Глава 10

Кира смирилась с неизбежным и направилась к автомобилю Шефа. Он, конечно, мафиози. Но вряд ли ей грозит быть сброшенной в воду с тазиком цемента на ногах… Начальник открыл перед девушкой переднюю дверцу. Новикова села.

— Кира, может, объяснишь, откуда такая бурная реакция? — спросил Константин Сергеевич, после того как машина покинула парковку.

Это у нее бурная реакция?! Да она слова никому не сказала! «Не будем драматизировать. Я просто сяду на поезд и уеду навсегда», как сказал бы в этом месте ее любимый персонаж.

— Откуда, откуда… От души, — буркнула Новикова, глядя на дорогу, и сложила руки на груди.

— Тебя так задел твой проигрыш?

— Меня так задел ваш выигрыш.

— И почему? — КиберКот говорил спокойно и осторожно, как разговаривает психиатр с больным в стадии обострения.

— Почему вы не признались, что вы «лидер» этого… как его… рейтинга? — возмутилась Кира.

— Это что, преступление? — хмыкнул водитель.

Кире очень хотелось посмотреть в этот наглый кошачий покерфейс, но она упорно пялилась в окно.

— Не хотел хвастать, — спокойно, как удав перед завтраком, продолжил начальник. — К тому же для игры это не имело значения. — Тут он сделал короткую паузу. — Кира, я предупреждал, что игра сложная, особенно для новичка. Что в ней множество стратегий и тактик. И что в ней никому нельзя верить. Даже себе и своим эмоциям.

— А чему же можно? — показательно «удивилась» Кира, по-прежнему не поворачиваясь в сторону водителя.

— Логике.

— Я и пользовалась логикой. А вы воспользовались мной, — выказала обиду Новикова.

Он назвался Шерифом, а Кира ему, как дура, поверила. И доказывала всем, какой он хороший и честный. Ну дура же? Кире было жутко стыдно за свою доверчивость.

— Это не логика, это патологика, — не согласился Шеф. — Сама придумала, сама поверила, сама обиделась. Типичная женская патологика.

— И чем вам женщины не угодили?

— А почему женщины должны мне угождать? — спросил Константин Сергеевич.

Ага. И у кого тут «патологика»? Хотя, действительно. СерГеевичам женщины ничего не должны. Кира не выдержала, и всё-таки взглянула на КиберКота. Тот на долю секунды оторвал взгляд от дороги. В глазах мужчины плескалось веселье. Кира надулась еще сильнее. Как мышь на крупу. На две крупы!

Несколько минут в машине царила тишина. Долго он еще будет молчать? Мог бы и извиниться!

— И вообще, — заговорил Костя, будто паузы в разговоре и не было, — у нас счет один-один.

Начальник явно намекал на расстегнутую пуговку в лазертаге. Но она же не специально!

— А что, мы во что-то играем? — с демонстративной невозмутимостью спросила Кира.

— А что, у нас всё серьезно? — точно скопировав интонации, отзеркалил КиберКот.

Кира от такой наглости чуть воздухом не подавилась. И этот человек упрекает ее в отсутствии логики! И вообще. Это должна быть ее фраза!

— …В живых должен остаться один? — совсем неромантично закончил он.

— В живых должна остаться одна! — возразила Кира.

И начальник рассмеялся. Новиковой очень хотелось к нему присоединиться, но она напомнила себе, что обижена. Пейзаж за окном подсказал, что обижаться осталось совсем недолго — автомобиль ехал по ее улице.

— Спасибо, что повезли, — холодно, но вежливо произнесла Кира.

— Мелочи, — хмыкнул Костя, кинул на нее быстрый взгляд и, подмигнув, добавил: — Сочтемся.

— Лично я в ближайшее время ни кем сочетаться не намерена.

— Хорошо, я подожду, — покладисто согласился начальник, паркуясь у подъезда Киры.

— Не стоит, — ответила Новикова, пытаясь отстегнуться. Гадкий ремень безопасности, словно назло, не желал ее отпускать. — Вас там, наверное, ваша огненная коллега-мафиози заждалась, чтобы отпраздновать победу…

— Если честно, я собирался ехать домой. Но вы так убедительны, — промурлыкал себе под нос КиберКот, насмешливо поглядывая, как она бьется с ремнем.

— Да сделайте уже что-нибудь с этой проклятой железякой! — возмутилась Кира.

— Зачем?

И тут, наконец, кнопка поддалась. Новикова попрощалась и вырвалась на свободу.

Ну вырвалась.

А зачем?

Пока Кира рассеянно гладила приветственно мурлыкающую кошку, пиликнул телефон. Эсэмэска возвестила о пополнении карты. Аванс — как много в этом слове!.. Настроение резко поднялось. Кира на радостях открыла кисе «праздничный» влажный корм и поскакала планировать бюджет. Пересчитала дважды. По всему выходило, что она в состоянии позволить себе что-нибудь из одежды. Крутые бренды, конечно, — не ее вариант. Да и не разбиралась в них Кира. Но большая часть России как-то обходится без «лабутенов»… Кстати, о лабутенах. Ее же на выставку пригласили! Это вторая проблема, которая требует «нарядного» решения. Да… Кровь из носу, но Новикова выйдет из этих выходных с двумя обновками! Хотелось бы обойтись скромненько, желательно, под «sale». И если совсем никак не получится влезть в бюджет, то у нее есть заначка на «черный день».

Субботнее утро, которое пятницы мудренее, Кира встретила с кошкой под боком и жабой на груди. Жаба вопила, что две (две!!!) новые шмотки — это перебор. Да, мужской коллектив. Да, КиберКот должен пожалеть о содеянном (и не содеянном). Пожалеть о том, что вообще на свет родился — не в то время, не в том месте и не в той роли. Но зачем же сразу столько денег на ветер выбрасывать, ныла жаба.

Позорно продув этот поединок, Кира еще раз критически осмотрела шкаф и выгребла из него всё, что можно как-то привести в порядок и посадить по фигуре. Жаль, в этой реальности нет всяких полезных артефактов, которые — раз! — и делают из мешка облегающий жакетик. Из дальних закромов были откопаны позабытые наряды студенческой поры. Благо в объемах Новикова не прибавила. Она перемерила всё. В куче старых тряпок обнаружилось вполне сносное коротенькое платьишко с милым цветочным принтом. Широкий волан по кокетке прибавил груди как минимум полразмера. Кира покрутилась перед зеркалом, и решила, что теперь, когда у нее появился бюст, образу не хватает яркости. Она вымыла и уложила феном волосы, подкрутив каре внутрь и подняв «шапочку» на затылке. Затем потратила час на макияж. К сожалению, помаду пришлось наносить повторно, потому что за делами внезапно подкрался обед, но зато прикончив наскоро приготовленные вареники, Кира была готова к подвигам. Она еще раз покрутилась перед зеркалом. Ну, серьезно, что такой красоте пропадать? Самое то идти за обновкой. Или обновками, если удастся уговорить жабу.

Новикова выбрала самый крупный торговый центр города. Навороченные бутики соседствовали там с эконом-вариантами, и что-нибудь там обязательно найдется. Кира не представляла, что ищет, но это должно быть «ах!». Через два часа блужданий по торговому центру она осознала, что шоппинг, наверное, может быть лекарством от стресса. Просто ее фантазии и жизненного опыта недостаточно, чтобы представить, насколько сильным должен быть этот стресс. Она брела по второму этажу, а он всё не кончался и не кончался… Впереди было еще два. Мимо проплывали бутики мужской одежды и детских игрушек, женской обуви и галантереи. И ни одного «аха» по сходной цене. Это был провал миссии. Она точно ничего не найдет! Кира погружалась в отчаяние всё глубже и глубже, пока на кого-то не налетела.

— Простите, — на автомате выдала она и поспешила обойти препятствие.

— Кира? — удивленно произнесло оно голосом Константина Сергеевича.

Новикову словно выдернули из гипнотического транса. Она огляделась. Действительно, прямо перед ней стоял КиберКот собственной персоной и с интересом оглядывал сотрудницу сверху вниз. А потом снизу вверх.

— Почему вы это прячете? — спросил начальник, повторяя в воздухе кистью предыдущие движения глаз.

— Да я только сегодня это нашла… — растерялась Кира.

По короткому смешку шефа, она поняла, что фраза относилась не к платью, а к тому, как она выглядит, и к щекам хлынула кровь. Во-первых, она опять глупо подставилась. А во-вторых, всё же приятно, что ее оценили. Накатившие эмоции не способствовали поддержанию диалога. Да и о чем тут спрашивать? «Что вы тут делаете?» — «Пришел на Рембрандта полюбоваться».

— Давно тут? — нарушил молчание Константин Сергеевич.

Он был в облегающе-демократичном варианте: футболка плюс джинсы. Демократичном — в смысле, что тело, обтянутое ими, было демократично доступно любому зрителю. А что? Если кто-то ходит, чтобы посмотреть, то почему другие не могут ходить, чтобы показать?

Кира поняла, что непозволительно затягивает с ответом, и оторвала взгляд от фигуры собеседника к его лицу. И просто кивнула. Она сейчас что угодно может сказать. И что неугодно.

— Здесь на четвертом этаже отличная кафешка есть. Пойдемте, я вас кофе угощу.

Кира вновь кивнула. Возможно, если бы Костя обратился к ней на «ты», как вчера, она бы вспомнила про вчерашнюю обиду раньше. Увы, это случилось уже после того, как Новикова согласилась, и теперь изображать оскорбленную невинность было поздно.

Костя вел ее за руку сквозь скопище народа, а Кира пыталась вспомнить, почему именно он должен пожалеть, что родился. Все мысли выветрились из головы как по мановению волшебной палочки. Ее больше интересовало, удалось ли ей это? Теплая мужская ладонь сжимала ее похолодевшие от волнения пальцы, и это, черт возьми, было приятно. Очень приятно. Как и заинтересованные взгляды, которые бросали встречные люди на их парочку. Хотя какая их них парочка? Новикова тихонько вздохнула. Но руку не вырвала.

Кафе действительно было очень милым. Оно не было огороженным, большие искусственные фикусы в кадушках создавали видимость уединения.

— Чай, кофе, коктейль? — перечислил Костя.

— Сок, — выбрала Кира.

Мелок на доске сообщал, что ценник тут не заоблачный, но начальник был явно настроен платить сам, и Новиковой не хотелось наглеть. Шеф кивнул и пошел к стойке. Как-то быстро он сдался, обиделась Кира. Мог бы и поуговаривать. Хотя бы спросил, что она будет к соку. Но не станет же она кричать вслед: «А еще мне чизкейк и порцию мороженого со сливками!» Потому что кролик был очень воспитанный.

Константин Сергеевич оторвался от баристы и двинулся к их столику, словно кот к оставленной без присмотра рыбе. Ай-ай! Кире вдруг вспомнилась Огненная с ее безрезультатными попытками привлечь КиберКотовье внимание. Беспомощность во взгляде начальницы ПЭО на вопрос о его сексуальной ориентации. Честное лицо Кости, утверждающего, что он — Шериф. И пристальный взгляд на ее пуговицу. Так нравятся ему женщины или нет? Может, у него просто фетиш на шмотки? Если верить голливудским фильмам, у голубых такое не редкость. Может, он хочет выпытать у Киры Страшную Тайну, где она раздобыла такое чУдное ретро-платьице? Или у него хобби втираться в доверие к наивным девицам, а потом потреблять их на завтрак без хлеба? А потом, во избежание ответных поползновений, изображать из себя голубого. Типа: «Извините, обознался». Новикову, впрочем, не прельщал ни один из вариантов. Поэтому она твердо решила направить разговор в деловое русло.

— Вы давно работаете на фирме? — спросила Новикова, когда Константин Сергеевич устроился в кресле напротив.

— Можно сказать, я работаю в ней с момента ее зачатия, — улыбнулся собеседник. — Я бы одноклассником — и до сих пор являюсь другом — младшего брата нашего генерального директора. Я, сколько себя помню, всегда интересовался компьютерами. Еще в университете начал подрабатывать. Поэтому когда потребовалась помощь по настройке, установке программ, борьбе с 1С, он обратился ко мне. «Своей крыши» тогда еще не существовало. И должности программиста в ней. Так, разовые заказы, разовые проблемы. И лишь потом, когда у его бригады — а потом бригад — появилась определенная репутация, он решил перейти на другой уровень.

— А он всегда был такой… — Кира хотела сказать «пугающий», но решила выразиться мягче: — суровый?

Тут к их столику подошла девушка с подносом. Перед Кирой поставили стакан сока, перед Костей — большую кружку капучино с многослойным сердечком, напоминающим луковицу. И выставили на стол креманку белоснежного пломбира с ягодным топиком, орешками и взбитыми сливками и две порции чизкейка: один шоколадный, другой классический. Шеф кивнул официантке, придвинул мороженное Кире и провел рукой над десертами.

— Здесь его хорошо готовят. Выбирайте, какой вам больше нравится.

Может, она всё же крикнула ему вслед? Кире стало неловко.

— Я взял на себя смелость заказать, — продолжил КиберКот. — Не обидите отказом?

Новикова быстро придвинула себе белый кусочек торта и вежливо поблагодарила. Зачем же человека обижать. Тем более, если всё такое вкусное… С минуту над столом висело молчание. А потом Константин продолжил:

— Нет, Геннадий не всегда был таким. Ему просто очень рано пришлось повзрослеть. Взять ответственность за семью. Ему было тогда пятнадцать или шестнадцать…

— Его родители разошлись? — предположила Новикова.

— Нет, дядя Коля никогда бы не бросил детей и жену, — сказал КиберКот таким тоном, будто Кира оскорбила его лично. — Он погиб.

Уже второй раз она вляпывается из-за незнакомого «дяди Коли». Нужно всё-таки разобраться с этим вопросом, чтобы не подорваться на этой мине в третий раз.

— Геннадий Николаевич говорил, что он был моряком, — осторожно вбросила шар Кира.

— Гена про него рассказывал? — искренне удивился Костя.

— Нет, — помотала головой Новикова. — Просто я нечаянно… отдавила в черной комнате хвост черному коту. Хотелось бы на будущее знать, где он прячется. Во избежание, так сказать… — и она попыталась скопировать улыбку Кота из Шрэка.

— Да, его отец был командиром подводной лодки. Она затонула во время испытаний. Очень шумная и некрасивая история тогда вышла. Лодка была спущена с местного судостроительного. Были жертвы среди заводчан, которые тоже находились на лодке. Какой-то заводской брак. Но одно время всех собак пытались повесить на «ошибку командования». Для Колчевских тогда были очень тяжелые времена.

Да уж. Отдавила так отдавила. Кира расстроилась.

— Но это дело прошлое, — Костя по-дружески сжал ее руку. — Гена — практически гениальный руководитель. А то, что суров, — так у нас Россия. Только расслабишься, так тебя сразу… нахлобучат, — политкорректно закончил он.

— А когда появился Воронцов?

Раз уж ей выпал шанс узнать историю фирмы из уст, фактически, отца-основателя, Новикова не собиралась его упускать. Кто знает, сколько еще черных котов прячется под этой крышей и сколько мышиных скелетов кроется в его подвалах?

— О, Мишель тоже начал работать с Геной еще с универа. Он уже тогда был очень хорошим дизайнером.

Мороженное подошло к концу, и Кира притянула поближе тортик.

— Они такие разные, — вдруг осознала она. — Как им удается уживаться вместе?

— Очень хорошо, — Костя уткнулся взглядом в кружку и чуть заметно улыбнулся чему-то свеому. — Мишель глубоко уважает гендира. И у них гораздо больше общего, чем может показаться на первый взгляд. Вот кто действительно разный, — собеседник посмотрел на Киру, — так это Мишель и Влад.

Кира вспомнила Харлей Дягиля и мысленно согласилась. На первый взгляд они были похожи, а если копнуть поглубже… Но глубже лучше не копать, вдруг подумалось Новиковой. Оставим мышиные скелеты подвалам. Там им самое место. Меньше знаешь — крепче спишь. А здоровый сон, как известно, источник долголетия.

— А как на фирме появился Влад… — тут Кира вспомнила реакцию начальника на это имя и договорила: — …дислав Петрович?

— Гена его взял в магазине, — вновь улыбнулся КиберКот. — Это такая местная шутка. Колчевский действительно присмотрел КотоФея в магазине строительных материалов. И не прогадал. За спиной у Влада тогда был технарь, но, придя в фирму, он пошел в универ. Практически, вгрызся в «гранит науки». Гена дал ему шанс, а Влад в полной степени им воспользовался. Он — классическая «американская мечта»: сделал себя сам, с нуля, без каких-либо «волосатых рук» и семейной поддержки. Нам всем пришлось много учиться…

И тут у него сработал телефон.

— Да, Женя, — Костя расплылся, как кусок сливочного масла по горячей сковородке. — Да, конечно. Кончено, помню. Ой! — он посмотрел на наручные часы. — Уже бегу, прости.

Он отключился, но на лице осталась то выражение, с которым обычно говорят с очень близкими людьми.

— Извините, Кира, мне нужно бежать. Очень рад, что мы встретились. Надеюсь, не наскучил наши фирменными байками.

Он коснулся ее запястья, встал, одним глотком допил свой кофе и, вынимая из заднего кармана портмане, пошел к стойке. Расплатился. Махнул рукой и быстрым шагом удалился, оставив Киру гадать, кто это «Женя» — девочка или мальчик. И почему КиберКот выскочил по первому его (или ее) звонку. И несмотря на «всё такое вкусное», на душе у нее было гадко.

Чувство противоречия — неисчерпаемый источник бодрости. Чуть притихшее при встрече с КиберКотом желание взять реванш, полыхнуло с удвоенной силой. Точнее, с рассТРОЕнной. Ничья — это не для нее, решила Кира. Ничья — она вообще ни для кого. Не то бы она непременно стала бы «чьей-то». А Новикова была согласна только на победу!

Кира настроилась на долгие поиски, но внезапно обнаружила свой «ах» в самом начале третьего этажа. Для работы она выбрала голубенькое платье с белым воротничком и белыми манжетами на коротких рукавах. Платьишко было полуприлегающим и очень приличным. Если бы не длина, которая не то чтобы не прикрывала пятую точку — прикрывала, но ножки обнажала конкретно. И ножки выглядели… Ух! И главное — на ней не было пуговичек. То есть ничего, что так раздражало ее Шефа. Только молния сзади, сверху донизу. Вжик! Посмотрим, как долго продержится голубая «бастилия» против таких «ух!» ножек и «вжик!» молнии…

Платье для выставки было попроще. В некотором смысле. Тоже с коротким рукавом, тоже выше колен, но не настолько. Если к голубому платью пришить широкий волан понизу, то как раз получится длина розового. Продавщица убеждала, что это модный оттенок «пепел розы». Новикова в «модах» была не сильна, но цвет ей понравился. Благородный такой. И светлая кожа с ним «заиграла». Вырез-«лодочка» красиво обрисовал изящную шею, и тонкий коричный кант поставил итоговый акцент.

Только жаба возмущалась, что на Киру ткани-то нужно — лоскуток на носовой платок. А денег требуют, как за чехол для дирижабля. Но продавщица, видя сомнения покупательницы, вынула свою дисконтную карту, и цена упала на десять процентов. Может, это обман хозяйки. Но в России не обманешь — не продашь. А может, это тонкий маркетинговый ход. Но Новикова не стала развивать эту мысль, пока жаба, пасть которой заткнули скидкой, не расквакалась по новой.

Дома Кира продолжила археологические раскопки, а в воскресенье даже заехала к родителям — заодно и проведала. Она призналась, что сменила работу (но не призналась, почему). Честно вытерпела нотации папы, что на завод нужно было идти (можно подумать, там старых козлов меньше). Выстояла против упреков мамы, что замуж пора, а не по работам скакать (можно подумать, в школе к ней из женихов очередь стояла, а она их — веником!). Хорошо еще, старшему братцу с невестой не приспичило посетить предков на выходных. Наверное, ребенка дедо-бабушкам с другой стороны сбагрили. А не то встреча с семьей стала бы невыносимой. А так Кира вынесла с собой целый супермаркетовский пакетище тряпья. Вечером позанималась рукоделием, и напоследок дочитала роман о любовных приключениях адептки. Кира как знала — девушка почти выскочила замуж за ректора. Но в последний момент выяснилось, что ректор — адепт Темных Сил. И справиться с ним смог лишь новый декан факультета — сероглазый волк-оборотень. Об очередном поклоннике студентки предлагалось узнать из новой «нетленки» автора. Но Кире больше нравился зеленоглазый дракон. На этой мысли она пошла чистить зубы и настраиваться на рабочие будни. Завтра будут начальники-вампиры, драконы с голубой кровью, матч-реванш… Всё завтра. А сейчас — спать!