Глава 69

Тем временем…

Два оборотня перекинулись. Грановский, несмотря на возраст, был больше, тяжелее, свирепее, а Назаров впервые в жизни смог полностью подавить эмоции, раньше гнев туманил разум, желание убить врага забивало все остальные эмоции, но не в этот раз. Главное, Даша свободна, все-таки его кошка самая лучшая в мире, она и здесь смогла постоять за себя, и основательно подпортила настроение Живодеру, теперь подонок прихрамывает на покусанную лапу, та наверняка дико болит.

Волки ходили по кругу, присматривались друг к другу, приноравливались, каждый ждал от предстоящего поединка одного — смерти своего соперника. Остальные держались в стороне, даже Сева, хотя ему очень хотелось вцепиться в глотку твари, из-за которой он лишился в свое время всего, что имел.

Стая Назарова с соратниками, как и было оговорено, напали сразу на все подконтрольные Грановскому территории, в том числе и на его дом. Само собой, гиены успели донести своему хозяину о вторжении. Тут-то и осознал Марк Львович, что все пошло не по сценарию, а важнее то, что он недооценил противника, тот сумел переманить его волков, настроить их против своего лидера.

Грановский рычал, слюна текла из пасти, глаза горели неистовым огнем, до того ему желалось разорвать в клочья щенка, покусившегося на его империю. И он ринулся в бой. Живодер попытался вцепиться Назарову в горло, но Андрей увернулся от острых клыков, а уже через секунду сам вгрызся в холку Марка, отчего тот замотал головой, принялся стряхивать с себя противника, однако Назаров только сильнее сжимал челюсти. Но Грановский сдаваться не собирался, он резко ринулся вперед, позволив Андрею вырвать у себя кусок мяса. Уж чего-чего, а ран он не боялся, раны заживут.

— Назар! — крикнул Сева, уже переминаясь с ноги на ногу, до того ему не терпелось присоединиться. — Держи падлу, уйдет ведь!

Андрей догнал Марка быстро, однако на этот раз враг оказался проворнее. Живодер извернулся и схватил Назарова за морду. Сейчас же бурая кровь залила глаза, а Грановский решил не упускать возможности и начал все глубже впиваться клыками в плоть. Адская боль прокатилась по телу Андрея, на какой-то миг он даже потерял связь с реальностью. Кости трещали, кровь вовсю струилась из рваных ран. Вдруг до ушей донесся голос. Далекий, очень далекий. Это был ее голос… И Назаров принял единственное возможное решение, он перекинулся, а пока менялся, обхватил Грановского за шею, после чего и вовсе оседлал его.

Давать слабину было нельзя, иначе ему не выжить в этой схватке, Марк слишком матерый зверь, слишком рьяный. Назаров сдавил горло волку из последних сил и продолжал давить всё то время, пока Живодер метался из стороны в стороны, пытался укусить или скинуть с себя Назарова, однако и в нем постепенно заканчивались силы, как и воздух в легких. Спустя несколько минут безуспешной борьбы огромный зверь начал слабеть.

— Стоя на могиле отца, я дал себе слово, — произнес почти шепотом, — что уничтожу тебя, мразь. И я его сдержал, — после ударил Марка по задним лапам, отчего тот рухнул на землю, а Назаров поднялся, посмотрел на своих. — Теперь он ваш, — и тотчас перекинулся.

Да, он его не убил, но, как и обещал, уничтожил.

А волки начали стремительно меняться. Грановский прекрасно видел происходящее, понимал, что сейчас будет, но подняться уже не мог. Группа Назарова меж тем окружила его, каждый вгрызся кто в лапу, кто в бедро, кто в шею. Через пару мгновений, словно по команде, волки разорвали свою жертву.

Андрей же помчался в лес. И едва не слетел с того же обрыва, успев все-таки затормозить у самого края. Но увидев свою кошку, так и оцепенел. Она лежала на дне обрыва, усеянного сухостоем, ее тело пребывало в пограничной стадии, одной рукой Даша держалась за окровавленный бок, из которого торчал острый сук, второй пыталась ухватиться за рядом стоящее дерево, но все время промахивалась.

— Даша! — и прыгнул вниз.

Губы её отдавали синевой, взгляд никак не мог сфокусироваться.

— Что… что произошло? — осторожно убрал с лица волосы.

— Напоролась, — пробормотала с трудом.

— Все будет хорошо, любимая, — а у самого все сжалось внутри. Она слишком много крови потеряла. Пограничная стадия — единственное, благодаря чему Даша еще жива.