12-2

По правде говоря, меня душили слёзы.

Да, я скрыла от него часть правды. Возможно, самую важную её часть. Но я же ему всё объяснила, а он не желает меня понимать! О том, как бы повёл себя на моём месте, говорить не хочет. А ведь сам поступил бы точно так же! Не тот он человек, чтобы раскрывать все карты. И я не такая. Только он прав, а я – нет. Как это по-мужски!

Впрочем, чему я удивляюсь – Гринальд ведь сын короля. Разве могут быть какие-то сомнения по поводу его правоты!

Услышала, как открылась и закрылась дверь в спальню. Надеюсь, это не Листэрия? Не хотелось бы, чтобы эта любительница сюрпризов плюхнулась на своё бывшее законное место. Или принц порвал с ней лишь на время, что я обитаю в его покоях?

Пока размышляла, окончательно ли он расстался с брюнеткой или нет, на меня могли бы упасть минимум раза три. Но этого не произошло, потому что в спальню зашёл Гринальд. Присел рядом на кровать.

— Ничего, что я голая? — поинтересовалась язвительно.

— Ничего страшного, — ответил принц.

— Ты что-то хочешь мне сказать? — спросила его.

— Пожалуй, я немного погорячился, — заметил он.

— Немного? — я горько усмехнулась.

— Да. Другой бы на моём месте вообще не стал бы с тобой церемониться.

— О, какая честь! — протянула саркастично. — Что ж, продолжай церемониться.

— Скажи честно, ты мне всё рассказала? — опять начал он напирать.

— Нет, не всё. Забыла поведать, в каком платье была на выпускном вечере.

— Хватит изгаляться! — рассердился принц. — Ты прекрасно поняла, о чём я.

— Поняла. Да, всё рассказала. В смысле, всё, что для тебя может оказаться полезным. И хотела бы, чтобы и ты со мной чем-нибудь поделился. Например, каким образом умудряешься улавливать почти неслышные шаги, слушать разговор, находясь там, откуда обычный человек различит разве что громкий спор.

— Не могу рассказать, — отрезал Гринальд. — Просто есть такие вещи...

— Которые первые встречные не должны знать, — язвительно продолжила за него. — Можешь и дальше жить со своими тайнами. Я вовсе не претендую войти в число посвящённых.

— Звучит как ультиматум.

— Нет, что ты. Просто ты не доверяешь мне, я не доверяю тебе – всё нормально и закономерно.

— Ладно, не хочешь мириться – не надо, — процедил мужчина и, резко поднявшись с кровати, покинул спальню.

Я тяжело выдохнула.

На самом деле тут сложно было определить, кто прав, а кто нет. Объективно – каждый со своей стороны и прав, и неправ. И я могла принять тот факт, что у человека может быть своя тайна. Но почему он тогда лезет в то, что скрываю я? Лезет, что-то узнаёт и рычит.

Вспомнились слова Алхимика о том, что Мендина и состоящий с ней в сговоре сын могут быть преступниками. А вдруг это действительно так? И тайна Гринальда имеет к этому непосредственное отношение?

Да нет же! Не могут они быть врагами! Вредными – сколько угодно, но не врагами. И завтра я постараюсь получить этому подтверждение. А заодно поделюсь с принцем информацией, если ему и Мендине будет грозить опасность. Тут уж не до личных обид.

Итак, завтра в пять часов вечера многое может решиться.