ГЛАВА 4

 Максим

 Утро я встречал злым и выспавшимся, полночи не спал и думал о всём происходящем. И чем больше я думал, тем сильнее мне казалось, что где-то я не туда свернул в своих размышлениях. Кто же, кто же из них мог ускользнуть от меня?

 И словно гром среди ясного неба меня осенила мысль. А с чего я решил, что Мышь — это он? В письмах не было чёткого указания на пол нашего хакера. Это Ленчик сказал, что искать надо именно парня. Но если предположить, что в таком деле пол особо не играет роли, то становится всё куда понятнее и не так запутанно.

 Письма с угрозами тоже приобретают понятное и логическое объяснение, если Мышь — девушка, то, скорее всего, её просто ревнуют. И мне угрожали именно из-за того, что мне она предложила встречу в реальности, так ещё и учимся мы вместе. Получается, я одиннадцать лет знаю одного из самых гениальных хакеров.

 Но кто из наших красоток мог претендовать на роль гения компьютерного мира? Как бы я не прикидывал, по всякому выходила только моя серая мышка, которая и внимания к себе особого не привлекала и одевалась постольку-поскольку. И если это её рук дело, то теперь понятна её дурацкая загадка. Она хотела лишний раз ткнуть меня носом, в её стиле.

 Додумав такие мысли, рванул собираться, ну погоди у меня, я тебе ещё покажу, как злить и издеваться надо мной. В школу я летел сломя голову в сумасшедшей попытке нагнать упущенное время. Вот почему я сразу не подумал, что из гениев у нас только Юлианна?

 Никто больше даже близко не подходил на роль самого разыскиваемого хакера. И её задумчивое выражение лица вчера говорило именно о том, что она знала о моих поисках и просто ждала развязки через два дня. Ехидное письмо с отказом от заказа я уже видел перед глазами, как ещё эта Мышь могла меня унизить.

 Ну ничего, дождёшься у меня, получишь по своим серым ушам. Я тебе покажу ещё, как издеваться над Максимом Агаповым. Вот только в школе меня ждало огромное разочарование. Юлианна Завражнова сегодня взяла отгул по причине болезни. Мне же осталось только скрипнуть зубами и поспешить домой.

 Надо было дать задание для нашего безопасника, чтобы он пробил мне адрес моей Мышки. Теперь-то она от меня не уйдёт. Даже не видел смысла пересматривать по новой спины всех моих одноклассниц, но на всякий случай попросил заняться этим нелёгким делом Ленчика.

 Теперь, наученный горьким опытом, я понял, если хочешь сделать всё хорошо, то не исключай ни один из возможных вариантов. И даже если я полностью уверен, что кроме Юлианны на такое никто не способен, всё равно понимал, что ждать подвоха надо с любой стороны. И даже самая пёстрая птичка может оказаться неуловимой Мышкой.

 Полностью уверенный в своей правоте, сбросил все координаты и данные отцу, а сам решил заскочить в офис к адвокатам нашей семьи. Адвокатская контора Глазко даже после смерти основателя считалась лучшей. Но, на моё удивление, мне сообщили, что сегодня всё закрыто для спецклиента, и принять меня не смогут никак.

 Пришлось долго отпаивать кофе рыдающую на ступеньках блондинку и выяснять, что непонятно откуда вдруг в офисе появилась законная дочка погибшего Стаса Глазко. Вот эта новость меня тоже, признаться, заинтриговала. Значит на завтрашнем балу будет весело. Особенно если сейчас поднялся такой ажиотаж вокруг этой девчонки.

 С такими интересными мыслями я и поехал домой читать добытую информацию про моего личного хакера. А такую девушку я точно не упущу!

 Юлианна

 Утро я встречала с радостной улыбкой. На календаре красовался аленький кружочек, указывающий на великолепную дату, мой День Рождения. А это может значить только одно — прощайте, надоедливые и мерзкие родственнички, которые сидят у меня в печёнках.

 На сегодняшнюю встречу решила одеться уже с иголочки. Увы, косметических мастеров я ещё не успела посетить, они у меня запланированы на завтра. Так что сегодня придётся мне быть, как говорит Максим, серой мышкой, хоть и в дорогом костюме. Но это дело поправимое, за восемь часов мастера из меня красотку сделать успеют, а вот счетам глубоко фиолетово, в каком состоянии я буду их возвращать в свои законные руки.

 По привычке накрасившись едва различимо, подхватила собственные документы и выскочила из квартиры. Под окнами стоял и ждал меня мой белоснежный скакун, именно такой был у отца и я решила его купить в память о родителях. На права я сдала ещё месяц назад, а вот получить ещё не успела, так что красавец одиноко стоял под окнами.

 Да, меня конечно предупреждали, что мол опасно оставлять столь дорогую машину под окнами на краю города, но даже среди воров существуют понятия, и к машине хакера они не суются. Первый, кто попытался, оказался в полиции быстрее, чем докрутил гайку на колесе. И теперь мою радость обходили стороной даже самые отмороженные клиенты закона.

 Погладив белый капот, прыгнула в подъехавшее такси. В голову пришла мысль съездить сперва в ГАИ за правами, но я её отогнала, сперва надо фамилию вернуть, а потом уже документы получать. Так что несла меня жёлтая машина по направлению к центру. Не знаю, кому там и кто молился, но до офиса я добралась почти за час, что для перегруженного города настоящее чудо.

 Меня уже ожидали и с милыми лицами расспросили о том, как добралась. По лицу секретарши Антона ползала такая брезгливость, что завтра она здесь работать уже не будет, как профнепригодная особа. Не потерплю таких хамок в собственном окружении. А тут я теперь буду частым гостем, и не хочу видеть её подхалимскую рожу.

 Процесс оформления потянулся долгими часами ожидания и монотонными переговорами, документами и подписями, подписями и ещё раз подписями. Расписывались все и сразу, а я, из природной вредности и женского уязвленного самолюбия, загоняла секретаршу на её шпильках до потери пульса. А когда та вздумала бузить, радостно сообщила, что может катиться на все четыре стороны и я, как наследница, шлю ее взашей.

 Блондинка побелела и слилась с собственными волосами и едва ли не в слезах бросилась на шею к Антону, умоляя не выгонять и изменить решение какой-то малолетней выскочки. Тот же, как настоящий адвокат, пожал плечами и заявил, что начальство всегда право.

 Как я потом узнала, собственную любовницу Антон пытался уволить уже полтора года.

Но кто же устоит перед нагнувшейся красоткой без белья под короткой юбкой. Вот и он не мог устоять, перенося неприятный разговор на потом. Сейчас я практически осчастливила мужчину, дав отставку его засидевшейся в пассиях любовнице. После неё он зарёкся не совмещать работу и интрижки.

А мы продолжили увлекательное занятие по подписи стопок документов. Через пару часов я уже просто механически ставила росписи не вчитываясь в строчки, которые плыли перед глазами чёрными однообразными волнами.

Как бы я не стремилась вникнуть во всё и сразу, сейчас уже была не в состоянии воспринимать новую информацию. Антон и множество юристов еще держались, так как делили работу и сменяли друг друга на столь нелегком поприще. Поэтому мне не осталось ничего другого, как положиться на них во всем и безду подписывать один документ за другим.

Под конец рабочего дня я вообще стала воспринимать всё это как своеобразную пытку Теперь я, кажется, понимаю состояние Максима, если ему каждый день вот уже пару лет приходиться с таким сталкиваться, и понимаю, почему он такой монстр. При таком ритме и чокнуться недолго. А он с этим действительно справляется и стремится открыть собственную фирму. По крайней мере, именно так шепчутся в женской раздевалке.

Откинувшись на спинку стула, с удовольствием потянулась. Эх, за мониторами бессонными ночами я так сильно не уставала, хоть и сидела не по одному часуа то и всю ночь напролёт. А тут голова и тело гудели словно от монотонных бубнении нашей исторички.

Ещё раз раскланялась и распрощалась со всеми дяденьками, которые уже ненавязчиво рекламировали мне сыновей или внуков подходящего возраста. А кому не повезло ими обладать, то и племянников, крестников и даже секретарей.

От такого я сама чуть со стула не свалилась и не начала строить из себя дурочку по привычке. Но Антон быстро выпроводил всех из зала переговоров, запер дверь и медленно опустошил графин с остатками воды.

- Да Юлек, затеяла ты кашу, - он поскреб огромной рукой голову, - нет, чтобы как'все люди, по порядку и не сильно светясь, а ты решила оттопырить все и сразу.

- ДЯДЯ ты же и сам понимаешь, - я ещё ниже сползла по спинке стула, - если бы я не заполнила всё за один день, то завтра же тётка бы подала в суд на отчуждение доли, как мои опекуны. А этой змее подколодной только дай повод, она руку по локоть оттяпает. Её бы воля, она уже забрала бы себе все мое наследство. Так что или так, или прощаться с парой миллионов и квартирой.

 — Да понял я, — отмахнулся мужик, — Светка ещё та стерва, не зря с ней Стас, царство ему небесное, не общался после свадьбы. Но лучше о себе подумай^ время полдевятого, а ты из кабинета выходила только три раза и то, до ближайшей двери за углом. В твоём возрасте девка о свиданках должна думать, а не о мести родственникам.

 - Она денег на похороны не дала, - перед глазами вновь встал тот трагический день - деньги собирали люди, всё организовывал концертный директор мамы, а ты_ говоришь не думать? Да моя бы воля, я её в тюрьму упрятала до конца ее никчемной жизни!

 - Ладно, Юлиан, давай домой, - Антон поднялся, - дуй домой, завтра у тебя тяжёлый день. Марго обещала подъехать к тебе к десяти, но зная мое солнце жди ее часов в шесть утра, дольше она не вытерпит. В прошлом году когда ее представляли как дебютантку, она трое суток нас с женой в напряжении держала, заодно и всех в округе.

 — Я помню Маргошка светилась как новогодняя ёлка и доставала всех, — я вспомнила, с каким рвением подруга организовывала всё к собственному первому балу.

— Такси, — из-за двери появилась администратор.

— До завтра, девочка, - меня потрепали по растрёпанным волосам.

— Спасибо вам, — я прижалась к дорогой ткани пиджака. (3303c)

— Беги уж, — и меня настырно выгнали из кабинета.

 До дома я добралась уже в густых сумерках, и только тогда поняла, что устала как собака и не чувствую ни ног, ни рук. И хорошо бы лечь спать, потому что Марго и правда может заявиться с рассветом. За ней такое уже замечалось.

Уснула в этот раз я почти мгновенно, даже долго размышлять обо всём произошедшем не пришлось. Глаза закрылись в тот же момент, как голова коснулась мягкой подушки.