39-2

Мой оборотень настолько сильно жаждал посмотреть, везде ли я стала видимой, что избавил меня от одежды, едва успев положить на кровать.

— Ну как там? — поинтересовалась его мнением.

— Бесподобно! — хрипло проговорил мужчина.

— Всё проявилось? — уточнила я.

— Что проявилось? — спросил он, посмотрев мне в глаза потемневшим от вожделения взглядом – кажется, уже вообще забыл, о чём речь. — А-а! — вспомнил наконец. — Ещё как проявилось!

Сказав это, он с жаром приступил к тактильному изучению моего тела, попутно умудрившись расстегнуть и стянусь с себя рубашку – словно у него было не две руки, а четыре.

Красивые тугие мускулы, которые я столько раз наблюдала, теперь были в моей власти. Я жадно оглаживала их ладонями, стараясь не пропустить ни одного элемента рельефа. Мимоходом обнаружила, что он и от штанов успел избавиться.

А вскоре мы просто переплелись, стали перекатываться по кровати. То я оказывалась сверху, то Грин – в эти секунды я в полной мере наслаждалась тяжестью мужского тела.

И в один из таких моментов жених... оказался во мне. Как будто случайно туда попал. Застонав, я выгнулась, полностью отдаваясь напору лучшего в мире мужчины.

— Извини, не выдержал, — зачем-то повинился принц, лёжа на боку и прижимая меня к себе.

— В смысле? — не поняла я.

— Ну, ты, наверное, хотела, чтобы всё было изысканно, — пояснил он. — Растянутая во времени прелюдия, неспешные распаляющие ласки, дразнящие касания в преддверии главного действа...

Это звучало так возбуждающе, что по телу прокатилась дрожь – а ведь ещё от первого раза толком не отошла.

— Ты не заметил, что я с удовольствием приняла предложенную тобой тактику? — спросила, прижимаясь к нему плотнее.

— Вообще заметил, — с улыбкой подтвердил Гринальд. — Просто подумал, а вдруг у тебя были немного другие желания.

— Вот после того, как ты всё это только что описал, именно такие желания во мне и проснулись! — сказала, уже откровенно сгорая от оных.

— Желания должны исполняться, — прошептал мужчина и принялся воплощать свои слова на деле.

***

Прошло два дня

— Наши вернулись! — сообщил Грин, увидев из окна подъезжающую к воротам карету.

Забежав за Станвордом, Рильдой и Кальвиссой, мы всей компанией спустились вниз. Карета как раз в этот момент остановилась перед входом.

Первым из неё вышел Арвизар и подал руку Веллиоране.

— Яна?! — оба воззрились на меня изумлённо.

Вслед за Велли карету покинул высокий мускулистый мужчина. Гертмур? Значит, всё хорошо? Всё получилось?

Он помог спуститься Луссии.

Если для оборотня я не являлась чем-то из ряда вон выходящим, то в глазах королевы-матери полыхал живейший интерес.

— Ты познакомился с Яной, пока мы были в отъезде, или я чего-то не знаю? — спросила она Гринальда.

— Второе, — ответил мой жених, поприветствовав бабушку.

— Что ж, расскажешь за столом, — постановила Луссия на удивление спокойным тоном – я-то думала, она будет недовольна тем, что её не держат в курсе всего. — А пока прошу любить и жаловать: Гертмур. Мой мужчина! — добавила с гордостью.

Оборотень, начиная с его величества, поочерёдно поздоровался с каждым из нас. Рильде он подмигнул незаметно для своей возлюбленной.

К двум мы собрались за обеденным столом и, наверное, целый час посвящали Луссию с Гертмуром в мою историю.

Примерно же столько времени занял рассказ вернувшихся из путешествия. Причём событий-то, помимо главного, там особо никаких не произошло, но королева-мать с таким упоением рассказывала о своём знакомстве с миром оборотней, что мы даже не заметили, как закончили трапезничать.

— Я не узнаю свою маму, — заявил Станворд, обводя всех взглядом, в котором смешивалось изумление и неверие.

— Да, бабушка, изменилась ты до неузнаваемости, — согласился с отцом Гринальд.

— Может быть, это произошло бы и раньше, если бы в нашей семье были оборотни, — заметила Луссия – скорее, конечно же, в шутку.

Однако остальным стало не до смеха.