32-3

После прогулки нас ждал обед – опять же без слуг. Стол они накрыли, после чего куда-то испарились. Поэтому я снова оделась и приняла участие в трапезе.

— Вы уже посмотрели город? — поинтересовался Зар у гостей, глядя при этом понятно на кого.

Мне показалось, что Станворд скрипнул зубами. По крайней мере, мысленно уж точно.

— Да, мы много путешествовали по Талиссе, — ответила Веллиорана и взяла небольшую паузу. — Но, мне думается, осмотрели далеко не всё.

— Отлично, — улыбнулся наследник престола. — Скажите, где вы были, что видели, и я построю маршрут на завтра.

«Зар, что ты творишь?!» – было написано в глазах его величества, однако сын упорно делал вид, что читать по глазам он не умеет.

Тем временем Веллиорана принялась перечислять места, где они успели побывать. И, как мне показалось, примерно половину осмотренных объектов она «забыла» упомянуть.

Вот мне интересно, а она-то чем думает? Ясно же как белый день, что у их отношений нет будущего.

Впрочем... когда слушаешь сердце, разум не советчик. И ничего тут не поделаешь.

***

Вернувшись во дворец, мы с Грином уединились в наших покоях, чтобы обсудить внезапно свалившуюся проблему.

— Любовь с первого взгляда. Вернее, с первого слова. Так красиво и так бесперспективно, — я обречённо вздохнула.

— Вообще не знаю, что с этим делать, — сокрушённо покачал головой принц. — Отец между ними стеной встанет.

— Странно, что до сих пор не встал.

— Ну, пока Станворд уверен, что Зар одумается, — произнёс Гринальд. — Сейчас он с ним поговорит. Брат всё равно поступит, как решил. И вот тогда разразится гроза.

— Мне их обоих уже жалко, — ещё раз вздохнула я.

А самой очень хотелось задать вопрос, который не отступал от меня ни на секунду – есть ли будущее у нас. Тут как раз и тема подходящая. Однако в очередной раз сдержалась. Потому что пока я невидимая, ни о каком будущем вообще речи идти не может.

— Интересно, а что родители Веллиораны думают обо всём этом? — решила поразмышлять вслух.

— Они, конечно, тоже осознают глубину проблемы, — сказал принц. — Однако у оборотней не принято чинить препятствия, если мужчина и женщина полюбили друг друга. Поэтому родители Велли сейчас, как и мы, замерли в ожидании.

Неожиданно наш разговор прервал стук в дверь.

Грин отозвался и шепнул мне, чтобы я поднялась с дивана, но из комнаты не уходила.

Я поспешно встала и отошла к стене.

Дверь открылась, в гостиную зашла Луссия.

— Гринальд, хочу поговорить с тобой, — сказала она, устроившись точно на том же месте, где только что сидела я.