящий ужас. Вода, которой я уже пятую минуту пыталась смыть шампунь, окрасилась в ярко-морковный цвет. Запустив магию, я нащупала… один из самых страшных составов для незадачливых модниц. Тот самый, который не разбирался на элементы и который фактически невозможно было вывести магией!

В панике я выползла из душа и метнулась к зеркалу.

Нет-нет-нет-нет…

Даже на влажных волосах было видно, что я стала абсолютно и бесповоротно… рыжей!

Следующие двадцать минут я пыталась убедить себя, что методы воспитания Пэм все же жестоки и не стоит к ним обращаться даже в минуты отчаяния. Хотя, признаюсь, очень хотелось.

Расслабилась, сама виновата. Отчего-то мне показалось, что после вчерашнего дня можно не ждать таких жестких подстав… Демоны, ну почему именно рыжий⁈ Лучше бы уж в зеленый окрасили, всяко милосерднее. Его ведь не закрасить даже никак!

— Подъем! — громогласно приказала я, входя в их общий зал.

Двери в обе спальни были открыты, какими я их и оставила, потому мой настрой почти мгновенно дошел до детей. Они мгновенно, без всяких уговоров, повскакивали с постели и направились каждый к своей двери. Ошарашено замерли в проемах, глядя на мою морковную шевелюру.

— Ты что, не убрал? — возмутилась Джинет, глянув на брата.

— Я думал, что ты убрала! Иначе что ты так долго в ванной делала⁈ — огрызнулся Астор.

— Анетта, мы честно не специально. Это еще давно было, до… до всего! — залепетала Джинет.

— До вчерашнего утра, — простодушно дополнил Астор.

— Тебе даже идет, — уверила меня Джинет. — Оттеняет зеленые глаза!

— Ну хочешь мы тоже покрасимся? Из солидарности! — предложил Астор.

— Я не буду. Это твоя идея, ты и красься, — сдала брата с потрохами Джинет.

— Аннета, но тебе правда идет, — тон Астора прозвучал почти жалобно.

Я глубоко вдохнула. Выдохнула. Легче не стало. Я теперь рыжая до того момента, пока не отрастет мой натуральный, и это порядком портило мне настроение.

— Я, конечно, хотела изменить прическу, но… рыжий! Вы изверги, — сдавшись, пробормотала я. Злиться уже не получалось. — А еще мы проспали завтрак.

— Дядя все равно только к обеду будет.

— Обед через час, — сообщила текущее положение дел я. — Полагаю, к его возвращению нам всем нужно подготовиться и выглядеть… прилично.

Надо срочно совладать с прической. Может, дулю закрутить? И под чепчик. Буду типичная такая гувернантка. С этой мыслью я и оставила детей собираться к обеду.

* * *

Чепчика в моем гардеробе не завалялось, потому к обеду пришлось спускаться как есть. По пути я старалась избегать все зеркальные поверхности, чтобы лишний раз не напоминать себе, что стала абсолютно рыжей. Забыть мне не дали, потому что внизу встретились мисс Жиль и мистер Ивес, о чем-то беседующие у входа в коридор, ведущий в столовую.

— Вот это изменения! — цокнул языком мистер Ивес.

— Какой… кхм, интересный тон, — вторила ему мисс Жиль. И еще более едко: — Мы уж думали, что не дождемся вас и к ужину. Разве допустимо, чтобы у детей был настолько плавающий график. Вот в пансионе…

— Ночью мы с детьми наблюдали за созвездием Марионны. В таком порядке звезды выстраиваются раз в сто лет, не хотелось пропускать. Потому пришлось проигнорировать завтрак, — нашлась я. Даже не соврала, Марионну я и правда им показала. Правда чуть в другом ключе. — А здоровый сон не повредил еще ни одному ребенку.

Дети, все еще смущенные своим проколом с шампунем, послушно закивали.

— Дядя вернулся? — умело перевел тему Астор.

— Должен спуститься, — ответил мистер Ивес.

Хотелось бы перехватить его до обеда. По крайней мере, сообщить об уходе кухарки.

И только я об этом подумала, как случилось сразу несколько вещей: сверху лестницы раздались шаги, вскрикнула мисс Жиль и что-то треснуло.

— Джинет, за что⁈ — жалобно пискнула мисс Жиль, и мы с детьми непонимающе переглянулись. — Ну что я тебе сделала⁈ Это мое любимое платье…

Платье? Причем тут платье? Я взглядом мазнула по наряду мисс Жиль и увидела широкий разрез по шву вдоль бедра. Разрез, к слову, выгодно подчеркивал стройные ноги Жиль Жори. Вот только Джинет, все это время стоявшая рядом со мной, не сделала ровным счетом ничего, чтобы настолько оголить мисс.

— Что тут происходит? — раздалось усталое сверху.

А вот и главный зритель, на которого рассчитан весь спектакль этой хитрой актрисульки.

— Корин, по этим детям плачет пансион! Только они в состоянии справиться с их характером. Мое платье… порвать! Это не сможет исправить ни одна модистка! — истерично верещала мисс.

— Жиль, я оплачу твое платье…

— Дети ни в чем не виноваты! — стиснув зубы, процедила я. — Джинет все это время стояла рядом со мной.

— Она специально! Дернула!

— Мисс Жиль сама порвала платье! — вспыхнула я от воцарившей несправедливости. Да сколько можно⁈ За Джинет я была готова поручиться даже несмотря на то, что стала рыжей.

— Корин, эта гувернантка их покрывает! Она и кухарку, над которой злобно пошутили твои племянники, вчера выгнала! Где это видано, чтобы какая-то нянька решала, кто будет работать в твоем поместье, а кто нет. И к Ивесу приставала! Представляешь, какой пример она показывает детям⁈

На хитрую дрянь я глянула с истинным восхищением. Надо же, как складно у нее получается нести откровенную чушь. Уверенная, что лорд Дагмер как минимум ей не поверит, я перевела на него взгляд и… Неужели поверит⁈

В этот раз в его глазах не читалось ничего, кроме холода и отстраненности.

В груди кольнуло от обиды, но это чувство я быстро взяла под узду.

— Я отказываюсь продолжать беседу в таком тоне, — твердо произнесла я, сложив руки на груди. — Джинет ни в чем не виновата. Об остальном я готова поговорить без лишних свидетелей с разыгравшейся фантазией.

— Как она позволяет себе со мной разговаривать! Корин, она прислуга. Дорогая, но все же прислуга!

— Напомню тебе, Жори, что если Аннета и прислуга, то моя прислуга и отчитывать ее надлежит мне, — сухо обрубил мистер Дагмер. — Аннета, пройдите в моей кабинет.

Он крутанулся на пятках и с явным раздражением направился вдоль по коридору второго этажа.

— Идите в столовую, — шепнула я близнецам, почти уверенная, что ни в какую столовую они не отправятся. Сама же поплелась следом за лордом.

* * *

— Давайте сэкономим время. Отвечайте на вопросы «да» или «нет», — начал Корин Дагмер.

Надо же, какие мы занятые! Между прочим, речь о его племянниках, а не о моих!

— Верно ли, что в мое отсутствие вы расселили детей по разным комнатам?

— Да.

— Уволили кухарку, хотя я не наделял вас подобной властью.

— Я не…

— Да или нет?

Ох, вот в какую игру мы хотим поиграть⁈ От понимающего и стойкого лорда Дагмера не осталось и следа. Передо мной возвышался взбешенный аристократ.

— Да.

— Проигнорировали сложившийся у детей график.

— Да.

— Чуть не убили мыша…

— Что⁈ — я натурально опешила. Чтобы безопасно отодрать Шуршунчика от ленты, я потратила уйму целительских сил!

— Ивес рассказал, как нашел мыша приклеенным к какой-то дряни. Вернулись к традиционным методам?

Значит, Ивес в сговоре с Жиль? Мда, все трое Дагмеров окружили себя тварями куда более противными, чем маленький безобидный мышонок. И все окружающие бесцеремонно пользуются тем, что дядя никак не может наладить доверительный контакт с детьми! А дети — с дядей.

— Или вы посчитали, что удастся завоевать мое доверие, если ваше общение с детьми будет на короткой ноге? Но вы просчитались, мне хватает двух вредителей на территории, третий ни к чему. Я ознакомился с вашими… методами. Не думаю, что они нам подходят.

— Вредителей?.. — эхом переспросила я, прикрывая глаза.

Перед закрытыми веками поплыли красные мушки, в груди разгорался пожар, рискующий снести все на своем пути.

— Об этих, как вы выразились, вредителей все в этом поместье вытирают ноги, а вы хотите, чтобы они были милыми детьми и со всеми добродушно шли на контакт⁈ Астор так обрадовался вашей вчерашней поддержке, будто получил ее впервые за всю свою жизнь. Да у него глаза на мокром месте были от того, что родной дядя встал на его сторону! Мальчик ведь искренне полагает, что всем на него плевать. У него мышь — лучший друг. Не сестра, она — подельница, не сверстники из соседних поместий, мышь! А Джинет⁈ Думаете, она стойкая сильная и про все знает⁈ Понятия не имею, где вы искали своих прошлых нянек, но ни одна из них не удосужилась рассказать девочке о женских днях! Представьте ее ужас, когда она целый день искренне думала, что умирает⁈ И просила не рассказывать об этом брату, чтобы не пугать! У детей дуальная магия, они растут, но никому даже в голову не пришло, что близкое соседство во время сна, в самое незащищенное время, может навредить их магии⁈ Дети — не репей. Подул ветром, полил дождем, и пусть сами растут. Дети — это огромная ответственность. И на мой взгляд, вы с ней не справляетесь! Не верите мне, не хотите налаживать контакт с детьми, чтобы разобраться, почему они вообще строят пакости всем вокруг? Настройте свои дурацкие накопители на впитывание образов, раскидайте по всему поместью и наслаждайтесь на ночь глядя «чудесными» картинками о реальном положении дел. Многое узнаете и о своих племянниках, и о подчиненных, и о так называемых друзьях. А раз мои методы вам не подходят, разбирайтесь с этим без меня, мистер Я-самый-занятой-отвечайте-только-да-или-нет.

Дыхание сбилось, глаза жгло. И чтобы не наговорить еще больше грязи, я развернулась и вышла за дверь, с трудом сдержавшись, чтобы не хлопнуть ею посильнее. Как дошла до комнаты, не помню. В голове крутилась одна единственная мысль «Как я объясню свой уход детям? Как я вообще оставлю их одних в этом бедламе⁈».

Чемодан собирала рефлекторно.

Нет, достойного диалога сейчас не выйдет, я на эмоциях. Может, написать им письмо? Потом, когда чувства утихнут? Или даже нагрянуть втайне от их дяди, объясниться… Боги, что же я скажу? А письмо можно передать, призвав ненадолго Котоффа. Только ему в этом поместье и стоит доверять, не считая мелких.

Нормальные они дети. Нор-маль-ны-е! Просто к ним нужен подход, как и к каждому человеку в любом возрасте. Я, к примеру, была куда проблемнее этих двоих вместе взятых.

Гувернантка, ха! Да бабуля сошла с ума, послав меня в эту семью. К демонам наш спор, он резко потерял свою актуальность. Я привнесла в жизнь этого дома даже больше хаоса, чем было до. Боги, что же я натворила… Как придется Джинет с Астором теперь, когда мы только начали находить общий язык? Когда они только мне доверились…

На ватных ногах я спустилась в холл. На сердце было тяжело, это ощущалось физически. В душе разрасталась буря.

— Аннета, стой! — со стороны лестницы раздался голос Джинет.

— Погоди, мы не поспеваем, — добавил запыхавшийся Астор.

Все внутри сжалось, и по щекам сами собой ручьем хлынули слезы. Гувернантка должна быть стойкой, держать лицо, сохранять спокойствие даже в самых непредвиденных ситуациях… Это я повторяла как завет. Нам даже давали лекцию о том, как правильно прощаться с детьми, когда их родители больше не нуждаются в наших услугах. Стоит ли говорить, что я все делала не так?

— Ты ведь не планируешь нас тут бросить⁈ — раздалось едкое со стороны Джинет. Уже ближе. Она почти спустилась с лестницы.

Труньк — именно с таким звуком лопнули мои нервы. После этого я, вся зареванная и бесповоротно рыжая, повернулась к мелким, оставив дверь за спиной.

Джинет вырвалась вперед, Астор из-за большущей клетки в руках не поспевал за сестрой. Под ногами Джинет крутился кот, а сама она тащила тюк — судя по всему, сложила вещи в простынь. У ее брата была похожая «походная сумка» из другой части постельного белья.

Собирались в спешке.

— Мы с тобой, и это даже не обсуждается, — с показушной строгостью произнес Астор, смешно пыхтя. — Тут мы все равно никому не нужны, все только выдохнут от ухода таких вредителей.

Подслушивали? Об этом я не подумала, отдалась эмоциям… У Корина Дагмера был маленький шанс наладить отношения с детьми, но своими неосторожными словами он собственноручно сжег все мосты. Грустно… Грустно втройне, что оставшиеся члены некогда дружной семьи так глупо отдалились друг от друга.

— Ты ведь возьмешь нас с собой? — уже не так едко и уверенно спросила Джинет, заглядывая в глаза.

Они знают меня всего несколько дней, но уже готовы последовать за мной хоть на край света. Насколько же сильно не хватало этим детям даже не любви, а просто понимания и капельки доверия, что они готовы цепляться за только зарождающиеся чувства, как за соломинку?

— Ты не думай, мы будем работать и помогать, честное слово, — осторожно добавил Астор.

— Никто никуда не уезжает, — раздалось с вершины лестницы на втором этаже.

Подняв взгляд, я разглядела побелевшего и порядком испуганного лорда Дагмера. Он запустил пятерню в волосы, хотел что-то сказать, но… не смог. Его лицо дрогнуло, окончательно разрушая маску холодного дядьки.

Проняло, наконец!

Последняя мысль прекрасно сочеталась с возникшим привкусом сладкой мести, совсем недостойной профессиональной гувернантки.

— Джинет, Астор, мне кажется, что вам следует поговорить с дядей, — мягко начала я.

— Нет! Ты уйдешь, пока мы будем разговаривать, — у Джинет начиналась истерика, и с этим следовало что-то делать.

— Я обязательно дождусь, обещаю, — заверила ее я и в подтверждении своих слов отпустила ручку чемодана.

— О, ты решил избавиться от этой хамки? — из коридора выплыла Жиль, так и не сменившая наряд. За ней любопытствующей тенью Ивес. Дети уставились на этих двоих волком.

— Жори, не стоит злоупотреблять моим гостеприимством, — рявкнул на нее лорд Дагмер. — Аннета, не могли бы вы, пожалуйста, составить нам компанию?

Ба-а-атюшки, какие изменения, аж «пожалуйста».

Взяв себя в руки, он спешно слетел с лестницы и направился к нам.

— Пойдемте в зал?

Еще и не в кабинет на ковер. Изменения радовали.

Если бы от моего решения не зависели эти двое мелких, я бы дала волю эмоциям, психанула бы и хлопнула дверью. Но теперь, когда Джинет и Астор взирали на меня с такой надеждой…

— Да, я составлю вам компанию.

Окинув порядком шокированных от происходящего Ивеса и Жиль равнодушным взглядом — хотя все внутри пело «выкусите!» — я первой отправилась к точке сбора.

* * *

Мы сидели в зале в мрачной тишине.

«Что мне говорить⁈» — лорд Дагмер буквально молил взглядом о помощи.

Моей мстительности и злости хватило секунд на десять, после я сжалилась — в первую очередь над детьми — и одними глазами ответила: «Как со взрослыми».

— Признаю, что я — самый паршивый опекун из всех, кого можно представить, — собравшись с мыслями признался Корин Дагмер.

Ну-у-у, сомнительно, конечно, но начало неплохое.

— Дядя, давай не будем тратить время, отвечай да или нет, — вдруг выдала Джинет.

Вау! У этой девчонки задатки аристократки высшего эшелона. А в том, что она злилась на дядю, сомнений не были ни у кого. Даже у притаившегося в клетке Шуршунчика.

— Я не…

— Да или нет, — с теми же стервозными нотками и явно чувствуя себя хозяйкой положения повторила Джинет.

— Да, — сдался лорд Дагмер.

Правильно, пусть прочувствует, когда диалог строится таким образом.

— Ты даже в самом страшном сне и представить не мог, что тебе вдруг придется стать опекуном двум детям.

— Я…

— Да или нет.

— Да.

— И детей вообще планировал завести не раньше сорока, — обиженно добавил Астор.

На мальчишку надежды мало, он сдастся первым, забив на очень важное воспитание дяди. Это только кажется, что только взрослые воспитывают детей, часто происходит наоборот…

— Да, — признал Корин Дагмер.

— Ты был убит горем, когда потерял почти всю семью. И совершенно не понимал, что делать с делом Дагмеров и двумя детьми, которых буквально на руках вытащил из пожара.

— Да, — эхом отозвался Дагмер.

А вот это уже жестко…

— Тебе приходилось нелегко. Особенно, когда по всей империи тебя негласно осудили за то, чего ты не совершал. Мы-то точно знаем, что ты не при чем, — тон Джинет стал на полтона теплее.

— Да.

— Ты и сейчас не особо знаешь, как к нам подступиться. Боишься обидеть или напомнить о… о трагедии, — голос Джинет дрогнул.

Пожалуй, я ошиблась. Она простит дядю первой. Улыбку я сдержала с трудом.

— Да.

— И ты думаешь, что мы обуза. С нами надо возиться, мы постоянно мешаем, тебе нас не понять.

— Никогда. Я никогда так не думал! — твердо ответил Корин Дагмер. И тут же добавил: — Вы — моя семья. Самые близкие люди на всем белом свете. И мне правда очень жаль, что я не смог сделать шаг к вам навстречу раньше.

— Ты, дядя, большой и сильный, а мы — маленькие и слабые. Мы — твоя ответственность.

Сердце в очередной раз екнуло, когда Астор процитировал мои собственные слова.

— Но и ты — наша, дядя. И мы всегда на твоей стороне.

— Потому что ты — наша семья и самый близкий человек на всем белом свете, — добавила Джинет.

— Я тоже буду всегда на вашей стороне. Теперь. Позволите?

Я совершенно непедагогично шмыгнула носом. И совсем растеклась лужицей, когда близнецы первыми, сперва неловко, потянулись к дяде для объятий примирения.

— А еще тебе стоит извиниться перед Аннетой, — припечатал лорда Дагмера младший родственник. — Разъехаться по разным комнатам мы сами решили. И Пэм… Аннета ее не увольняла, она сама ушла. И уж тем более не пыталась убить Шуршунчика, даже спас… — Астор осекся, не зная, что его дяде известна природа моей магии. Постарался не проболтаться, — Помогла его спасти. С графиком, конечно, неувязочка, но мы так хотели посмотреть на созвездие Марионны.

— Подслушивать, вообще-то, нехорошо, — отозвался лорд.

— Прости, пожалуйста, дядя, у нас таки-и-ие пропуски в воспитании образовались.

— А еще я прекрасно осведомлен, что Созвездие Марионны — карточная игра!

Корин с легким укором глянул на меня.

— Не смотрите так, вы меня уволили. Видите, вполне заслуженно! Злая и нехорошая Аннета учила детей плохим вещам. Теперь эта непростая задача ложится исключительно на ваши плечи, — продолжая шмыгать, сообщила я язвительно. — Уверена, вы справитесь!

— Учить плохим вещам?

— Что?

— Именно эта задача ложится на мои плечи? Не уверен, что справлюсь с тем же блеском, что и вы.

О да, научить детей игре, которая уважается исключительно в пиратских кругах… А сам Дагмер откуда про нее знает⁈ Впрочем, игра сама по себе безобидна и неплохо развивает память. Всего-то парочки из карт составлять и угадывать, где какие лежат. Не на ром же мы играли, честное слово.

— Астор, Шуршунчику пора сменить опилки, — заявила более сообразительная из близнецов.

— Я вчера вечером менял!

— Шуршунчик воняет, ему некомфортно.

— Что ты обманываешь, пахнет деревом.

— Астор, меня сейчас стошнит!

— Странная ты, — пробормотал мальчик, пристально вглядываясь в настил и принюхиваясь.

— Я помогу, — Джинет слетела с кресла и сама взяла клетку с Шуршунчиком.

Уже у прохода еще что-то буркнула, я не расслышала. Зато Астор сдерживаться в тональности не стал:

— Опять хвастаешься, что твой питомец не какает! — раздалось уже в проходе. Смешок удалось буквально проглотить.

Мы с Корином Дагмером остались наедине.

— Я был не прав, приношу свои извинения.

Пф-ф-ф. Я рассчитывала хотя бы на пару предложений, а не на одну формальную фразу.

— Вернулся после деловых переговоров, не успел перестроиться, не разобрался в ситуации, повелся на манипуляции… — после затянувшегося молчания добавил он. — В общем, с какой стороны ни посмотри, со всех сторон не прав!

Я стойко молчала.

— А что вы скажете насчет премии? — зашел с другого бока Корин Дагмер.

— Я хочу выходной, — вдруг призналась я. — С вами три дня за год идут!

7 — Глава, в которой перечисляются самые важные события минувших трех месяцев

— Синяя дама дружит с красным королем! — с жаром спорил Астор. — Они в одной линии лежат!

— Да нет же, зеленый король с синей дамой лучше сочетаются, — не соглашалась Джинет. — Дядя!

— Я бы в пару черному королю красную даму ставил, — в Созвездии Марионны лорд Дагмер был новичком и не до конца понимал, как правильно блефовать в составлении парочек, потому близнецы его обули на целую тарелку печенья.

Я за их игрой наблюдала со стороны, мысленно коря себя. Непедагогично учить детей пиратской игре, но еще непедагогичней подсаживать на нее их опекуна!

— Аннета, рассуди! — обратился ко мне Астор.

— У вас график, господа и дама. Пора спать, — устало отозвалась я.

— Мы еще одну партию, — «отпросил» близнецов лорд Дагмер.

Эта «одна партия» была третьей по счету, но я не вмешивалась. Настольные игры, даже самые пиратские, помогают наладить отношения в семье. А вот с азартом Астора надо что-то делать. Направить в правильное русло.

К тому же, завтра у меня был законный выходной, график мелких целиком и полностью ложился на плечи Корина Дагмера.

* * *

— Лорд Дагмер, можно на минуту? — я постучалась и зашла в кабинет.

— Да, входите, Аннета, — Корин Дагмер устало откинулся в кресле. Его стол был завален бумагами. Опять заработался допоздна.

— У меня появилась прекрасная идея, — издалека начала я.

— Мне уже страшно, — усмехнулся лорд.

— Я думаю, на следующих выходных стоит выбраться в город. Будет фестиваль мыльного пузыря.

— Я не возражаю. Прикажу кучеру подготовить экипаж и забронирую комнаты в гостинице, — легко согласился он, не до конца понимая, на что подписывается.

— Вам точно удастся освободить график к выходным? — невинно поинтересовалась я.

— Причем тут мой график? — удивился он.

— Как причем? Вы отправляетесь с нами, — ответила в тон.

— Исключено.

— Детям надо выходить в люди, общаться со сверстниками, социализироваться…

— Детям — да, мне — нет.

— Без вас они не поедут, — сказала я с печалью в голосе.

Точно не поедут. Я договорилась.

— Я найду аргументы, чтобы их убедить. Думаю, на Джинет беспрекословно подействует открытие безлимитных счетов во всех лавках, а Астор наверняка захочет купить огромную клетку для Шуршунчика.

— Вам не надоело жить затворником? Вы осели в поместье, словно и правда в чем-то виноваты. Лишь подогреваете глупые слухи! Представляете, как неловко будет детям все это выслушивать? Самое время показать империи, что род Дагмеров вышел из сумрака! И крепок, как никогда. И вам надо социализироваться не меньше, чем детям. Общаться, знакомиться, найти себе жену, в конце концов.

На последней фразе лорд Дагмер посмотрел на меня по-особенному изумленно.

— Аннета, это чистой воды манипуляция и игра на моих опекунских чувствах! А еще вы воспитываете меня, словно я ваш подопечный!

— Я — профессиональная гувернантка, — фыркнула в ответ. — И точно знаю, как лучше детям. Или вы так не считаете?

— Хорошо. Я отправлюсь с вами, — с тяжелым вздохом капитулировал Корин Дагмер.

* * *

— Вы перестали отращивать свой цвет волос? — после обсуждения успехов детей, поинтересовался лорд.

— Отрастают они совершенно по-дурацки, — с неловкостью призналась я. — Выглядит так, будто морковка из земли торчит. Решила закрасить. Да и привыкла я уже, если честно.

— Мне нравится, вам идет, — мягко улыбнулся Дагмер. — У вас завтра выходной. Составите компанию в дегустации нового сорта вина?

— Пока я на работе, и на работе я не пью, — напомнила я и отправилась спать.

* * *

— У вас было такое когда-нибудь? — вдруг поинтересовался лорд Дагмер.

Дети сегодня крупно поссорились, и нам с Корином пришлось их буквально разнимать. День выдался непростой.

— Чтобы дети ругались? Вам ведь прекрасно известно, что ваша семья у меня первая.

— Понадеемся, что последняя, — хмыкнул лорд Дагмер.

— Вы совсем не верите в меня, как в гувернантку? — деланно обиженно протянула я.

— Я не про ссору детей, а про диалог… глазами. Или я один это чувствую? Клянусь, когда вы сегодня на меня так злобно зыркнули, я отчетливо услышал «хватайте Астора за левую руку».

Я рассмеялась.

— Правую! Я имела в виду правую!

— Имели в виду правую, а сказали левую, — усмехнулся лорд Дагмер. — Нечто подобное было у моих родителей, они понимали друг-друга без слов.

— Вы с сестрой и братом были трудными подростками?

— А разве бывают легкие?

— Думаю, что-то такое… м-м-м, «разговор глазами» возникает, когда совместно воспитываешь детей, — выдала свою версию. — Лорд Дагмер, я спать. Просто валюсь с ног.

— Можно просто Корин.

* * *

— Три дерева за один хлеб! — настаивал Астор.

— Нет, — ни в какую не соглашалась Джинет.

— Четыре!

— Нет!

— Ну и дура!

— Сам дурак. Поставил три замка вокруг древесины, а хлеб у тебя только на двенадцати. Если я дам тебе хлеб, ты поставишь четвертый замок и выиграешь!

Традицию ежевечерних настольных игр мы оставили, только Созвездие Марионны я заменила на популярную стратегическую игру.

— Ничего я не дурак. Это игра В жизни любой бы выменял четыре отборной древесины на один замшелый хлеб!

— Ничего он у меня не замшелый, а очень даже зерновой, — насупилась Джинет.

— Джинет, если бы ты с самого начала менялась с братом хлебом, то быстрее бы построила дороги и перекрыла его самую длинную, забрав себе очки, — мягко вмешался в спор близнецов Корин.

— А вы с Аннетой давали ему хлеб, и он быстрее возвел замки! — почти обвинительно заключила девочка.

— Но ведь это суть игры, — подала слово я. — Меняться, строиться, возводить экономику…

— Дурацкая игра! — Джинет психанула, бросила карты ресурсов и направилась к выходу.

Брат последовал за ней:

— Джинет, так не делается! Мы договаривались, и ты обещала, что больше не будешь бросать играть, когда я почти победил! Я ведь так не делаю, когда ты одерживаешь верх! Да какая вообще разница, кто победил, если простым жителям от этого только лучше.

— Я думаю, что стоит пригласить преподавателей по углубленной экономике. Моих знаний хватает только для общего развития, — уныло глянув на свое миниатюрное, но разномастное поле сообщила я Корину, когда мы остались наедине.

— Согласен, у Астора есть задатки. А Джинет бы не помешал преподаватель по дипломатии.

— И у нее задатки? — не удержала смешок.

— Нет, совсем нет, — рассмеялся он. — Но к определенным векторам ведения политики у нее явный талант.

— Разве что к пыткам в застенках Тайной канцелярии, — поддержала шутку.

* * *

Я уже привычно перед сном пролистывала форум, пока не наткнулась на новый раздел, который ни разу не замечала раньше. Художественная литература? Интересненько.

Глаза сами собой заскользили по списку предложенного:

Название книги: «Очень плохая гувернантка», Автор: Матильда Старр, Мира Славная

Название книги: «Кошки-мышки, или Зло пожаловать в семью», Автор: Екатерина Верхова

Название книги: «Няня по соседству», Автор: Диана Рахманова

Название книги: «Трудный ребенок по-драконьи», Автор: Ирина Коняева

Название книги: «Ошибки прошлого, или Няня для маленькой волчицы», Автор: Любовь Черникова

Название книги: «Няня его мечты», Автор: Татьяна Серганова

Название книги: «Разыскиваем няню. Срочно!», Автор: Лира Алая

Название книги: «Прелестная леди на вашем пороге», Автор: Любовь Огненная

Название книги: «Самая с(т)ильная няня», Автор: Нинель Нуар

Название книги: «Как я получила магию, жениха и навык воспитателя», Автор: Санна Сью

Какое счастье, что завтра выходной и можно запереться в комнате и полностью посвятить себя чтению. С чего бы начать?

* * *

— Аннета, а тебе нравится наш дядя? — от подобного вопроса, заданного при этом ангельским тоном, я поперхнулась чаем.

— Ваш дядя — человек, на которого можно положиться, — ответила я.

— Не как человек, а как мужчина! — уточнил Астор.

Стоит отметить, что к этому диалогу прислушивался и вышеупомянутый дядя, и Джинет. Последняя явно была сценаристом всего спектакля.

— Я не очень понимаю, к чему ты ведешь.

— Ну смотри, тебе нравится наш дядя, дяде явно нравишься ты. Может, вам пожениться?

Настала пора Корина давиться чаем.

— Кажется, мы поспешили с изучением демократии, — откашлявшись, произнес он.

— Причем тут демократия, это называется здравым смыслом!

* * *

— Аннета, мне написала твоя дражайшая родственница, — вдруг сообщил Корин, перехватив меня в коридоре.

К детям пришли приглашенные преподаватели, и я вознамерилась сбежать в комнату и продолжить читать книгу. Очень уж интересно, что там в голове у Дэмиана Грейвуда, который сперва целует няню своей дочери, а потом строит из себя неприступную крепость!

Но после таких новостей мне явно не до Дэмиана Грейвуда.

— Что пишет?

Корин убрал руку с моего запястья и отвел потяжелевший взгляд. Видимо, бабуля сообщила что-то из ряда вон. Но что? В последний раз, когда мы держали связь, ничего не предвещало беды.

— Ты собираешься от нас уходить?

— Я? — удивленно переспросила. Сообразила не сразу. — А что, уже прошло три месяца?

— Прошло, — в голосе Корина послышалась хрипотца. — Ровно.

— Ну и ладно, — легко отмахнулась я. — Не бери в голову, это дурацкий спор. И никуда уходить я не собираюсь. Если не выгонишь.

Я тут же хотела сообщить, что у меня всего час свободного времени, и жуть как хочется дочитать главу, как вдруг почву выбили из под ног. Я ощутила себя как «жертвы» младшей героини книги, заживо закопанной под землю под самые плечи.

И с недосыпа не сразу сообразила, что оказалась в крепких мужских объятиях. В нос ударил аромат самшита и солнца. Сделалось жарко. Особенно на тех участках тела, которых касались ладони Корина — на талии и между лопаток.

Объятия продлились всего секунду, он вдруг отстранился и деловито произнес:

— Если задумаешь уходить, дай знать заранее. Хочу иметь возможность тебя переубедить, — с этими словами он как ни в чем не бывало направился вглубь коридора.

Вот тебе и Дэмиан Грейвуд в реальной жизни.

* * *

— Аннета, разговор предстоит серьезный, — с порога сообщил Корин.

В этот раз не я нагрянула в его кабинет, а он — в мою спальню. И тон его вызывал настороженность. Интуиция вопила о том, что беседа мне совсем не понравится.

— Не могла бы ты прочитать этот документ?

— Шутки детей зашли настолько далеко, что ты составил брачный договор? — попыталась отшутиться я, но приняв из его рук документ стало не до смеха. — Завещание⁈ Ты серьезно⁈

— Серьезнее некуда, — Корин, не дождавшись приглашения, уселся на мою софу и с любопытством скользнул взглядом по кристальной планшетке.

Я подала мысленный сигнал артефакту перейти в выключенный режим. Не стоит ему знать, что мы с девочками обсуждаем на няньском форуме. Особенно, если тема посвящена его персоне.

— Читай, — попросил Корин.

Я углубилась в изучение.

— Ты завещаешь мне опеку над детьми? — почти замогильным тоном поинтересовалась я, несколько раз перечитав документ.

— Сразу после своего совершеннолетия они получат доступ к денежным средствам рода Дагмеров, всей недвижимости и делам компании. А до этого… я открыл трастовый фонд на их имена, которым будешь распоряжаться ты. Жилье, образование, прочие расходы…

— Я умею читать, Корин! Что происходит⁈ Такие документы никогда не составляются просто так, на всякий случай. И что это вообще значит «при наступлении смерти и иных случаях, мешающих исполнению обязательств в роли опекуна», что за иные случаи⁈ Или ты болен⁈ Скажи честно, ты болен? У бабули есть знакомый целитель, лучший в королевстве…

Документ заставил запаниковать.

— Я абсолютно здоров, — с грустной улыбкой ответил Корин и взглядом предложил успокоиться и присесть.

Я рухнула рядом, не понимая, то ли волосы на голове рвать, то ли отходить этим «завещанием» Корина-мать-его-Дагмера!

— Рассказывай, — кое-как совладав с эмоциями, выдохнула я.

— Для начала, я бы хотел тебя поблагодарить… Твоя идея с тем, чтобы развесить по всему поместью фиксирующие образы артефакты… И как я раньше не додумался? Да и твои слова про то, что Ивес крутился возле моих комнат в мое отсутствие…

— Желательно, по порядку, — попросила я.

Корин рассказал. Помимо опеки над детьми доверил и свой большой секрет.

С Ивесом он познакомился уже после трагедии дома Дагмеров. Он казался толковым управляющим и надежным человеком, потому Корин почти сразу повысил его до роли личного помощника. В тот же период появилась и Жиль Жори, хотя сам лорд никак не связал эти два факта. Как оказалось, зря.

В первое время под его управлениям дела в компании Дагмеров шли откровенно плохо, но кое-как Корину удалось сохранить славное наследие семьи. Несмотря даже на то, что конкуренты первыми узнавали об их наработках.

Не сломали десятилетиями выстроенное дело и сплетни о том, что сам Корин причастен к пожару. Якобы он сам его устроил, чтобы получить доступ к наследству. Младший наследник, который ни на что не мог претендовать до гибели семьи — именно так злые языки рисовали Корина в глазах общественности.

На Корина было столько нападок, что он предпочел вести дела из поместья, поставив вместо себя управляющего — Ивеса.

И совершенно не ожидал, что в один момент получит письмо от своего своего главного противника на деловой арене, с которым бился за лидерство в огранке накопителей не один год.

Текст был следующий:

' Лорд Дагмер,

я предпочитаю честную конкуренцию. И не имею никакого отношения к тому, что происходит в тайной канцелярии.

Уладьте все недоразумения со своими приближенными, пока они не потопили дело, которое начинал строить еще ваш прадед.

Лорд Л.'.

Никакого отношения к Тайной канцелярии Корин не имел, и у него не осталось близких друзей, чтобы обратиться с вопросом. Он с неохотой признался, что в какой-то момент начал подозревать в предательстве даже собственную тень.

Расследование заняло время. И когда я со злости предложила перенастроить накопители на фиксацию образов в поместье, Корин воспринял дурацкую, казалось бы, не реализуемую фантазию всерьез. Настроив следящие артефакты в некоторых комнатах дома и в кабинете офиса, где работал Ивес, Корин нащупал нитки, за которые стоило дергать.

Во-первых, оказалось, что Жиль и Ивес были давними знакомыми. И когда находились наедине, называли друг друга Лим и Фио.

Во-вторых, вхожий в дом Ивес в последнее время перешел к активным действиям, и подкинул несколько улик, которые могли свидетельствовать против Корина. Самовзрывающиеся накопители, пламя которых сжирало все на своем пути — стоит ли уточнять, что таких наработок у Дагмеров никогда не было?

Вот только улик против этой парочки у Корина все равно не хватало. Он даже не был уверен, что в суде подобные улики примут всерьез. Другое дело — Тайная канцелярия. Им могли бы пригодиться свидетельства против парочки отпетых мошенников. Корин продолжил копать.

— Именно поэтому, ты приглашал Ивеса и Жиль погостить? — уточнила я. — Чтобы выяснить больше?

— Да.

Сама же голову сломала, с чего вдруг после всех наших с детьми увещеваний эти двое все еще вхожи в дом… Я даже подозревала, что Жиль добилась своего! А Корин, оказывается, попросту собирал компромат! Мы же с детьми на те дни, когда эти двое приезжали в гости, линяли в город или запирались в детских комнатах с настольными играми.

— Но к чему завещание, Корин?

— Ну… Во-первых, потому что предыдущее подобного плана было составлено на Ивеса, — с раздражением на самого себя признал он. — И только сейчас до меня дошло, что собственноручно чуть не погубил племянников и дело семьи.

Мне оставалось лишь молча скрипнуть зубами, представляя, что бы было, окажись Ивес реальным опекуном Джинет и Астора.

— А во-вторых?

— А во-вторых, если мне не получится одержать победу в этой схватке, я хочу, чтобы у детей было счастливое будущее. Его я вижу только с тобой.

— Что значит не получится одержать победу? — взвилась я, почти вскакивая на ноги.

Корин придержал за руку с тихим:

— Тш-ш-ш. Это правда на всякий случай. Жизнь научила меня перестраховываться.

— Да я бы и без всякого завещания не оставила бы детей на произвол судьбы, — огрызнулась я.

— Я знаю, — ответил он.

Ух не нравится мне эта его грустная улыбка! Прямо-таки бесит.

— Корин, ты…

— Аннета, я доверил тебе самое дорогое, что у меня есть. Доверься и мне. Все. Будет. Хорошо. Поверишь?

— Поверю, — сдавленно пробормотала я.

— Возможно, через пару дней мне предстоит недолгая командировка, — уже почти буднично сообщил Корин. Хотя я уже научилась определять, когда он нервничает. — И… на случай, если я не успею к твоему дню рождения, хотел бы заранее подарить подарок.

Он извлек из кармана небольшую, с ладонь, прямоугольную коробку.

— Откроешь, когда часы пробьют полночь в твой день? Но если я успею, то в моем присутствии!

На подарок я глянула почти с равнодушием.

— Ты как будто прощаешься… — с неподъемной тоской на сердце пробормотала я, не отрывая взгляд и ничуть не смущаясь от внезапно сократившего между нами расстояния. — Собираешься от нас уходить?

— Только если ты прогонишь, — наклоняясь к моим губам, прошептал Корин Дагмер.

8 — Глава, в которой все сильно нервничают

Гром грянул уже на следующее утро. От пронзительного звона колокола проснулся весь дом, даже Джинет. Все понимали, что от гостей, трезвонящих в дверь в шесть тридцать утра ничего хорошего ждать не стоит.

— Корин Дагмер, вы задержаны по подозрению в убийстве членов семьи Дагмер посредством поджога. Все сказанное вами может быть использовано против вас в суде…

Ничего не делай. Ты ничего не знаешь, ничего не слышала и вообще всего лишь наемная гувернантка. Верь в Корина и не вмешивайся. Делай так, как он просил.

— На ваше имущественно временно накладывается арест… нами будет проведен обыск…

— Мой дядя ни в чем не виноват, слышите⁈ — вмешался Астор, и мне пришлось его одернуть за руку и крепко стиснуть его пальцы. Парень притих. За это время он научился мне доверять, доверялся и в этой ситуации.

— Мы с детьми можем собрать вещи? — вежливо уточнила я у старшего дознавателя, стараясь не смотреть на послушно вытянувшего руки вперед, для фиксации наручников, Дагмера. — Я гувернантка, мое имя Анетта Вильборг.

— Анетта, какие вещи, мой дядя не виновен!

— Тихо, — одними глазами попросила я девочку, и она… поняла. Присмирела, совсем как ее брат.

— Да, мои люди сопроводят вас, — сухо ответил дознаватель, фиксируя в протоколе мое имя.

— Аннета, что происходит⁈ — с истерикой в голосе спросила Джинет, когда я усадила наспех собранных детей в экипаж.

Взяли только самое необходимое и нашу инфернальную живность: красноглазого мыша и оживленный скелет кота.

Я и сама не понимала, но детям спокойствие требовалось даже больше, чем мне.

— У вашего дядя все под контролем. Он большой и сильный, помните? — я выдавила из себя измученную улыбку.

Если он большой и сильной, то почему мне тогда так за него страшно?

* * *

— С днем рож-де-ни-я! — в унисон протянули близнецы, врываясь в мою крохотную комнатушку ровно в полночь.

Как только мы вынужденно покинули поместье, я написала на форуме, что срочно ищу жилье. Одна из девчонок откликнулась и предложила пожить в квартире, доставшейся в наследство от тетки. Сообщила, что ей достались уютные три комнаты, но призналась, что сама там ни разу не была, потому что ехать очень далеко.

Сама связалась с соседкой и через нее передала мне ключи.

Квартира не обманула ожидания, хотя привыкших к роскоши детей изрядно шокировала. За прошедшую неделю им пришлось научиться застилать за собой постель, выкидывать мусор, готовить бутерброды и даже соблюдать очередность посещения ванной комнаты по утрам.

Драмы драмами, а воспитание еще никто не отменял.

— Вы приготовили торт? Сами? — изумленно поинтересовалась я.

— Да! — радостно ответил Астор. — Только Джинет уронила скорлупу в крем.

— А Астор облизал ложку!

— Настоящие подарки остались в поместье, их мы подарим, когда вернемся.

— Спасибо за поздравления, — улыбнулась я и предложила близнецам отметить столь знаменательное событие, как день моего рождения.

— Дядя не виноват, честное слово, — когда я вновь погрузилась в прострацию, Джинет меня дернула за рукав.

— Да-да, — чавкая, вторил ей брат. — Он когда нас достал, почти сразу попытался вернуться.

— Но несущая балка свалилась, проход завалило. Его самого маги водники буквально вытаскивали из-под обломков… Целители с его ожогами ой как намучились.

— Так что эти дознаватели скоро со всеми разберутся. Чего тянут только, неделя прошла…

— Джинет, Астор, у меня нет никаких сомнений, что ваш дядя не виновен, просто я… грущу. День рождения грустный праздник.

— А по-моему, очень даже веселый. Особенно, когда есть торт.

— Каково вам, постоянно примерять роль взрослых, когда кому-то из ваших близких плохо? — эхом спросила я.

— А разве так не со всеми детьми?

— Для меня вы точно особенные.

— Да что это за коробка, которую ты буквально прожигаешь взглядом⁈ — не выдержала Джинет.

— Подарок от вашего дяди. Ко дню рождения.

— И почему ты до сих пор не открыла? — с укором поинтересовалась девочка.

И правда.

Я потянулась к шуршащей упаковке и осторожно сорвала бумагу. Внутри оказалась картонная коробка — избавилась и от крышки. Замерла.

Портрет в аккуратной деревянной рамке. Акварель, четкие и талантливые линии, до боли узнаваемое лицо.

— Мама, — пораженно прошептала я.

В самом углу подпись:

' с любовью,

Аманда Алессо'

Аманда Алессо… Я слышала это имя сотни раз, даже тысячи. Имя девочки, которая когда-то была воспитанницей моей матери. Имя девочки, ради которой она пожертвовала жизнью и бросила меня одну на всем белом свете.

Вот только… Вот только теперь я понимала, что мама не могла поступить иначе. Окажись я на ее месте, поступила бы так же. А еще я отчетливо понимала другое — теперь я не одна. Дыра, образовавшаяся после ее гибели, заполнилась без всякого моего старания. Шалостями Астора и Джинет, теплыми прикосновениями Корина, милым шуршанием Шуршунчика и цокотом Котоффа по паркету.

Вдруг по нашей уютной квартирке раздался легкий перезвон колокольчиков. К неожиданным звонкам в дверь каждый из нас относился с подозрением. Даже Шуршунчик. Особенно этот проницательный грызун.

— Я открою, — с сомнением протянул Астор, принимая на себя роль главного мужчины в семье.

Мы с Джинет дружно покивали и тут же направились следом. Мальчик осторожно открыл дверь, явно не ожидая ничего хорошего, но…

На пороге стоял Корин Дагмер, собственное персоной. Счастливо улыбающийся и прижимающий к себе какую-то бумагу.

— Я чуть опоздал к началу торжества, но у меня прекрасные новости. Имя Дагмеров целиком и полностью очищено!

9 — Тема: Бросаю работу, выхожу замуж за бывшего работодателя!

Текст: Девочки, вы все приглашены!

ЛедиШустряк: Оп-па, еще одна!

Аннета: Ну да, куда ж без меня! В вашем клубе замужних ещё есть места? Или придется пробиваться? :)

ЗолушкаБезПринца: Вы где такие сказочные обитаете? Куда ни плюнь, все замуж повыскакивали. И все за БОССОВ! Оставьте свои влажные фантазии при себе, не травите душу!

Аннета: Ах, так вот она — магия старых поместий! Надо предупреждать, что воздух тут особенный — вдыхаешь, и сразу свадьба на горизонте!

СвадьбаМечты99: Завидуйте молча!

Аннета: Вот именно! Тут у нас с девчонками очередь, кому в следующем месяце кольцо предложат. Так что тссс!

ЛедиБезБосса: У меня у одной работодательница — женщина?

Аннета: Эх, не повезло! Хотя… может, у нее есть старший брат?

ЭкономнаяЭльза: Тю, он просто хочет сэкономить на рабочей силе!

Аннета: Ха-ха, возможно! Надо будет поинтересоваться: "Дорогой, а я еще буду получать зарплату за воспитание детей? Или это уже семейные обязанности?"

СтавкаНаЛюбовь: Ну наконец-то, мы с девочками уже делали ставки, когда и тебя догонит свадебной лихорадкой!

Аннета: Надеюсь, выигрыш хороший? А то я как-то опоздала в этом забеге!

БокалИгристого: Горько!

Аннета: Ой, ещё не начали, а вы уже хотите меня напоить? Ну-ну, начнем с шампанского!

МоднаяФея: А у свадьбы есть общий стиль? Цвет? А-а-а, какого цвета выбирать наряд?!

Аннета: Думаю, стиль «бегом, пока дети не разрушили торт» подойдёт! А цвет? Может, что-то между «серым дымом от сгоревшего обеда» и «пыльной розой»?

СамаяУмнаяМышь: Мальчики — котики, девочки — мышки. И никак иначе!