Глава 26

Ямпольская Аня

Чтобы как-то отвлечься, я, приготовив завтрак, стояла и сковородку разглядывала. Новая. Очень красивая – серенькая с прорезиненной стеклянной крышкой. И почему раньше ею не пользовалась?

Еще месяц назад было сложно представить подобного рвения. Никогда ранее за мной любви к ведению хозяйства не наблюдалось. Когда Настя оставалась со мной, а не в Краснодаре, мне приходилось готовить, сама же я прекрасно употребляла покупную приготовленную еду, не требовавшую дополнительной обработки. Ну, разве что макарошки кипятком заварить.

Теперь же на нервной почве захотелось занять себя чем-то. Мотов задерживался. Прошло полчаса, а он так в дом и не зашел. Будь во мне смелости побольше, обладай хотя бы десятой долей сестринской кладовой прямолинейности, я бы пробралась к входной двери и подслушала, о чем Вадим говорил со Смирновым. Мужчины говорили тихо, и на кухне мне было неслышно. В коридоре тоже, я проверяла. Чувствовала себя при этом, как шкодливая кошка, которую, того и гляди, тапком отходят.

Когда я ключи от квартиры Вадима прятала в кадке, мне казалось, что поступала я глупо, теперь же, остыв, поняла: поступок очень детский и бесхребетный. Сбежать всегда проще всего. Проблема не решается, а только усугубляется. Во всех ситуациях, касавшихся личной жизни, я малодушие проявляла, не желая себе жизнь усложнять еще больше. Влад может и не был идеальным вариантом, но я оставалась с ним, потому что так было удобно – не напрягал он меня.

С Вадимом такой номер не вышел.

Когда он на кухню зашел, я, стоя на стуле, натирала верхнюю часть гарнитура. Как раз успел, пока я не забралась пыль со шкафов вытирать.

– Спрыгивай, – подойдя вплотную ко мне, Вадим потянул руки к верху, давая понять, что придержит в свободном падении.

Решив спуститься по старинке, я спустила одну ногу со стула, крепко держась руками, за только что вычищенные фасады. Отчего-то для меня не было проблемой подняться на работе по шаткой лесенке наверх, под самый потолок цеха, и заглянуть в резервуар, проверив процесс брожения, зато дома вела себя крайне боязливо. Подняться на стремянку выше четвертой ступеньки? Да вы шутите!

Вадим скрипнул зубами. После чего схватил за талию и, как пушинку, на пол поставил.

– Мне кажется, у тебя есть проблемы с послушанием, – произнес он таким тоном, что стало понятно – пора меняться.

– А кого я должна слушаться?

В любой другой ситуации я бы смутилась от неоднозначности его слов, но в этот момент меня пробрала игривость, неизвестно откуда взявшаяся.

Показной бравадой его было не провести. Угадав, что я сильно волновалась, Вадим коснулся пальцами моей щеки. Растер по ней невидимую капельку. Мне показалось, что я воспламеняться начала тут же. Ну, почему парень, возбуждавший меня одним своим присутствием, и мужчина, в обществе которого я безбожно тупила, это один и тот же человек? Полагаю, у меня на лице было все написано, потому что он искренне и широко улыбнулся.

– Анют, до сих пор не пойму, как ты в одиночку можешь с чем-то справляться. Не в обиду. Но ты очень нежная, а все эти твои алкаши-рабочие, бездельники-агрономы… Как-то не вяжется совсем это с твоим образом в моей голове.

– И какой у меня образ, по-твоему? – выпалила, не думая.

Плевать на образ!

Его низкий, слегка хрипловатый голос был до чертиков сексуальным. Возможно, из-за пережитого стресса, но мне хотелось продолжать его слушать. Хотелось, чтоб он не останавливался. Продолжал говорить.

– Хрупкая, нежная, ранимая девочка. Во всяком случае, я тебя такой вижу, когда ты не рвешься похищать диких зверей. Знала бы ты, сколько раз я представлял тебя, перелезающей через забор с тяжелым свертком в руках, – уголки губ Вадима приподнялись.

Он старался не рассмеяться надо мной. Я с силой хлопнула его по плечу, но он даже не дрогнул.

– Я очень самостоятельная! – уверенно произнесла.

– Только потому, что тебе пришлось такой стать, – едва заметно кивнув, напомнил он мне.

– И тем не менее. Я неплохо справляюсь.

Вадим усмехнулся, но промолчал.

По всей видимости, он подумал о ситуации со Смирновым. Я испытала чувство благодарности за то, что он не стал мне напоминать о реальном положении дел. О том, как я лопухнулась.

– Я не спорю, Ань. Но, честно, не понимаю, почему ты сразу не попросила помощи. С ним не стоило даже пробовать договариваться. Откупаться, упрашивать – все без толку. С такими людьми не деньгами вопросы решают, а связями.

Я нахмурилась.

– Мои связи – это ты?

Радужка его глаз вспыхнула.

– Допустим.

Вадим с трудом улыбку сдерживал.

– Я так понимаю, ты с ним уже разговаривал. Но он все равно приехал ко мне.

– Он приехал извиниться и в последний раз попробовать убедить тебя выбрать его. Даже веник принес. Если бы ты меня предупредила, что у него к тебе не только деловое предложение было, то я бы с ним по-другому действовал.

Вадим немного скривился.

– О чем ты? – я самым настоящим образом тупила.

– Ты издеваешься? – Мотов теснее прижался ко мне.

Я отрицательно головой покачала. Откровенно говоря, когда он был настолько близко, соображала я плохо.

– Думаешь, стал бы взрослый мужик в шесть утра с цветами у тебя дома вопросы решать деловые? – бровь Вадима иронично изогнулась. – На счет этого нам тоже стоит поговорить с тобой. Я запрещаю тебе впускать в дом посторонних. Чем бы сегодня закончилось дело, не будь меня здесь?

Я ушам своим не верила. Он мне указывал! Азарт по капельке начал в кровь просачиваться. Важные переговоры в моей жизни случались не так уж и часто, но каждый раз на них у меня было схожее состояние.

– А как ты тут оказался, кстати?

– Аня, не соскакивай с темы, – Вадим положил руку мне на бедро. – Я, вообще-то, у тебя был уже дважды, но ты подальше от меня спряталась. Беспокоить тебя у дедушки я не стал. Ждал, когда вернешься. Почему ты сбежала? Я просил подождать. Меня не было минут пятнадцать от силы, больше я физически потратить не мог, пока просил парней Эмилию в аэропорт отвезти. Твоя самостоятельность начинает меня напрягать. Пора с этим что-то делать.

Подтолкнув меня плотнее к столешнице, он сжал пальцы на моем бедре. Сердце билось где-то в горле, но я постаралась собраться.

– И что ты собираешься делать? – юная обиженная девчонка во мне никак не унималась, стараясь его спровоцировать.

– Хм… – Вадим на пару секунд задумался. – Только ты осталась. Со Смирновым вопрос решен окончательно. Он больше не будет утомлять тебя своим вниманием. Единственное, он уже закупил некоторое оборудование для цеха розлива. Будь добра, сделай мужчине доброе дело. Линию розлива на днях привезут. Пусть твой бухгалтер нормально все проведет. Это подарок от Романа Сергеевича. Считай, он так извиняется.

– Вадим, как?! – ахнув, только и смогла я вымолвить.

– О, да! Мне нравится, когда ты с придыханием произносишь мое имя, – лукаво улыбнувшись, произнес он, касаясь дыханием моей кожи. – Запомни, как это делается, скоро повторишь.

– Что ты ему сказал? Или сделал?

Пошлый подтекст его слов я старалась игнорировать. Делать это было немыслимо трудно. Эрекция Вадима упиралась в низ моего живота, я горела всем телом.

«Мамочки… В этот раз не сбегу точно», – лепетало мое внутреннее я.

– Всего лишь объяснил ему, что есть более ценные вещи, чем бизнес.

Я догадывалась, куда он клонил, но все же спросила:

– Какие?

– Руки. Ноги. Глотка. Жизнь.